О королях и козлятах (Рождественская история "Благих Знамений")

Каждый день в полдень Азирафаэль возвращался к колодцу, чтобы наполнить бурдюк и посмотреть, не приближается ли Кроули по дороге с севера. На второй день Азирафаэль увидел знакомую фигуру, идущую по дороге с мешком за спиной, и вышел ему навстречу. - Что это такое? - спросил он, указывая на свёрток, который нёс Кроули. Щеки Кроули слегка порозовели. - А, ну это для козлят. Я подумал, что им не помешают люцерна и овсяные хлопья. Пастбища в этой местности хорошие, но это поможет сбалансировать их рацион. Азирафаэль игриво надул губы и повёл свое стадо обратно. - А я-то думал, ты придёшь навестить меня. Они молча вернулись на склон холма. Кроули снова устроился на валуне под старой оливой. Вскоре вокруг него столпились молодые козы, привлечённые обещанием угощения. Азирафаэль ходил среди них, пытаясь навести порядок в этом хаосе копыт и блеяния, но ему мешали упрямство животных и их верного спутника. - Эй, Шем! Отойди, дай Джоанне подойти! Мара, твоя очередь, пропусти Ананияса. Пффф! - фыркнул Кроули, когда самый маленький из козлят запрыгнул ему на спину, чуть не сбив его с ног. - Джемайма! - воскликнул Азирафаэль, пытаясь дотянуться до козы, но ему помешала пара козлят, которые решили, что им тоже нужно попробовать угощение. Восстановив равновесие, Кроули рассмеялся и потянулся назад, чтобы попросить Джемайму отпустить его волосы и полакомиться овсянкой. - Всё в порядке, ангел, - он почесал Джемайму за ушком и, когда она насытилась, пошевелил плечами, чтобы она слезла.

