Случайный шанс

POV Алексашка Сегодня такой день! Ой, а вчера какой был... Н-да... Вчера к Ларсу в келью зашел брат Георгий - хранитель библиотеки, и обнаружил там меня. Ну, не то чтобы он удивился, вся община уже знала - мы встречаемся, но через час нас позвала к себе матушка. Я сперва думал, она ругаться будет, но нет, просто оглядела нас, припомнила что на прошлой неделе мне исполнилось шестнадцать и велела переехать в одну келью, чтобы не смущать более братию ночной беготней через весь поселок. Так вот, сегодня произошло мое переселение в ближайший к огороду домик. И сижу я теперь уткнувшись в учебник математики, на выделенной мне табуретке и думаю: "А вдруг он не хотел?"... На странице раскорячилась страшнючая и длиннючая нифига не понятная формула, а взгляд скользит по ней выискивая в символах логических, нечто мистическое и ритуальное. Есть хочется... Вот третьего дня мы на поверхность ходили. Столько всего вкусного накупили... Даже живот вечером разболелся. От размышлений мыслей меня отвлёк Ларс, подошедший вплотную и легонько растрепавший мне волосы. — Чудо, тебе помочь? Ты так смотришь на этот учебник, словно он мутировал и вот-вот откусит тебе пальцы. - Мутировали по моему те, кто писал это. Ну или эволюционировали, раньше меня. Матушка сказала, что в современном мире без знаний никуда. А если они туда не помещаются? - спросил я постучав пальцем по виску, - Ты наверное всю эту штуку изучил еще в дошкольном возрасте... Помоги, а? — Нууу, не то что б в дошкольном, но да, давно, — усмехнулся он, заглянув в учебник, через мое плечо. — Нужно просто разобраться в самой основе, потом всё не так уж сложно. Кстати, математика чем-то похожа на раздел ритуалистики с рунными выкладками. - Это с умножения и деления? Тогда мне и тысячи жизней не хватит, чтобы все это с начала переучить... Может и правда, умереть страшной мучительной смертью над этими формулами? Ну , например, от разрыва мозга, а в следующей жизни может попадется мир, где средневековье и этого всего еще не придумали? - захихикал я, представляя прекрасный край без физики, алгебры и геометрии. - Я тебя разочарую, но в средневековье все это уже было, — рассмеялся он. - Впрочем... Ты же слышал слухи о портале? Говорят, народ собирается переселяться как раз в таки такой древний мир. Вон, один дом вампиров уже там. - Ох, да, вот бы и нам туда, правда? Ребята говорят, что всех из Нижнего заберут и город там... Да ты сам слышал, Маш вчера все уши прожужжала про ту передачу, где показывали Новый Арадор, как бишь его? А точно - Сперо. - Припомнил я название новой обители человечества. Вот это конечно было бы круто. Интересно, и почему матушка не хочет с сэром Гриндевальдом договариваться? Возникла идея - надо к ней сходить и спросить, гадать-то вечно можно. Ну, в крайнем случае она меня пошлет... на огурцы. — Да, было бы здорово, - поддержал он меня, вздохнул и тряхнул волосами. — Там же мир живой, не такой как у нас. И блин, ну вот что мы будем тут делать, если все свалят?! - Ничего! - обрадованно заверещал я, подскакивая и роняя табуретку. - Блин, черт! Погоди, я скоро приду, - с этими словами я заскакал на одной ножке к двери. - Э?! - удивлённо уточнил он, поднимаясь и взмахом руки возвращая табуретку на место. - Я придумал, как математику не учить! - крикнул я выскакивая за дверь. *** У каждого члена нашей общины, было право один раз в год собрать Совет Пяти, во главе с Матушкой. Это было нужно, чтобы любой из нас мог влиять на курс сообщества, благо нас мало и сорок три собрания, можно себе позволить. Я правда им никогда не пользовался, ну, по объективной причине - сказать мне было нечего. А вот теперь! На ступенях храма я сбавил шаг и поклонившись вошел под своды святилища. Жрица - мать Ванда, обычно сидела у статуи перебирая четки и молясь Великой. Она мирским вообще-то не очень интересовалась, а молилась всегда об одном - чтобы нас стало меньше. Всех, и людей и некромантов. Мы тут вообще дожидались таких как Ларс и я, а община никогда не превышала пятидесяти человек. Если больше - самых старших и усталых отпускали на перерождение. Только Ванда оставалась. - Матушка! - я плюхнулся рядом с ней на пол и склонил голову, - Можно мне