Планы на это лето

      Два последующих дня ребят в лагере прошло сумбурно. В понедельник они занимались своими делами как и обычно, изредка давая вожатым возможность вовлечь их в какую-то лагерную чепуху, а вот во второй день было сложнее. Они встали утром, как обычно, на пробежку, затем пошли завтракать, а после этого их собрали на большой линейке. Там они узнали, что завтра будет День России, в честь которого запланирована соревновательная игра, творческий конкурс на лучший рисунок, поделку или иную композицию по теме мероприятия, а в завершение дня будет концерт. Сережа подумал, что это все звучит максимально совково, разве что соревнования не назвали какой–нибудь «зарницей». Ему не хотелось принимать участие ни в чем из перечисленного, даже в конкурсе, к которому ранее был нарисован плакат, что уж говорить про остальные виды деятельности. Но деваться им с Олегом было некуда, Кристина уже взяла их обоих на прицел. В целом, им на любые санкции было бы все равно, потому что как они смогут навредить двум детдомовским подросткам? Что они сделают, отругают? Позвонят родителям? Отправят обратно в детский дом? Очень страшно.       Сережа подумал и принял тактику – делать минимум для галочки, чтобы их никто не донимал. Весь день их припрягали для помощи то тут, то там, где–то получалось сфилонить и отмазаться, но где–то приходилось работать. К вечеру они уже были настолько уставшими, что было принято единогласно решение пропустить утреннюю пробежку, все равно будут заниматься спортом в течение дня.       Утро снова было тяжелым. В целом, Сереже было сложно припомнить хоть одно утро, когда ранний подъем ему давался бы легко. В такие моменты он завидовал Олегу, которого природа одарила всем, в том числе и удобными для общепринятой нормы биологическими часами. Все пошло по второму кругу – подъем, сборы, завтрак, линейка.       Все еще сонный Сергей стоял, облокотившись на Олегово плечо, и подавлял очередной зевок. Директор стоял на крыльце административного блока и распинался о важности праздника в микрофон, который периодически выдавал помехи. Разумовский совершенно не следил за ходом речи пузатого дядьки, иногда лениво поглядывал по сторонам. Они стояли в последнем ряду своего отряда, скрытые за спинами остальных ребят, поэтому он не особо парился.       До его ушей доносились иногда отдельные слова, произносимые директором: патриотизм, Родина, враги. Сережа с трудом сдержался от закатывания глаз, настолько от этих слов несло нафталином и старостью. Затем речь перетекла уже ближе к предстоящей игре.       – Товарищи отдыхающие, все вы должны быть готовы к тому, что нужно будет защищать свою Родину. Именно поэтому сегодня мы будем играть в «Зарницу»! – распинался Семен Михайлович. – Правила игры...       Сережа не сдержался и закатил глаза. Они все же решили устроить дурацкую совковую игру, не зря он вчера об этом подумал. Почему всем людям в возрасте так нравятся эти советские атавизмы.       – ...вам объяснит наш главный вожатый по физической культуре – Петр Васильевич! – закончил директор и отошел в сторону, пропуская к микрофону физрука.       Разумовский резко вынырнул из своих размышлений и почувствовал, что у него уходит почва из–под ног. В панике он ухватился за локоть стоящего рядом Олега, не контролируя силу сжатия своей руки, и практически впервые за эту линейку посмотрел на крыльцо.       – Волче... – он едва слышно прошептал, вжимаясь грудью в бок друга. – Мне это не кажется?       Олег тоже смотрел вперед, его лицо казалось окаменевшим.       – Я бы очень хотел, чтобы мы оба сейчас ловили галлюцинации, – процедил он, играя желваками от напряжения.       Какое–то время они молча смотрели на Петра Васильевича, пытаясь переварить полученную информацию. Почему он снова в лагере, почему он допущен к работе с детьми, почему он не под стражей, в конце концов?       А физрук в это время с абсолютно спокойным выражением лица рассказывал правила пресловутой игры, старательно не глядя в их с Олегом сторону.       – Олеж, давай уйдем, – наконец не выдержал Сережа.       – Давай, – мрачно кивнул Волков и, подхватив его под локоть, направился в сторону жилого блока.       – Мальчики, а куда это вы пошли? Я вас никуда не отпускала.       