Вечность за один день

— Ты видел или чувствовали что-то странное в ту первую ночь? Были ли там яркие огни или мощная магия? — спокойно спросил Дамблдор, не вставая из-за стола. — Нет, ничего, — сказал Гарри, взволнованно расхаживая взад-вперёд по изношенному ковру. — Прости, Гарри, но этого недостаточно. — Я знаю, вы уже говорили это в прошлый раз. — сказал он, проводя рукой по волосам. — Полагаю, я также сказал тебе, что разберусь с этим? — спросил Дамблдор. — Да, вы это сделали, но я не знаю, нашли вы что-нибудь. Я не ожидал, что это повторится, поэтому планировал спросить вас завтра, э-э, сегодня? — спросил Гарри в лёгком замешательстве. — Что ж, будь я на твоём месте, а я обычно так и поступаю, — сказал Дамблдор, и его губы под бородой дёрнулись. — Вряд ли я ожидал, что это повторится. Скорее всего, я бы проверил твоё общежитие на наличие остаточной временной магии. Если бы я не обнаружил ничего необычного, я бы позволил тебе насладиться балом, а потом поговорил бы с тобой. — Значит, вы не думаете, что в прошлый раз ты что-то нашёл? — спросил Гарри. Его мыслительный процесс уже был в полном беспорядке из-за очередного путешествия во времени. — Думаю, нет, — ответил он. — А это значит, что мне придётся разобраться с этим сейчас, а не потом. Должен тебя предупредить, Гарри, магия времени может быть довольно сложной. Мне может потребоваться несколько попыток, чтобы понять, что произошло. Мне нужно, чтобы ты внимательно следил за всем, что я делаю. Иначе мы рискуем повторить одни и те же тесты и не добьёмся никакого прогресса. — Да, сэр, — кивнул Гарри. Дамблдор встал со стула, обошёл стол и встал перед Гарри. Вытащив палочку, он взмахнул ею, описав широкую дугу. Свет не вспыхнул, но Гарри почувствовал странное покалывание по всей коже, как будто у него затекла нога. Он изо всех сил старался стоять неподвижно и не шевелиться. В конце концов дискомфорт стал невыносимым, и он поднял руку, чтобы почесать её. Сделав это, он заметил вокруг открытой кожи слабое голубое свечение. Через секунду Дамблдор прекратил читать заклинание, и свечение погасло. «Вокруг тебя есть едва заметные следы магии времени, скорее всего, из-за того, что ты использовал «Маховик времени» в конце прошлого учебного года, но я не чувствую ничего свежего», — объяснил директор. «Это хорошо?» — спросил он. — Я не уверен, — сказал Дамблдор, поглаживая бороду и задумчиво глядя куда-то вдаль. — Ты сказал, что просто лёг спать и проснулись в тот же день, что и раньше, верно? “Да, сэр”. — Тогда, может быть, нам стоит заглянуть в твою сальную, — сказал он, поворачиваясь, чтобы выйти из кабинета. Гарри последовал за ним, стараясь не отставать от его широких шагов. Когда они вошли в гостиную Гриффиндора, все остановились и уставились на них. Директор редко наведывался к ним. — Доброе утро, все. Не обращайте на нас внимания, мы ненадолго. — сказал Дамблдор, направляясь к лестнице, ведущей в спальню четвёртого курса. Следуя за ним, Гарри слышал, как оставшиеся в общей комнате ученики перешёптываются. Когда он догнал профессора, тот уже взмахивал палочкой и тихо бормотал заклинание. Гарри внимательно наблюдал за ним, но смотреть было особо не на что. Не было ни свечения, ни магических импульсов, которые могли бы подсказать, что происходит. Через пару минут после произнесения заклинания, а может, и нескольких заклинаний, он перестал бормотать и опустил палочку. — Любопытно, — тихо произнёс Дамблдор. — Никаких признаков мощной магии, временной или какой-либо другой. Действительно, очень любопытно. — Что это значит, профессор? — спросил Гарри. — Честно говоря, я не уверен, — признался