Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Фанфик по пейрингу: Адам/Кармайн
Часть 14
22 декабря 2025, 05:24
Часть 14
Адам не бежал — он нёсся по пустошам, словно тур. Каждый его шаг впечатывался в сухую землю, преодолевая метры за считанные секунды. Коса и серпы, закреплённые за спиной и по бокам, мерно лязгали в такт движению.«Твою мать, поближе места не нашел что ли?!» — крутилось у него в голове. Лёгкие жгло от морозного ночного воздуха.
Добравшись до центра бескрайнего поля, Адам заприметил массивный валун, одиноко торчащий из земли. Остановившись лишь на секунду, он сконцентрировал жар в указательном пальце и с филигранной точностью выжег на камне размашистую надпись: «Я ЗДЕСЬ, ХУ#СОС».
Едва он закончил, как небо над равниной раскололось. Ослепительный золотисто-белый силуэт Люцифера возник в вышине, стремительно снижаясь. Воздух задрожал от божественного давления. Адам, вместо того чтобы принять боевую стойку, лишь саркастически улыбнулся и приветственно помахал рукой Королю Ада.
— Рад, что ты не заблудился, коротышка!
—В чем же твоя проблема, Адам? — голос Люцифера звенел божественным металлом, пока он медленно парил над примятой травой. — Почему ты так рьяно ищешь смерти? Или же ты настолько туп, что не понял — здесь тебе не Небеса?— Ты что, психолог ебаный? Еще скажи: «Откройся мне, Адик, расскажи о своих травмах».
Люцифер брезгливо поморщился.— Мда, в твоем случае имеет место только второй вариант. В твоей зависти ко мне и твоих провалах виноват только ты. И если единственный способ вбить это в твою голову — язык боли, так и быть.Владыка Ада снял перчатки, обнажая руки, по которым побежали золотые искры.
— Ты слишком переоцениваешь свою роль в моей жизни, пидрильный попугай, — оскалился Адам. — Сейчас покажу, насколько.
Мгновенно вылетевший из его алой руки винтовой поток пламени сбил Люцифера с ног. Король не ожидал такого напора, рассчитывая, что морально подавил врага. Он отряхнулся и встал, его лицо превратилось в маску гнева.— В твоей жизни, может, и переоцениваю, зато в твоей смерти я сыграю ключевую роль!
Люцифер кометой влетел в Адама, вминая его в землю и пронося через всё поле. Воздух со свистом покидал легкие Адама, но, собрав волю в кулак, он резко расправил единственное черное крыло. Рывок — и он увлек Падшего в воздушную дуэль. Здесь разница в боевом опыте дала о себе знать: Адам двигался расчетливо, короткими и точными движениями. Мощным ударом серпа он разломал световой меч Люцифера на тысячи осколков.
Люцифер начал менять формы: Адама атаковала то юркая змея, то цепкий осьминог. Но Адам действовал верно: его серпы не просто отбивались, они находили уязвимые места. Очередной выпад — и лезвие глубоко полоснуло ногу Короля.
Зашипевший от боли Люцифер направил на врага всю мощь: дождь из метеоритов обрушился на равнину вместе с гигантским огнедышащим драконом. Адам выставил огненный щит, чувствуя, как жар плавит землю под ногами. «Долго не продержусь», — пронеслось в голове.
И вдруг... вспомнились занятия Кармиллы. Её пируэты, легкость движений, балетная точность. Глаза Адама зажглись иным огнем. Щит внезапно вытянулся, истончился и превратился в огромную, гибкую сеть, которая просто нивелировала все снаряды, гася их энергию.
Ответом также послужило сожжение гектаров поля. Пространство заполнил едкий дым, видимость упала. Люцифер метался в тумане, но со всех сторон его атаковали наипричудливейшие, тончайшие огненные фигуры, созданные Адамом — почти танцующие, неуловимые, словно из ленты Кармайн для художественной гимнастики. Король попытался взлететь, но Адам, помня, как Кармилла лишала его маневра, перехватил его за хвост и с размаху впечатал в землю.«Спасибо, любимая», — мелькнуло в мыслях.
— Как... как ты это делаешь?! — в шоке выдохнул Падший, поднимаясь из кратера. — Откуда такая ловкость?— Грация должна быть не только в танце, но и в драке,
мудень — спокойно сказал Адам, цитируя Кармиллу.
