Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Что вы будете делать, если внезапно попадете в любимую новеллу при этом не имея ни сил, ни власти ни красоты? Конечно же вы будете пользоваться знаниями из своего мира! Так решила неприметная попаданка и начала писать фанфики о любимых героях, находясь в мире «Магистра дьявольского культа».
Или как безумный всеведущий писатель может повлиять на судьбы мира
Часть 1. Укрощение Фиолетовой паучихи
23 декабря 2025, 04:41
Сегодня Мадам была особенно яростна. Ее тонкие изящные брови ни на минуту не расслаблялись из нахмуренного положения. Слуги ходили вокруг нее на цыпочках, а адепты старались дышать тише. Однако и это не спасало обитателей Лотосовой пристани от нрава хозяйки - Цзыдянь искрил и кусался молниями, несчастные адепты были вынуждены тренироваться до изнеможения и еще дальше. То тут, то там раздавались жалобные стоны. Правда, ученики Фиолетового паука старались стонать тихо, практически про себя - если хозяйка услышит жалобы, то дополнительных пробежек или отработки стоек с мечом не избежать.
- Еще раз! - сурово крикнула мадам Юй и полоснула хлыстом по тому месту, где только что валялся на земле первый ученик ордена секты Юньмэнь Цзян, Вэй Усянь.
Если бы Вэй Усянь в последний момент не успел извернуться и откатиться по гальке учебного поля, то тот выжженный след, который остался на земле от духовного оружия, красовался бы сейчас на нем.
Юй Цзыюань резко повернулась к своему сыну, Цзян Чену, который стоял тут же, на тренировочном поле, нервно сжимая свой меч.
- Не помню, чтобы рожала такого слабака, Цзян Ваньин! - рявкнула она, и наследник ордена дернулся всем телом. - Какого черта сын жалкого слуги может выдержать пятьдесят подходов, а ты всего сорок восемь!
Цзян Чен стиснул челюсти и еще крепче обхватил рукоятку своего меча Саньду.
- Этот недостойный сын старается - тихо пробормотал он, не смея поднять глаз на матушку.
- Старайся лучше - бросила Мадам, круто повернулась на каблуках в вихре фиолетового шелка и шагнула прочь с тренировочной площадки. Измученные адепты едва смогли сдержать облегченный выдох, думая, что тренировка с Фиолетовым пауком на сегодня окончена.
- Всем двадцать кругов вокруг Пирса, уложиться в шичен - скомандовала Юй Цзыюань, не оборачиваясь на тренировочное поле.
Адепты НЕ застонали, иначе был риск нарваться на дополнительное задание. Помогая тем, у кого не было сил подняться, измученные юноши в фиолетовом покинули тренировочное поле и нестройными рядами на дрожащих ногах приступили к пробежке. Даже Вэй Усянь, который обычно балагурил и шутил, был тише обычного из-за переутомления.
Когда Мадам Юй спустилась с деревянного помоста, к ней подошла ее старшая дочь, Цзян Яньли. Она уже была в курсе сегодняшнего настроения матери, и надеялась немного смягчить его с помощью угощений. В руках она держала небольшой поднос со сладкими пирожками.
- Матушка усердно тренирует учеников, возможно она бы хотела отведать немного угощений, которые приготовила эта дочь - сказала Цзян Яньли с нежной улыбкой и протянула поднос матери.
Фиолетовая паучиха взяла с подноса один пирожок и задумчиво покрутила у себя перед глазами, изучая его со всех сторон с таким выражением, будто это не лакомство, а особенно противная жаба. Затем она безжалостно бросила его в пыль под ногами.
- Моя дочь не служанка, чтобы готовить и подносить еду - холодно сказала она и пошла прочь, наступив по пути на несчастный пирожок. Ягодная начинка выдавилась из него, словно внутренности какого-то раздавленного животного.