он. — Для путешествий во времени требуется огромное количество очень специфической магии. Её должно быть легко обнаружить, но здесь нет ничего, что указывало бы на какую-либо аномальную магию. Полагаю, возможно, что магия, вызвавшая это, произошла где-то в другом месте. Вопрос в том, где нам искать и почему ты не показываешь никаких признаков недавних путешествий во времени? Гарри удручённо вздохнул и сел на кровать, а Дамблдор отвернулся и посмотрел в окно. — Или, возможно, это что-то совсем другое. — Профессор? — переспросил Гарри, когда тот не стал вдаваться в подробности. Дамблдор отвернулся от окна и начал медленно расхаживать взад-вперёд по комнате, задумчиво склонив голову и заложив руки за спину. «За свои долгие-долгие годы на этой земле я видел, как магия творила невозможное. Возьмём, к примеру, эту самую школу, — сказал он, широко взмахнув рукой и обведя ею комнату. — Передвигающиеся лестницы, потайные ступеньки, двери, притворяющиеся стенами, и стены, притворяющиеся дверями, которые меняют своё расположение, когда возникает необходимость. Ничего этого не было в замке, когда его только построили». — Замок сделал всё это сам? — спросил Гарри, недоумённо нахмурив брови. — Именно так! — воскликнул Дамблдор и подошёл к стене, проведя рукой по камням. — Только представь себе, Гарри. На протяжении тысячи лет эта школа была домом для десятков тысяч подростков. Вся эта магия, все эти эмоции медленно просачивались в сами камни, которые окружают нас на протяжении сотен лет. По мере того как росли эти дети, росла и школа, пока не стала такой, какая она есть сейчас. Это, безусловно, объясняет, почему он склонен к, скажем так, озорству. — Вы хочете сказать, что замок живой? — недоверчиво спросил он. — Да, хотя и не совсем так, как мы с тобой, но, тем не менее, он жив, — сказал Дамблдор, поворачиваясь к нему. «Значит, это школа со мной так поступила?» — спросил он, пытаясь понять, что имеет в виду директор. — О нет, вовсе нет. Несмотря на то, что в школе есть место развлечениям, она всегда защищала своих учеников. Я хочу сказать, что мы ещё многого не понимаем в магии. Было бы глупо с нашей стороны игнорировать возможность невозможного. Гарри медленно кивнул, думая, что наконец-то начинает понимать, что профессор пытается ему сказать. — Пойдёмте, вернёмся в мой кабинет. Нам нужно обсудить ещё кое-что. Встав с кровати, он молча последовал за директором из гриффиндорской башни в его кабинет, всё ещё пытаясь осознать происходящее. Неужели он так и застрянет здесь? Будет вынужден бесконечно повторять один и тот же день? К счастью, прежде чем он успел впасть в настоящую панику, они вернулись в кабинет директора. Как только они вошли, Фоукс запел свою успокаивающую песню и сел Гарри на плечо. Он протянул руку и погладил свои перья, а затем сел напротив Дамблдора, и на его губах появилась лёгкая улыбка. «Мы многого не знаем о том, что с тобой происходит, но в одном мы можем быть уверены». — Что это? — спросил Гарри, переведя взгляд с Фоукса на Дамблдора. «Какую бы форму путешествия во времени вы ни использовали, она не похожа на ту, с которой знакомы волшебники. Мы знаем это по двум причинам. Во-первых, ты один, а во-вторых, на тебя нет недавних следов временной магии. Я научу тебя заклинанию, которое использовал, чтобы ты мог проверить себя. Я хочу, чтобы ты следили за окружающим тебя свечением и сообщал мне, если оно станет слабее». — сказал Дамблдор. «О чём это нам скажет?» — с любопытством спросил он. «Я не уверен, что это нам что-то даст, но, возможно, это ещё один кусочек головоломки», — ответил директор. «Поскольку, когда