Разъяренный Король понял, что "легкой прогулки" не будет. Со световой скоростью он нанес град ударов. Хруст — рука Адама выгнулась под неестественным углом. Коса и серп отлетели в разные стороны. Люцифер завис над ним, его рука была занесена для контрольного, фатального удара: его фигура излучала ослепительный, карающий свет. В этот миг он выглядел как истинный Серафим Смерти, готовый поставить окончательную точку в шеститысячелетней истории Первого Человека.
— Конец игры, Адам! — громогласно смолвил он, занося кулак. Энергия созидания в его руке была сконцентрирована до предела — один удар должен был аннигилировать саму суть грешника, не оставив даже пепла.
До удара оставались миллисекунды. Адам видел золотое сияние, отражающееся в расширенном зрачке Короля. Но вместо страха на его лице снова мелькнула та самая едкая ухмылка.
Удобно перехватив серп, он резким, выверенным движением вонзил его себе в позвоночник, задев один из спинномозговых нервов. Боль была запредельной, способной свести с ума любого, но для Адама с его высочайшим болевым порогом — это был один из немногих способов активировать свой организм на максимум: произошел мгновенный выброс адреналина, чьи молекулы помчались к органам-мишеням. В этот миг Адам использовал то, что берёг на самый крайний случай — остаток ангельской силы, заключенный в глубине его израненного сердца. Через сломанную руку, ставшую проводником, вырвался ревущий поток священного золотого пламени.
Всё произошло мгновенно. Единственный залп угодил точно в цель.
Когда пыль и свет рассеялись, в том, что осталось стоять на коленях, с трудом можно было узнать непоколебимого Владыку Ада. Кожа Люцифера была обуглена, один глаз побледнел от страшного ожога, волосы и перья на крыльях превратились в черную сажу. Но самым страшным для него стало осознание: когда он попытался вызвать ответную магию, внутри была лишь пустота. Ангельский огонь Адама выжег его сверхъестественную связь с Пеклом.
Люцифер с ужасом поднял взгляд на оппонента.
Адам стоял, гордо задрав голову, окутанный сиянием. Его темная сторона больше не была алой — она горела золотом. На глазах у изумленного Короля бордовый провал левой глазницы вновь засиял небесным светом, кожа приобрела теплый человеческий оттенок, а вороненое крыло вспыхнуло, становясь чистейшим золотом.
Перед Люцифером стоял Адам в своей изначальной форме — полностью искупленный, величественный и пугающий в своем совершенстве. Он медленно размял плечи, и звук его голоса, теперь лишенный демонических помех, прозвучал как трубный глас:
— батька вернулся, пидорасина.
-да, возможно надо было телепортироваться, пока была возможность.
-но так что? Попытаешь счастье в рукопашной? Адам демонстративно откидывает оружие. Люцифер понимает - дела плохи - в рукопашной Адам - не просто акула, он - химера. Но вызов принимает: в конце концов после серии болючих иннерционных бросков и блокирующих ударов, не причинивших люци почти никакого урона, тому удается пригвоздить адама к земле и сжать горло со страшной силой.
Люцифер тяжело дышал, стоя над поверженным Адамом. Его пальцы сжимали горло Первого Человека с такой силой, что кости начали хрустеть.
— Когда же ты наконец будешь знать свое место, тварь?! — шипел он, теряя остатки божественного самообладания.
Адам, чей взор уже начал застилать багровый туман, в последнем рывке дотянулся до одного из рогов врага. Из последних сил Адам вырвал его из черепа Короля и с размаху вонзил тому в глаз.
Пронзительный крик Люцифера расколол тишину Равнин. Хватка на горле ослабла. Адам сделал резкий перекат, попутно подхватывая свои серпы. В следующее мгновение он превратился в вихрь: он полосовал сияющее тело Люцифера серпами, не давая тому опомниться. Финальным аккордом Адам пригвоздил плечи соперника серпами к тому самому камню, на котором выжег унизительную надпись.
Сияющий, пришпиленный к скале, хрипел, глядя на Адама затуманенным взором. Адам тяжело выдохнул, вытирая кровь с лица.
