Тема вечера - первая любовь

Оксфорд. Когда-то Великобритания, а сейчас уже и не разберёшь. От былого величия не осталось ничего: только тоска, уныние и нескончаемый чёртов дождь, который почему-то раздражал куда сильнее ротковского снега. Они привезли с собой не только Лэйн и Яна, они привезли историю. Сложную, жестокую и крайне сложную для понимания — такую, которую невозможно рассказать полностью и уж тем более невозможно объяснить тем, кто там не был. Ротков оставил след в каждом. Привычка спать вполглаза, вздрагивать от тишины и понимать друг друга с полуслова. Или с полувзгляда. Иногда — с полувздоха. В какой-то момент они перестали быть просто отрядом. Стали чем-то вроде живого организма — слегка потрёпанного, иногда раздражительного, но удивительно жизнеспособного. Люди и бессмертные давно перестали держаться по углам: различия стерлись, всё перемешалось. Общие проблемы, общие бессонные ночи и редкие, короткие минуты нормальности тоже общие. Они доверяли друг другу хотя бы потому, что доверять больше было некому. У каждого за потери за плечами. Семьи, друзья, прошлые жизни. И потому они стали своего рода семьёй, со всеми своими странностями, ссорами и придирками. В других обстоятельствах эта компания никогда бы не собралась вместе, но теперь держалась крепче корабельного каната. Каждый из них без раздумий прикрыл бы другого. Наверное, они сами ещё не понимали, насколько стали близки — слишком близки, чтобы когда-нибудь разойтись. Очередной тоскливый вечер Лэйн мучила книгу Апокалипсиса (или это книга мучила её), перечитывая одну и ту же строку уже в третий раз. Мозг категорически отказывался соображать. В окно тихо постучали. Платиновые волосы, белоснежные крылья и выражение лица «что вообще происходит». Анхея буквально впрыгнула в комнату, осторожно оглядываясь. — И что за срочное секретное дело? — ангел выгнула бровь и надулa губы. Лэйн была готова поклясться, что эта бессмертная родилась не в своей шкуре: роль демоницы подошла бы ей куда больше. — Ты о чём? — Лэйн нахмурилась. В этот момент в дверь постучали, скорее ради приличия, и на пороге появился Грег с увесистой сумкой. За его спиной маячил Ноа, озирающийся так, словно ожидал нападения из шкафа. Почти сразу за ними пришла Анна. От неё всё ещё слегка пахло лабораторией и сигаретами, которые она тайком таскала у Яна, оставляющего их в одном и том же месте, делая вид, что не знает о никотиновой воришке. — Грег, что происходит? — Анна скрестила руки. — Ты оторвал меня от работы, чтобы мы просиживали диван Лэйн? — Анна, наберись терпения, — Грег самодовольно усмехнулся. — Дождёмся остальных. Уверен, ты не будешь разочарована. Когда остальные члены отряда наконец собрались, глаза Грега блестели, как у ребёнка, который задумал что-то крайне сомнительное. Он подхватил свой рюкзак и победоносно извлёк из него две бутылки. В одной плескалась янтарная жидкость, в другой — ярко-голубая. — На последнем патрулировании удалось кое-что раздобыть, — сообщил он. — Виски — для смертной части нашей компании. И кое-что для наших птичек. Пилеон, скучавший до этого минуты три подряд, быстрым движением подхватил голубую бутылку и понюхал. — Я даже не хочу знать, как это оказалось на Земле, — процедил он. — Но это самый настоящий глифт. Ну да. Это был Грег. Он умел достать то, что другим было не под силу. Дверь снова скрипнула, на этот раз уже без стука. На пороге стоял Дмитрий сурово осматривая компанию. — И что вы задумали? — Лэйн увидела едва уловимую ухмылку в его лице, хотя всем своим видом генерал выражал привычную серьезность. Ноа напрягся, Анна забегала глазами и уже открыла рот, чтобы дать невнятный ответ, как ситуацию неожиданно спасла Анхея. — Генерал, ты как раз вовремя. Мы тут планируем строго нарушить устав — ангел пальцем указала на бутылки, а затем осторожно подвинулась и постучала на место рядом с собой. Дмитрий опешил, не ожидая такой дерзости, тем более от нее, но заметно смягчился и шагнул внутрь, закрывая дверь плечом. Грег хитро улыбнулся: — Ну что, устроим небольшую вечеринку? Грег разливал виски по кружкам, которые притащил с собой в том же рюкзаке. Лэйн скинула на пол подушки и пледы и все на них расселись. Пилеон занял место рядом с Анхеей, старые привычки. Ян присел рядом с Анной, галантного подавая ей кружку. Каин опустился рядом с Лэйн. Не слишком близко, но так, что можно было ощутить тепло плеча. Грег поднял первый тост: — Ну, за то, что никого не похитили, не ранили, не отправили в Ротков, — он задумался, — и вообще, за удивительно мирный день. — Ты пятнадцать минут назад чуть не подорвал лабораторию, — ровно сказала Анна. — Почти подорвал. Значит, мирный. Первые глотки дались тяжело. Виски оказался крепким, глифт ударил в головы бессмертных почти мгновенно. Анхея немного закашлялась, сделав первый глоток — Даже не думай отпускать комментарии, я просто давно не пила — она повернулась к Пилеону. В ответ демон приподнял бровь, сдерживая смех. Через пару минут все заметно расслабились. Пока Грег рассказывал очередную историю патруля, настолько абсурдную, что никто даже не пытался поверить — зато смеялись, Лэйн поймала себя на том, как давно ей не было по-настоящему весело. Каин тихо бросил в её сторону: — Тебе очень идет смеяться. Она смутилась. Он сделал вид, что ничего не заметил, но уголок его губ дрогнул. Даже дождь за окном перестал бесить. Грег оглядел всех с видом довольного кота: — Итак, семья небесная. Предлагаю тему вечера. Первая любовь. Кидаем жребий, на кого выпадает — рассказывает нам историю своей первой любви.