ты вернёшься, второго Гарри Поттера не будет, я полагаю, что в прошлое отправляется твоя душа, а не всё твоё существо. Если это так, то, возможно, я смогу помочь тебе взять с собой что-то ещё». Открыв ящик, он достал небольшую книгу в чёрном кожаном переплёте и положил её на стол. «Магия душ очень сложна и, хотя в большинстве случаев она относительно бесполезна, может легко стать чрезвычайно опасной. С твоего позволения, я бы хотел связать этот дневник с твоей душой. Теоретически это позволит ему следовать за вами, куда бы вы ни отправились. Или, в данном случае, когда бы ты ни отправились». — объяснил он. — Это опасно? — спросил Гарри, глядя на дневник. — Нет. Это заклинание совершенно безопасно, — заверил его Дамблдор. — В обычных обстоятельствах это заклинание практически бесполезно. Однако в вашей уникальной ситуации, я думаю, оно вам очень поможет. Ведение дневника позволит вам легче запоминать события, особенно те, которые в тот момент казались тебя неважными. Это также может помочь вам справиться с эмоциями. Ты не против? — Э-э, конечно, давай, — пожал плечами Гарри. — Спасибо, Гарри. Просто посиди немного неподвижно. — велел он. Встав, Дамблдор достал из кармана палочку и обошёл стол. Он постучал палочкой по голове Гарри, и тонкая золотая нить светящейся магии соединила его голову с кончиком палочки. Затем он постучал палочкой по дневнику, и золотая нить осталась там, соединяя его с маленькой чёрной книгой. Через мгновение нить потускнела и исчезла. — И всё? — спросил Гарри. — Вот и всё. Дамблдор взял книгу и протянул её Гарри, который взял книгу и взглянул на обложку. На его глазах золотые буквы сами собой сложились в замысловатый, плавный почерк, выводивший его имя. Гарри Джеймс Поттер — Спасибо, профессор, — сказал он, убирая дневник в карман. — Не за что, Гарри. Только пообещай мне, что воспользуешься им. Думаю, в ближайшие дни он тебе очень пригодится. — Или день, как в моём случае, — ухмыльнулся Гарри. “Действительно”. Дамблдор ответил на его улыбку. “Боюсь, в данный момент я мало что могу для тебя сделать. Я проведу все, что смогу, сегодня вечером и отправлю тебе копию своих заметок. В следующий раз ты сам введеш меня в курс дела. А пока, если позволиш, небольшой совет?” “Конечно”. «Постарайся сохранять позитивный настрой и извлечь максимум пользы из этой возможности. Используй это время, чтобы познакомиться с новыми людьми, попробовать что-то новое. Возможно, иногда тебе удастся опередить своих одноклассников в выполнении школьных заданий. Рискну предположить, что со временем ты даже сможешь превзойти свою подругу мисс Грейнджер». — сказал он с улыбкой. Гарри слегка фыркнул и улыбнулся. «Я очень надеюсь, что это не затянется надолго, профессор». — Полагаю, что нет, — со смешком согласился он. — Постарайся хотя бы получить удовольствие от бала. Гарри улыбнулся, вспомнив своё последнее свидание с Кэти. — Это я могу, — сказал Гарри, вставая со своего места. — Спокойной ночи, профессор. — Ты тоже, Гарри. В последний раз погладив Фокса по перьям, он развернулся и вышел из кабинета. Он направился в общежитие, чтобы взять свою зимнюю куртку. Ему нужно было на снежную битву.   