***

Азирафаэль, наконец-то пробравшийся сквозь море ушей и хвостов, плюхнулся рядом с ним. - Боюсь, я не очень подхожу для этой роли пастуха. - Я бы сказал, что у тебя всё отлично получается. Самые счастливые козы по эту сторону Иордана, - он ободряюще толкнул его плечом, - я тебе тоже кое-что принёс, если хочешь. Прежде чем он успел ответить, Кроули открыл кожаную сумку, висевшую у него на поясе, и достал несколько небольших свертков, аккуратно завернутых в пальмовые листья. Он положил их на валун между ними и улыбнулся Азирафаэлю, отчего кончики его ушей порозовели. - При дворе Ирода хорошо кормят, и я подумал, что тебе не помешает что-нибудь повкуснее. Азирафаэль радостно заёрзал, разворачивая свёртки: оливки, финики, груши в меду и небольшая порция жареных перепёлок - деликатесы, которые не могли предложить даже лучшие гостиницы Вифлеема. Подняв глаза с выражением восторга на лице, он увидел, что Кроули протягивает ему бурдюк с вином. - О, мой дорогой, спасибо! Но ты ведь разделишь это со мной, не так ли? Кроули опустил взгляд на свертки, на его лице все еще был заметен румянец. - Ах, я наедаюсь при дворе. Но я поделюсь с тобой вином, если вы не против. - Я бы не согласился на меньшее, - сказал он, на мгновение положив руку на колено Кроули, а затем поспешно переключившись на оливки и с довольным вздохом отправив одну в рот. Кроули издал горловой звук, и Азирафаэль взглянул на него. Кроули не отрывал взгляда от дороги внизу и потягивал вино. - Это они? Азирафаэль проследил за его взглядом и заметил на дороге фигуры, приближающиеся ко входу в город. Молодой человек неспешно вёл за собой осла. Он был высоким, но худощавым и носил простую грубую одежду торговца. На осле, помимо обычных седельных сумок, сидела молодая женщина. Даже с такого расстояния было видно, что она беременна и покачивается в такт движениям осла. На них опустилась тишина, игривое настроение улетучилось. - Да, это они. - На мой взгляд, выглядят вполне обычно. Азирафаэль кивнул: - Думаю, в этом и суть. Скромное начало, ничего особенного во внешности. - Тогда почему именно они? Что в них такого особенного? Азирафаэль чувствовал на себе взгляд Кроули, но продолжал наблюдать за медленным продвижением группы в сторону города. - Что ж, они исполняют пророчество о том, что Мессия будет из рода царя Давида. Они оба его потомки - дальние родственники, но в данном случае это не имеет значения. Она (Мария) чиста сердцем и глубоко верующая. Иосиф понимает свою роль и важность ребёнка, которого он усыновит. - Едва ли это справедливо, - проворчал Кроули. - В каком смысле? Она оказывает им огромную милость. Доверяя им Своего единственного сына, чтобы они стали земными хранителями Мессии, - голос Азирафаэля был ровным, но в нём послышалась неуверенность, когда он встретился взглядом с Кроули, - они самые благословенные люди из всех, что когда-либо жили и будут жить. - Конечно, они избранные. Но... но они же люди. Люди, - его голос звучал напряжённо, хотя он едва шептал, - должно быть, у них были какие-то планы на жизнь, какие-то надежды на то, каково это - быть женатыми, быть родителями. И что теперь? Они попали в Её план, но как же их планы? А ребёнок, вся его судьба решена ещё до его рождения! Это был не первый раз, когда Кроули задавал Азирафаэлю вопросы о Её плане; он знал, что его ответ будет совершенно неудовлетворительным. - Это непостижимо. Демон фыркнул. - Это несправедливо. Солнце клонилось к закату, когда они увидели, как Мария и Иосиф наконец прибыли в Вифлеем. Азирафаэль пожал плечами: - Мне нужно вернуться в город и проследить, чтобы они устроились. Спасибо тебе за компанию и за еду. Было очень ми... - он замолчал, поймав предупреждающий взгляд Кроули, - мне очень понравилось. Он встал и начал спускаться с холма к главной дороге, ожидая, что Кроули его догонит. К своему удивлению, он заметил, что тот идёт следом. - Я просто пойду с тобой, если тебе всё равно. Ирод и его приспешники - не самая приятная компания, - быстро добавил он, заметив подозрительный взгляд Азирафаэля. И вот они вместе вернулись в Вифлеем. Новую семью было довольно легко найти, учитывая состояние Марии, они двигались не слишком быстро. Большинство постоялых дворов располагалось на городской площади, и Азирафаэль с Кроули смешались с толпой, что было удобным прикрытием для наблюдения. Они видели, как Иосиф заходил в один постоялый двор, а через несколько минут выходил, говорил Марии пару слов и шёл в следующий. Азирафаэль нахмурился, наблюдая за тем, как молодой муж выходит из последней таверны на площади. Он покачал головой, когда взгляд Марии упал на её живот, и она нежно погладила его. - Они не могут найти жильё. А, неважно, одно маленькое чудо исправит ситуацию в мгновение ока, - он закрыл глаза и поднял руки, чтобы сотворить чудо. - Нет! - перебил его Кроули. Азирафаэль приоткрыл один глаз, не опуская рук. - Что значит "нет"? - Э-э, ну, может быть, они предпочтут остаться, э-э, на свежем воздухе. Ты же знаешь, как там... душно! - запинаясь, сказал он. - Да, ты же знаешь, как душно бывает в таких местах, когда они переполнены. Это не пойдёт на пользу ни ей, ни ребёнку.

