Наследник ветра — Скорпион

      Пусть Нихром и опоздал на урок Эктоплазма, на других трудился не покладая рук. Всё записывал, внимательно слушал и сам тянулся отвечать, если знал ответ. Учителя такое рвение оценили в полной мере, хотя изначально планировали сегодня не трогать парня и дать влиться в ритм после больницы.       Никто из героев не задавал ему личных вопросов, чтобы лишний раз не портить настроение и Аоки, и всему классу, только вот Полночь тактом не отличилась. Она сразу заметила изменения в имидже студента, спрашивая про волосы и новый аксессуар — перчатку. В целом, вопросы безобидные и Аоки легко ответил, но не вдавался в подробности. Просто сказал, что половину волос ему итак отрезали, когда отдирали от спины, а на руке шрам от электричества, который порой стреляет при резком контакте с предметами. В целом, не соврал и Полночь быстро отстала, возвращаясь к уроку.       После Эктоплазма прошло ещё два занятия и наступил обеденный перерыв. Класс 1-А вывалился в коридор, ведя Аоки в самой гуще, и громко разговаривал по пути в столовую. Нихром настолько погрузился в радостную атмосферу, что совершенно не замечал ничего вокруг. Ни взглядом, ни перешёптываний, ни указаний пальцами. Он просто забыл, что на него теперь точит зуб примерно половина академии и наслаждался временем с друзьями.       Быстро взяв еду, класс занял свободный стол у окна. Нихром оглядывался по сторонам, рассматривая других студентов. Он даже успел соскучиться по этой толпе и шуму. Сидя между Джиро и Киришимой, парень слушал про прошедшие темы по математике, которые пропустил.       — Я эту тригонометрию вообще не понимаю. Готов был повеситься прямо на уроке Эктоплазма, — ныл Эйджиро, пока сидящие рядом тихо посмеивались. — Ну, серьёзно, терпеть не могу математику.       — Просто ты тупой, — без злости бросил Бакуго, подцепляя палочками кацудон.       — Спасибо, без тебя бы не справился. — Киришима сложил ладони вместе и опустил голову, благодаря друга за помощь. То, что Кацуки помогает своему красноволосому другу с домашкой, Нихром уже знал из рассказов в больнице. Даже удивился, когда впервые узнал, что Бакуго объясняет кому-то материал, хоть и представлял как он это делает.       — Если хочешь, могу как-нибудь поднатаскать. Тема не прям сложная, главное…       Его прервало недовольное цоканье за спиной. Кто-то точно хотел быть услышанным и специально издал громкий звук. Аоки, Киришима, Джиро и остальные в их ряду обернулись, а сидевшие на другой стороне стола одноклассники выглядывали из-за них. За соседним столом сидел парень с короткими ярко-рыжими волосами, уложенными вверх, и мутно-зелёными глазами. Вместо коротких ногтей у него были острые длинные когти, а на щеках, шее и ладонях сильно выделялись чёрные полосы. Если Аоки правильно помнит фестиваль, то он первогодка общеобразовательного. И чего ему неймётся?       — Проблемы? — холодно спросил Аоки.       Шум в столовой постепенно стихал. Те, кто сидел рядом, передавали информацию дальше, пока она не дошла до самых последних столов. Из посторонних звуков были только шаги — многие пробирались ближе, чтобы посмотреть представление — и скрип отодвигающихся стульев.       — Ха, у меня? — нагло усмехнулся парень, оголяя острые, как у зверя, зубы. Сопоставив явные физические факторы, Нихром пришёл к выводу, что причуда этого парня связана с тигром. — И как наглости хватило заявиться в UA? Из-за тебя и твоего папаши Всемогущий ушёл в отставку.       — Пасть закрыл! — рявкнул Бакуго, вставая из-за стола так резко, что стул с грохотом упал на пол. Блондин двинулся к незнакомцу, но его остановил Киришима, хватая за локоть. — Отвянь, дерьмоволосый!       — Успокойся, Бакуго. Все смотрят.       — Ещё один немощный, — продолжал насмехаться тигр. — Вроде бы такие сильные, а угодили в лапы злодеев. Ладно ты, неуравновешенный псих, был им интересен. А вот ты, — парень снова вернулся к Аоки, указывая на него пальцем. — Я всё думал, чем же ты их заинтересовал? А оказалось, что папочка просто соскучился по своему ненаглядному сыночку.       Терпению ветреника подошёл конец. Он вскочил на ноги, занося кулак для удара. Расстояние между столами было ничтожно маленьким и он успел бы врезать этому наглецу за его длинный язык, если бы не ушные разъёмы Джиро, обвившиеся вокруг руки и оттягивающие её назад.       — Успокойся, — шикнула Кёка.       Аоки цокнул и сделал еле заметный вдох, чтобы прийти в себя. Наглец громко усмехнулся.       — Вау, а ты такой же ненормальный, — хлопал в ладоши тигр. — Должно быть, весь в папашу.       — Вада, заканчивай, — окликнули парня с другой стороны стола.       — Почему? Тут же многие так думают. Почему я один отдуваюсь и говорю в лицо правду?       Никто не спешил разнимать студентов, хотя тут явно попахивало грядущей дракой. У Бакуго широко раздувались ноздри и держали его уже двое: к Киришиме присоединился Шоджи, обхватывая тело одноклассника руками. На Аоки пока хватало одной Джиро, но на всякий случай рядом встал Оджиро.       — Мы не хотим конфликтов! — воскликнул Иида. — Давайте все мирно разойдёмся и забудем об этом!       — А вот к вам у меня другой вопрос. — Вада вытянул руку и провёл пальцем по воздуху, указывая на весь класс. В его глазах вспыхнул азартный огонёк. — В вашем классе был предатель и вы смирились. Но со вторым подозрительным типом ведёте себя так, будто ничего не было.       — А ты всегда строишь выводы, исходя из поверхностной информации? — грубо спросила Яойорозу, зыркая чёрными глазами.       — Почему же? Нас же не снабжают этой самой информацией, откуда нам знать? В наших глазах ваш одноклассник задурил всем мозги какой-то слезливой историей и находится здесь, чтобы продолжать сливать данные Лиге Злодеев. Скажете, я не прав?       — Да! — разом крикнули Урарака, Ашидо и Сэро.       Аоки ничего не отвечал, лишь смотрел холодным взглядом на Ваду. Его предупреждали, что подобное может произойти, но он не ожидал, что так сразу. Даже дня провести спокойно не дали.       Столовая заполнилась шёпотом, который был весьма громким, но из-за стольких голосов разобрать что-либо было невозможно. Больше походило на шипение сотни змей. Впрочем, этот тигр сейчас напоминал именно её — скользкую, хладнокровную и ядовитую змею. Только яд он впрыскивал не в кровь, а головы окружающих.       Продолжать разговор Нихром не был намерен. Он опустил руку и наушник Джиро тут же укоротился, возвращаясь на прежнее место. Скорпион прожигал наглеца взглядом и думал лишь о том, как поскорее убраться отсюда и вернуться в общежитие. После этой стычки обязательно найдутся те, кто осмелеет и начнёт подначивать Аоки на конфлик, чтобы рано или поздно вышвырнуть из академии. Многие этого хотели.       — Пошлите отсюда, — сказал ветреник одноклассникам и, сложив руки в карманы, развернулся.       Только он хотел уйти и больше не пересекаться с этим типом, как в спину прилетело то, что ни один человек не смог бы простить:       — Мамочке понравилось кувыркаться в постели с князем тьмы?       В голове парня щёлкнул выключатель, отвечающий за самообладание, отключая систему. Молниеносно развернувшись, Нихром занёс кулак и ударил Ваду в челюсть. Послышался хруст, на белую рубашку наглеца брызнула кровь. Кто-то завизжал. Тигр упал на пол, а Аоки сел на него сверху и схватил за воротник пиджака, приподнимая тело.       — Возьми слова обратно! — кричал в лицо недруга ветреник, тряся парня за плотную ткань.       Кто-то схватил Аоки под мышки, пытаясь отцепить от Вады, но парень он сидел на своей жертве и крепко держал её. Нихром выкрикивал всё в лицо и плевался, а залёные глаза налились кровью. Хотелось придушить этого ублюдка или вырвать его длинный язык. И такие твари учатся в самой престижной академии Японии? И такие твари хотят стать героями? Раз он на общеобразовательном, значит, провалил вступительный на геройский курс. Аоки стало тошно от мысли, что он мог учиться в одном классе с такой сволочью.       — И не подумаю, — отхаркивая кровь и хищно ухмыляясь, ответил Вада.       — Сволочь! Ублюдок! Да что ты вообще знаешь?!       — Аоки, перестань! — кричал сбоку Киришима, пытаясь стащить друга.       — А что? Ты же как-то появился, — продолжал Вада, наслаждаясь ситуацией. — Или твоя шлюха-мать и других злодеев ублажает?       — Убью, — прошипел Нихром и оранжевые полосы на его щеках засветились, а из-за спины вырос скорпионий хвост, отталкивая Киришиму в толпу. Жало остановилось в сантиметре от глаза Вады. — Если проткну, как громко будешь кричать?       Теперь уже тигру было не до смеха, а другие боялись подойти ближе. Парень под Аоки затрясся, а глаз быстро заметались из стороны в сторону, дыхание и сердцебиение ускорились.       — П-поехавший!       — Аоки, — окликнул кто-то сверху.       — Что надо? — огрызнулся Нихром. Надоело, что никто не пытался заткнуть эту болтливую сволочь, ещё и ему мешали.       — Встань.       Разум отключился, причуда испарилась, а зелёные глаз резко побелели. Нихром отпустил чужой пиджак и Вада несильно, но ощутимо, ударился затылком о кафель. Как послушная марионетка, шатен поднялся со своей жертвы, а потом прозвучал щелчок пальцами. Парень заморгал и потёр глаза, пытаясь понять, что произошло.       Сфокусировав зрение, Нихром увидел кровь на левой руке и мелкие капли на рубашке и пиджаке. Тело затряслось от осознания, что он только что сделал. Сперва он увидел валяющегося на полу парня-тигра, с окровавленным ртом, а затем поднял голову, сталкиваясь с безэмоциональным взглядом фиолетовых глаз.       — Шинсо! Как я рад! — воскликнул Вада, пытаясь подняться. — Знаешь, я всегда знал, что ты отличный парень.       — А я всегда знал, что ты ублюдок, — не глядя на него, ровным голосом спросил Хитоши.       Не успел Вада ответить, как фиолетоволосый с размаху зарядил ему ногой в челюсть. Снова послышался хруст, только более отчётливый, и на этот раз точно был перелом. Вада закричал, хватаясь за рот, из которого ручём текла кровь. Многие девушки закрывали глаза и уши, парни отводили взгляд или потирали челюсть. У многих прошли мурашки от этой сцены. Ожидали представление с травлей сына злодея, а получили массовое избиение зачинщика конфликта. Никто не шевелился и не пытался помочь Ваде. Некоторые боялись подойти ближе, из-за стоявших рядом Шинсо и Аоки, другие — же смотрели на тигра с презрением.       Вдруг над студентами пролетели белые ленты и опутали участников драки. Ну, только двоих стоявших. Вада всё ещё корчился и хрипел от боли, извиваясь на полу. Толпа медленно расступалась, пропуская впердёт разгневанных преподавателей.       — В этой чёртовой школе хоть один день может пройти спокойно? — устало проговорил Айзава, держа свои ленты, которые и сковали парней.       — Учитель Айзава, Полночь, Эктоплазм, дайте объяснить, — выскочила перед Аоки Джиро, закрывая собой.       — Отойди или сочту соучастницей, — холодно отрезал Сотриголова. Он перевёл взгляд на двух парней, что стояли ближе всех к искалеченному и обратился к ним. — Вы двое, быстро его к Исцеляющей Девочке, а потом проводите в кабинет директора. Бегом!       