Ребята синхронно обернулись. На них выжидающе смотрела недовольная Кристина. Ее руки были сложены на груди, брови нахмурены, а ноздри раздувались, показывая степень ее раздражения.       – У меня голова болит. Мы идем в комнату, чтобы выпить таблетку, – быстро придумал отмазку Сергей.       – Во–первых, почему не сказали об этом мне, а во–вторых, почему Волков идет с тобой? Головная боль – это не настолько тяжелое состояние, – холодно процедила вожатая.       – Мы не думали, что нужно отчитываться о каждом своем шаге, – в тон ей ответил Олег. – И я должен убедиться, что с Сережей все хорошо.       – Если ты так сильно печешься о своем ненаглядном, я могу сама с ним сходить, – раздраженно бросила Кристина. – Но обоих вас я никуда не пущу.       – Не надо. Само пройдет, – буркнул Сережа и потянул Олега обратно к своему отряду.       Я так и думала, – Кристина проследила за ними, пока они не вернулись к остальным ребятам, а потом не спускала с них глаз до конца линейки.       – Они тут сговорились все что ли? – прошипел недовольный Сережа на ухо Олегу, когда вожатая отошла чуть в сторону.       – У меня складывается ощущение, что да, – Волков говорил сквозь зубы из–за сильно сжатой челюсти. – Что за хрень тут вообще происходит?       – Видимо, поговорить мы с тобой успеем только после игры. Либо во время игры, если повезет, – буркнул Сережа.       С озвучиванием правил было покончено, теперь их начали делить на команды. Сережа не знал, каким образом происходит разделение ребят на команды, но либо это была неудачная жеребьевка, либо кто–то постарался, потому что их с Олегом определили в противоборствующие команды.       – Ну пожалуйста, можно мы с Олегом будем в одной команде? – предпринял он еще одну попытку упросить их вторую вожатую, Дашу.       – Нет, – отрезала стоящая рядом Кристина. – Разумовский, хватит канючить, вам с Волковым не помешает хоть иногда побыть порознь.       Сережа злобно глянул в ее сторону, но ничего не сказал. Молча взял себе рубашку цвета хаки с приклеенными на липучки красными погонами на манер советской военной формы, ремень и пилотку и пошел к Олегу, который стоял возле команды "синих".       – Не разрешили? – поинтересовался Волков.       – Как видишь, – ответил Сергей, показывая свою рубашку с отличительными погонами.       – Мне тоже отказали, – процедил друг. – Даже более того... – он повернул к Сереже свою рубашку, на которой вместо одних погонов на каждой стороне было по паре.       – Капитан? – Разумовский удивленно вскинул брови.       – Угу, – Олег вздохнул. – Я даже не хотел этого.       – Все как обычно, – скривился Сережа. – Хотя, справедливости ради, лучше тебя Капитана и представить нельзя.       Олег смущенно улыбнулся и посмотрел на него так тепло, что Сергею захотелось его прямо сейчас расцеловать.       – Сережа! – вдруг раздалось у него за спиной. – Разумовский! Иди сюда!       Он недовольно закатил глаза, глянул еще раз на друга влюбленными глазами, а потом пошел обратно к своей команде.       – Меня звали?       – Да, иди сюда! – его поманила к себе Даша.       Когда он подошел ближе, она, ничего не говоря, забрала у него форму из рук и тут же вручила другую.       – Что это?       – Будешь доктором, Сереж, – наконец объяснила она.       – А зачем...?       – Мы подумали и решили, что эту роль нужно отдать тебе. Ты высокий, будешь быстро бегать, что полезно для доктора. Обязанности его знаешь?       – Ну так. В общих чертах... – неуверенно протянул он.       – Все просто: у тебя есть сумка с погонами, они тебе будут нужны, чтобы помочь "раненым" солдатам, у которых оторвали погоны с одной стороны, из–за чего они не могут бегать. А ты будешь их "лечить". Ты можешь как обычный солдат принимать участие в поисках вражеской базы, а также в сражениях, просто вот такое дополнительное преимущество есть, – пояснила Даша.       – Понял, – кивнул Разумовский, наконец натягивая на себя рубашку, на правом плече которой была белая повязка с красным крестом. На пилотке у него тоже красовался красный крест.       Он с грустью глянул в сторону синей команды. Вокруг его Олега столпились ребята, что–то обсуждая. Он уже был облачен в капитанскую форму, выглядел в ней как всегда великолепно, Сережа даже засмотрелся. Сейчас хотелось быть рядом с ним. Но впереди была долгая и изматывающая игра в лесу.