Глава 50
19 декабря 2025, 02:45
19 февраля 2034 год.
Время: 12:30
Группа двигалась по корпусу заброшенного завода плотным, проверенным строем. Шесть силуэтов в серых камуфляжах, облепленных заводской пылью и цементной крошкой. Бронежилеты поверх рваных кофт, лица безликие тени под балаклавами. На левом плече у каждого один и тот же шеврон. Жёлто-оранжевый рассвет, разрывающий чёрные контуры разрушенных зданий. ‘Рассвет’.
Они ничем не отличались от десятка других ОПГ в этом городе-призраке, кроме, пожалуй, ледяной, молчаливой дисциплины.
Солнечный луч, пробившийся через дыру в крыше, внезапно осветил новый цех. Просторную пустоту, где гигантские станки застыли, как ископаемые чудовища. Ни слова не говоря, первый боевик перешагнул через разлом в стене.
И мир взорвался.
Слева, из тёмного прохода, с глухим к-х-люпком выкатилась, подпрыгивая, граната.
—Гранааа!
Крик утонул в грохоте. Они не упали. Их сбило с ног ударной волной, швырнуло на зацементированный пол. Звон в ушах, едкая гарь. Инстинкт сработал раньше мысли: карабкаясь, отползая, они ринулись к ближайшим станкам.
И почти тут же открыли бешеный, слепой огонь, поливая свинцом ту самую стену и чёрный проём. Трассеры рвали темноту, стены звенели от рикошетов.
—Суки! Огонь на подавление!
Прохрипел лидер, прижимаясь к маслянистому, холодному борту фрезерного станка.
Из темноты в ответ донёсся чей-то стон, отборный мат. И тут же из-за угла, на уровне колена, метнулась короткая очередь, а следом круглый силуэт, выплюнутый подствольником. Вторая граната.
—Вторую!
Она рванула в трёх метрах, подняв сухое облако пыли и осколков бетона. Мелкие камушки забарабанили по каскам. Лидер, не поднимая головы, резко махнул рукой вперёд, потом показал два пальца и ткнул ими в сторону глубже цеха.
“Двигаемся. Продолжаем давить.”
Один из ‘рассветовцев’, пригнувшись, рывком выдернул чеку своей ‘лимонки’, выждал раз-два и послал её длинной навесной в чёрный проём. Ответ пришёл мгновенно: граната со звоном выкатилась обратно, отпрыгнув от станка. Но укрытие было уже пусто группа, как тени, откатилась и перебежала глубже, продолжая вести шквальный огонь.
И пока пятеро приковывали к себе всё внимание, двое последних бесшумно отсекли по груде обломков, обошли ржавую перегородку. В свете карманного фонарика на голой бетонной стене чётко проступил контур окна в соседнее помещение. Без лишних слов они прилепили к нему плоскую, пластичную плитку взрывчатки. Второй боец стал разматывать тонкий детонирующий шнур.
Всё заняло меньше пятнадцати секунд.
Помещение бывшей раздевалки.
Запах сырости, ржавчины и старого пота. Четыре человека в застиранном камуфляже, лица скрыты зелёными балаклавами, сидели в углу, спиной к холодной кафельной стене. Они молча менялись у узкой бойницы проёма, где когда-то было зеркало. На левом плече у каждого один и тот же выцветший шеврон: заснеженная вершина под чёрным, искажённым солнцем, лучи которого закручивались, как щупальца. «Альбинос».
Их группировка декларировала священную войну с наркобаронами и психоделическим отребьем. Именно это и свело их с ‘Алым.’ Временный, прагматичный союз.
Они ждали этого момента месяцами: когда ‘Рассвет’ наконец втянут в открытую войну, и можно будет ударить, не оглядываясь на тыл.
— Пустой!
Коротко бросил дежуривший у проёма, отползая и кивая на смену.
Следующий боец прижался плечом к холодной плитке, поднося к щели ствол. В этот миг он не услышал, а почувствовал глухой, подземный удар где-то в самой структуре здания. Пол дёрнулся, как палуба корабля на волне. И прежде, чем сознание успело оформить это в слово “взрыв”, вся стена вздохнула и рухнула на него.
Это был не огненный шар, а тупая, всесокрушающая сила. Кафель, кирпич, арматура всё смешалось в серую, летящую с бешеной скоростью массу. Боец у проёма просто исчез, размазанный по внезапно ставшей пустотой стене. Ударная волна, пробив стену, вышвырнула второго ‘альбиноса’ через противоположный проём прямо на бетонную площадку снаружи, как тряпичную куклу.
Третий и четвёртый, сидевшие глубже, лишь успели инстинктивно вжаться друг в друга. Это и спасло и убило. Огромный кусок перекрытия, рухнувший с потолка, накрыл их обоих. Третий, оказавшийся сверху, принял весь удар на спину. Раздался глухой, мокрый хруст, не похожий ни на один другой звук.