Школьники встрепенулись и мигом подняли Ваду, перекидывая его руки через себя, и поволокли к выходу из столовой. Проводив троицу глазами, внимание вернулось к оставшимся Аоки и Шинсо. Ученик из 1-А опустил глаза в пол. Ему было стыдно, ведь классный руководитель вступился за него, а он вот легко перечеркнул все его слова. Студент 1-С же никак не реагировал на ситуацию. Просто молча смотрел прямо в красные глаза, ожидая своей участи. Айзава вздохнул и в этом вздохе было столько усталости, что прямо слышался вопрос: «За что мне всё это?». Мужчина развернулся и пошёл к выходу, потянув за собой ленту. Аоки и Шинсо сейчас напоминали преступников, которых вели на эшафот.

***

      В кабинете директора стояла гробовая тишина. Никто не говорил и просто смотрели друг на друга. Незу восседал за своим столом, сложив белые лапки на деревянной поверхности. Позади него стояли Айзава и Полночь, которые были свидетелями драки. Эктоплазм отлучился на урок. Два студента сидели на стульях напротив, рядом пустовал ещё один для Вады, а сзади ещё четыре стула для родителей, которые должны были подойти для разбирательства. Обычно лёгкие ссоры могли решиться чисто между учениками, без вызова старших, но тут было задействовано два класса: 1-А и 1-С — Вада и Шинсо были одноклассниками, — ещё и использование причуд. Да и сам конфликт нельзя назвать пустяковым.       Нихром сцепил руки в замок на коленях и крутил большие пальцы вокруг друг друга, пристально смотря на них. Было стыдно за своё поведение, но он не жалел, что врезал тому парню. Он заслужил и, если бы не Шинсо, точно бы воткнул жало в глаз этого тигра. У них даже цвет глаз немного похожий, аж наизнанку от этого выворачивало. Вада заслужил сломанную челюсть. Впредь будет аккуратнее подбирать слова и включать голову, прежде чем что-то сказать. Как у него вообще язык повернулся? А если бы про его мать сказали также? Ему бы точно не понравилось, но такие люди никогда не ставят себя на место тех, кого задирают. Нихром уверен, что, поменяйся они местами, тигр бы воткнул свои когти ему в горло, чтобы заткнуть навсегда.       Шинсо закинул ногу на колено, руки покоились в карманах брюк, голова была откинута на спинку стула и смотрел он в потолок. Ему было как-то всё равно на последствия. Вада ему никогда не нравился и его до чёртиков раздражало, что такой отморозок хотел стать героем. Вот уж у кого точно есть потенциал к злодейству, но Хитоши не привык делить людей на «героев» и «злодеев», основываясь лишь на личной неприязни. Да, Вада ублюдок тот ещё, но дальше словесных подначиваний никогда не заходит, а тех, кто ему не нравится, провоцирует на драку, из которой всегда выходит жертвой, как и сейчас. Он просто трус.       Массивная дверь неприятно скрипнула, пропуская в кабинет избитого студента. Перелом оказался не слишком серьёзным и Исцеляющая Девочка залечила всё, не оставляя последствий. Хотя ему выбили зуб. Полночь заметила валяющийся на полу в столовой белый камушек, так что всё стало понятно. Учителя уже просмотрели записи с камер и слышали абсолютно всё, так что их взгляд нахмурился, когда Вада подошёл ближе. Никто не ожидал таких слов от студента UA.       Тигр опустился на свободный стул возле Шинсо и бросил на парней испепеляющий взгляд. Ему хотелось разорвать каждого. Взяли и превратили безобидную шутку в настоящую проблему. Ещё и родителей из-за этого вызвали. Знай он сразу, что Аоки такой псих, вообще молчал бы. А вообще он решил, что таким, как Нихром, нельзя учиться в обычной школе, раз он шуток даже не понимает. Свалил бы в психушку, там ему самое место.       — Итак, — Незу наконец нарушил тишину, складывая свою мышью мордочку на лапы. — Аоки Нихром, Шинсо Хитоши и Вада Макото. Признаюсь, я разочарован. Особенно тобой, Вада.       — Но, директор, это же была шутка! — пытался сгладить ситуацию тигр.       Два студента одновременно презрительно фыркнули на это нелепое оправдание.       — Когда шутят, смешно всем. Если у тебя другое понятие этого слова, лучше вообще не шути, — осадил его Айзава.       Рыжий хотел возразить, но раздался стук в дверь. Незу бросил привычное «войдите» и в кабинет прошло несколько взрослых. Среди них была Рэйко, а за ней, словно тень, следовал Соколиный Глаз. Увидев его, Нихрома тихо цокнул и закатил глаза, чем вызвал непонимание Шинсо. Также прошла женщина и она была точной копией Хитоши: такие же фиолетовые волосы и глаза. А вот за ними в кабинет буквально ворвалась пара: рыжеволосая женщина с чёрными полосами по телу и когтями, на которых, к слову, был заметен бордовый лак, и мужчина в строгом чёрном костюме.       — Макото! — воскликнула женщина и подбежала к сыну, обхватывая его лицо ладонями и вертя в разные стороны. — Исцеляющая Девочка уже залечила? Не болит? Кто это сделал? — женщина зыркнула яркими глазами на двух парней рядом и зацепилась за самого дальнего. — Ты! Как ты посмел поднять руку на моего сына?! Хотя, чему я удивляюсь. Яблоко от яблони недалеко падает.       Нихром вздрогнул и сцепил кулаки, врезаясь ногтями в кожу. Безумно хотелось ответить, но он боялся не сдержать эмоций и снова вспылить, а ему этого не нужно. Да и он не мог винить эту женщину за то, что она пыталась вступиться за ребёнка. Его мать всегда делала то же самое.       — Следите за словами, — ровный голос донёсся из-за спины. Нихром широко открыл глаза и выглянул из-за плеча. Рэйко стояла позади него, положив руку на спинку стула, и с вызовом смотрела на мать Вады.       — Я?! Это вашему малолетнему преступнику нужно следить за собой! — женщина всплеснула руками, выражая крайнее недовольство, и оскалилась.       — Я не знаю, что между ними произошло в деталях, зато прекрасно знаю своего сына и знаю, что без веской причины он бы и пальцем никого не тронул.       — Да что вы?!       — Тихо, — грубо и громко произнёс Айзава, на секунду активируя причуду. Его глаза загорелись, а волосы взлетели вверх, как от потока ветра, но быстро упали обратно на плечи. Неплохой способ привлечь внимание и заткнуть всех. — Сядьте, пожалуйста.       Взрослые молча опустились на стулья позади детей. Госпожа Вада ненавистно смотрела на Нихрома и Рэйко. Должно быть, как и сын, мечтала разорвать их. Семья Вада баснословно богата и имеет влияние в высших кругах, а тут какой-то нищий посмел напасть на их наследника и первого возможного героя в семье. Уму непостижимо! Мизуки Вада могла довести дело до суда, где добилась бы отправки Нихрома в колонию для несовершеннолетних. Могла по щелчку пальцев добиться исключения парня из академии, чтобы такие, как он, не отравляли здешний воздух. Всего-то заплатить на лапу этой мышки и дело с концом. Никто никогда не отказывается от денег.       — Госпожа Вада, прежде чем бросаться оскорблениями, не лучше ли узнать все подробности? — спросила Полночь, с укором смотря на Макото. — Мы не терпим драк среди студентов, но ещё больше не выносим тех, кто сеет раздор и клевету, а также ведёт себя неподобающе. Я очень надеюсь, что никто не снимал сегодняшнее происшествие, а, если и снимал, не сольёт в сеть. Если это случится, то ваш сын сильно подпортит рейтинг академии.       — М-мой сын? — недоумевала Мизуки. — Погодите, но это не он начал драку!       — Что в вашем понимании значит «начать драку»? — прервал её директор. — Это делает тот, кто первый ударил, или тот, кто провоцирует ударить?       — Зачем вы это говорите?       — Позвольте показать вам одно занимательное видео.       Свет в комнате погас, а на стене сбоку включился огромный экран. Когда началась запись, Макото затрясся, как осиновый лист, и опустил глаза в пол. Чёрт бы побрал эти камеры. Расставили так, что не видно толком. Вада-младший молча молился, чтобы камеры не записали звук, тогда и не будет никаких доказательств его слов.       И действительно. Запись была бесшумной. Просто толпы школьников, обедающие в столовой, ничего примечательного. Вот класс 1-А обернулся, но никто ведь не слышит, о чём они говорят. Вот Бакуго подорвался с места и его схватил за руку Киришима. Вот Нихром занёс кулак, но был остановлен Джиро. Мизуки на это презрительно фыркнула. Ей явно не нравилось, что какой-то сброд лез к её сыну.       — Ой, совсем забыл. — Незу достал из выдвижной полки стола пульт и нажал на кнопку. Кабинет заполнили звуки с экрана, а Макото сильнее вжался в стул.       — В наших глазах ваш одноклассник задурил всем мозги какой-то слезливой историей и находится здесь, чтобы продолжать сливать данные Лиге Злодеев. Скажете, я не прав? — слегка механический голос Вады донёсся из динамиков, а следом и дружный крик некоторых студентов-героев.       Вада-старшая обескураженно заморгала, порой кидая взгляд на сына. Рэйко сцепила руки на груди в замок и прикусила нижнюю губу. Она знала, что нечто подобное случится, но полагала, что сын готов к этому. Видимо, его всё же сильно задели оскорбления в свой адрес.       На плечо Рэйко опустилась крепкая ладонь в кожаной перчатке. Она вздрогнула и повернула голову, сталкиваясь с карими глазами. Мацуда чуть сжал её плечо в немой поддержке, а женщина слегка приподняла уголки губ и кивнула ему. Нихром, краем глаза наблюдавший за этой сценой, закатил глаза и вернулся к лицезрению провокации Вады.       — Пошлите отсюда.       Слова Аоки вызвали недоумение на лицах родителей. По всей видимости, всё разрешилось без рукоприкладства, что же тогда послужило поводом для драки? Как уже поняли старшие, Макото не очень лестно отзывался о произошедшем две недели назад инциденте. Возможно, обвинял Аоки, но парень оставался спокоен.       — Мамочке понравилось кувыркаться в постели с князем тьмы?       Родители открыли рты и перевели шокированные округлые глаза на Ваду. Мизуки прикрыла рот руками, на которых звякнули золотые браслеты. Она не верила, что её родная кровиночка способна сказать такое. Конечно, ей тоже не нравились Рэйко и Нихром, но даже она не думала в таком ключе. В её глазах начали собираться слёзы, которые блестели в свете экрана. Мужчина, сидевший рядом, вытащил из кармана пиджака платок и протянул Мизуки, кидая яростный взгляд на Макото. Сперва Нихром решил, что это телохранитель женщины, так как он всё время молчал, но теперь был уверен, что это его отец.       — Возьми слова обратно! — внимание снова вернулось к записи, на которой Аоки уже повалил наглеца на пол.       — И не подумаю.       — Сволочь! Ублюдок! Да что ты вообще знаешь?!       — Аоки, перестань. Все смотрят.       — А что? Ты же как-то появился. Или твоя шлюха-мать и других злодеев ублажает?       Звук записи заглушил звон сильной пощёчины. Голова Макото отлетела в сторону, а на щеке красовался след ладони. Он не знал, что делать или что говорить и просто смотрел в пол, не меняя положения головы.       Мизуки была готова провалиться сквозь землю со стыда. Как он посмел сказать нечто подобное? Да, Рэйко связалась с князем тьмы и родила от него сына, но называть её «шлюхой» даже у Вады-старшей язык не повернулся бы. А вот её сын оказался смелее, хотя, здесь уместнее будет сказать тупее.       — Смотри на меня! — истерично выкрикнула женщина. — Смотри, я сказала!       Макото стиснул зубы и медленно повернул голову.       — Я разочарован, — стальным голосом наконец произнёс мужчина в строгом костюме.       На экране появился Шинсо и активировал причуду. Аоки поднялся с тела и отошёл в сторону, а избитый кинулся в ноги своему спасителю.       — Знаешь, я всегда знал, что ты отличный парень.       — А я всегда знал, что ты ублюдок.       И снова последовал удар в челюсть с характерным хрустом, от которого некоторые поморщились. Запись выключили на моменте появления учителей и включили свет. Родители Макото сидели темнее тучи. Мизуки плакала, но из её глаз так и метали искры. Казалось, что она была готова вцепиться в сына и закончиться начатое в столовой. Слишком избаловала и вот, к чему это привело.       — Умоляю, простите! — женщина рухнула со стула на колени перед Рэйко и Нихромом.       — В-встаньте немедленно, — воскликнула Аоки-старшая, бросаясь на пол, чтобы поднять Ваду на ноги. К ней также подбежала Полночь и помогла вернуть женщину на стул. Мизуки всю трясло, а Рэйко тараторила, пытаясь успокоить её. — Я вас прощаю. Вы не виноваты. Вам нужно успокоиться, иначе доведёте себя до обморока.       И снова звук пощёчины рассёк помещение. На вторую щёку зачинщика прилетела грубая рука отца. Макото приложил к ней ладонь, но от соприкосновения след вспыхнул с новой силой и парень рывком убрал руку. По уставу учителя должны пресекать какое-либо насилие в стенах школы, даже если оно идёт от родителей, но сейчас они решили отдать дело в руки старших в семье Вада. Этот мальчишка уже всех достал.       — Пока мать ползает в ногах и просит за тебя прощения, ты просто стоишь? Ещё и хватило наглости строить из себя жертву.       — Господин Вада, не хочу показаться стукачём, как это сейчас говорит молодёжь, но на вашего сына уже давно жалуются первокурсники. Хотя на прямую жалобы не поступали, до нас доходили слухи, но мы решили ещё немного понаблюдать, — проинформировал Незу. — Я принял решение относительно этих троих. Хитоши Шинсо с понедельника отстраняется от занятий на два дня. Аоки Нихром — на три. Вада Макото пропустит целую неделю, а также, если до конца учебного года мы узнаем хотя бы про ещё один инцидент, он окончательно лишится возможности перейти на геройский курс. Сегодня они также не могут вернуться к занятиям и должны привести в порядок кусты вокруг своих общежитий. Всех это устраивает?       — Да, — сразу ответил мужчина.       — Но, отец.       — Помолчи.       — Но, чтобы всё было честно, Шинсо возьмёт на себя кусты вокруг общежития класса 1-Б, — дополнил Незу, под почти дружное согласие окружающих.       Что ж, виновные выявлены, наказание получено. Семья Вада удалилась очень быстро и все понимали, что парень ещё получит сверху на орехи. И, честно, жалко его не было. По крайне мере, Нихрому и Хитоши. Второй так вообще был рад, что сволочь-одноклассник наконец-то получит по заслугам. Он и к нему пытался лезть, но перестал, когда узнал про причуду Шинсо.       Рэйко и Маки — мать Хитоши — ещё раз извинились за доставленное беспокойство и обещали переговорить с детьми, на что Незу сказал, что с ними уж точно говорить не нужно. Матери и сыновья, в сопровождении про-героя, вышли в пустой коридор и медленно пошли к лестнице.       Тишина напрягала Нихрома. Он понимал, что мать готова волосы на себе рвать из-за услышанного. Видел по её трясущимся плечам. Всего пара брошенных слов одной твари смогли так подкосить её. Она только начала возвращаться в прежнее русло, да и на работе наладила отношения с коллегами и тут такие жестокие слова.       — Не слушайте таких, как этот мальчишка, — вдруг сказала Маки и медик резко остановилась, как и все остальные. Шинсо-старшая прошла вперёд на пару шагов и обернулась, мягко улыбаясь. — Злые языки всегда были, есть и будут. Им только дай повод полить кого-то грязью. Не стоит заострять на них внимание. Так и с ума сойти можно.       Были ли приятны эти слова? Безусловно. Не только Рэйко, но и Нихрому. Парень повернул голову, смотря на студента общеобразовательного факультета, а тот лишь пожал плечами и по-доброму усмехнулся, убирая руки в карманы.       По щекам Рэйко потекли слёзы. Она приложила руку ко рту, чтобы заглушить всхлипы, но они всё равно были хорошо слышны. Улыбки облегчения возникли на лицах Нихрома и про-героя. Ветреник посмотрел на Маки и молча кивнул ей в знак благодарности, а она в ответ подмигнула ему. Сперва Аоки решил, что она такая же нелюдимая, как и сын, но женщина оказалась более… улыбчивой что ли. Хотя к Шинсо он тоже изменил своё мнение. Вот уж кого он точно не ожидал увидеть в своих заступниках.       Пока Нихром перекидывался безмолвными благодарностями с семьёй Шинсо, Мацуда подошёл к его матери и снова положил руку ей на плечо. Рэйко развернулась, уткнулась ему в грудь и заплакала, сжимая в ладонях ткань укороченного чёрного пальцо. Улыбка тут же сошла с лица ветреника и он прожигал глазами мускулистую спину. Как он смеет стоять так близко к его матери? Что он задумал? Резкая смена настроения не укрылась и от Хитоши. Тому стало крайне любопытна представшая перед глазами сцена и он решил подождать, когда они с Нихромом останутся наедине. По нему не скажешь, но Шинсо тот ещё сплетник, только предпочитает слушать, а не болтать языком.       Покинув здание академии, парни проводили родителей до ворот, а затем побрели к общежитиям. Оба написали одноклассникам и попросили после занятий захватить их вещи. Их ожидала долгая и кропотливая работа. Спасибо, что подстригать только низкие кусты нужно, а не высокие деревья.       — Почему ты вступился? — неожиданно спросил Аоки, когда парни подходили к общежитию 1-А.       — Потому знаю какого это, когда тебя судят предвзято, игнорируя поступки. — Шинсо поднял голову, смотря на голубое небо, разбавленное белыми облаками. — Мне ведь все говорили, что моя причуда злодейская. Я наперекор им поступил в UA. Жаль, на геройский курс так и не прошёл, но шансы ещё есть и я не упущу их.       — Хочешь быть героем?       — Хочу доказать всем, что от причуды не зависит «герой» ты или «злодей».       — Да, хорошая цель, — на выдохе сказал Нихром, утыкаясь взглядом в асфальт. Мысли крутились вокруг матери и героя. Между ними точно что-то было. Что-то, что выходит за рамки «охранник» и «охраняемый». Непонимание раздражало, а вечно ошивающийся возле матери Мацуда злил ещё больше. Столько раз хотелось сегодня откинуть его ветром подальше, не сосчитать. Жаль, что это расценили бы, как нападение на профи. Проблемы бы мгновенно удвоились.       — Слушай, — снова позвал его Шинсо. — Что у твоей матери с тем героем?       Нихром резко остановился у поворота в общежитие. Его кулаки были крепко сжаты, тело потряхивало от злости.       — Шинсо, никогда не упоминай это, если не хочешь жало в бок, — грубо ответил парень и быстро забежал в здание, оставляя обескураженного Хитоши одного.       Фиолетоволосый понял, что задел крайне опасную тему, которую, кажется, сам Нихром не понимает и от этого бесится. Что ж, ладно, тогда эта новость останется для него неизвестной, а на грубость он не обиделся. Сам виноват, что полез в чужую семью. Вздохнув, парень двинулся к своему общежитию, чтобы переодеться в более удобную одежду и молился, чтобы там не было Вады.