Цзян Яньли опустила голову и растянула губы в несчастную улыбку. Она прекрасно знала, что у каждой женщины бывают “эти дни”, но то, как они проходили у матери, приравнивалось к стихийному бедствию. Она понимала и не обижалась, совершенно нет. Но если бы она могла донести это до всех домочадцев…
Мадам Юй гордо прошествовала в свои покои в сопровождении двух служанок-близняшек. Люди, которые встречались ей на на пути, расступались, словно волны под натиском неоспоримой силы. Мадам прошествовала в свои покои, и дверь за ней захлопнулась с усилием намного больше необходимого, чтобы закрыть любую дверь. Услышав этот звук, вся Лотосовая пристань как будто дружно выдохнула: на сегодня фиолетовый террор закончился.
Цзян Фэнмянь наблюдал эту сцену из окна одного из павильонов, оставаясь незамеченным. Он был отлично знаком с огненным нравом своей жены, но в последнее время ее характер становился все хуже и хуже. Адепты и даже простые слуги жаловались на невыносимость хозяйки Лотосовой пристани. Разбитые в порыве ярости драгоценные вазы и статуэтки, разрушенные в щепки тренировочные манекены, исхлестанные Цзыдянем адепты, униженные до слез собственные дети… Цзян Фэньмян, как глава секты, был обязан что-то предпринять.
Как любой ответственный глава, он решил сначала изучить проблему, прежде чем приступать к ее решению. В собственной библиотеке ордена книг по теме “Укрощение излишне возбужденных женщин” не оказалось. Хранитель библиотеки посмотрел как-то странно, когда Цзян Фэньмян спросил книгу по этому вопросу. Тем не менее, библиотекарь убедил главу, что в ближайшее время выпишет несколько довольно популярных руководств, которые помогут решить данную проблему. Цзян Фэньмян удовлетворился этим, и когда обещанные книги наконец пришли, незамедлительно приступил к их изучению.
К удивлению главы ордена, все пришедшие по запросу книги были художественной литературой, а не руководствами по культивированию или чем-то подобным. Особенное внимание привлекла одна книга под названием “Оседлание дикой”, которую Цзян Фэньмян перечитал несколько раз. В ней описывалась некая очень яростная женщина, которая никак не слушалась своего мужчину. Решение проблемы заключалась в том, что мужчина как следует отшлепал эту женщину. Читая описание этого процесса в первый раз, Цзян Фэньмян был крайне озадачен. Однако происходившее на страницах книги странным образом удовлетворяло фантазии, о которых Цзян Фэньмян даже не подозревал. Было что-то болезненно притягательное в том, как описывалось наказание для непослушной женщины. Очень легко было представить в образе этой непокорной девы свою собственную жену, которая после зачатия детей гордо отказывалась делить с ним ложе. Для Цзян Фэньмяна его Мадам была первой и единственной женщиной в жизни, несмотря на обвинения в супружеской неверности от нее же. После рождения наследника она решительно отказала ему в близости. Не имея возможности возлежать с собственной женой, в редкие моменты плотского желания глава одной из Великих сект был вынужден униженно удовлетворять себя собственной рукой.
Решив, что описанный в книге метод не может сделать хуже, Цзян Фэньмян приказал вызвать свою жену в его покои сегодня вечером.
Мадам Юй вошла в его кабинет, как всегда гордая, решительная и недоступная.
- И чего ради ты меня вызвал, Цзян Фэньмян? - с порога резко бросила она, не выражая никакого почтения к своему мужу и главе ордена.
- Мне поступили жалобы на поведение Мадам, и это неприемлемо - сказал Цзян Фэнмянь с гораздо большей уверенностью, чем ощущал на самом деле.
Мадам Юй презрительно фыркнула.
- Если ты собираешься обращать внимание на каждую собаку, которая скулит тебе в уши, то не трать мое и свое время.
Юй Цзыюань уже собиралась уходить, однако у Цзян Фэньмяна были другие планы.
- Мадам, приказываю вам остаться, есть еще неразрешенные вопросы - сказал он голосом, которому учил его отец. «Голос главы секты», который безотказно действовал на самых высокопоставленных чиновников цзянху, но лишь с небольшой вероятностью мог подействовать на собственную жену.
