Неудачник

***

Это была обычная комната студента. Вещи разбросаны повсюду, на дверной ручке, как символ победы лени, висели трусы и носки. На письменном столе горой громоздились книги, тетради и какие-то упаковки от лапши быстрого приготовления. Посреди этого хаоса, зарывшись в одеяла, мирно спал парень. Его голова, наполовину скрытая копной растрёпанных волос, едва виднелась из-под серого одеяла, а уголок губ слегка блестел от коварной слюны. Внезапно комнату оглушил звон будильника. Телефон вибрировал на полу, на экране пульсировало нечто яркое и раздражающее. Но парню это было не важно. Он не шевелился. Будто этот звон был не для него, а для какого-то другого человека в другом измерении. Телефон отчаянно повторял свои попытки, но парень всё так же безмятежно спал. Ещё один звонок. И тут что-то внутри него всё-таки шевельнулось. Он слегка дёрнулся, заворочался и неохотно открыл один глаз. Секунду смотрел в потолок, не понимая, где он находится и зачем проснулся. Телефон продолжал надрывать свои внутренности, и это, кажется, наконец, разбудило остатки его сознания. С трудом поднявшись, он выглянул из-под одеяла, словно ёж из своей норы. На голове был полный хаос, волосы торчали во все стороны. Его взгляд упал на телефон, который лежал на полу с оклеенным скотчем корпусом. Парень, ворча что-то нечленораздельное, протянул руку и кое-как дотянулся до устройства. — Что... там... опять? — пробормотал он, щурясь на яркий экран. Он долго моргал, пытаясь сфокусироваться на тексте, но всё было тщетно. Несколько раз он чуть не уснул, зависнув в нелепой позе. Наконец, его взгляд зацепился за текст: "Будильник." Это было похоже на разрыв шаблона. Глаза парня резко распахнулись, словно он увидел привидение. Лицо сменило три стадии осознания — от «глубокой дремы» до «тотальной паники». — ЧТО?! — его голос, наконец, прорезался. С этим воплем он подскочил, спутав одеяло с ногами, и тут же грохнулся на пол. С громким хрипом воздуха, вырвавшегося из лёгких, он встал снова, начав лихорадочно бегать по комнате. — Я проспал! Чёрт, я же проспал! В полном хаосе он хватал первую попавшуюся одежду, натягивал её, даже не проверяя, что это. В одной руке у него была зубная щётка, во второй — один носок, который он зачем-то пытался натянуть на руку. Спотыкаясь обо всё, что только можно, парень чертыхался, запихивая вещи в сумку, одновременно пытаясь одеться. — Проклятые джинсы, какого чёрта вы такие тугие?! Прыгнув на одной ноге, он умудрился-таки справиться с одеждой, натянул кроссовки на босые ноги и выскочил из квартиры, громко хлопнув дверью. Лифт он проигнорировал. Это не его стиль. Вместо этого он лихо рванул вниз по лестнице, перескакивая через две ступени. Парень, наскоро одевшись и вылетев из квартиры, летел по улицам как ветер. Ветер, который едва не сбил с ног пожилую женщину у входа в магазин, когда он чуть не врезался в неё, перепрыгивая через ступеньки. Он заметил автобус в последний момент. Сделав последний рывок, он успел запрыгнуть в него, едва не упав на пол. Кондуктор только укоризненно покачал головой, а он торопливо извинился, пряча лицо. Он отдышался и тут же попытался привести себя в порядок: стряхивал с одежды пыль, приглаживал растрёпанные волосы, которые упорно торчали в разные стороны, и проверял в зеркале телефона, не слишком ли он выглядит как участник утреннего апокалипсиса. На нужной остановке он выскочил из автобуса, как только двери открылись, и снова побежал. Его дыхание сбивалось, но он даже не думал останавливаться. Влетев в здание, он увидел знакомое лицо — своего лучшего друга и коллегу. Парень уже был в белом халате, расслабленно стоял у стойки и делал вид, будто просто осматривает бумаги, но при этом тут же шикнул, заметив другого. — Чонгук! Змей уже здесь, — прошептал он, кивая в