Продолжение Часодеев. Книга 1

После новогодних праздников Фэш созванивался с Ником по делам. Открытие моста перенесли на первое февраля, так как к первому января не удалось подготовить главное — часовую защиту. Неисчезающие золотые стрелы теперь были надежно замурованы в кирпич, однако это не защищало их от возможных часовых эферов, которые могли разрушить мост. Управлял группой по безопасности Миракл, Фэш был его помощником, и у них никак не складывались частички пазла так, чтобы система работала безотказно. На этот предмет они ломали головы уже который месяц. Миракл подключил со своей стороны опытных часодеев, Фэш — Ника, Маара и Данилу. Однако Фэша заботило не только это. С тех самых пор, как они с Василисой сделали выбор и стали Властелинами Времени, он не переставая думал о том, как сделать возможным для нее посещение той временной параллели, из которой они ушли, и в которой остались друзья и вся их прежняя жизнь. Фэш в этом отношении был намного свободнее, тем более, что после своего восемнадцатилетия он смог начать посещать Эфлару и Осталу в любое время в любых параллелях. Он переживал за Василису. Ему казалось, что она сидит как затворница в Расколотом Замке и никуда не может выйти. Мысль о том, что так будет всегда, навевала на него нестерпимую тоску, поэтому он часто думал о том, как создать возможность посещения той временной параллели, из которой они с Василисой ушли и в которую она, по его мнению, хотела вернуться. Проект моста он рассматривал как одну из таких возможностей. Буквально через пару дней после прибытия на стройку летом он понял, что сам мост создает нестандартное временное поле, которое он сразу решил попробовать использовать в своих целях, вернее, в целях помощи Василисе. Вот и сейчас в разговоре с Ником он в который раз пытался понять, где ошибается и почему ему не удается создать временной купол над мостом. Над Драголисом же он его создавал, хотя лес будет подревнее, чем мост, и уж точно загадочнее раз в сто по сравнению с новым мостом. Ник видел, что друг в тупике, и всячески пытался ему помочь. Но эта загадка времени никак не давалась юному часовщику и молодому мастеру. Видя, что ответ сегодня тоже не будет найден, Ник решил сменить тему и попросил Фэша: — Расскажи про обряд первой брачной ночи. Я же в этом полный профан. — В брачных ночах? — уточнил Фэш с усмешкой. Ник, понимая, что ему удалось немного отвлечь друга от тяжелых мыслей, с улыбкой ответил: — Нет. В обрядах. Фэш вновь усмехнулся и уточнил: — Тебе какую часть рассказать: до или после? — А ты такой спец по обеим частям? Не раз уже женился что ли? Они хохотнули, обстановка разрядилась, и Фэш начал: — Там смысл в том, что ты благодаришь ее за то, что она доверилась тебе. Символом этого служит уход за ее крыльями. Если ты все правильно сделаешь, то ваши стрелы в итоге переплетутся. — А как ухаживать за ее крыльями? — просто спросил Ник, хотя было заметно, что он переживает по этому поводу. — Стандартно — это почистить перышки, — ответил Фэш и, вызвав одно крыло, взял его за край, поднес ближе к экрану таймофона и показал: — Видишь, по краю идет пушок. У девушек он очень мягкий. Нужно погладить его щеточкой, типа ты его расчёсываешь. Нужно делать аккуратно, чтобы не повредить, потому что у них он очень нежный. Видя, что друг его внимательно слушает, Фэш продолжал: — Но действовать нужно быстро, пока ее часовая энергия открыта тебе. Это буквально 10 минут на оба крыла. Понимая, что открыл Америку для Ника, Фэш спросил, чтобы вывести того из оцепенения: — Ты хоть раз ее крылья трогал? Понимаешь, про какой пушок я говорю? Тот разочарованно покачал головой. — Ну ты даешь! — воскликнул Фэш с неподдельным изумлением. — Вообще-то, это как целовать и обнимать, то есть явно еще до секса делают. — Видимо, я сильно поторопился, — философски изрек Ник, откидываясь на спинку стула. — С сексом или с предложением? — учтиво уточнил Фэш, пытаясь перевести все в шутку, так как видел, что новое знание явно огорошило друга. — И с тем и с другим, — все так же задумчиво выдал Ник. — Постой, а