Мадам Юй действительно остановилась.
- Если у главы секты есть еще вопросы, то рекомендую вам осмотреть защитные барьеры секты у восточного и южного узлов. Защита там истончилась от времени и может пасть от любого хоть немного заметного усилия.
Цзян Фэньмян отметил про себя, что нужно проверить эти узлы в защите, однако не позволил себе отвлечься от темы.
- Мадам нарушила множество правил поведения, Мадам должна быть наказана.
Юй Цзыюань презрительно фыркнула.
- И какое же эта Мадам понесет наказание?
Цзян Фэньмян не дрогнул:
- Мадам должна лечь на колени этого главы и получить десять ударов ладонью.
Фиолетовая паучиха недоверчиво уставилась на своего мужа.
- С каких это пор жалобы каких-то учеников имеют для тебя значение?
Цзян Фэньмян посмотрел на свою собственную жену. Высокая, с гордой осанкой и невероятной по меркам смертных фигурой, она была воплощением воинственной женственности и непокорности. Рождение двоих детей ни капли не отразились на ее соблазнительных формах. В голове Цзян Фэньмяня предательски всплыла прочитанная в руководстве фраза “Выебать дракона в женском обличье”.
- С этого самого момента. Пожалуйста, мадам, лягте мне на колени для получения наказания. Не заставляйте меня применять силу - сказал он, старательно дыша через нос.
Юй Цзыюань потрясенно уставилась на мужа. Никогда раньше он не применял даже те немногие крохи власти, что он имел над ней. Заинтригованная тем, к чему это может привести, она решила выполнить приказ. Она недоверчиво подошла к мужу и царственно опустилась перед ним, затем перегнулась через его колени, ожидая, что последует дальше.
- Если ты считаешь, что лай этих шавок хоть немного …ААААА! - Юй Цзыюань не успела договорить фразу, как ее муж резко задрал платье и без любезностей шлепнул ее по упругой ягодице.
- Какого черта, Цзян Фэньмян! - Фиолетовая паучиха заерзала на коленях у главы секты, пытаясь выбраться, но в ответ получала лишь еще один смачный шлепок.
- Мадам была непослушна, Мадам получает наказание - ровным тоном проговорил глава секты, стягивая с хозяйки Лотосовой пристани шелковые штанишки, которые она носила под юбкой.
Обнажив гладкую и нежную кожу задницы своей жены, Цзян Фэньмян на пару ударов сердца залюбовался ей, затем запечатлел на ней еще один шлепок. Затем еще один, и еще.
- Мадам… - шлеп! - была…- шлеп! - непослушной… - шлеп!
- Какого, блять… - мадам Юй пыталась вырваться из хватки своего мужа, но она оказалась неожиданно сильной. Цзян Фэньмян методично и непреклонно продолжал шлепать ее по заднице, перечисляя ее прегрешения перед сектой. Ягодицы хозяйки уже были ярко-розовыми и горели от такого надругательства.
- Кто была плохой девочкой? Кто была?
Следующий шлепок неожиданно пришелся чуть ниже ягодиц, прямо по вульве, и мадам Юй не смогла сдержать униженного стона. Они оба замерли на бесконечное мгновение. Затем Цзян Фэньмян, словно что-то поняв, повторил этот шлепок. И еще раз, и еще.
- Блять, Фэнмянь, не смей… - хрипло пробормотала мадам Юй, но муж ее совершенно проигнорировал.
Шлепки продолжали разноситься по кабинету главы ордена, и стоны хозяйки Лотосовой пристани вторили им. Цзян Фэньмян целился пониже, между ног своей жены, и ее смазка увлажняла его ладонь, делая звуки ударов еще звонче.
- Кто… Такая… Плохая… Девочка… - каждое слово сопровождалось шлепком. На последнем шлепке его жена резко выгнулась и захрипела, не выдержав этой муки и содрогаясь от сладостных судорог.