пожалуйста совет собрать? - Можно, дитя, но может ты мне сперва расскажешь что случилось, - попросила она поворачиваясь ко мне. Графитово-серые глаза улыбались, а в уголках, за кромкой белесых ресниц залегли лучики морщинок. Она была хорошая, любила нас, как настоящая мама. - Да, конечно. Я хотел сказать... Спросить, - слегка замявшись, я вспомнил ужасающие строки формул и осмелел, - Матушка, все уходят. Пожалуйста, давайте все вместе Великую спросим, может нам тоже с ними? И Гриндевальд, он не совсем плохой, вон вампиры ушли уже почти, и люди уходят, а что мы тогда тут будем сидеть? - Можно, собрать совет... - откликнулась она и погладила меня по ушибленной табуреткой ноге, от чего боль мгновенно отступила. *** Дела в общине всегда делались быстро. Матушка говорила: "А чего тянуть-то?", и мы шли работать, молиться или учиться, ну , в моем случае. Исходя из этого правила, собрание выпрошенное мной начало пол часа спустя, как только вернулся с верхних уровней катакомб брат Димитрий. - Я хотел попросить разрешения на общую молитву к Великой Матери. Давайте спросим у нее, может нам все таки с людьми объединиться и уйти? - спросил я, сидя на пятках в кругу, и молясь про себя, чтобы разрешили, - Ну в крайнем случае она не разрешит или не ответит, тогда я отстану, честно. - Шестнадцать с половиной лет назад, Великая сказала, чтобы мы дождались прихода Ларса Кравеца, не предпринимая никаких действий, - сказал брат Петр. - Он пришел и живет с нами уже семь месяцев, но пока никаких знаков от Великой не было, - откликнулась сестра Таисия, смотрительница печи. - Брат Александр прав - люди уходят, возможно пришло время узнать в чем ее замысел, - поддержала меня мать Ванда. - Мы не контактировали с Гриндевальдом по ее повелению, но его срок вышел, когда брат Ларс стал частью общины. - Задумчиво произнес брат Георгий - хранитель библиотеки... *** Спустя пять минут после окончания совета я влетел в Нашу комнату, и обнял Ларси. - Ты не поверишь! Они разрешили спросить Великую на сегодняшней службе! Может она разрешит нам со всеми отправиться, - я чмокнул его в уголок губ и заглянул в глаза, - Представляешь! - Оу, - выдохнул он, брови чуть приподнялись и губы расползлись в широкой улыбке. - Вау! Да! Ларс прижал меня к себе и рассмеялся. - Ты знаешь какой? - сквозь смех спросил он, приподнимая меня над полом. - Ты - самый лучший! Чудо моё! Чуть отстранился, заглядывая в глаза. Его аквамариновые натурально сияли, в них вспыхивали веселые искорки. Склонился и жарко меня поцеловал, моментально углубляя поцелуй и сбивая дыхание. Ох, он... Он такой замечательный. Ларс стал всем моим миром. Правда это еще давно, я был совсем маленький, когда матушка рассказала, что к нам придет мальчик, который сможет стать моим другом. С тех пор я ждал его. Когда она написала, что он пришел и я могу показать Ларсу общину, я стал самым счастливым на свете. А пару недель спустя, оказалось, что я ему нравлюсь. Он поцеловал меня, а потом... Была ночь в которую мне приснился очередной кошмар, превратившийся самое счастливое воспоминание. Ларс никогда не смеялся надо мной и запрещал ребятам подтрунивать. Хотя, они не особо прикалывались, но бывало из-за моей всегдашней неловкости. Он ничего не боялся, был самым сильным, смелым и умным. Ему даже правитель Арадора был не указ. А еще он был бережным и, кажется, хоть и непонятно за что, любил меня. Вынырнув из своих мыслей, я прикрыл глаза, как всегда подчиняясь его рукам, губам, голосу. Так приятно. Он продолжал целовать меня, прижимая так крепко-крепко,  словно вообще не собирался выпускать из рук. Зарылся рукой в волосы, ласково перебирая пряди и вот, когда от недостатка воздуха перед глазами уже поплыли цветные пятна, чуть отстранился, но из рук не выпустил. - Чудо, самое настоящее, - шепнул сквозь сбившееся дыхание. - Она должна разрешить. Ты же... согласишься жить со мной и там? - С тобой? - обрадовался я, - Конечно, обязательно! Мы там... Ох, только бы разрешила! Мы уйдем из умирающего мира и поселимся там, где есть баланс между жизнью и смертью. Где можно жить под небом, а не в подземельях и за куполами. Хотя, в эти полгода я и тут на Инаре нашел свое счастье, но там - точно будет еще лучше. - Я так рад, - заулыбался он, зарываясь носом в мои волосы и поглаживая по спине.  - Я, знаешь, я ещё столько должен буду тебе рассказать. О хорошем. Знаешь, у меня есть семья, в Верхнем. Они тебе понравятся. И ты им тоже. Только сейчас,  пока мы здесь, нам нельзя встречаться с ними. Но позже будет можно. Я так хочу вас познакомить. - Есть семья, я думал... Ой прости, - я замялся. Мы никогда не говорили о его родителях, ведь они умерли... По новостям четыре года назад говорили, что их нашли сидящими за столом в кухне... Они отравились - не пережили известие о гибели сына. Я всхлипнул и уткнулся в плечо Ларса, - Я очень-очень хочу познакомиться с твоими родными. - Скоро, чудо моё, — пообещал он. - Они хорошие, мои названные братики, сестричка и отец. Это они помогли мне прийти сюда. Его слова оборвал звук колокола, собиравшего всех на службу. - Обязательно, - шепнул я, быстро целуя Ларса и думая как сил ьно его люблю. Он сделал меня самым счастливым. - Бежим, сейчас все узнаем. - Ага, погнали! - он взял меня за руку, переплетая пальцы и сквозь тень утянул к храму. *** Как всегда мелодию молитвы начинала флейта. В детстве, при первых звуках этого инструмента я начинал засыпать - службы были скучные. Увидев, что я задремываю, старшие относили меня на скамью у дальней стены и подложив под голову подушку, оставляли так до конца молений. Энергии у меня было мало, контролировать особо нечего по тому и не заставляли молиться, когда не хочется. Но сегодня все было не так. Я пел вместе со всеми под аккомпанемент скрипки и дудочки, и все мое существо, каждая мысль была обращена к Великой. Матушка Миров, ответь пожалуйста, нам прям очень нужно с тобой поговорить, мысленно обращался к ней я, подпевая голосам общины. Наша общая молитва еще не завершилась, матушка ещё не задала вопрос, когда я ощутил словно тёплый ветерок коснулся моих волос. Поднял взгляд и увидел, что глаза статуи горят золотым пламенем. Ох, ответила! Пришла! Я потеребил Ларса за рукав и взял за руку. Богиня не оставляла наш храм, отзывалась, спрашивала как дела у нас и в нашем мире вообще. Она нас любила. Нет, конечно все некроманты ее наследники и приходит она ко многим, но матушка говорит, что последние две тысячи лет очень часто. Ее касания всегда нежные, брат Димитрий говорит: это по тому, что мы не злоупотребляем силой и о людях заботимся... Так вот получилось, что общение с богиней для нас дело привычное, хоть и святое. Но вот сегодня, я прямо чувствовал, как эта сила касается меня, нас... И это тоже было счастье. - Великая Мать, благодарим тебя. Ты пришла, и слышишь нас, - разлетелся по храму голос матушки Ванды. - Позволь спросить тебя. — Говори, дитя... - голос богини звучал мягко и ободряюще. Казалось, Она ждала нашего обращения к ней. Ларс рядом медленно выдохнул, чуть сжимая мои пальцы. - Люди открыли портал в новый, живой мир. Скажи, не пришло ли время нам вернуться к народу Инара? Мы исполняли твое повеление и не вступали с ними в контакт, до прихода к нам брата Ларса. Но, вот, он с нами, стал частью общины. Быть может и нам пришло время уходить? - спросила Ванда подняв взгляд на статую. Я сжал его ладонь, завороженно глядя на исходящее от фигуры сияние. Сегодня очень хотелось подойти к ней, поклониться и поговорить. Рассказать всё, а главное про то, как хочется уйти вместе туда, в новый неведомый мир, где мы с Ларсом сможем жить вместе. - Время пришло, дитя. Этот мир должен погибнуть. Вы должны покинуть его вместе с людьми... - голос Великой матери разнесся по всему храму, я снова ощутил лёгкое касание. - Дракон откроет дорогу, дождитесь последнего часа в день, когда свет и тень будут равны. Ларс тоже смотрел на неё, чуть прикусив губу, этот жест был мне хорошо знаком,  как и чуть сдвинувшиеся брови. - Да, Великая Мать, мы тебя поняли - мы должны уйти не раньше дня осеннего равноденствия. Благодарим тебя и исполним твою волю, - с этими словами Ванда низко поклонилась. - Мы начнем переговоры с людьми уже завтра. Все мы склонились перед богиней, но мне хотелось подбежать и обнять статую. Она разрешила! Благословила наш уход и мы будем вместе с Ларсом, под небом. Будем вместе с его семьей и нашими братьями.