Невеста моего отца

Последний месяц летних каникул начался с ужасных новостей в чате группы «10А» класса. — Новый преподаватель по математике?! , — две подруги, что были по совместительству одноклассницами, переглянулись, удивленно приподняв свои брови. — Да ну… — протянула Мари, устало откидываясь на спинку стула. — Чего так? — Да только к одному привыкнешь, подход найдешь, они уже опять нового подкидывают, — девушка прокрутилась на стуле, держа в руках книгу. — Тебе же эта все равно не нравилась, — Маша усмехнулась, откидывая телефон на кровать. — Не нравилась, — Мари кивнула. — Ну так… — Но зато она, хотя бы, мои трояки на четверки подтягивала. — На экзаменах жалость не спасет. — Жаль, — девушка поморщила нос, — На, — она кинула книгу на кровать, где сидела подруга, — Твоя очередь читать. Книгу, что читала Мари, была задана им на лето. Она, и еще с десяток таких же. — Между прочем, я тут занята, — белокурая вновь взяла телефон в руки. — С любовниками переписываешься? , — девушка с ухмылкой повела бровью. — Ага, конечно… пишу очередной стих папе. — Так он, все так и пытается добиться той женщины, о которой ты рассказывала? — Видимо, — Маша пожала плечами. — Дела хоть продвигаются? — Я особо не интересуюсь, не мое это дело. — Ага, а когда она с вами жить начнет, тоже не твое дело будет? Белокурая прекратила печатать. — Об этом, я как-то не думала… — Во-во! Ну ничего, раз стихи твои нравятся ей, значит вам точно будет о чем поговорить. — Читай свою книгу! , — закатив глаза, девушка продолжила печатать в телефоне. — Блин, Маш, да перескажи ты уже мне эту книгу вкратце, да и пойдем гулять, м? , — Мари, запрокинув голову назад, прокрутилась на стуле еще несколько кругов. — Сама читай, — с усмешкой сказала белокурая. — Ну тебя! , — вскинув рукой, девушка встала со стула и взяв с ящика стола пачку сигарет, достала одну и открыв окно, закурила. — Родители завтра вернуться? — Не-а, в пятницу. Взглянув на календарь, что указывал на вторник, белокурая задумалась. — А чего такое? , — после вопроса, по комнате раздалась мелодия, — Кто? — Конь в пальто! , — съязвила белокурая, — Папа, конечно! Мне кроме него и тебя, никто больше и не звонит, — показав палец у губы, что означал, чтобы подруга особо не шумела, девушка поднесла телефон к уху, — Да, пап. Разговор шел, недолгих, пару минут, после чего Маша убрала телефон от лица и будто бы зависла. — Чего? Кто-то умер? , — спросила Мари, поспешно туша сигарету. — Да тьфу на тебя! , — нахмурившись, сказала девушка. — А че с лицом? , — выдохнув и закрыв окно, спросила подруга. — Дошутились, блин!.. Папа ведет ее сегодня знакомить со мной… — Да ты че?! , — с улыбкой произнесла девушка. Покачав головой и уткнувшись лицом в ладони, Маша тяжело вздохнула. — Можно я сегодня у тебя останусь? — Э-нет, моя дорогая, все равно знакомства с новой мачехой тебе не избежать, — Мари пересела на кровать. — Не называй ее так! , — Маша резко убрала руки от лица. — Не, ну а что? Привыкай! Твой отец, впервые за пять лет, тебя с кем-то знакомить будет. Вероятнее всего, там все серьезно. Пригрозив подруге пальцем, чтобы та замолчала, Маша вернулась к написанию стиха. Таким образом, девушке хоть как-то удалось освободить голову, от навязчиво поступающих, мыслей. Вечер наступил, как по щелчку пальцев. А с ним, пришлось и вернуться домой. В квартире было еще пусто, когда девушка зашла в нее и сняв обувь, вернулась в свою комнату. — Милая, я дома! , — прозвучал басистый голос из прихожей. — Черт! , — шепотом ругнувшись, Маша зажмурила глаза и шумно выдохнув, ответила, — Сейчас, пап! , — оглянув себя в зеркале, она спешно поправила распущенные волосы, — Так, Третьякова, ничего страшного! Ты, вероятнее всего, вообще видишь ее в первый и в последний раз. С этой мыслью, девушка выглянула из комнаты, бросив взгляд в сторону парочки, что уже собиралась идти на кухню. — З-здрасьте… — окинув взглядом женскую фигуру, а после, остановившись на ее лице, белокурая неуверенно кивнула. Женщина вежливо повторила жест, окинув дочь своего избранника, не менее заинтересованным взглядом. — Кхм… — откашлявшись, Маша резко переключилась на отца, — Я помогу, пап! Взяв один из пакетов, в котором была еда из кафе, девушка направилась на кухню. — Я же говорил, что она стеснительная… — усмехнувшись, отец посмотрел на избранницу, встретившись с ее легкой ответной улыбкой на лице. Идя на кухню, белокурая все обрабатывала у себя в голове образ женщины. Шикарная фигура, уложенные волосы короткой длины, да и деловой костюм на ней сидел отлично, но кое-что зацепило девушку сильнее всего… глаза… кажется, голубые?.. Их цвет был не столь важен. Ее зацепила их глубина, которая