***

- Ты глупишь, они не могут оставаться на улице, - Азирафаэль фыркнул и снова поднял руки. - А! П-п-подожди! Ангел прищурился: - Кроули, что происходит... - Ничего! Просто... просто пытаюсь придумать, как лучше поступить с семьёй. Может быть, может быть, в хлев. Там можно укрытьчя от ветра... и не видно, - он ходил по кругу перед Азирафаэлем, намеренно избегая зрительного контакта. Азирафаэль схватил его за руку и вытащил из толпы в пространство между двумя зданиями. - Ты же не предлагаешь женщине родить сына Божьего в хлеву. Это небезопасно! Там антисанитария! - Конечно, так и есть! Всё в порядке, всё в порядке, - протянул он, - лошади и коровы постоянно так делают, и с ними всё в порядке. Что такое люди, как не просто ещё один вид животных? - он наконец посмотрел на Азирафаэля и съёжился под его недоверчивым взглядом. - Не могу поверить своим ушам. Не прошло и двадцати минут, как ты сокрушался о том, что "божественная милость мешает необузданной свободе воли людей", - он изо всех сил постарался изобразить хмурый взгляд Кроули, - а теперь они на один уровень выше скота?! - Нгк... ладно! Ладно, подумай вот о чём. Они скромные люди, у них скромное начало, важно то, что внутри... ты же сам так сказал! - Он многозначительно указал на Азирафаэля. - Что может быть скромнее, чем родиться в хлеву? Азирафаэль не собирался этого терпеть. Он выпрямился во весь рост и, воспользовавшись преимуществом своего более крупного телосложения, шагнул к демону, вынудив его отступить, пока тот в буквальном смысле не прижался спиной к стене. - Кроули, - его голос был не громче шёпота, и он видел, как у Кроули заходил кадык, когда тот сглотнул, - ты расскажешь мне, что, чёрт возьми, происходит. Кроули опустил плечи и закрыл глаза, пытаясь подобрать слова. - Ирод подозревает, что звезда связана с пророчеством о пришествии того, кто станет царём иудейским. Он разрабатывает план, чтобы найти ребёнка. Они были достаточно близко, чтобы Азирафаэль мог почувствовать его запах - приятное сочетание пачули и амбры с нотками дыма. Он отбросил эту мысль и сосредоточился на новой информации. - Почему ты не рассказал об этом, когда пришёл? - В Иерусалиме всё ещё идёт обсуждение. Я хотел подождать день и прийти к тебе с более полной информацией, тем более что их ещё не было. Но теперь они здесь, так что... - Небеса ожидают, что местные правители и прочие захотят увидеть ребёнка. Можно ли доверять Ироду? Может быть, он просто хочет выразить своё восхищение? - Он, э-э-э, больше общается с моей компанией. Мы давно с ним работаем... - Значит, ответ "нет", - сухо сказал Азирафаэль. Кроули провёл рукой по лицу и неопределённо пожал плечами. - Я бы не стал рисовать ему карту, ведущую к ребёнку. - И поэтому ты не хочешь, чтобы он родился в гостинице, - кусочки мозаики начали складываться в единую картину, и на его лице отразилось понимание, - ты пытаешься скрыть его, надеясь, что в конюшне его будет труднее найти. Но ведь младенец не представляет никакой угрозы! Теперь настала очередь Кроули усомниться. - Азирафаэль! У тебя есть пророчество, в котором говорится, что под яркой звездой родится ребёнок, который станет королём. Разве это не угроза нынешнему королю, если узурпатор родится менее чем в десяти километрах от его трона? - Ради всего святого, он же не настоящий король. Это метафора! Он будет править в Царстве Небесном. Честно говоря, я не знаю, как ещё яснее объяснить. - Метафоры - не самая сильная сторона тирана, ангел! Они молча стояли рядом, почти касаясь друг друга в тесном проходе. Наконец Азирафаэль отступил и потёр переносицу. - Хорошо. Ладно. Тогда пусть будет хлев. Боже правый, я не так представлял себе появление Её сына.