Гарри пригнулся и сел, прислонившись спиной к вырытой в снегу траншее, как раз в тот момент, когда над его головой пролетели несколько снежков. Слева от него вскрикнула Кэти и присела рядом с ним. На её лице играла широкая улыбка, а щёки раскраснелись от холода. «Веселитесь?» — спросил он. «Это самое весёлое, что со мной случалось за весь год», — радостно ответила она. — Так, э-э, у тебя уже есть кавалер для Бала? — Нет, пока нет, — ответила она, убирая выбившуюся прядь волос за ухо. — Почему? — Ну что, пойдёшь со мной на бал? — спросил он с кривой ухмылкой. — Да, я бы с удовольствием, — сказала она, счастливо улыбаясь. Гарри улыбнулся в ответ и поднял палочку на уровень плеч, направив её кончик вверх. “Протего”. Из его палочки вырос широкий синий прозрачный щит как раз в тот момент, когда на них обрушилась большая куча снега. Кэти снова вскрикнула и придвинулась ближе к нему, а Фред и Джордж оказались погребены под небольшой горой белого снега. Пока близнецы Уизли выкапывались, Кэти смотрела на Гарри широко раскрытыми от удивления глазами. Гарри озорно улыбнулся ей и пожал плечами.   Несколько часов спустя он снова был в своей комнате в общежитии и одевался для бала, пока Рон ворчал по поводу его мантии. — Эй, Рон? — позвал он. — Что? — буркнул Рон, отрывая от мантии ещё одну кружевную манжету. «Возможно, тебе стоит позаботиться о том, чтобы сегодня вечером Парвати было хорошо», — мягко сказал он. — Почему? — спросил он недоумённым тоном. — Какая разница? Это всего лишь дурацкий мяч. — Ты же знаешь, что Парвати — одна из главных сплетниц в школе, верно? — спросил Гарри. “И что?” «Значит, если она не хорошо проведёт время сегодня вечером, то к завтрашнему дню об этом узнает каждая девчонка в школе. Тебе повезёт, если ты ещё раз пойдёшь на свидание с какой-нибудь девчонкой до того, как мы закончим школу», — сказал он Рону. — О, Мерлин. Я об этом не подумал, — сказал он с нервным видом. «Расслабься, Рон. Всё, что тебе нужно сделать, — это сказать ей, что она красивая, и потанцевать с ней. Это не так уж сложно». «Но я ни черта не смыслю в танцах», — заныл Рон. — С тобой всё будет в порядке, — сказал Гарри. — Послушай, мне нужно встретиться с Кэти. Увидимся позже на балу. Направляясь в общую комнату, он на этот раз нервничал гораздо меньше, пока ждал Кэти. Через несколько минут, когда она спустилась по лестнице в обтягивающем алом платье, он подумал, что, возможно, это зацикливание во времени не так уж и плохо. Он встал и с улыбкой на лице подошёл поздороваться с ней. — Ух ты, Кэти. Ты прекрасно выглядишь! — сказал он, предлагая ей руку. — Ты тоже, — радостно сказала она и с игривой улыбкой поправила его лацкан. — Не думала, что когда-нибудь увижу тебя в смокинге. «Не думал, что когда-нибудь увижу тебя в платье», — сказал он ей с улыбкой. «Ты действительно прекрасно выглядишь». — Спасибо, — сказала она с сияющей улыбкой и, наклонив голову, поцеловала его в щёку. — Готов идти? — спросил он. “Все готово”. Всё прошло почти так же, как в прошлый раз, и вскоре Гарри снова открыл бал с Кэти. Пока они танцевали, он с радостью заметил, что Рон последовал его совету и танцует с Парвати. Она кружилась с невероятно счастливым видом, а Рон был бледен, и его веснушки бросались в глаза, пока он старался не наступать ей на ноги. После нескольких часов танцев Гарри и Кэти наконец решили сделать перерыв. Вскоре к ним за столик подсели Фред, Джордж, Анджелина и Алисия. — Привет, Кэти! — поздоровалась Анджелина. — Как тебе вечер? — Великолепно! — с энтузиазмом ответила она. «Если ты думаешь, что тебе сейчас весело, подожди, пока не попробуешь пунш». Джордж сказал это с озорной ухмылкой, как раз когда Кэти поднесла бокал к губам. — Что ты сделал? — с подозрением спросила она. — Всё в порядке, — заверил её Гарри, делая глоток своего пунша. — Они просто тебя разыгрывают. — Ты что, хочешь испортить нам веселье, Гаррикенс? — спросил Фред, когда оба близнеца демонстративно надули губы. Гарри просто улыбнулся ему и пожал плечами. Они довольно долго сидели и разговаривали с друзьями, смеялись и