она сама тебе об этом не говорила? Она же понимает, что тебе придется это делать через полгода? — Вот об ЭТОМ она мне ничего не говорила, — откликнулся Ник, делая акцент на слове «этом». — Два варианта, — задумчиво произнес Фэш. — … или у фей что-то другое… Хотя, постой, — остановил он сам себя. — Василиса же тоже фея и знает об этом от Черной Королевы. Он замолчал, а Ник спросил, видя, что друг задумался: — А второй вариант? — Прости, он жесток, но, может, она хочет посмотреть, как ты будешь выкручиваться. — Да иди ты, — беззлобно бросил ему Ник. — Слушай! — пропустив мимо ушей посыл друга, встрепенулся Фэш. — Есть же еще нестандартный обряд, но он у каждой индивидуальный. Ник заинтересованно на него посмотрел, а тот с воодушевлением продолжал: — Это может быть какое-то действие, которое нужно совершить только для нее одной. С другими оно не сработает. Но это надо, черт знает до какой степени ее чувствовать, чтобы не ошибиться. У тебя же всего 10 минут будет. На эксперименты времени нет. Ник задумчиво посмотрел на него и спустя какое-то время ответил: — Спасибо тебе. Фэш вскинул бровь. — Я думаю, что понял, о чем ты говоришь, — сказал Ник уже более твердым тоном. — Неужели? — иронично подметил Фэш. — Неужели! — в тон ему ответил Ник и добавил: — Но тебе это знать ни к чему. — Ладно, бывай! — ответил Ник чуть позже. Было видно, что ему нужно что-то обдумать в одиночестве. Фэш не стал допытываться и отключился. Ему пришла в голову мысль, что он тоже не отделается с Василисой стандартной чисткой перышек. * * * До свадебного обряда Фэша с Василисой было еще далеко, а сейчас были темы более насущные. Фэш в который раз прокручивал в голове весь процесс запуска временного купола над мостом и понимал, что у него снова ничего не выходит. В один из январских вечеров, он сидел за столом, наклонив голову и обхватив ее руками. Василиса подошла, провела рукой по его густой шевелюре и мягко спросила: — Что случилось, любимый? И он вдруг взял и рассказал ей все. О том, что он чуть ли не с первых дней их пребывания в Расколотом Замке ищет возможность для Василисы вернуться в ту параллель, из которой они ушли и в которой осталась вся их прошлая жизнь. О том, что с этим мостом он связался и по этой причине в том числе. И о своих мучениях с временным куполом над ним, которые длились уже почти полгода. Она, слушая его, медленно обошла стол и села напротив. То, что она произнесла, когда он закончил свою речь, ввело его в ступор. — С чего ты взял, что я тут пленница и что мне нужно помогать?! — взорвалась она. Он поднял голову и во все глаза посмотрел на нее. Злость затмила его взгляд. — Признайся хотя бы сама себе, что это так! — прошипел он. — Да какое ты имеешь право так говорить!!! — возмущению Василисы не было предела. — Конечно, — вальяжно ответил он. — Ты — королева, а я так…. погулять вышел! — бросил он в сердцах. — Ну и иди, раз вышел! — выкрикнула Василиса ему в лицо. Что на нее нашло, она сама не знала, но ее уже было не остановить. Ее несла волна гнева все дальше и дальше. Ледяные искры сверкнули в его глазах. Давно она не видела такого его взгляда. Да и тогда, когда искры появлялись в его глазах от ревности, они быстро гасли. Сейчас же в его душе разгорался пожар, и глаза сверкали льдом все сильнее. Он вскочил, расправляя крылья, и зло бросил ей: — Сама иди! Они одновременно вылетели в разные окна. Да, они ругались до этого, но такого глобального разногласия между ними не было никогда. Основной причиной их ссор были его рубашки. Вернее то, что она не любила их гладить, а он обожал их идеально выглаженными. Конечно, он мог и сам их гладить одним лишь взмахом часовой стрелы, также, как он их стирал, но ему очень хотелось, чтобы это делала Василиса. Она же никак не могла себя заставить делать то, что ей совсем не нравилось. — Бррр, вымораживает! — говорила он каждый раз, видя его с рубашкой, которой требовалась глажка. Он не понимал, почему ее это настолько раздражает, и обижался. Однако, они всегда быстро мирились и даже иногда специально затевали игру с рубашками, чтобы