Невеста моего отца

Первый учебный день, подходил к концу. Не сказать, что он был сложным, но втягиваться в учебу, после лета, все равно было тяжело. Мозг наотрез отказывался воспринимать, какую-либо образовательную информацию. Зато вот вдохновение, наконец, снизашло на белокурую голову и стих, который девушка пыталась написать, вот уже четвертый день, был закончен. С той, для кого был написан этот стих, они сегодня ни разу не столкнулись, так как математику, в первый учебный день, 10А классу, не поставили. И слава богу, иначе голова белокурой, точно бы лопнула от переизбытка информации. По пути домой, Маша получила сообщение от отца, что тот задерживается на работе. А следом за этим сообщением, поступило и следующее, с просьбой встретить Лауру, у них дома. — Папа, блин! , — белокурая вздохнула, понимая, что отец не виноват, но в конечном итоге, отдуваться все равно, придется ей. Только успев дома снять обувь в прихожей и перешагнуть порог своей комнаты, как во входную дверь раздался стук. — Э… — женщина удивилась, что дверь открыла Маша, — Привет. — Угу… эм… — девушка почесала затылок, — Папа задерживается на работе. Вот… попросил встретить… — А… понятно, — она кивнула, — Я пройду? , — шатенка указала на прихожую. — А, да, конечно! , — белокурая отошла от двери и пропустила старшую. — Мы вчера не увиделись, так что с опозданием, но поздравляю с началом учебы! — Спасибо… — она кивнула и поджала губы, — Кофе, чай? — Кофе, — женщина кивнула, сняла обувь и пошла следом за девушкой на кухню. Мало по малу, за чашками с горячими напитками, у них стала развязываться беседа. — Чем вообще интересуешься? По мимо русского и литературы. Маша чуть улыбнулась от того, что женщина запомнила то, что она сказала на их первой встрече. — Немного журналистикой увлекаюсь, — девушка пожала плечами, — А вы? — Можно на «ты», — шатенка слегка улыбнулась, — Давно уже как. — М… угу… — неловкость опять взяла вверх. — Я учитель математики. Этим все сказано. Все свободное время уходит на проверку тысячу и одной тетрадки, так что на другое-то и времени особо нет. А что на счет журналистики? Статьи пишешь? — Не прям, чтобы… есть пару работ… чисто для себя… — Покажешь? , — женщина заинтересованно приподняла брови. — М? , — девушка чуть не подавилась кофе, — Серьезно? — Угу. — Эм… они в комнате… — встав, Маша пошла к своей спальне, а следом за ней, пошла и женщина. Перед глазами шатенки предстала симпатичная, светлая комната. На стенах видели декорированные огоньки, единичные мотивационные фразы на английском и пара постеров любимых фильмов или книжных персонажей. Их женщина не признала, от чего и не знала, откуда они. Так же висели пару полочек, на которых стояли небольшие растения и рамки с фотографиями с ее отцом и матерью. Пока Третьякова доставала наметки журналистских статей, женщина заприметила на ее столе книгу. — Норвежский лес? , — шатенка улыбнулась знакомой книге, взяв ее со стола. — Угу, — Маша кивнула и тут же опомнилась, — Только не трога… Из поднятой книги, на пол высыпались несколько небольших листков, на которых был текст. — Ой, извини, я не… — женщина опустилась, чтобы поднять макулатуру, что сделала и Маша. Одним глазом пробежавшись по строчкам, шатенка нахмурилась. — Так ты, все-таки, тоже пишешь… — уведя взгляд на вторую бумажку, она заметила знакомые строчки, — Стихи… — она растянуто закончила фразу. — Нет, я не… Это папины… И… — белокурая совершенно не умела врать. Особенно, в таких патовых ситуациях. Женщина молча смотрела на макулатуру. Выражение ее лица, оставалось неизменным до тех пор, пока она не перевела взгляд на младшую. — Зачем? , — она нахмурилась. — Я… — в уголках глаз стали скапливаться слезинки. — Все это время, он читал мне твои стихи? Маша промолчала, продолжая смотреть в пол. Хмыкнув, шатенка положила бумажки обратно на стол и пошла к выходу. — Стой! Нет! Пожалуйста! , — Маша остановила ее за руку. Когда женщина повернулась к ней, она тут же ее отпустила. — Хоть что-то с его стороны, было правдой? Или наряжала на свидания и подготавливала для него фразы, тоже ты? , — она смотрела на девушку, довольно злобным взглядом. Такой она видела ее впервые. — Нет! Нет. Только стихи! Честно! — Зачем? — Я… Я не знаю… Папа хотел тебя удивить… — И из миллионов вариантов, он для