одновременно пугала и ощущалась словно ты тонешь в темном и бескрайнем море, но в то же время они выражали покой, словно полный штиль в то время, когда везде царит хаос. Поставив пакет, Маша обернулась и взгляд снова встретился с женщиной, что шла следом за ней. — Точно… голубые… — подняв взор, пробубнила она себе под нос. — М? , — женщина чуть нахмурилась, в непонимании. — Н-нич… Кхм… М-маша… — по-дурацки улыбнувшись, девушка протянула руку вперед. — Лаура, — пожав руку, женщина вновь уважительно кивнула. Рука белокурой быстро выскользнула из руки старшей, после чего Маша сделала неловкий шаг в сторону отца, отступая от гостьи. — Ну что, давайте поужинаем? , — мужской голос прерывает неловкое молчание. — Да-э, я не очень голодна, если честно… — Маш… — отец склонил голову, глазами умоляя дочь остаться. — Но от чая, я не откажусь, — дочь послушно села за стол, ожидая, пока отец закончит доставать контейнеры с едой из пакетов. Ужин шел крайне неловко для семьи Третьяковых. Владимир, то и дело, постоянно старался разряжать обстановку, но выходило у него не очень. Казалось, только женщина была абсолютно спокойна. — Ты учишься? , — сделав глоток вина, женщина перевела взгляд на юную особу. — Кхм… — подавившись чаем и откашлявшись, Маша кивнула. — Какой класс? — 10. — Какие предметы нравятся? Это уже больше стало походить на опрос, от чего девушке становилось еще более неловко. — Л-литература… русский… — Значит… у вас это семейное? , — она улыбнулась. На секунду нахмурившись, Маша посмотрела на отца, от чего резко вспомнила. — А… угу… — Ты тоже стихи пишешь… — Да-э… Н-нет… Кхм… — врать белокурая умела плохо, — В этом у меня папа хорош… Избегая зрительного контакта, Маша лишь нешумно постукивала ложкой о дно чашки. — Что-то у меня живот разболелся, я отойду… — быстро вскочив со стула, она стукнулась бедром о стол, от чего все содержимое с грохотом подскочило, приземляясь обратно на свои места, — Прошу прощения! Удалившись, Маша зашла в свою комнату, упав лицом в подушку, прикрывая красное, от стыда, лицо. — Я на секунду, — извинившись, отец так же отошел от стола, следуя прямиком за дочерью. — Маш… — постучав, мужчина зашел в комнату. — М? , — она не отрывала лица от подушки. — Она тебе не понравилась или… — отец сел на край кровати. — Нет, — дочь села, но все еще смотрела себе под ноги, — То есть… — Если хочешь, я все закончу с ней и… — Нет, пап! , — девочка встрепенулась, — Дело не в ней… Просто… Мне пока трудно, ну… — Я понимаю, — он кивнул, — С тех пор, как твоя мама… Прости, я дурак! Просто столько лет прошло, я думал сейчас ты уже это проще воспримешь… — Нет, пап, все в порядке! Просто… — она опустила голову, — Я не могу так сразу… но я привыкну! — Хорошо… — улыбнувшись, он погладил дочь по руке, взяв ее ладонь в свою, — Спасибо! Кивнув, Маша обняла отца. — Только можно, я сегодня уже лягу?.. — Конечно! Выйдя из комнаты, отец удалился на кухню, а Маша же уткнулась обратно в подушку, продолжая переживать события данного вечера. Забравшись под одеяло, девушка слушала негромкие голоса, доносившиеся из кухни. Слушала до тех пор, пока входная дверь не хлопнула. Выдохнув, белокурая наконец стала засыпать, но тут, в комнату раздался стук. — Папа? , — она нахмурилась. — Не совсем, — дверь распахнулась, и на пороге оказалась гостья. Подскочив на месте, Маша села и накрылась одеялом, оставляя раскрытой лишь голову. — Разбудила? , — голос звучал очень размерено и спокойно. — Н-нет. — Твой папа ушел на улицу покурить. У тебя же живот болел. Нужна таблетка? , — она продолжала стоять на пороге. — Н-нет, уже прошел. Женщина кивнула, продолжая смотреть на девушку. — Ты точно не голодна? — Точно, — нервно сглотнув, она бегала глазами по комнате. — Хорошо, — она кивнула и отступила, — Тогда, доброй ночи! — Угу, — опустив глаза, девушка вновь облегченно выдохнула, когда дверь оказалась закрытой, — И почему, я как дура себя виду? , — зажмурив глаза, она закрыла лицо ладонями, — Выставила себя, словно я идиотка неадекватная! Позор какой! Остаток вечера и пол ночи, Маша так и продолжала обдумывать все произошедшее, убеждая себя все больше, что она произвела отвратительное впечатление на возлюбленную своего отца. И на странность для себя, ей хотелось верить, что это была не последняя встреча с этой женщиной. Нужно же как-то исправлять то, что она натворила, верно? Больше всего ее пугало то, что из-за нее, женщина не захочет больше иметь дело с ее отцом. Ведь ненормальная дочь в довесок, действительно может оттолкнуть кого угодно. Следующий день начался со встречи с Мари. Та ни свет, ни заря, позвонила в квартиру Третьяковой, так как не могла до нее дозвониться.