шутили друг над другом. В конце концов близнецы решили увести своих спутниц обратно на танцпол, оставив Гарри и Кэти одних за столиком. «Хочешь ещё потанцевать?» — спросил он её. — Вообще-то, ты не против, если мы прогуляемся? — спросила она. — Конечно, — сказал Гарри, стараясь не выглядеть слишком взволнованным. Вспомнив, что произошло в прошлый раз, он остановил её, когда она повернула к главному двору. — Подожди, я недавно видел, как Снейп направлялся туда. Ты хочешь пойти в средний двор? — спросил он. — Хорошая идея, — сказала Кэти с улыбкой. Держась за руки, они шли по тихим коридорам, и эхо музыки из Большого зала становилось всё тише по мере того, как они удалялись от него. Когда они наконец вышли во внутренний двор, то с облегчением обнаружили, что он зачарован так же, как и передний двор, и в нём тепло. Над их головами летали светящиеся феи, освещая всё вокруг тусклым светом. В этот момент там никого не было, и Гарри задумался, не ходит ли Снейп из одного двора в другой, досаждая студентам и назначая им отработки. Похоже, он действительно собирался это сделать. Кэти потянула его за руку и затащила в небольшой альков. Прижав его к стене, она хихикнула и обвила руками его шею. Гарри улыбнулся ей и наклонился, нежно прижимаясь губами к её губам. Запустив пальцы в его волосы на затылке, она крепко притянула его к себе, и их губы слились в поцелуе. Гарри скользнул руками по её спине и упругим ягодицам, прижимая её к себе. Просунув язык между его губами, Кэти застонала ему в рот, почувствовав, как его растущая эрекция упирается ей в бедро. Пока они продолжали целоваться, он скользнул рукой по её боку, и большой палец коснулся её груди. Внезапно раздался громкий хлопок от распахнувшейся двери. Гарри отпрянул и тихо выругался, обернувшись. Группа старшекурсников, вероятно, с шестого или седьмого курса, громко направлялась во двор. Один из парней сделал глоток из бутылки, в которой, как он догадался, был огневиски, и передал её по кругу. Схватив Кэти за руку, он потянул её обратно в замок. Ему уже порядком надоело, что его постоянно отвлекают. Как ни странно, вместо того чтобы вернуться на бал, она потянула его за собой в пустой класс. Закрыв и заперев дверь, она повернулась к нему с озорной улыбкой и обвила руками его шею, притянув к себе для страстного поцелуя. Схватив её за ягодицы, он поднял её и отнёс к учительскому столу, после чего усадил на край и встал между её раздвинутыми ногами. Из-за разреза на правой стороне платья, доходившего до середины бедра, большая часть её ноги была обнажена. Начиная с колена, он провёл рукой вверх по её гладкой мускулистой ноге до края платья. Кэти провела руками по его груди и стянула плащ с его плеч, а Гарри на мгновение отпустил её, чтобы плащ соскользнул с его рук на пол. Снова обняв её, он положил ладонь ей на поясницу и прижался эрегированным членом к её промежности, обтянутой трусиками, отчего с её губ сорвался похотливый стон. Отстранившись от его губ, чтобы перевести дыхание, Кэти положила руки ему на пояс и посмотрела на него блестящими карими глазами. — Ты мне очень нравишься, Гарри, — сказала она, затаив дыхание. — Ты мне тоже нравишься, Кэти, — сказал он и заправил ей за ухо выбившуюся прядь. Широко улыбнувшись ему, Кэти расстегнула его ремень и, запрокинув голову, снова поцеловала его. Гарри просунул обе руки ей под платье и легко провёл пальцами по её тёплым, мягким бёдрам, поднимаясь всё выше к талии. Пока он рисовал пальцами случайные узоры на её трусиках, подбираясь всё ближе и ближе к её горячему лобку, Кэти запустила руку ему в штаны и обхватила его член через боксеры, нежно