***

Они немного постояли, чтобы прийти в себя, прежде чем снова выйти в толпу. Кроули заметил Иосифа, который следовал за одним из трактирщиков и вёл за собой осла, а Мария медленно шла позади. Кроули потянул Азирафаэля за рукав, чтобы привлечь его внимание. Они следовали за ними на безопасном расстоянии и видели, как трактирщик указал на небольшую деревянную конюшню позади трактира, а затем ушёл. Иосиф помог Марии опуститься на тюк сена. Скорее всего, она скоро начнёт рожать, если уже не начала. - Что ж, полагаю, тогда всё улажено, - Азирафаэль вздохнул и снова поднял руки. - Что ты делаешь? - То, что я не могу предоставить им кров, не означает, что я не могу сделать их положение менее плачевным. Кроули наблюдал за тем, как глаза ангела закрылись, и он незаметно сложил руки. Он увидел, как сено в дальнем конце конюшни чудесным образом превратилось из прелого в свежее, почувствовал, как ветер сменился с северного на западный и был остановлен постоялым двором. Пустые, пришедшие в негодность ясли внезапно стали прочными и чистыми. Азирафаэль открыл глаза и одобрительно хмыкнул, глядя на свою работу, а затем повернулся и пристально посмотрел на Кроули. - Ты пойдёшь за мной, - потребовал он и быстро зашагал, не удостоверившись, что Кроули крадётся за ним. Азирафаэль вышел из города и остановился в нескольких метрах от дороги, на склоне холма, где его не было слышно. - А теперь, - он сердито посмотрел на Кроули, сжимая кулаки, - ты вернёшься ко двору Ирода и будешь рассказывать мне всё, что узнаешь за день... - Я же не хочу, чтобы Ирод забрал ребёнка! Я просто рассуждал логически... - перебил его Кроули, скрестив руки на груди. Земля была наклонена так, что Азирафаэль, стоявший выше на холме, был немного выше Кроули. Он сделал несколько быстрых шагов в сторону Кроули, сокращая расстояние и рассекая воздух рукой. Его голос был подобен стали. - Нет, Кроули. На этот раз никаких споров, не в этом вопросе! Либо ты соглашаешься рассказывать мне всё, что узнаешь, либо я не буду с тобой видеться, пока всё не будет сделано. Азирафаэль никогда не угрожал Кроули, запрещая ему навещать его во время выполнения задания. Он наблюдал (с бо́льшим трепетом, чем ему хотелось бы признавать), как Кроули пытается решить, согласиться ему или раздражённо уйти. В конце концов Кроули нахмурился, но опустил глаза. - Хорошо, - угрюмо протянул он. - Хорошо, - Азирафаэль слегка расслабился, но его тон оставался требовательным. Одержать верх над Кроули было приятно, - ты сделаешь для меня ещё кое-что. На лице Кроули читались недоверие и любопытство, он вызывающе вздёрнул подбородок. - О, неужели? Удерживая взгляд Кроули, он наклонился вперед, пока их лица не оказались лицом к лицу, всего в нескольких дюймах друг от друга. Легкая улыбка тронула уголки рта Азирафаэля, и Кроули громко сглотнул, слегка приоткрыв губы. О да, Азирафаэлю это нравилось. Он прошептал: - Ты принесешь мне еще этих медовых груш... пожалуйста, - добавил он для пущей убедительности. Кроули откинул голову назад и застонал от раздражения (или разочарования, кто мог сказать в этот момент): - А если я этого не сделаю? - Хм, - Азирафаэль постучал себя по подбородку, обдумывая соответствующее наказание, - ну, тогда я не позволю тебе играть с козлятами. Кроули изобразил ужас. - Ты накажешь бедных, невинных животных за непослушание демона? - Это было бы позором, - согласился ангел, - выбор за тобой. - Ты немного сволочь, ты знаешь, - и демон улыбнулся. Азирафаэль ответил легкой улыбкой. - Я знаю. Спокойной ночи, дорогой. - Спокойной ночи, ангел, - и они расстались на весь вечер.