Учитель

      — Ханджи, — спустя три дня Леви нашёл свою одноклассницу на заднем дворе школы. — Какого чёрта тут происходит? — хмуро спросил он её.       — Что? О чём ты? — сидя на ящике и держа что-то в руках, удивилась Зоэ.       — Ты что-то скрываешь от нас с Майком, — мрачно произнёс Леви. — Убегаешь после уроков, общаешься с какими-то утырками… Что это за Даз?       — Что, стоило мне разок сходить налево, ты уже приревновал? — рассмеялась она.       — Тц, вечно ты что-то плетёшь, — Аккерман уже хотел уйти, как его взгляд упал на руки Зоэ. — Что это? — он схватил её за предплечье и резко поднял.       — Ай! Больно же, Леви! — Ханджи даже пришлось встать, так он тянул.       — Ты что, куришь? — он выдернул из её пальцев сигарету и окатил подругу убийственным взглядом.       — Нет-нет, ты не понял! Я не собиралась это курить, мне это нужно для эксперимента! — торопливо рассказала Ханджи.       — Это не обычная сигарета, — глаза Леви стали ещё шире, когда он внимательно разглядел её. А потом и вовсе развернул. — Дерьмо, это же трава, Ханджи!       — Тише ты, не кричи! — она зажала ему рот ладонью и быстро осмотрелась по сторонам. — Я же сказала, это чисто ради эксперимента! Я много читала об этом и просто хочу узнать, что это за ощущения, по которым все так сходят с ума. Я хочу понять и разобраться в этом сама…       — Что за бред, — покачал головой Леви. — Зачем тебе это надо? А если ты подсядешь?       — Это невозможно, я делаю это не для удовольствия, а для анализа ощущений…       — Плевать, — резко оборвал её Леви. — Ханджи, это уже наркотики. Ты знаешь, что будет, если кто-то узнает об этом? — зашипел он, схватив её за олимпийку.       — Ну… ты же ведь никому не скажешь? — она приподняла брови.       — Где ты это достала? — раздражённо спросил Аккерман. — У этого Даза или как там его? — догадался он. Ханджи сдавленно кивнула и вздохнула.       — Я забираю это, — Леви, наконец, отпустил её. — А ты больше не занимайся этим, поняла? — сурово отчитал он её. — Хорошо, что тебя увидел я, а не кто-то из учителей.       — Ладно, ладно, вечно ты у меня всё отбираешь, — посетовала Ханджи, вздохнула и отправилась к школьной лаборатории, придумать что-нибудь ещё. Леви же, оставшись на заднем дворе, опустил взгляд на скрученную сигарету. Он развернул её, принюхался, поморщился и снова завернул       «Надо избавиться от этого», — напряжённо подумал он и хотел сунуть её в карман, чтобы смыть в туалете. Но внезапно его обдало холодом, поскольку его руку кто-то схватил сзади.       «Твою мать…» — выругался Леви, резко оборачиваясь и сталкиваясь с горящими голубыми глазами. В первые секунды школьник застыл, не в силах вырвать руку и двинуться с места. Учитель Смит держал на удивление крепко, а его взгляд был пронзительным и леденящим. Леви ощутил, как сердце в груди начало заходиться, но в то же мгновение Эрвин внезапно отпустил его.       «Дерьмо, сейчас он так смотрел на меня, что я чуть не обделался», — пронеслось в мыслях Леви, когда он понял, что ощущает внутри не просто волнение, а настоящий страх. Прежде такого взгляда у «святого» Эрвина он никогда не видел.       — Леви, надеюсь, мне сейчас показалось, — ровно произнёс учитель Смит, глядя ему в глаза так настойчиво, что Аккерман был вынужден опустить их. — Покажи мне, что у тебя в руке, — попросил он.       — Это не… — Леви хотел сказать, что это вообще не его, что это он отобрал у Ханджи, однако прервался и изменил свои намерения. — Какого чёрта я должен это делать? — глухо спросил он, думая, как незаметно избавиться от этой улики. Но уже никак не получилось бы, если учитель видел.       — Идём, — Эрвин снова схватил его за руку и стремительно направился вперёд, к двери, ведущей в здание школы. Его шаги были широкими, и Леви едва поспевал за ним, стараясь не бежать. Добравшись до кабинета истории, Смит толкнул школьника туда, затем плотно закрыл дверь и сделал глубокий выдох.       — Тц, это всего лишь сигарета. Почему вы так всполошились, учитель? — проговорил Леви, стоя возле его стола и глядя в сторону.       — Ты куришь? — Эрвин подошёл к нему, неожиданно склонил голову над его плечом и принюхался. — Нет, тебе бы не удалось скрыть такой запах.       — Просто хотел попробовать, — Леви чуть двинулся в сторону, чтобы увеличить расстояние между ними. — Все подростки хотят попробовать курить. Наверняка вы были таким же, — он взглянул на него исподлобья. — Только не говорите, что у вас не было такого желания.       — Не знаю, может, и было, — учитель Смит потупил взгляд, — но я смог понять, что в этом нет ничего хорошего. Это портит здоровье и… — он осёкся и снова взглянул на Леви.       — Но это ведь не просто сигарета? — едва слышно спросил Эрвин, а тело школьника охватило мурашками. Он до сих пор держал её в руке и вдруг ощутил, как пальцы учителя медленно разжимают его кулак и достают эту злосчастную сигарету.       — Это ведь… какой-то наркотик? — тихо спросил Эрвин, разглядывая содержимое.       — Похоже, вы никогда такого не видели, учитель Смит, — отметил Леви и взял себя в руки. — Просто какая-то трава, это не особо опасно.       — Где ты это взял? Ты ведь понимаешь, что по правилам я должен сообщить в полицию? — серьёзно спросил его Эрвин.       — Что? Вот так сразу? — Леви пытался храбриться, хотя ощущал, как начинают подрагивать руки. — Сдадите меня полиции за то, что я лишь хотел попробовать и в итоге даже не попробовал?       — Да, ты прав, — Эрвин зажмурился и замотал головой. — Ты несовершеннолетний, я не могу сразу обратиться в полицию. Мне нужно поговорить с твоими опекунами… — проронил он и хотел отойти, как вдруг Леви сам схватил его за руку и остановил. Эрвин опустил на него удивлённый взгляд и столкнулся с огромными испуганными глазами на бледном лице.       — Любое… наказание, — преодолевая себя, произнёс старшеклассник. — Я согласен с любым наказанием, только не говорите моему опекуну, — сбивчиво добавил он.       — Леви, ты боишься его? — Эрвин вновь развернулся к нему и стиснул его за плечи.       — Нет, дело не в этом… — отвёл взгляд в сторону он. — Просто не говорите никому, и всё. Я обещаю, что больше к этому не притронусь и отработаю любые задания, которые вы дадите.       — Леви, проблема не в наказаниях, — Эрвин глубоко вздохнул, подвёл ученика к своему столу и усадил на стул. Сам он, придвинув второй, сел напротив. — Расскажи мне. Просто расскажи, я обещаю никуда о тебе не сообщать. Откуда ты взял эту сигарету?       — Сам не знаю, — пробормотал Аккерман. — То есть… — понимая, что учитель смотрит на него в упор, он начал лихорадочно подбирать слова. — Вроде бы, какой-то Даз из третьего класса распространяет.       — Хорошо, я поговорю с ним, — записал Эрвин. — Не волнуйся, тебя не выдам, — постарался успокоить он его. — А что насчёт твоего опекуна? Кто он?       — Брат моей матери, — кисло признался Леви. — Но про него мне нечего сказать, кроме того, что он сумасшедший ублюдок и может разнести тут всё вокруг. Поэтому я не хочу, чтобы вы ему говорили, только больше проблем станет.       — А ты… — Эрвин с беспокойством посмотрел на него, — ты не страдаешь от домашнего насилия?       — Нет, всё в порядке, — мотнул головой Леви. — Я живу один. Он чисто для галочки, и чтобы в приют не сдали. Хочу скорее стать совершеннолетним, чтобы избавиться от его опеки.       — Хорошо, — облегчённо выдохнул Эрвин. — Хорошо, что с тобой всё в порядке.       — Такое ощущение, что вы правда переживаете за меня, — с сомнениями протянул Леви, скосив на него глаза.       — А разве не должен? Ты — мой ученик, и очень способный ученик. Я не хочу, чтобы ты оступился, связался с плохой компанией или сломал себе жизнь наркотиками. Если ты оступился, разве не я должен тебя поддержать и помочь тебе вернуться на правильный путь?       — Неужели вы сами всегда поступали правильно? — не поверил Леви и стиснул кулак на коленях.       — Нет, я тоже ошибался, — признался Эрвин. — Но рядом со мной был учитель, который мне показал, как лучше поступить.       — Ладно, что с моим наказанием? Вы не расскажете об этом директору? — Аккерман кивнул в сторону сигареты в руках Эрвина.       — По правилам должен, но… — учитель несколько помедлил. — Почему-то я верю тебе, — глядя на Леви, произнёс он. — Верю твоему слову. Поэтому ещё одна… нет, две недели дополнительных занятий после уроков, — улыбнулся он и похлопал Леви по плечу.       — Чёрт, я так стану умнее вас, — посетовал тот и тоже едва заметно улыбнулся. — Может, ещё что-нибудь придумаете?       — Хм… — учитель Смит на мгновение задумался. — Кажется, в библиотеке тоже требовалась помощь. Я узнаю насчёт этого.       — Ладно, я понял, — поторопился сказать Леви, пока тот не передумал. — Мне так же приходить к четырём?       — Да, — Эрвин посмотрел на часы. — У тебя есть пятнадцать минут, чтобы перевести дух и приступить к делу.       Ещё две недели дополнительных занятий заставили их встречаться чаще, чем рассчитывал Аккерман. Хотя он считал — и уже говорил учителю, — что такие методы на него не действуют. С учёбой у него проблем не было, и все задания он выполнял без особых усилий. Это его не тяготило, хотя куда приятнее было бы провести время в спортзале или с друзьями.       — Что? Ты опять наказан? — удивилась Ханджи, когда Леви в очередной раз отказал друзьям в походе в пиццерию после школы.       — Да. И угадай, благодаря кому? — складывая учебники в сумку, он окинул подругу убийственным взглядом.       — Эээ… — Ханджи почесала бровь и прикрыла рот ладонью, чтобы говорить тише. — Из-за той сигареты?       — Да. Мне не повезло так, как тебе — меня поймал учитель, — сказал Леви и вышел из класса.       — Но почему ты не сказал, что она не твоя? — удивилась Ханджи, догоняя его. — Ты же тут вообще ни при чём!       — Не было подходящего момента тебя сдать, — кисло ответил Аккерман. — Да и, по сути, какая разница. Меня это особо не напрягает.       — То, что ты остаёшься с учителем Смитом наедине? — ухмыльнулась Ханджи, воодушевлённая его «рыцарским» поступком. — Ты же его ненавидишь.       — Нет. Я уверен, что он что-то скрывает, — хмуро отозвался Леви. — Может, как раз выясню это на дополнительных, — пробормотал он. Однако ни через неделю, ни спустя почти две ему не удалось узнать ничего нового. Разве только то, что учитель Смит любит сладкое, обожает читать фантастику и фэнтези и всегда мечтал о большой собаке. А ещё — над каким исследовательским проектом работает в аспирантуре. Сведения были не особо ценными и вообще не касались учёбы. Но почему-то вместо отбытия наказания и корпения над учебниками они говорили именно об этом — словно были приятелями, а не учителем и учеником.       — Ты состоишь в клубе домоводства? Правда? — изумился Эрвин, когда узнал об этом.       — А что такого? — мрачно протянул Аккерман, чертя узоры на листе вместо ответа. — Считаете, это девчачий клуб?       — Ну… пожалуй, — признался Смит. — Я думал, ты в какой-нибудь спортивной секции.       — Да, в волейбольной, — перебил его Леви. — А что до домоводства… Я живу один и хотел научиться готовить, поэтому и вступил, — пояснил он.       — Здорово. Это очень по-взрослому, Леви, — улыбнулся преподаватель. — Пожалуй, и мне стоило бы вступить в этот клуб, — неожиданно рассмеялся он. — У меня тоже проблемы с готовкой.       — Взрослым проще, — протянул Леви. — Вы можете купить что угодно, а у меня не так много денег, чтобы питаться готовой едой или есть пиццу каждый день. Приходится готовить из простых продуктов.       — Хм, а ты думал о подработке? — предложил Эрвин.       — Уже подрабатываю, — кивнул Леви. — Удалённо, — уклончиво добавил он. — Надо же на что-то жить.       — А твой дядя совсем не помогает? — нахмурился Эрвин.       — Подкидывает денег раз в месяц, чтобы я не сдох с голоду, — пожал плечами Леви. — Но я хочу избавиться от этой зависимости, — мрачно сказал он, умолчав о том, что эти деньги приходится «отрабатывать».       — Ох, что-то мы сегодня засиделись, — пробормотал Эрвин, взглянув на часы и на окно, за которым уже стемнело. — Ты не проголодался? Не хочешь поужинать где-нибудь в кафе?       — Что за чёрт, — проворчал Леви. — Не надо меня кормить, я не голодаю.       — Это просто… в качестве извинений, что продержал тебя так долго, — торопливо объяснил Эрвин и, чуть смутившись, отвёл взгляд в сторону.       — А, впрочем, — подумав, продолжил Леви. — Кто будет отказываться от бесплатной еды? На этой неделе Ханджи и Майк два раза ели пиццу, а я — ни разу из-за занятий, — намекнул он.       — Хорошо, значит, пицца, — Эрвин взял со спинки стула пиджак и свой портфель, а Леви закинул рюкзак на плечо. Вместе они вышли из кабинета истории, отмечая, что сегодня задержались дольше обычного. В школе уже никого не осталось, и идти по пустым коридорам было чуть жутковато. По дороге к кафе Леви раздумывал, не будет ли это выглядеть слишком странно — есть пиццу с учителем.       — Эй, а вас не обвинят в предвзятости? — спросил он в кафе, когда Эрвин заказал большую пиццу с мясом и безалкогольные напитки.       — Хм… — учитель Смит на мгновение задумался. — Ты прав, немного непрофессионально выделять кого-то, — согласился он. — Надеюсь, нас никто не увидит, — хитро и даже озорно улыбнулся Эрвин. Внезапно Леви в этот момент перестал видеть в нём учителя: ему показалось, что он пришёл сюда вместе с одноклассником. А когда принесли пиццу, Эрвин взглянул на неё с таким аппетитом, что Леви захотелось отдать ему всю.       — Сто лет не ел пиццу, — закатывая глаза от удовольствия, произнёс Смит, жуя кусочек. — Есть в этом вкусе что-то неповторимое и притягательное…       — Да, она вкусная, — согласился Леви, тоже с аппетитом поедая её. — У меня такое ощущение, будто вы никогда этого не делали, — на втором кусочке подозрительно произнёс он. Эрвин приподнял брови, выпивая молочный коктейль. — Не ели пиццу с друзьями после школы, — пояснил Леви. — Наверняка думали только об учёбе и книгах. Были ботаником?       — Не совсем, — улыбнулся Эрвин его представлениям. — Да, я очень любил книги, но с друзьями тоже гулял. Вряд ли кто-то мог назвать меня ботаником, я был президентом класса. Просто действительно давно не ел пиццу с кем-то, — он скользнул взглядом по школьной форме Леви, — как будто сам стал школьником.       — Да, это заметно, — хмыкнул Аккерман.       В кафе они провели около часа, наедаясь пиццей до отвала. Обычно с Майком и Ханджи ребята покупали одну пиццу на троих, и каждый получал по два с половиной кусочка. Теперь же Аккерман съел целых четыре и ощутил, насколько она сытная. Учитель Смит проводил его до автобусной остановки и, убедившись, что тот сел, отправился на свой маршрут. Леви, добравшись до своей квартиры (он снимал её на деньги опекуна), кинул рюкзак в угол комнаты, принял душ, растянулся на диване и включил какой-то фильм на ноутбуке. Все домашние задания уже были сделаны, а после такого сытного ужина хотелось полежать.       «Он странный, — стараясь сосредоточиться на фильме, Леви всё продолжал думать об учителе Смите. — Пытается втереться ко мне в доверие? Или ему правда интересно со мной? Возможно, он стремится вести себя как настоящий учитель, а мне… похоже, действительно стало интересно с ним».       — Чёрт, что за дела, — мрачно пробормотал Аккерман, когда пришёл к этой мысли. — С чего он вдруг начал мне нравиться? Я же терпеть его не мог. До этого момента Леви ещё сомневался в нём и был уверен, что Эрвин что-то скрывает, что у него есть какой-то тайный умысел, что он хитрит и пытается чего-то добиться за счёт своего ученика. Но сегодня Аккерман не увидел в его глазах ни капли лжи. Учитель Смит оказался очень искренен и действительно был рад поесть с ним пиццу.       Спустя две недели дополнительные занятия были закончены, и после уроков появилось время для секций. В последний месяц Леви только и делал, что просиживал штаны в классе истории и многое упустил. Аккерман преуспевал не только в учёбе, но и в спорте. Хотя особой страсти к определенному виду он не питал. Ему нравилась лёгкая атлетика, бег, он был неплох в волейболе и плавании. В старшей школе Майк уговорил его вступить в волейбольную команду, где был капитаном. Леви согласился скорее от скуки, нежели от азарта, но впоследствии игра его увлекла. Ему нравилось ощущать этот командный дух — хоть он и привык быть одиночкой, от хороших напарников никогда бы не отказался. Они участвовали в межшкольных соревнованиях и даже пару раз выходили в финал. Впереди маячили очередные соревнования, и теперь ему приходилось усиленно тренироваться, чтобы наверстать пропущенное.       — Леви, похоже, дополнительные пошли тебе на пользу, — сказал Майк, когда после тренировки они остались вдвоём и перебрасывали мяч через сетку. — Ты стал спокойнее и даже драться перестал. Вы с учителем нашли общий язык?       — Вроде того. Язык пиццы, — покривил губами Леви. — Да, я… изменил своё мнение о нём, — признался он, пасуя Майку. — Может, он не такой уж и плохой, — пожал плечами Леви. — Но, может, просто пудрит всем нам мозги. С его-то способностями это проще пареной репы.       — Эй, кажется, ты накликал, — Майк бросил мяч Леви и кивнул в сторону выхода из спортзала. Там, прислонившись к стене и сложив руки на груди, стоял их знакомый учитель.       — И чего заявился? — проворчал Леви себе под нос. — Я же всё отработал.       — Можно к вам присоединиться? Если вы не против, — подойдя к Леви, спросил учитель Смит у ребят.       — Хотите побросать мяч? — спросил Майк.       — Да, немного размяться. После проверки ваших контрольных голова гудит, — рассмеялся Эрвин. — Но если вы тренируетесь, я не буду мешать, — тут же предупредил он, стараясь не навязываться.       — Нет, мы уже закончили, — выдал Майк, не успел Леви открыть рот.       — Тц, ладно, учитель, — Аккерман скосил на него глаза и оценивающе посмотрел. — Рубашка может помяться и испачкаться, — отметил он.       — Ох, верно, — Эрвин расстегнул пуговицы на манжетах и закатал рукава. Леви неожиданно бросил ему мяч, но учитель смог поймать его.       — Хорошо, бросайте сюда, — поманил Майк, — и постарайтесь меня обмануть.       — Обмануть? — улыбнулся Эрвин и, подбросив мяч, ударил по нему. Он полетел в левый угол, но Захариус молниеносно бросился туда и отбил. Мяч стремительно вернулся обратно, и Эрвин, вероятно, не успел бы его принять, если бы на помощь не пришёл Леви. Высоко подпрыгнув, он ударил по мячу прямо у сетки и отправил его вниз. Майк не успел к краю сетки, и ему забили очко.       — Ого, ребята, вы просто невероятны! — с восторгом воскликнул Эрвин. — Настолько быстрые…       — Вы тоже неплохо бросили, учитель, — поднимаясь на ноги, произнёс Майк. — Играли в волейбол?       — Нет, я больше предпочитал баскетбол… Но небольшой опыт школьной игры у меня есть, — закивал головой Эрвин.       — Давайте сыграем, — Майк тоже проявил неожиданный энтузиазм, а Леви только и мог, что поджать губы.       — Но нас нечётное число, — проронил учитель Смит.       — Вы с Леви будете в одной команде, а я ваш противник, — хмыкнул Майк. — Не волнуйтесь, учитель, я обыграю вас обоих! — отойдя назад, он разбежался и сделал очень мощную подачу.       — Это мы ещё посмотрим! — прорычал Леви, бросаясь в другой конец площадки вслед за мячом.       Эрвин был в восторге. От игры, от собственных учеников, от азарта, от молодости и эмоций. Казалось бы, такое простое занятие — перебрасывание мяча через сетку — дарило бурю ярких эмоций. Сначала он не мог угнаться за этими парнями, и скорее просто наблюдал за игрой из самого эпицентра. Потом он делал подачи — они у него получались очень неплохо. А потом Леви начал направлять его, указывая, где и как лучше поймать, когда дать ему пас, а когда перебросить через сетку. Но даже вдвоём им не удалось обыграть Майка — тот действительно был очень талантливым игроком.       — Ребята, спасибо вам, — едва отдышавшись, произнёс Эрвин, когда их небольшой матч был окончен. — Это было потрясающе! Майк, ты очень способный парень, подумай, чтобы связать своё будущее со спортом. Леви, ты тоже невероятен. Впрочем, я в тебе и не сомневался.       — Эй, благодаря мне мы оказались не в полной жопе, — проворчал Аккерман, протягивая учителю бутылку воды. Майк, забрав мяч, отправился в душ, а они ненадолго остались в пустом спортзале. Эрвин торопливо сделал несколько глотков, испытывая сильную жажду. Ему пришлось много двигаться — бегать, прыгать и пасовать — так что он изрядно разогрелся и вспотел.       — Да, положиться на тебя было лучшим решением, — рассмеялся учитель, а его беззаботная улыбка неожиданно смягчила сердце Леви, и уголки его губ дрогнули.       — Вы тоже мне помогли, — хрипловато произнёс школьник. — Майка сразить практически невозможно, но нам двоим это почти удалось. Один я бы столько очков против него не набрал.       — Ха-ха, ты мне льстишь, — неловко улыбнулся Эрвин и взъерошил волосы на затылке. — Похоже, сегодня я тоже задержал тебя, — пробормотал он, с осторожностью глядя на своего ученика. Однако не успел он продолжить, как Леви, допив воду, зашагал в сторону раздевалок.       — Да, пицца была бы кстати, я проголодался после тренировки, — на ходу бросил он, видя, как меняется лицо учителя.       — Пригласи Майка! Я буду ждать вас в вестибюле! — крикнул Эрвин ему вслед, а Леви махнул рукой, выражая согласие. В душевых он столкнулся с товарищем по команде — тот уже успел помыться, а Леви только начал снимать спортивную форму.       — Поесть пиццы? — удивился Майк, когда Аккерман рассказал ему о предложении Смита.       — Да, он заплатит, — кивнул Леви.       — Хм… — на мгновение задумался Захариус. — Звучит неплохо, но мне нужно домой. Я не дописал доклад по литературе.       — А, вот как, — без особых эмоций выдохнул Леви. У него все уроки уже были сделаны.       — Но ты можешь сходить, — продолжил Майк. — Раз уж он угощает.       — А это не будет выглядеть странно? — мрачно спросил Леви. — Что мы едим вдвоём с учителем?       — Хм… — снова задумался Майк, потерев подбородок. — Он ведь не пристаёт к тебе?       — А? О чём ты? — не понял его Леви и нахмурился.       — Ну, ты… — Майк осмотрел его с ног до головы и ухмыльнулся. — Довольно милый.       — Что за чёрт, Майк, — Леви как раз хотел снять нижнее бельё, но остановился. — Единственный, кто меня сейчас домогается, это ты.       — Ничего личного, просто факты, — Майк поднял руки в знак отступления и покачал головой. — Если он ведёт себя адекватно, то почему бы и нет. Тренер нас всегда угощал после соревнований, — добавил он. Захватив свою спортивную форму, Майк тронул застывшего Леви по плечу и отправился на выход. Аккерман, постояв ещё некоторое время, убедился, что остался один, снял трусы и пошёл в душ.       Что ж, кое в чём Майк был прав: тренер действительно кормил их до или после соревнований. Вот только там была целая команда, а сейчас он остался с учителем наедине.       «Может, стоит отказать ему? — после душа, переодевшись, Леви убрал форму в свой ящик, закинул рюкзак на плечо и направился к выходу из школы. — Ведь это уже второй раз». Однако когда он увидел Эрвина, который ожидал его в вестибюле, отчего-то ощутил в груди волнение.       — Вы сегодня тоже задержались, — пробормотал Леви, подходя к нему.       — Да, проверял контрольные, писал планы, заполнял некоторые отчётные таблицы… — Эрвин вздохнул. — Знаешь, у учителя много бумажной работы помимо самого преподавания, — он открыл дверь, и Леви волей-неволей пришлось выйти первым.       — Звучит отстойно, — ответил Аккерман, когда они поравнялись.       — Да, но всё же не настолько плохо, чтобы от этого отказываться.       Спустя некоторое время они добрались до той же пиццерии, что и в прошлый раз, и учитель заказал пиццу, которую выбрал Леви. Школьник, продолжая думать о словах Майка, невольно озирался по сторонам и опасался, что может столкнуться с кем-то знакомым. Но место было таким, что их никто не видел, да и он никого не узнал.       — Леви, я поговорил с тем парнем, — произнёс Эрвин, когда они ели пиццу. — Дазом.       — А, и что он? — на самом деле, Аккерман уже и забыл о той истории, ведь прошло много времени.       — Молчит, — вздохнул Эрвин. — Прямо не говорит, думаю, что боится. Но ведёт себя нервно, явно что-то скрывает. Кое-что он мне всё же сказал намёками. Думаю, что смогу разговорить его, — закивал Смит. — И узнать, где и как он получил те вещества.       — Хотите, я заставлю его заговорить? — Леви сжал кулак на столе. — У меня он быстро язык развяжет.       — Нет, пожалуйста, не нужно использовать силу, — Эрвин непроизвольно накрыл кулак Аккермана ладонью, чтобы тот расслабился. — В таких ситуациях нельзя давить, следует действовать осторожно.       — Да… — выдохнул Леви и медленно опустил глаза на их руки. Спустя секунду Эрвин понял, что сделал, и тут же резко отдёрнул ладонь, будто обжёгся кипятком.       — Прости, — торопливо произнёс учитель. — Я не… Это получилось случайно, — он схватил чашку с чаем и сделал несколько больших глотков.       — Да, я так и понял, — Леви взялся за кусочек пиццы, смотря в сторону.       До конца ужина они говорили лишь об учёбе и волейболе, а придя вечером домой, Леви просто упал на свою кровать, чувствуя, что сегодня устал. После долгой тренировки тело было тяжёлым — сказался недавний перерыв, а глаза закрывались.       «А у него… горячая ладонь», — зачем-то подумал Леви и поморщился, переворачиваясь на бок. Опять вспомнились слова Майка, и он серьёзно задумался, было ли это приставанием или нет.       «Он выглядел смущённым, — припомнил Леви его лицо и то, как он торопливо отдёрнул руку. — Вряд ли учитель сделал это специально. Он просто хотел… остановить меня». С этой мыслью Леви благополучно уснул, ощущая такой же жар, будто от его ладони, где-то у сердца.