Продолжение Часодеев. Книга 1

Подготовка к экзаменам Фэша и интенсивные занятия Василисы занимали всё их время. График был плотный, потому что нужно было успеть к началу осени. Помимо причин Фэша, Василиса в сентябре открывала филиал своей школы гимнастики на Эфларе, поэтому дни их были наполнены под завязку, но ночи принадлежали только им. Они понимали, что ничего не успевают, но поделать тоже ничего не могли: любовь накрыла их с головой. Выныривая из личных уголков на рассвете, они спали по три-четыре часа и принимались за дела. Фэш засыпал над книгами, Василиса — над документами школы, но вечерами они не могли не видеть друг друга. Их непреодолимо влекло друг к другу, и, оставаясь наедине, они отдавались всепоглощающей страсти. Недели через три после его приезда, когда страсть немного поутихла, и они стали давать друг другу больше отдыха, Василиса репетировала в саду номер с лентой, который планировала танцевать на открытии школы. Фэш уже давно отвлекшийся от книги по высшему часодейству, которая лежала у него на коленях, сидел на террасе и неотрывно смотрел на Василису. Сегодня у неё никак не получалось поймать ленту с первого раза. — А ну перестань! — крикнула она ему. — Будто я не вижу, что ты сидишь и уже полчаса часуешь взглядом эту ленту! Практикуешь высшее часодейство?! Фэш встал, подошёл к перилам и с самым невозмутимым видом изрёк: — Любимая, я пытаюсь силой мысли помочь тебе, но сила моих глаз мешает мне же самому. Она в сердцах топнула ногой и сказала: — Спускайся сюда, красноречивый ты мой! Он с радостью перемахнул через перила и оказался рядом с ней. — Ну почему у меня не получается? — тихо спросила она. — Сейчас на меня смотришь только ты, и я уже теряюсь, а там будет смотреть пол-Эфлары! — Прости, если я тебе мешаю. Я не буду смотреть, — пылко начал он и тут же добавил: — Но я не могу этого не делать! Глаза сами находят тебя везде! — Наоборот, смотри, — попросила она. — У меня не получается, вот я и злюсь. А на кого мне злится, если рядом только ты?! — Обожаю, когда ты злишься! — с восторгом сказал он. — У тебя такие искры в глазах! Ух! И он вздрогнул. — Давай я сейчас ещё попробую и, если она вновь упадёт, забери её, иначе я её разорву! — запальчиво произнесла она. — Ну хорошо, — согласился он и чуть отошёл в сторону. Василиса разбежалась, подкинула ленту, закрутив её вокруг своей оси, сделала два переворота и, приземлившись, поймала её. Первый раз за тренировку. Фэш стоял в стороне, сложив руки на груди, и даже не собирался ловить ленту, наблюдая за её траекторией. Василиса удивленно взглянула на него, а он ответил: — Знал, что поймаешь. Она встала, перешла в противоположный угол и снова запустила ленту, но уже под другим углом. Переворот, кувырок, планшет… И она поймала ленту под коленкой! Фэш зааплодировал. Она красиво закрутила ленту над головой, и та кольцами упала к её ногам. — Ну вот, как только перестал часовать, у меня получилось! — пошутила она и протянула ему руку. — Пойдём, я всё на сегодня. Сейчас помоюсь и будем ужинать. — А давай ты чуть позже помоешься? — вкрадчиво спросил он. Она поморщилась и вопросительно на него взглянула. — Или я тебя в буре сполосну, — предложил другой вариант он. — Ну сполосни, — улыбаясь, согласилась она. — Только быстро. Он ничего не ответил, в мгновение открыл часолист, и вот уже волна накрыла их с головой. Вторая, третья. — У тебя есть здесь каюта? — прокричала она ему. Он без слов утянул её куда-то вглубь, и они очутились в небольшой каюте, почти всю площадь которой занимала кровать. Василиса удивленно осмотрелась, и Фэш ответил: — Мы в тайном. — А почему не слышно бури и совсем не качает? — Хочешь? Могу сделать, — с улыбкой произнёс он. — Лучше так, — ответила она и принялась отжимать волосы полотенцем. — Тебе надо переодеться. Я сейчас, — и он скрылся за неизвестно откуда появившейся дверью. Она сняла мокрый