Мечтать не вредно

— Да пошел ты к черту, мудила! — из подъезда выбежал невысокий парень, который кричал на всю улицу.       Людей на улице не было, т.к. время позднее, да и через час уже новый год. У всех веселье, счастливые парочки встречают праздник в обнимку, но не Феликс. Человек, которого он горячо любил и был готов на все ради него, не просто предал, а вонзил нож в самое сердце. Гнев и обида переполняли парня, попадись кто под руку, он бы точно нарычал. Феликс бесцельно шел по улицы и пытался утихомирить внутренние голоса, которые только сильней загоняли юношу в угол. В какой-то момент его глаза ослепили яркие фары, но парень даже не дернулся. Водитель вышел из машины, которая секунду назад могла освободить Феликса от боли. — У тебя мозгов нет? Какого черта ты по дороге щеголяешь? Это тебе не тротуар! — высокий парень вышел из авто и громко хлопнул дверью. На нем было темное зимнее пальто и шарф. Даже сквозь мороз можно было почувствовать его запах — дым от костра. — Да пошел ты на хуй! Где хочу там и хожу! — юноша закричал и убежал в квартал, от греха подальше. Вдруг этот парень еще захочет ему мозги вправить. Феликсу и так проблем хватает.       Молодой парень шел мимо домов, не задумываясь о своем пути. Пошел снег, который сопровождался противно холодным ветром. Феликс спрятал нос в свой шарф и зашел в круглосуточный магазин, чья вывеска виднелась издалека. Крупные хлопья снега начали таять. От этого, окрашенные в каштановый цвет, волосы Феликса стали сырыми. Парень побродил между стеллажами с закусками и снеками, чтобы немного согреться. Ему ничего не приглянулось, а желание покурить выросло в разы. Феликс подошел к кассе и попросил дешевую пачку сигарет. Выйдя из магазина, юноша вдохнул морозный воздух, который мгновенно наполнил легкие и заставил вздрогнуть. Как же было тихо, совсем не похоже на родной город. С этими мыслями Феликс вытащил одну сигарету из упаковки и поднес к своим истерзанным губам, которые парень кусал из-за нервов. Любимая зажигалка с гравировкой была очень ему дорога, он раз за разом заполнял ее и пользовался только ей. Прикурив сигарету, парень вдохнул желанную порцию никотина, которая моментально наполнила не только легкие, но и все тело. Стало легче. Феликс облокотился на холодную стену и стал смотреть вверх. Сигарета, зажатая между двумя пальцами, уже выкурена. В голову снова полезли плохие мысли. Эмоции снова овладели парнем, от чего на глазах стали выступать слезы. То ли от холода, то ли от удушающих мыслей, все тело пронзила дрожь. Феликс хотел лечь на холодный снег и свернуться клубочком, чтобы поплакать, зажимая рукой рот. Плакать в тишине — привычка, от которой он не мог избавится. Показать слезы — значит показать свою уязвимость. Парень сел на бордюр дороги и поджал ноги. Все равно улицы пусты, никто не пройдет мимо и не спросит что с ним. Через пару минут наступит новый год, который Феликс встретит в одиночестве, с разбитым сердцем.       Пока слой снега покрывал парня, он смотрел в пустоту, а слезы неприятно замерзали на щеках. Куда ему идти? Стоит ли вообще теперь верить в любовь? Ему очень холодно, но шевелиться он не мог. Мыслями он был где-то далеко, настолько, что не заметил машину, которая подъехала. — Феликс! Славу богу, я нашел тебя! — из машины выбежал взволнованный парень, на нем была чисто белая футболка оверсайз и черные джинсы с разрезами на коленях. Феликс поднял голову, он пытался сфокусировать взгляд на парне, который пытался поднять его с тротуара. Запах травяного чая привел его в чувства. Слезы снова выступили на глазах, а холодные руки обняли теплое тело старшего брата. Чан стал стряхивать снег с младшего и повел к машине. Феликс просто хотел спрятаться в теплых объятиях брата и больше никого не подпускать.       В машине было тепло, но недостаточно. Его пробирала дрожь. В районе груди было пусто. Голова раскалывалась, а глаза болели. Есть вероятность обморожения пальцев ног, т.к. он все еще их не ощущал, не смотря на тепло в салоне. Чан точно разозлиться и начнет читать лекции. Но сейчас все это было не важно. — Ликс, —Чан видел, в каком состоянии его брат, догадаться о произошедшем не сложно, — почему ты был там? — Прошу, давай поговорим позже. — слез у Ликса уже не было, только ноющая боль в груди. Он хотел бы от нее избавится, но тогда ему бы пришлось вырезать свое собственное сердце.       «Вопросы будут лишними» — вот что думал Чан, когда надавил на газ и сжал руль до белых костяшек. Его младший брат был разбит. Это самое страшное зрелище для каждого, когда ты не можешь забрать чужую боль, а огонек, в глазах близкого человека, гаснет.       Машина припарковалась на ближайшей стоянке. Чан взглянул на спящего, от усталости, Феликса и вздохнул, потирая переносицу. «Почему жизнь так несправедлива к тебе» — Чан погладил своего брата по голове и предался воспоминаниям. Сколько раз этот праздник приносил боль Феликсу.       Парень был очень легкий. Всему виноваты вечные диеты. Чан давно должен был преподать урок Хенджину, из-за которого все это и происходило. Но младший мешал, говорил — любовь, забота. Даже сейчас Чан не ощущал, как несет своего брата в кровать. Он заботливо переодел его в домашнюю одежду и оставил на тумбочке бутылку воды.       