— Знаешь... я ведь не сержусь на тебя за то, что ты увел моих жен. Я их все равно никогда не любил. За изгнание из Эдема я тебя давно простил, — голос Адама звучал пугающе спокойно. — Я ничего не имею против тебя и твоей семьи. Тот рейд на Отель... я напал на твою дочь только для того, чтобы спровоцировать вас. Я хотел погибнуть. И истребление ускорил ради этого — думал, вы с дочуркой просто прикончите меня, а заодно и сблизитесь на фоне общего врага. Хех. Пиздец я отчаялся тогда, да? Хотел уйти красиво и с размахом — в битве, что поделать.
Люцифер смотрел на него в полном оцепенении. Весь его мир, где Адам был лишь «тупым агрессором», рухнул. Перед ним стоял человек, который стратегически планировал собственную смерть, чтобы принести пользу другим.
— Но теперь всё иначе, — Адам выпрямился, и в его глазах блеснул холодный огонь. — У меня есть счастье в виде властной, заботливой и жесть какой сексуальной оружейной баронессы, да и её славных бойких личиночек, что греха таить, и я не отступлю от этого счастья. Кто знает, может, для твоей дочурки — доброй, но немного туповатой, за последнее - тебе спасибо — я буду хорошим дядей. Бывай. Серпы оставь себе как награду в номинации «Отец года».
Адам развернулся и зашагал к городу. Но Падший, уничтоженный не только физически, но и морально, не мог вынести этого. Его размазал тот, кого он считал «никем». Первый Человек оказался глубже, мудрее и, в конечном счете, сильнее. Ярость предала Владыке пекла сил: он с жутким криком вырвал серпы из собственных плеч и бросился Адаму в спину.
Адам не оборачивался. Его движение было рефлекторным, отточенным. Вспышка золотого пламени, свист косы — и голова Короля Ада отделилась от плеч, застыв с выражением бесконечного удивления.
Тело Люцифера рухнуло в серую траву. На Равнинах воцарилась мертвая тишина. Адам медленно опустил косу, глядя на то, что осталось от его древнего недруга.
— я не хотел... — негромко произнес он в пустоту. — Жаль, что до этого дошло.
Внезапно пространство за спиной Адама исказилось, и из земли вырвалась огромная, многорукая тень — безмолвный и смертоносный спутник Радио-демона. Прежде чем Адам успел вскинуть косу, его собственные серпы вонзились ему под ребра. Резкий рывок вверх — и Адам оказался подвешен над землей. Сталь скрежетала о кости, вызывая вспышки белой боли в глазах.
Сказать, что он был удивлен появлению Аластора, было бы ложью. В глубине души он всегда ждал этого удара в спину.
— Ты теперь как сыр в масле, да, олененок? — прохрипел Адам, сплевывая кровь на ботинки Аластора, который медленно вышел из тумана. — Лютик мертв, я сейчас подохну... Знаешь, по сути, это ты нас обоих прикончил. Моими руками, частично. Хех... Я всегда знал, что ты хитровыебанная сука.
— О-о-о, спасибо! — Голос Аластора зазвучал с нескрываемым восторгом, радиопомехи вокруг него превратились в торжественный марш. — Это высшая степень похвалы от такого, как ты. Знаешь, я тут немного подслушал ваш разговор и, честно сказать... охерел просто!
Аластор разразился безудержным, почти истерическим смехом. Это был тот редкий случай, когда его напускной аристократизм испарился, уступив место чистому безумию.
— Подумать только! Ты и Кармайн! — хохотал он, вытирая несуществующие слезы. — Что же вас свело? Сварливая вдова и главный неудачник Небес... Вот так экзерсис! Впрочем, это уже не важно.
Аластор подошел вплотную и с силой надавил на плечи Адама. Тень за спиной еще выше задрала свою жертву, заставляя серпы глубже входить в грудную клетку.
— Один рывок, Адам, и твоим страданиям конец, как ты и хотел. Твоя грудная клетка будет вскрыта. Твое сердце, конечно, формально принадлежит Кармилле, но, надеюсь, она не очень расстроится, когда я его выну и отведаю прямо здесь. Ангельские сердца такие вкусные, поверь... я знаю, я попробовал не одного твоего солдата.
Мерзкий, шипящий смех разрезал ночную тишину Серых Равнин. Адам, стискивая зубы, попытался ударить тень локтем, но рука лишь прошла сквозь пустоту. Струя крови потекла из его рта, марая золотое сияние его новой кожи.
