Метки
Описание
У Степана (Стюарта) спорная работа.. Он – росгвардеец. Миша (Мердок) – музыкант с сомнительной репутацией. Но они вместе начинают работать над музыкальным альбомом. Как скажутся на этом их скелеты в шкафу?
Это 2doc, и это Стюарт и Мердок, но в немного другом представлении. Это Gorillaz RussiaAU.
Примечания
Тут рисунки моих тудок детей, музыка и про фанфик часто речь поднимаю заходите
https://t.me/gradi8rock8fairy8witch
Эта ссылка просто приводит в группу, где я публикую переводы лора Горилл (в особенности там можно прочитать лор всей 7 фазы и Поткаст 2D): https://vk.com/club215684433
Запрещённая сеть ыъы (тоже выкладываю иллюстрации и рисунки): https://www.instagram.com/chlorine_silk?r=nametag
***
В рамках данного фандома моя работа специфическая. Но она про любовь, семью, музыку! Она про травмы и ошибки, изменения.. Все, что свойственно людям. Возможно, проявив немного терпения к этой абсурдной поначалу ау, вы совсем не пожалеете. И разглядите в ней тех самых оригинальных героев любимой группы.
Я люблю 2doc! ООС присутствовать будет, но я действительно старалась продумать, что представляют собой персонажи в Русреале.
Часть 1. Пролог
29 августа 2022, 10:36
26 марта. 2017 год.
Степан Попов смотрел себе под ноги. На форменные берцы. В глазах было темно, и он только слышал толпу. Гул нарастал в голове, сдавленной тяжёлым шлемом, но в целом за годы службы он привык к этим ощущениям. Привык к узкому диапазону эмоций. Сначала их выстроили вдоль автозаков, они ждали дальнейших указаний. Молодых ребят срочников строили в цепочки. Люди из его части в основном занимали выжидательные позиции, пока отряды ОМОНа сосредоточились на пути протестующих, периодически брали их в кольцо. Чёрные шлемы бликовали под ярким солнцем. Люди выкрикивали: "Позор". И, может быть, лозунги толпы, крики людей, на глазах которых скручивали молодых парней, а то и подростков, их аплодисменты вслед, разносящиеся из динамиков: "Расходитесь! Не нарушайте общественный порядок!" – слились в новое, но перманентное ощущение, которое, словно иглу с ядом, вогнали в тело Стёпы. Оно поначалу отторгало это, но ноги уже еле держали, стоило ему полностью оказаться в толпе. Степа шёл следом за другим сержантом, которой грубо распихивал перед собой людей. Он не смотрел на лица митингующих, руки больше не были по бокам, а хватались друг за друга, и это было нарушение инструкции – руки всегда держать при оружии. Удивительным было то, что когда они замедлились, сержант обратил внимание на этот непрофессиональный перебой в системе сослуживца. Покосился грозными, но уставшими глазами, словно знал, что стоит оказать на Степу немного давления, он послушно вправится обратно в нужный механизм. Это и последовало. Через минуту он с ещё двумя сержантами подлетел к ничем не подозрительному, но заметно активному парню, за руки они почти поволокли его к автозаку. Степа на долю секунды взглянул на лицо задержанного. Такое юное, закрытое длинной чёлкой. Сердце ударилось в ребра. Он был так похож на него в его восемнадцать лет. Они словно поменялись местами, Степе стало так страшно. Тело абсолютно не казалось своим, как будто реальный он был где-то еще, а не на Тверской. Где-то в воспоминаниях, в которые Степа запретил себе погружаться. Задержание, задержание, еще задержание. Автоматизм. Степан – росгвардеец. До наступившего момента он старался отмахнуться от накопившегося разочарования. Годы прошли. Теперь оно стало чем-то безобразным – бездонной, ороговевшей дырой, которая продолжала вытеснять из него то, что осталось от настоящей личности. Акция протеста продолжалась. Пришло время серьезно задуматься.Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.