поглаживая его напряжённую эрекцию. Гарри застонал ей в рот и провёл большим пальцем по её промежности через тонкие шёлковые трусики. Задохнувшись, она отстранилась и уставилась на него широко раскрытыми голодными глазами. Гарри опустил взгляд, его глаза остановились на её гладких ногах и чёрных трусиках, и он снова провёл рукой по её трусикам. Кэти просунула руку в его боксеры, обхватила его член длинными тонкими пальцами и вытащила его наружу. Его напряжённый член был направлен в её сторону, головка была набухшей и ярко-красной, и он пульсировал в её слабой хватке. Поняв это как сигнал, Гарри схватил её за пояс трусиков и слегка потянул. Прикусив губу, она на мгновение отпустила его и, уперевшись руками в стол, приподнялась. Стянув с ног чёрные шёлковые трусики, она заворожённо уставилась на свою тугую бритую киску. Его взгляд был прикован к ней, пока он стягивал с неё трусики и небрежно бросал их на стол рядом с ней. Осознав, что он пялится, Гарри поднял глаза и увидел, что она нервно смотрит на него. Гарри ободряюще улыбнулся ей и коротко поцеловал в губы. — Ты великолепна, Кэти, — тихо сказал он ей. Она улыбнулась ему и обхватила его эрекцию пальцами, легонько поглаживая. Притянув его к себе, она направила его головку к своему входу, и он замер, раздвинув её упругие губы. Отпустив его член, она положила руки ему на бёдра и медленно потянула его на себя. Кэти ахнула, когда он вошёл в неё, медленно погружаясь в её жаждущее лоно. Её гладкие, влажные стенки обхватили его, и она, закрыв глаза, выдохнула. Гарри дюйм за дюймом погружался в неё, пока его бёдра не упёрлись в её раздвинутые ноги. Слегка задыхаясь, она крепко обняла его, прижав к себе, и положила голову ему на плечо. Не двигаясь, он легонько поглаживал её спину, наслаждаясь ощущением того, что впервые находится внутри девушки, и давая ей время привыкнуть к его размеру. Проведя руками по её бокам, он коснулся её груди, а большими пальцами погладил бугорки, которые образовали её затвердевшие соски на ткани платья. Желая увидеть её грудь, Гарри просунул пальцы под бретельки и стянул их с её плеч. Подняв голову с его плеча, Кэти игриво посмотрела на него, выпрямилась, стянула бретельки с рук и опустила верх платья, обнажив тонкий чёрный бюстгальтер. Его взгляд был прикован к её груди, когда она завела руку за спину и расстегнула бюстгальтер. Она медленно опустила его, обнажив грудь идеальной формы и твёрдые сморщенные соски. Гарри с трудом сглотнул, и она хихикнула, увидев его заворожённое выражение лица. Схватив его за запястья, она поднесла его руки к своей груди и легонько положила их на тёплые холмики. Сжав их в ладонях, он провёл большим пальцем по мягкой, гладкой коже и осторожно сжал её. Кэти закрыла глаза и тихо застонала, когда его пальцы коснулись её набухших розовых сосков, а её бёдра слегка подались вперёд. Ощущая невероятное удовольствие от того, как его член скользит внутри неё, Гарри начал медленно двигать бёдрами, плавно покачивая ими вперёд-назад. Отступив всего на пару сантиметров, он снова вошёл в неё, прижимаясь к ней тазом, а затем снова отстранился. Издав стон, Кэти схватила его за затылок и притянула к себе для страстного поцелуя, просунув язык ему в рот. Почувствовав уверенность, Гарри начал быстрее двигать бёдрами и сильнее сжимать её грудь. Кэти отпустила его затылок и схватила за задницу, притянув его к себе ещё сильнее, когда он вошёл в неё, и задвигала бёдрами, чтобы потереться клитором о его член. Гарри почувствовал, что его возбуждение нарастает слишком быстро, и изо всех сил старался сдерживаться как можно дольше. Оторвав губы от её