Он висел над землей, глядя на безумную улыбку Радио-демона, и ждал конца. Силы покидали его, золотой свет начал меркнуть под натиском теневой магии.
Аластор наклонился к самому лицу Адама, его глаза пульсировали ядовитым зеленым светом.
— Знаешь, в чем действительно ваша общая слабость, Адам? — его голос стал вкрадчивым, лишенным привычных радиопомех. — Думаешь, в тупости и плоском мышлении? Ты прав лишь отчасти. Ваша главная слабость — близкие. Вот зачем... на кой ляд окружать себя ими?! Это лишь повод для того, чтобы дергать вас за ниточки, как вздумается. И самое страшное — это зависимость. Когда вы их теряете — вы по сути уничтожены.
Аластор презрительно скривился, усиливая давление на серпы в груди Адама.
— Да, когда ты выживал один, на грани, гонимый всеми в самых опасных условиях — а не как твоя однополчанка Вагатта, деля ложе со слащавой принцессой — признаюсь, ты вызывал у меня уважение... Но не теперь. Теперь ты — просто еще одна марионетка с привязанным сердцем.
Радио-демон широко раскрыл пасть, обнажая ряды острых зубов, и приготовился к пиршеству. Но внезапно его тело содрогнулось.
Гулкий, тяжелый звук плоти, разрываемой металлом, раздался в тишине равнин. Из груди Аластора, прямо по центру, вышел гигантский штык из ангельской стали, пронзивший его насквозь со спины.
Из высокой серой травы, словно призрак возмездия, вышла Кармилла. Её лицо было каменным, а взгляд — смертоносным.
Аластор замер, глядя на острие, торчащее из его собственной груди. Его радиоэфир захлебнулся в статике, превращаясь в предсмертный хрип.
— Извини... — Адам закашлялся золотой кровью, но его глаза сияли торжеством. — Что ты там говорил про слабость?
Кармилла резко провернула затвор, не вынимая штыка из тела Радио-демона. Её лицо, освещенное холодным светом Серых Равнин, было лишено жалости. Она стояла за спиной Аластора, крепко сжимая приклад массивной винтовки, которая выглядела в её руках продолжением её собственного тела.
— твой эфир окончен, Аластор, — холодно произнесла Оверлорд.
Одним резким движением она вырвала штык из его спины и, не давая Аластору даже шанса обернуться или раствориться в тенях, приставила дуло к его затылку.
Громовой выстрел.
Пуля из ангельской стали 50-го калибра поставила точку в истории Радио-демона. Тело Аластора не просто упало — оно рассыпалось на черные радиопомехи и клочья старых газет, которые тут же развеял ветер. Тень-прислуга, державшая Адама над землей, испарилась, и Первый Человек тяжело рухнул в высокую сухую траву.
Его грудь ходила ходуном, а из ран под ребрами толчками выходила золотая кровь.
Кармилла отбросила винтовку в сторону. Она не шла — она летела к нему, в мгновение ока оказавшись рядом. Её руки, испачканные гарью и порохом, судорожно обхватили его лицо.
— Адам! Боже, Адам, смотри на меня! — в её голосе была паника, которую не слышал ни один Оверлорд в Аду.
Адам с трудом поднял голову. Несмотря на жуткую боль и на то, что он едва держался в сознании, его золотые глаза сверкнули тем самым драйвом, который когда-то вел легионы экзорцистов. Он посмотрел на винтовку, затем на тяжело дышащую Кармиллу, чьи волосы растрепались, а платье было в пятнах крови.
На его окровавленных губах расплылась широкая, до безумия довольная ухмылка.
— Ха... — он откашлял кровь и подмигнул ей. — Вот это — моя девочка!
В этой фразе было всё: и его признание её силы, и его гордость за то, что его женщина — самая эффективная боевая единица в Преисподней, и его окончательное согласие с тем, что он теперь принадлежит ей так же, как она ему.
Кармилла на мгновение замерла, пораженная его неистребимым нахальством даже на пороге смерти, а затем прижалась своим лбом к его, издав звук, средний между всхлипом и смехом.
— Ты неисправим, — прошептала она, закрывая глаза. — Идиот. Мой сияющий идиот.
Она помогла ему опереться на неё, и вместе, два искалеченных, но победивших существа, они начали свой долгий путь прочь от мертвых полей
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.