купальник и обернулась полотенцем. Фэш вернулся с махровым халатом в руке. Сам он был в полотенце, завёрнутым вокруг пояса. Василиса понимала, что им уже нужно было возвращаться, но после успеха с лентой, у неё вдруг появилось желание попробовать кое-что. Она была на таком эмоциональном подъеме, что решительно шагнула к нему, развязала полотенце у него на талии и слегка толкнула его на кровать. Он не ожидал и рухнул навзничь. Как она и предполагала, он был уже с надетым презервативом. Она тут же взобралась на него и села верхом. — Что случилось? — спросил он с искренним удивлением. — Ничего, — спокойно ответила она. — Хочу проверить кое-что. Он развёл руками и улыбнулся, как бы говоря: "Ну проверяй". Она наклонилась к нему, слегка коснулась сосками его груди и легонько поцеловала в губы. Он хотел обнять её и прижать к себе, но она шепнула: — Подожди. Она спустилась чуть ниже, нашла рукой его пенис и села верхом, погрузив его в себя. Фэш всё это время наблюдал за ней, явно удивляясь её ловкости. Если честно, она сама ей удивлялась, но что-то двигало её идти дальше. Ощутив его внутри себя, она инстинктивно сжала мышцы промежности и заметила, что Фэш лежит с закрытыми глазами. Она несколько раз поднялась и плавно опустилась, с каждым разом погружая его в себя всё глубже. Она не торопилась, она хотела прочувствовать там, внутри, каждую клеточку соприкосновения с ним. Потом она снова легла ему на грудь. Он взял её голову, притянул к себе и жарко поцеловал. — Что ты делаешь? — не открывая глаз, тихо спросил он. — Не знаю, — сказала она, но не растеряно, а с интересом. — Тогда продолжай, — шепнул он и немного подвинулся в сторону. Она почувствовала, что он сейчас выскользнет и не стала сопротивляться. Спустилась, легла рядом спиной к нему, взяла его руку, положила себе на лобок и слегка надавила. — Только внутрь не надо, — попросила она. Он провёл пальцами по её половым губам, нащупал в самом верху складки головку клитора и начал ласкать ее. Одно, второе, третье движение... Она почувствовала, что маленький комочек её плоти нагрелся и слегка набух. Извиваясь от движений его руки, она ощущала, как внутри неё начинает подниматься волна. Чувствуя ягодицами его твёрдую плоть, это ощущение усиливалось. Не зная, что будет дальше, она взяла его руку и подняла выше, на свою грудь. Он сжал её достаточно сильно. Она высвободилась из его объятия, снова перевернула его на спину и оседлала. Теперь она погрузила его в себя полностью, пытаясь прижаться кусочком своей набухшей плоти к его животу. Затем она начала размеренно двигаться вперёд-назад. Он закусил губу и начал следовать её ритму. Когда волна страсти готова была накрыть её с головой, Василиса вдруг замерла. Она испугалась, что внутри нее сейчас что-то разорвётся. Фэш открыл глаза, мигом оценил её состояние, взял за плечи, уложил навзничь и вошёл в нее. Толчок, ещё толчок. Она изогнулась дугой, вскрикнула и вся вдруг обмякла. Ноги и руки её задрожали. Волна тепла разлилась по её телу до самых кончиков пальцев ног и рук. Она начала водить рукой по своему телу, как бы разглаживая эту волну. Она вздрагивала и гладила себя, не ощущая своего тела, а находясь в состоянии какой-то эйфории. Не понимая, сколько прошло времени, она открыла глаза, чувствуя, что он целует пальцы её ног. Он поднялся, сел рядом и произнес с интересом и восхищением одновременно: — Так вот ты какая... — Что со мной было? — спросила она, облизывая пересохшие губы. Он, не сводя с неё взгляда, ответил: — Я думал, ты мне расскажешь. — Иди сюда, — выдохнула она, протянула ему руку и вновь закрыла глаза. Он прильнул к ней, крепко обнял и вновь по её телу пробежала дрожь. Она свернулась клубочком, улыбнулась, взяла его руку в свою и почти сразу уснула. Он укрыл её одеялом и долго сидел рядом. Гладил по голове, смотрел на неё и улыбался. Никогда ещё ему не было так хорошо