губ, чтобы перевести дыхание, он закрыл глаза и изо всех сил старался отвлечься от переполнявшего его удовольствия. — О, Гарри. Ты так хорош во мне, — прошептала Кэти ему на ухо, и он едва не кончил. «Я уже близко», — предупредил он её, не в силах больше сдерживаться. — Я тоже, — тихо выдохнула она. — Ещё чуть-чуть. Гарри до боли прикусил губу, надеясь, что это отвлечёт его, пока он отчаянно входил в неё. Комната наполнилась звуками тяжёлого дыхания, лёгкими шлепками кожи о кожу и редкими стонами и вздохами. Внезапно Кэти напряглась в его объятиях, и её стенки сжались вокруг него, пульсируя вдоль его члена. — Да! — прошипела она, крепко вцепившись в него и дрожа всем телом. С громким стоном Гарри кончил, и его пульсирующий член погрузился в неё. Струя за струёй горячая сперма с силой ударялась о её стенки, пока он погружался в неё как можно глубже. Когда их оргазмы закончились, они остались в объятиях друг друга, тяжело дыша. Гарри никогда в жизни не чувствовал себя таким удовлетворённым и расслабленным. Было невероятно приятно заниматься сексом. Ничто из того, что он слышал от старшекурсников, не могло сравниться с тем, что он чувствовал на самом деле. Выпрямившись, он обхватил Кэти за щёку и нежно поцеловал, а затем снова сжал её грудь. Когда через несколько долгих секунд они оторвались друг от друга, она улыбнулась ему, слегка покраснев. «Как бы мне ни хотелось остаться здесь до утра, нам, наверное, стоит вернуться на бал», — сказала она ему. — Да, ты прав, — сказал он. Гарри вышел из неё, заворожённо наблюдая, как из неё вытекает небольшое количество спермы. Отступив назад, чтобы натянуть штаны, Кэти спрыгнула со стола, её упругая грудь подпрыгивала, а ноги подкашивались. Он бросился к ней, чтобы поддержать, боясь, что она упадёт. Она тихонько хихикнула, подобрала ноги и поцеловала его в губы. — Спасибо, — сказала она. — Не за что, — ответил он. Вместо того чтобы отпустить её, он поднял руки и снова обхватил её грудь. Кэти рассмеялась и через мгновение игриво оттолкнула его руки. — Мы вроде как собирались одеваться, — упрекнула она его, не переставая улыбаться. Гарри без тени смущения улыбнулся ей, поправляя мантию и подбирая её. Как только Кэти закончила переодеваться и приводить в порядок платье, они вышли из класса, держась за руки, и направились обратно на бал. «Жаль, что мы не можем делать это каждый вечер», — сказала Кэти, пока они медленно шли по коридорам. — Я тоже — сказал Гарри с улыбкой. Они вернулись как раз к последнему танцу — медленной композиции, во время которой они крепко держались друг за друга и медленно кружились. Когда песня закончилась, он проводил её до общей комнаты и поцеловал на ночь. Вернувшись в общежитие и переодевшись в пижаму, он обнаружил на своей кровати свиток пергамента. Развернув его, он увидел список заметок от Дамблдора. Гарри переписал их в свой новый дневник, но там не было ничего, о чём они не говорили раньше. После прошедшей ночи он не слишком расстроился из-за этого. «Всё могло быть и хуже», — подумал он. Сделав ещё несколько заметок в дневнике, он положил его под подушку. Забравшись в постель, он начал думать о том, кого ещё можно было бы пригласить на бал в следующий раз. В школе было много красивых девушек, с которыми он всегда хотел встречаться, и теперь у него была возможность пригласить их. Он действительно начал понимать преимущества своего положения. Даже если он выставит себя полным дураком, никто об этом не вспомнит, и он сможет снова и снова пытаться всё сделать правильно. Гарри медленно погрузился в сон, и перед его мысленным взором танцевали образы нескольких девушек.