Пыль ещё не начала оседать, клубясь в лучах света из новых дыр, когда в проёме, на месте бывшей стены, возникли две тени. Они вошли не бегом, а быстрым, целенаправленным шагом, сквозь облако бетонной муки. Первый перевернул сапогом тело выброшенного наружу и выпустил короткую, хлёсткую очередь в бронежилет, добивая. Затем шагнул к груде обломков, где торчали ноги двух последних.
Он аккуратно, почти клинически, отодвинул стволом тело верхнего, обнажив голову ещё живого, засыпанного щебнем четвёртого. Тот открыл залитые пылью глаза, увидел дуло.
Контрольный выстрел прозвучал сухо и одиноко в внезапно наступившей тишине после грома.
Первый из вошедших снял магазин, потряс его у уха. Мало. щёлкнул затворной задержкой, ловя вылетающую гильзу, и вставил новый. Его напарник уже осматривал остатки помещения, тыча стволом в карманы трупов.
— Четверо. ‘Альбиносы’.
Без эмоций констатировал первый, держа в руках дымящийся автомат.
Дым смешался с пылью, медленно поднимающейся к дырам в потолке.
Дым смешался с пылью, медленно поднимаясь к дырам в потолок.
Лидер группы ‘Рассвета’, человек с позывным ‘Гранит’, жестом приказал собраться. Его голос под маской был низким и спокойным:
— Четверо. ‘Альбиносы’. Цель в здании уничтожена. Проверяем карманы на документы. Особое внимание символам, блокнотам. Командование хочет понять, с кем водит дружбу ‘Алая Луна’.
Они быстро обыскали трупы, забрали патроны и несколько гранат. У одного из ‘Альбиносов’ нашли потрёпанный блокнот с эскизами того самого чёрного солнца и списками.
— Есть что-то.
Коротко кивнул один из бойцов, пряча блокнот в непромокаемый пакет на груди.
— Отлично. Уходим тем же маршрутом. Тишина.
Они двинулись обратно через развалы, как тени. Их задача была выполнена: разведка и точечный удар. Встреча с регулярными силами ССН не входила в планы.
Но планы имела ССН.
Улица. Засада.
‘Сокол’, оперативник девятого легиона ССН, уже пятнадцать минут следил за цехом через тепловизор квадрокоптера. Он видел, как серая группа ‘Рассветa’ вошла внутрь. Видел вспышки взрывов и стрельбы. Видел, как они вышли, собравшись в тени.
—'Тяж’, это Сокол. Стая воробьёв поклевала падаль и теперь выходит из гнезда. Семь штук. Встают на старую тропу. Подводи машину на перехват в точке ‘Перекрёсток’. Ждём моего сигнала.
Он не стал стрелять первым. Его задача была не просто убить, а уничтожить максимально эффективно и получить их добычу. БТР ‘Тяжа’ был не средством передвижения, а ключевым элементом засады.
Группа ‘Рассвета’, соблюдая все правила, вышла на улицу у котельной. Они не шли по открытому пространству, а прижимались к стенам, меняли темп. Они были профессионалами.
И именно поэтому они попали в ловушку, рассчитанную на профессионалов.
БТР выкатился не перед ними, а сбоку, перекрывая единственную удобную для отхода улицу ту самую ‘старую тропу’. Он появился не с рёвом, а на низких оборотах, вынырнув из-за соседнего здания, как акула.
— БТР! Нас вычислили!
Крикнул Гранит, но было уже поздно.
—‘Тяж’, огонь!
Раздалась в эфире команда ‘Сокола’.
И мир взорвался рёвом ‘Утёса’. Первая очередь была не слепой, а прицельной, по двум бойцам, оказавшимся на открытом пространстве на пять метров от стены. Крупнокалиберные пули не просто отбросили их, они разорвали бронежилеты, вывернув наружу кевлар и стальные пластины, швырнув тела в стену.
Остальные вжались за низкий бетонный забор единственное укрытие, которое им оставили, спланировав засаду.
— Уходим! Назад в цех!
Cкомандовал Гранит, понимая, что ловушка захлопнулась. Но ‘назад’ уже не было. Из окна второго этажа позади них ударила снайперская винтовка. Тихий ‘чпок’ и боец, прикрывавший отход, осел с дырой в балаклаве.
Это был ‘Сокол’. Он не участвовал в перестрелке. Он контролировал её, отсекая любую попытку к бегству.
—РПГ, по укрытию, сейчас! Один шанс!
Закричал Гранит, отчаянно пытаясь вырваться.
Оперативник с РПГ, Яж, пригнувшись, откатился за груду кирпича. Он ещё пытался вскинуть ствол, когда пулемёт БТР, ведомый с холодной точностью, ‘прогладил’ его укрытие. Пули
вбили Яжа в землю вместе с кирпичами.
И тогда ‘Тяж’ дал полную очередь по забору. Взрываться там было уже нечему.
Тишина.
‘Сокол’ спустился с позиции. Подошёл к груде тел у забора. Его напарник уже обыскивал первого убитого, того, что нёс блокнот.
— Нашёл.
Тот протянул непромокаемый пакет.
—Альбиносы. Их символы. И списки.
Сокол взял пакет, кивнул
—Работа сделана. ‘Тяж’, отходим.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.