рядом с ней. Даже в первый раз. Сегодня она открылась ему, и он почувствовал силу, которая была внутри нее. Слившись вместе, они приумножили друг друга, и он понял, что она, наконец, его приняла. Это ощущение было настолько сильным, что он в какой-то миг даже перестал ощущать своё тело, а полностью был во власти её страсти. * * * После того вечера они практически перестали разговаривать при личных встречах. Лишь смотрели друг на друга, не отрываясь, и отдавались любви сполна. Слова были не нужны, они изучали друг друга и каждый сам себя. В какие-то моменты их финальное "люблю" звучало почти одновременно. Они начинали чувствовать друг друга. Видясь днём, они теперь всегда дотрагивались друг до друга. Им не нужно даже было встречаться взглядом: и он, и она чувствовали настроение друг друга, лишь зайдя туда, где кто-либо из них находился. Уже в самом конце лета, сидя вместе на своём камне у озера, он обнимал её и слегка прикасался губами к волосам. — Я даже не думал, что ты такая... — задумчиво произнёс он. — Нескромная? — спросила она. — Нет, что ты! — горячо возразил он. — Прости. Он замолчал. Василиса решила сама начать: — Я и сама себя такую не знала. Знаешь, как мне стыдно бывает, когда кто-то из старших обращается ко мне, а у меня в мыслях только та ночь в твоем тайном уголке. — Она помолчала и продолжила: — Но я не могу теперь сдерживаться, потому что знаю, как может быть. — И не сдерживайся, — тихо сказал он. — Я думал, что смогу сам тебя раскрыть, и ты будешь счастлива. Но когда ты показала мне, как нужно это делать, мне было стыдно, что я не понимал и даже пугал тебя. А когда узнал... Я чуть с ума не сошёл! До чего это было необыкновенно! Он замолчал, тяжело вздыхая. — Я не могу подобрать слова, извини. Я околдован тобой. Она прижалась к нему, и он готов был всё отдать, чтобы продлить это мгновение. Оба поняли, что говорили сейчас не о сексе, а о доверии друг другу. Каждый из них пустил другого туда, куда сам никогда не забирался и даже не подозревал, что в глубине его самого есть такая сила. — А так будет всегда? — вдруг спросила Василиса. — Не знаю, — искренне удивился он. — Наверное, будет ещё лучше. Ник говорил, что это бесконечно. — Ник? — очередь удивляться пришла Василисе. — Только не говори, что вы с Дианой о цветах разговариваете! — запальчиво произнёс он, и она замахнулась на него рукой. — С ума сошёл?! — воскликнула она. Он ласково опустил её руку, обнял за талию, снова притянул к себе и продолжил: — Эта парочка оказалась самой продвинутой в таких делах. Он боготворит её и говорит, что подозревает в часодействе, потому что иногда не может совладать с собой. Так она на него действует. Василиса улыбнулась, но он этого не видел и продолжил: — Прям как ты на меня. И тут же повернул её к себе. — Или ты эферишь надо мной?! — вдруг пришла ему в голову мысль. И он сразу пожалел, что сказал её вслух, потому что Василиса бросилась на него с кулаками. Он попытался унять её напор, крепко ухватил сзади и поднял в воздух. — Ну прости! Я не подумав ляпнул, — с тоской в голосе сказал он. — Нужен ты мне! Часовую энергию на тебя переводить! Такого откровения Фэш не ожидал. Он чуть ослабил руки, и она уже взмыла в воздух. Он догнал её, крепко ухватил за руку, она остановилась и посмотрела на него глазами, полными слез: — Как ты можешь так! Я абсолютно вся без остатка перед тобой! Как тебе, я не доверяю никому! Она заплакала и сказала дрогнувшим голосом: — Я очень боюсь, что завтра всё может кончиться, и нас уже не будет. — Василечек, родная! Он начал целовать её глаза, щеки, губы. — Прости меня. Не бойся. Я никуда не исчезну. Я с тобой. Что ты напридумывала? — горячо говорил он. — У меня есть только ты, — произнесла она и взглянула на него заплаканными глазами. — А у меня ты, и я без тебя не могу, — произнёс он. В течение следующей недели Фэш сдал все экзамены на высшие баллы.