После этого оба замерли на несколько минут, оглушенные произошедшим. Затем словно во сне мадам Юй сползла с коленей своего мужа, натянула спущенные шелковые штанишки и неуверенно выпрямилась.
Цзян Фэньмян не помнит, видел ли он когда либо свою жену такой растерянной, беззащитной и взъерошенной. Ее пухлые розовые губы недоверчиво приоткрылись, а неизменная напряженная складка между бровей наконец пропала, уступив место какому-то немного обиженному выражению. Ее прическа была в беспорядке, а изысканное платье съехало набок.
- Надеюсь, Мадам больше не будет злоупотреблять полномочиями, иначе этому главе придется снова принять меры - хрипло сказал Цзян Фэньмян.
- Эта благодарит главу секты за наставления - сдавленно ответила мадам Юй и, не дожидаясь ответа, стремительно вылетела из кабинета мужа.
После того, как за хозяйкой Лотосовой пристани захлопнулась дверь, Цзян Фэньмян безжалостно сжал себя прямо через одежды и начал ласкать. Его эрекция была почти болезненной. Прокручивание в памяти выражения лица жены посылало в член все новые и новые искры удовольствия. Ему не потребовалось много времени чтобы кончить. Во время оргазма перед глазами появились звезды, а в ушах стояли все те же задушенные стоны мадам Юй.
Оправившись от оргазма и приведя в себя в порядок, глава секты Юньмэн Цзян, как и любой ответственный глава ордена, решил проанализировать произошедшее. Судя по всему, наказание действительно возымело эффект, и его жена, скорее всего, прекратит измываться над адептами.
Мысленно похлопав себя по спине за такое умное решение проблемы, Цзян Фэньмян продолжил заниматься делами главы секты.
Мадам Юй с того момента стала еще более невыносима, несмотря на то, что это казалось практически невозможно. Она стегала Цзыдянем любого, кто попадется ей на пути. Слуги разбегались от нее в ужасе, а адепты прятались под настилами пирсов, лишь бы не подвергаться ее тренировкам. Несчастный Вэй Усянь трижды за четыре дня поступал в лекарское крыло из-за ожогов духовным хлыстом. Цзян Яньли заперлась у себя в комнате и не выходила несмотря на уговоры, а Цзян Чен дважды терял сознание на тренировках. Даже верные служанки-близняшки убежали с Лотосового пирса, отговариваясь тем, что им нужно срочно проведать семью.
Цзян Фэньмян сидел в своем кабинете и выслушивал очередного слугу, который решил подать в отставку из-за мадам Юй.
Дверь в кабинет главы ордена резко распахнулась, и на пороге возникла его жена, прекрасная и неудержимая.
- Я готова принять наказание!
Цзян Фэньмян понимал, что где-то просчитался, но не мог понять, где.
Цзян Фэньмян захлопнул только что прочитанную книгу. Потом снова открыл и перечитал просто чтобы убедиться, что ему это не показалось. Потом снова закрыл книгу и бессмысленно уставился в стену. Потом снова открыл на первой странице. Под именем автора “Стальное перо” был написан перечень тегов (Цзян Фэньмян не знал, что такое “теги” и был бы рад не знать и дальше). Перечень тегов гласил: гет, легкий дом/саб, установленные отношения, шлепки, мастурбация, явный контент, проверь защитную систему секты.
Половина слов ему были незнакомы, а от другой, знакомой, половины легче не становилось.
“Она меня убьет” - с каким-то смирением подумал Цзян Фэньмян.
Если его Мадам увидит это творение, то его жизнь подойдет к концу.
Не успел Цзян Фэньмян додумать эту мысль, как в дверь его кабинета яростно постучали. К счастью, он додумался закрыться на задвижку перед тем, как изучать подобного рода литературу.
- Фэньмян, я знаю, что ты здесь! - не было никаких сомнений, кому принадлежал этот властный голос. - Я убью тебя и убью того, кто это написал.
Цзян Фэньмян обреченно вздохнул. Очевидно, что Мадам Юй также успела ознакомиться с этим творчеством.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.