добавить огонька в отношения. В этот раз неглаженые рубашки не шли ни в какое сравнение с тем, что только что между ними произошло. Василиса была зла, как никогда. Она летала, разрезая крыльями ночную мглу, и мысли в ее голове носились быстрее эферов от часовых стрел. «Куда он лезет!», «Нашел, когда в благородство играть!». Немного успокоившись, она влетела к себе в комнату, рухнула на кровать и практически сразу уснула. Мысль о том, что Фэш хотел ей помочь, так ни разу и не посетила ее в тот вечер. Он же, не раздумывая, ринулся на Эфлару. Ему не хотелось никого видеть и слышать. Он полетал над облаками и спустился к Русалочьему озеру. Походив по берегу, пиная камни, он достал часолист и написал Маару: «Погнали в Москву». Тот был удивлен, получив такое сообщение от брата возлюбленной, но спрашивать ничего не стал, а почти сразу отправил ответ: «Через полчаса на берегу Черного озера». Фэш понял, что они пойдут через колодец подводной часовни, и без промедления рванул к владениям лютов. Где они были всю ночь с Мааром, не знает никто, кроме них самих, но уже под утро, возвращаясь через временной переход, Фэш сказал: — Короче, я теперь больше не Король. — С раскоронованием тебя что ли? — спросил Маар, глядя на него. Фэш не ответил и помчался в Цапфу. Буркнув Даниле что-то типа «привет», он завалился спать в первый попавшийся угол. * * * Василиса проснулась в пять утра от осознания «ЧТО Я НАТВОРИЛА?». Ее вдруг накрыла такая тяжесть сожаления, что она разрыдалась. «Зачем я ему все это наговорила?», «Он же хочет мне помочь!». И следующие мысли тут же: «Где он?», «Что с ним?». Еле-еле дотерпев до семи утра, она тут же написала Диане: «Привет. Фэш не у вас?». Через мгновение от подруги прилетело: «Нет», и затем «Привет». Василиса вновь стала ходить кругами по комнате, не находя себе места. Через пять минут пришло еще одно сообщение от Дианы: «В Цапфе спит». Василиса выдохнула и решила собираться, готовясь к новому дню. «Ну, по крайней мере, с ним все в порядке, а дальше посмотрим», — сказала она себе, однако не улыбнулась своему отражению в зеркале, как делала каждое утро. У нее совсем не было настроения веселиться. * * * Фэш проснулся ближе к полудню, почесал затылок, тряхнул головой, как бы отгоняя события прошлой ночи и вечера, и поискал глазами Данилу. Того не было. Фэш вылетел в окно, решив, что надо раздобыть себе кофе для начала. Купив на площади Астрограда кружку бодрящего напитка, он устроился на бортике фонтана и достал часолист. Проходящие мимо часодеи явно не могли узнать в этом лохматом и помятом юноше Короля Времени, поэтому ему никто не мешал. Первым делом он заблокировал все входящие сообщения и звонки от Василисы, которых, впрочем, не было. Он это заметил, но в обдумывание решил не погружаться. Он написал Року короткое письмо с просьбой пожить в Змиулане какое-то время. Тот сразу откликнулся и прислал: «Прилетай». Фэш решился пройтись по этому злополучному мосту, официальное открытие которого должно было состояться через десять дней. Применив часовой эфер, он тут же оказался в начале моста и медленно пошел по нему, не вынимая рук из карманов. Переход занял у него около двадцати минут. Все это время он ни о чем не думал, а просто шел вперед. Конечно, его мысли пытались вернуться к событиям вчерашнего вечера, но он усиленно тряс головой, отгоняя их, как только они подступали. Рок встретил его вместе с Юстой. Она уже переехала к нему в Змиулан. Свадьба должна была состояться в марте. — Привет! — протянул руку для приветствия Рок. — Привет, — буркнул Фэш, однако, руку брата крепко пожал. — Кофе будешь? — предложил тот. — Давай, — уже более миролюбиво произнес Фэш. Рок одними глазами сделал знак Юсте, та подала им кофе и исчезла. Братья выпили кофе в абсолютной тишине, и Фэш, ставя кружку на подоконник, сказал: — Спасибо. Ну, я к себе. Рок не стал настаивать и проводил его взглядом до двери. Вечером Василисе пришло короткое сообщение от Захарры: «Здесь он». Василиса ждала, что сестра Фэша пришлет еще хоть что-нибудь разъясняющее, но больше от нее