В обед, этого же дня, Феликс открыл глаза, которые болели от солнечного света. Это самое паршивое начало дня в новом году из самых паршивых, которые только могли быть в его жизни. Ощущения были именно такие. Каждый год одно и тоже. Почему в детстве все было так весело? Подарки, теплые улыбки, вкусная еда. Сейчас же вечные жалобы и слезы. Он так не хочет взрослеть. Быть ребенком проще и куда веселей. Феликс не горел желанием выходить из комнаты. Хотелось спрятаться под одеялом и забыть о вчерашнем дне. Было холодно, даже под одеялом. В зеркале отражалось что-то похожее на чучело. Опухшее лицо, красные глаза, волосы растрепаны, мятая футболка, которая чего только не пережила. Если бы его увидел друг, то в доме бы стоял дикий смех, от которого могла разболеться голова.       Из комнаты все же пришлось выйти. Желудок пуст и на это указывало пение китов, которое можно услышать в соседней комнате. Еще и голова раскалывалась, будто по ней всю ночь били молотом. Аптечка лежала где-то на кухне, где во всю хозяйничал заботливый старший брат. Кому скажешь, не поверят. Такой красивый, заботливый и, к тому же, доминантный альфа является родным братом Феликса. Другие могут только локти кусать от зависти, потому что только Ликс удостоен чести лицезреть и обнимать это накаченное тело. Парень соврет, если скажет, что никогда намеренно не бесил этим фактом других омег.       Феликс подкрался к Чану и обнял. Его холодные руки вызвали табун мурашек у старшего. У людей с холодными руками, горячее и доброе сердце. Но что делать, если это сердце с каждым днем трескается и покрывается корочкой льда. На тех ли людей тратит свою доброту Ликс? — Доброе утро, Ликс. — в ответ лишь послышалось тихое «угу». Феликс уткнулся носом в лопатки Чана и стал вдыхать приятный запах. — У тебя снова руки холодные. — Знаю, но ничего поделать не могу — в обычные дни, голос Феликса и так довольно низкий, что не сочетается с его внешностью. А после сна он становится более глубоким и хриплым. — Завтрак почти готов. Сходи прими контрастный душ и налепи патчи под глаза, а то твои синяки видны с другого континента.       Вот кого, а Чана злить не стоит. Не только потому что это плохая идея, но и еще потому что он может оставить без своей вкусной еды. Феликс кивнул и отлип от старшего. По пути в душ, в его голове работали абсолютно все шестеренки. Как же ему забыть все что произошло вчера и происходило почти 3 года. Хенджин был для него очень важен, как и его мнение о парне. Феликс был готов сделать все для любимого, даже если это вредило ему.       В ванной, сняв всю домашнюю одежду, парень стал рассматривать свое отражение в зеркале. Там стоял худощавый парень с веснушками, которые были разбросаны по всему телу, словно маленькие звезды. Так их любил описывать Чан, но Феликсу были противны эти уродливые пятна. Хенджин не говорил это на прямую, но вскользь мог упомянуть, что веснушки не красят человека. Феликс провел по уставшему лицу рукой и его взгляд задержался на окрашенных каштановых волосах. Светлые корни уже хорошо отросли. Выглядело так, словно он поседел. Хотя с его жизнью и отношениями, поседеть не проблема. Вечные диеты, окрашивание волос, скрывание веснушек довели парня до депрессии и зависимости от чужого мнения. Ко всему перечисленному добавим подавители, которые блокировали сладкий запах, что сильно раздражал бывшего Феликса.       Чан пытался достучаться до брата, но тот и слушать не желал. Для него Хенджин был настоящей любовью. Феликс просто не представлял свою жизнь без него, да и бывший не раз об этом акцентировал внимание. Что блондин больше никому не понравится. Он ничтожество, которое приютили из жалости. И какая же чертова ирония. Хван изменил с блондинкой, у которой было много веснушек. Как же больно.       Теплые струйки воды стекали по тощему телу. Феликс тер кожу со всей силы, лишь бы смыть всю ту грязь, которой поливал его бывший, но этого было недостаточно. Слезы снова выступили из глаз. Обидно и больно, но уже ничего не изменить. Феликс снова взглянул на себя в отражение. Или же можно? — Садись, а то все уже остывает. — Чан отодвинул стул и помог сесть младшему брату. Его мокрые волосы прилипали к лицу, а одежда местами была влажной. Он выглядел как брошенный котенок. У Чана сердце кровью обливалось. Он обязательно позже «поговорит» с Хваном. — Вкусно, как и всегда. Слушай, у меня появилась одна идея. — парень нервно перебирал в руках столовые приборы и старался не смотреть на старшего брата, который изогнул одну бровь и откинулся на спинку стула. — И что же за идея родилась в твоей симпатичной голове? — Феликс выпрямился и посмотрел Чану прямо в глаза. Тот напрягся, в голове варьировались разные вопросы и ответы на них. — Хочу покрасить волосы в синий и пирсинг! — Феликс прокричал это на одном выдохе и зажмурился. Чан никогда не любил резкие перемены, вот он и испугался, что весь сжался за столом. — Ладно еще волосы, но пирсинг? — Чан глубоко выдохнул и потер переносицу. Запрещать не хотелось, но в учебном заведении могут за это сильно отчитать. — Мне хочется перемен. Не думаю, что пирсинг брови плохой вариант. Сынмин вообще предложил мне прокол чле… — Чан резко закрыл рот младшему своей рукой. Его уши сильно покраснели, на что и рассчитывал Феликс. Уже взрослый парень, но все еще смущается таких слов. — Язык! Можешь проколоть язык! Его видно не будет.