создания впечатления, выбрал использовать для этого собственную дочь? — Он меня не использовал! — Ну-ну… Женщина продолжила путь к коридору. — Ну пожалуйста, не уходи! Это сейчас не важно! Важно, что он пытался создать хорошее впечатление, потому что ты ему понравилась! Да, метод идиотский, не спорю! Но он делал это с лучшими намерениями! — С каких пор, вранье оправдывается лучшими намерениями? — Пожалуйста! , — по лицу девушки скатилась пара слез, — Злись на меня! Не на него… Я тоже в этом виновата! Я тоже врала! Но не бросай его из-за этого! Прошу! Сев на скамью в прихожей, женщина вздохнула. — Успокойся… — она оглядела девушку, — Я ничего ему не скажу. — П-правда? , — белокурая тяжело вздохнула. — Да. — Обещаешь? — Обещаю, — шатенка усмехнулась, — Ему с тобой повезло. Утерев слезы, Маша чуть улыбнулась. — Только пообещай, что больше не будешь ему писать стихи! — Обещаю! , — она кивнула. Вспомнив пару строчек из стихов, женщина оглядела белокурую уже другим взглядом. Все текста приобрели совершенно другой окрас. Совершенно другую сторону. Совершенно другой подтекст. Из минутной паузы, их вывела замочная скважина, которая прокрутилась, указывая на то, что Владимир вернулся с работы. — О! А вы чего еще в дом не заходили? , — он удивился, что дочь и возлюбленная ютились в прихожей. Придумав быстро оправдание, они прошли все вместе в гостиную. Маша старалась не смотреть отцу в глаза, чтобы тот не понял, что она плакала, а шатенка не подавала виду о произошедшем, ведя беседу в возлюбленным. Сказав отцу, что ей задали домашнее задание, Маша поспешно ушла в свою комнату, чтобы не находиться в одном поле с парой. Занимаясь английским, девушка отвлеклась на шорох в прихожей, а после, на закрывающуюся входную дверь. С момента, как она ушла в комнату, не прошло и десяти минут. — Маш, ты поужинать не хочешь? , — в комнату заглянул отец. — Аа… Я не… — она нахмурилась, — А Лаура что, ушла? — Да. — Пап… я не… — она заплакала, — Я не хотела, чтобы она… — Ты чего, Машунь? , — отец удивился поведению дочери. — Я не хотела, чтобы она узнала, — обняв отца, который подошел к ней, она продолжила говорить несвязные фразы. — Кто узнала? Что узнала? Маша отстранилась от отца. — Она тебе не сказала? — Что не сказала? Ты чего? , — он продолжал стоять, ничего не понимая. — Черт… — она закрыла лицо руками, — Она узнала про стихи… — врать ему она не могла, от чего и решила все рассказать. — Лаура?! — Да. — Как? Рассказав все отцу, Маша продолжала утирать слезы. — Она сказала, что уехала по срочному делу… — он потер лицо руками, — Черт… — он погладил дочь по спине, — Не переживай! Спасибо, что поговорила с ней! , — он обнял ее еще раз, — Все будет хорошо, я с ней поговорю чуть позже. Бессонная ночь подходила к концу. Не видя смысла продолжал лежать в кровати, в попытках хотя бы на минуту провалиться в сон, белокурая встала и пошла собираться на учебу. Придя в школу пораньше, Маша решила заглянуть в кабинет математики. И в нем она застала того, кого было нужно. — Ты обещала! , — зайдя в кабинет без стука, начала девушка. — Эм… — Лукина отвлеклась от заполнения электронного дневника, — И тебе доброе утро! — Ты обещала, что не бросишь его! — Во-первых, я никого не бросала… — она нахмурилась, — Во-вторых, я обещала не говорить ему ни о чем. — Но вчера ты уехала! , — она прошла вдоль парт, ближе к ее столу. — У меня было важное дело! — Ты обманываешь! , — белокурая жалобно сложила брови, — Ты же его бросишь! Вздохнув, женщина сняла очки, потерла переносицу и встала. — Я тебя не обманывала! И не обманываю сейчас! — Нет, ты… — шатенка сделала шаг на нее и закрыла своей ладонью, ее рот, слегка напирая на парту позади девушки, на которую она облокотилась. — Моя подруга вчера позвонила мне и сказала, что у нее отошли воды. Ее муж был на работе. В часе езды, — она убрала ладонь от ее рта, но не отошла, — Я уехала, чтобы отвезти ее в больницу! Задержав сбившееся дыхание, Маша сглотнула и медленно кивнула, после чего женщина сделала шаг назад. Взгляд пробежался по лицу старшей, после чего белокурая его опустила. — Еще вопросы есть? , — она села обратно за свой стол. Отрицательно покачав головой, Маша поспешно пошла на выход. Очередной косяк. Очередной поступок, который может поставить под удар отношения ее отца.