сообщений не было. Мало того через полчаса Василиса обратила внимание, что статус таймофона Захарры стал «Не в сети». Через десять минут пришло сообщение от Дианы: «Прилететь к тебе?». И следующее: «С Ником?». Василиса грустно улыбнулась и отправила ответ: «Нет, спасибо, все хорошо. Не переживайте». Ей ни с кем не хотелось видеться, а уж тем более разговаривать. Она включила спокойную музыку, попыталась расслабиться и вскоре поняла, что засыпает на ходу, поэтому отправилась спать. Фэш в Змиулане весь остаток дня, не зная, чем заняться, промаялся и к девяти вечера тоже уже был к кровати. * * * Прошел день, два, три. Он никак не объявлялся. Василиса знала, что он и не появится первым, ведь виновата была она. На пятый день их размолвки, она сидела у себя на подоконнике, свесив ноги в пропасть. Вдруг перед ней появился Нортон-старший. То ли она так задумалась, что не заметила его приближения, то ли он действительно так внезапно появился. — Можно? — тихо спросил он, указывая на подоконник рядом с ней. — Конечно, — встрепенулась она. Василиса была рада видеть отца. С кем-с кем, а с ним ей очень хотелось поговорить или даже просто побыть рядом. — Привет, — сказал он своим мягким голосом, усаживаясь рядом. Она сразу же бросилась к нему на грудь и разрыдалась. Он подождал, когда она успокоится, поглаживая ее по голове. Когда ее рыдания стали заметно тише, он сказал: — Помнишь ты обещала рассказать, если он обидит тебя. — Угу, — откликнулась она, не поднимая голову с его груди. Через какое-то время она выпрямилась и, вытирая слезы, сказала: — Только не он меня обидел, а я его. Отец поднял на нее вопросительный взгляд. — Если бы это было так, то он был бы здесь на следующий день, — Нортон-старший хитро на нее посмотрел, но без озорства, а серьезно. — А его нет уже неделю. Видя, что она не планирует отвечать, он спросил: — Он сказал Року, что больше не Король. Ты знаешь об этом? — Догадываюсь, — буркнула Василиса, глядя вдаль. Через минуту она с чувством спросила: — Что мне теперь делать, папа?! — А что ты хочешь? — аккуратно спросил отец. — Вернуть его, — не задумываясь ответила Василиса. — Только это? — так же осторожно задал следующий вопрос Нортон Огнев. Василиса повернулась к нему. В ее взгляде читалось удивление. — Не знаю, — просто ответила она. — Мне кажется, что как раньше между нами теперь никогда не будет. Понимаешь, у него свои планы, мысли, которыми он со мной ГОДАМИ не делится, а потом вываливает всю эту кучу на меня и злится. — Да, характер у него сложный, — согласился отец. Он ждал, что она скажет дальше. — В общем, мы поругались, как никогда до этого. И теперь я даже не знаю, с чего начать. — Начни с главного, — спокойно сказал отец. Василиса замерла, и он, видя, что дочь не до конца поняла его, повторил вопрос, заданный пятью минутами ранее: — Что ты хочешь прямо сейчас? — Видеть его! — выпалила Василиса. — Тогда позови его, — снова просто сказал отец, будто они обсуждали, что поесть на ужин. — Если он не дурак, то придет, — уже немного с иронией добавил Нортон-старший. Василиса молча смотрела на него. Он достал из кармана перо с золотым наконечником и протянул Василисе: — Это перо Рока. Он забыл его у меня вчера здесь, когда прилетал подписывать документы. «Рок был здесь! — пронеслась мысль в голове Василисы. — Почему ей никто ничего об этом не сказал?!». «А сейчас отец предлагает мне позвонить ему по таймофону, раз принес это перо!» Поток мыслей накрыл ее, она уставилась на перо, но, вскоре, взяла его из рук отца. Тот приобнял ее, они еще немного посидели, и он сказал: — Поторопись, — он глазами показал на часы, — скоро будет некорректно звонить. Даже брату будущего мужа. О том, что Фэш теперь может стать ее мужем, она даже думать не могла. Ей казалось, что между ними пропасть, которую ни один их них теперь не сможет перешагнуть, не разбившись вдребезги где-то еще на середине, не долетев до дна. После ухода отца, она глянула на себя в зеркало. Вид у нее был заплаканный, но глаза светились надеждой, поэтому она не стала терять времени, положила перо