Reset

Тяжелая рука гладит твои волосы обманчиво нежно и настойчиво, будто ты домашний питомец. Твоя голова лежала на груди Стрейда, пока по телевизору показывали новости.  За этот год уже были похищены несколько человек. Может, их даже больше, просто некоторых искать некому как и тебя.  Стрейд потягивал пиво, иногда хмыкая, когда на экране показывали лица пропавших. —вторая была моей любимицей. Но если бы она была интереснее, я бы ее определенно оставил… в живых. По крайней мере еще на несколько дней. Молча смотришь на пропавших. Они все были очень разные. Значит, у Стрейда нет определенного типажа, ты это поняла.  Его слова наводят на мысль, что надо поскорее научиться жить в этом месте с ним, чтобы прожить дольше месяца, хотя бы недели.  Приходит понимание, Рен соотвествует своему виду.  Ведь Лисы же хитрые, правда?  Он научился жить со Стрейдом и следовать определенным негласным правилам. Чем ты хуже? Пока не найдешь выход, нужно попытаться адаптироваться. Неохотно прикрываешь глаза от нежных поглаживаний, которые подталкивают тебя ко сну. Рука Стрейда внезапно сжимается на твоих волосах, вызывая у тебя болезненный писк и ты хватаешь его за руку. Он притягивает тебя к себе и сажает на колени, раздвигая твои ноги. Руки сжимают его плечи, не пытаясь оттолкнуть, а придерживая. Он скользит пальцами по твоей майке, а затем опускает их до пояса шорт, стягивая их вниз. Удивляться тут нечему. Ты привыкла к его перепадам настроения, но что его могло возбудить сейчас? Новости? Чувствуешь, что что-то твердое прижимается к тебе внизу. Даже если он сейчас пьян, он прекрасно понимает что делает. —приподнимись.— его дыхание обжигает твою шею, куда он уткнулся носом. Блять. Прямо в ещё незажившую рану. Прикусываешь нижнюю губу от боли и  приподнимаешься осторожно когда он начинает снимать шорты.  Нижнего белья нет, их с тебя срезали еще несколько дней назад. Ты  не увидела когда он успел достать свой член и вскрикиваешь от внезапной боли.  Стрейд не любитель подготавливать к этому.  Сжимаешь его плечи так сильно, что костяшки пальцев белеют, а ногти впиваются в его кожу, оставляя отметины в виде полумесяца. Сдерживаешься, чтобы не откусить ему кожу, а может, и сонную артерию.  Он обхватывает твои бедра, насаживая еще больше, а затем резко переворачивает и валит на диван вниз лицом. От боли ты не могла и пошевелиться, лишь руками крепко держалась за диван, надеясь, что это все скоро закончится.  Он выходил и вновь грубо входил полностью, от чего ты ещё больше стонала, но все заглушала подушка, которую ты кусала.  Он двигался внутри еще несколько минут, прежде чем ты почувствовала наполняющее тебя тепло внутри. Силы тебя покинули и ты лежишь еще несколько секунд, чтобы собраться и перевести дыхание. Его рука нежно успокаивающе поглаживает твою спину, пока ты вздыхаешь и медленно приподнимаешься, затем поворачиваешься к нему. —Schatz? — щелкает пальцами перед твоим лицом. Ты поднимаешь на него глаза и убираешь прилипшие пряди, стараясь сконцентрироваться. —А я думал, ты выдержаннее.— посмеивается он, небрежно вороша твои волосы. Хоть это и было небрежно, но все-таки ласково. Твое тело к твоему же отвращению почему-то отзывалось на его прикосновения. —ладно, отдохни, заслужила. Позже прибери здесь.— Он вдруг берет тебя за подбородок, чмокает в губы и так же резко отстраняется, оставляя тебя одну.  Чувствуешь себя грязной, но это уже привычное ощущение. Надо бы помыться, но эту грязь с себя никак не смоешь. А шрамы всю жизнь будут напоминать о том самом дне, когда ты решила набухаться и наплевать на все меры предосторожности. Находишь свои шорты где-то на полу и быстро надеваешь их, чтобы чувствовать себя немного безопаснее.  Из коридора доносится тихий шорох и ты видишь светящиеся в темноте глаза Рена, который долго решается зайти. Делаешь равнодушный вид, отсаживаешься к подлокотнику дивана, подтягиваешь колени к груди, хватаешь пульт и переключаешь канал. Он входит в гостиную и подходит, нерешительно садясь на край дивана.  —я тут принес вафли. Будешь? Ты переводишь взгляд с телевизора на него, затем на тарелку в его руках и киваешь. —Спасибо. Берешь одну вафлю и откусываешь. Она идеально сочетается с политым на нее сиропом. Откуда вообще Рен так научился вкусно готовить? —Не волнуйся, скоро он найдет себе новую жертву и ситуация будет лучше.—Шепчет он так тихо, что приходится напрягать уши. Боится, что его услышит Стрейд. —для нас может быть, а для его новой игрушки… Рен, нам надо сбежать.