возле таймофона, взмахнула рукой, вызвала флер, но ничего не произошло. Она проделала так снова, потом еще и так раз 20. Таймофон со стороны Змиулана упорно молчал. «Что я делаю не так?! — в сердцах воскликнула она. — Эти Драгоции мне все душу вымотали!». Чуть успокоившись, она сделала еще несколько попыток связаться с Роком, но все они были безуспешны. Она легла спать, так и не добившись ничего от своего таймофона и дара, который, похоже, в этот раз не собирался ей помогать. * * * Утром, едва проснувшись, она соскочила с кровати и, подбежав к камину, увидела, что золотое перо Рока так и лежит возле ее таймофона. Она взмахнула рукой, чтобы поправить волосы, и нечаянно смахнула перо на пол. Она наклонилась за ним и, возвращаясь к каминной полке, увидела, что через экран на нее смотрит улыбающийся Рок. — Привет, Василиса! — я нескрываемой радостью произнес он. — Я рад тебя видеть! — А я — вас, — опешив, произнесла Василиса, понимая, что была не готова от слова совсем. Она стояла перед ним неумытая и лохматая. — Здравствуйте, Рок, — произнесла она более уверенным голосом, когда пришла в себя. — Ну какое еще «здравствуйте»? — протянул он, смешно копируя ее. Она была в шоке от того, что он появился на экране и от несвойственной ему веселости. — Зови меня хотя бы на «ты», — предложил он. — Не такой уж я и старый, и, тем более, мы почти родственники уже, — он хитро улыбнулся. Его незатейливая болтовня вернула разум в ее голову, и она спросила: — Как мы с вами смогли? — Созвониться? — беззаботно спросил он и, бросив взгляд на перо в ее руке, ответил совсем на другой вопрос. — Вот, где я его забыл! Со вчерашнего дня ищу. Видя, что снова вогнал ее в ступор, он продолжил, однако в его голове успела промелькнуть мысль: «Какая же она все-таки классная! Такая искренняя! Повезло поганцу». — Личные вещи при звонке не нужно использовать тем, у кого есть метка Ордена Непростых. А ты, как Королева, можешь в любой момент позвонить мне хоть откуда, но только со своего таймофона, используя флер. Василиса была огорошена, но тут же уточнила: — Постойте, но Захарре я могу звонить только с помощью ее кисточки. — Метка работает для связи вне Зимулана только для мужчин, — объяснил он и добавил, глянув на нее: — И когда мы хотим связаться с женщиной. Так вот как ей звонил Фэш из Змиулана летом! И не сказал же ничего… Впрочем, как недавно оказалось, он о многом ей не рассказывал. Она погрустнела от этих мыслей, Рок заметил и произнес все тем же веселым тоном: — Так что ты можешь позвонить ему. — Боюсь, что он не ответит на мой звонок, — грустным голосом произнесла она. Рок загадочно улыбнулся и предложил: — Давай я ему передам, что ты хочешь. — Завтра в семь вечера в Драголисе под тремя дубами, где стоит стол, накрытый для вечернего чаепития, — выпалила она, не задумываясь. Рок был восхищен ее смелостью, что читалось в его взгляде. — Так, сейчас я запишу, чтобы не напутать, — с важным видом пробормотал он, делая себе пометки. Уже перед прощанием, Рок улыбнулся Василисе, показывая, что полностью поддерживает ее предложение. — Не переживай, — сказал он. — Все будет хорошо. Хотя у этого Драгоция самый скверный характер из нас всех. Они улыбнулись друг другу и попрощались. Василиса, полная решимости, начала обдумывать разговор с Фэшем, который она за эту неделю уже тысячу раз прокрутила в своей голове. Сейчас она делала это специально, чтобы не дать другим, совершенно противоположным мыслям о Фэше, заполнить ее голову. Она очень скучала по нему, но сначала нужно было с ним поговорить. Тем более он может просто не прийти. Но почему-то эта мысль посетила ее мимолетом, и она отогнала ее как назойливую муху. Рок без промедлений, несмотря на то, что времени было пол-восьмого утра, отправил Фэшу сообщение: «Завтра в семь вечера в Драголисе под тремя дубами, где стоит стол накрытый для вечернего чаепития. Она зовет тебя». Фэш открыл сообщение от брата, пробежал глазами и так и остался сидеть с открытым часолистом. Минут через десять он вскочил, тряхнул головой и сказал сам себе: «Завтра, так завтра».