сторону кабинета главного врача отделения. — Он тебя ещё не заметил, но это вопрос времени. Шевелись! Чонгук сглотнул и бросил на друга полный благодарности взгляд. — Ты лучший, Тэхён! Я в долгу, честное слово. Ужин за мной! — Ага, за три прошлых раза ты тоже был в долгу, — усмехнулся Тэхён, но уже вернулся к своим бумагам, как ни в чём не бывало. Чонгук не стал терять времени. Он стремительно рванул в сторону раздевалки, где скидывал куртку и кроссовки чуть ли не на ходу. В считанные секунды он облачился в медицинскую форму и надел белый халат. Поймав своё отражение в зеркале, он подбодрил себя: — Ты это сделал. Теперь будь профессионалом. Поправив бейджик, он глубоко вдохнул и выскочил в коридор, готовясь к очередной безумной смене в отделении скорой помощи. Чонгук привык к бешеному ритму своей работы, хотя временами чувствовал, что его ноги вот-вот откажут. Отделение скорой помощи не давало шанса расслабиться — сюда стекались пациенты со всех уголков города, от мелких травм до критических случаев. Уже через пять минут после того, как он выбежал из раздевалки, началась очередная гонка. — Чон, что стоишь, как пень? Рентген третьему пациенту, не забудь проверить его карту, — раздался голос главного врача, которого за глаза звали Змеем. Его строгий взгляд просверлил Чонгука, заставляя его поджать губы. — Конечно, доктор Ким, — отозвался Чонгук, быстро хватая папку с документами. Всё шло в сумасшедшем ритме: доставить пациента в операционную, успокоить пожилую женщину с сердечным приступом, найти пропавшие анализы и передать их старшей медсестре, проверить состояние подростка, который перебрал с алкоголем на вечеринке. Всё это Чонгук делал с максимальной концентрацией, порой ощущая, как в глазах начинает двоиться от усталости. — Эй, Чонгук, как держишься? — спросил Тэхён, протягивая ему бутылку воды, пока тот пытался перевести дух после очередного забега. — Как будто марафон без финиша, — выдохнул Чонгук, откручивая крышку и жадно делая пару глотков. — Этот парень, — он кивнул в сторону очередного пациента, — вообще знает, что у него печень не вечная? — Ха, в следующий раз возьми с собой пепельницу, чтобы показать ему, во что он превратится через пару лет, — усмехнулся Тэхён. — Отличный план, — отозвался Чонгук, на секунду расслабляясь, но тут же услышал знакомый голос: — Чон! Ты здесь отдыхаешь или работаешь? У нас реанимация занята! Голос Змея эхом разнесся по коридору. Чонгук тут же вскочил, чувствуя, как щеки заливает красками. — Уже иду, доктор Ким! — Давай-давай, и не забудь после этого стерилизовать оборудование в пятой комнате. Всё должно быть идеально! — бросил Змей, уходя. — Он с тобой как с личным слугой, — заметил Тэхён, сочувственно смотря на друга. — Если я скажу ему что-нибудь, меня завтра же уволят. А я ещё даже до резидентуры не добрался, — пробормотал Чонгук, поджимая губы. Однако, несмотря на всё, смена начала входить в ритм. Чонгук успел решить несколько задач и даже на короткое время остановиться у стойки, чтобы поговорить с Тэхёном.

***

В коридоре стало немного тише, и Чонгук наконец позволил себе перевести дух. После того, как реанимацию освободили, поток пациентов временно стих. Он стоял у своей стойки, просматривая записи в журнале, проверяя, всё ли соответствует последним обновлениям по состоянию пациентов. Спокойная работа для него была как редкая роскошь, когда он мог просто сосредоточиться, не бегая по всему отделению. — Эй, Чонгук, ты всё ещё жив? — из-за угла появился Тэхён, на ходу доедая какой-то батончик. — У тебя выражение лица, как у человека, который впервые за день увидел, что время идёт. — Я думаю, мне надо переселиться сюда, — ответил Чонгук, даже не глядя на друга. — Установлю кровать между реанимацией и процедурной, и всё. — Отличная идея. Только не забудь, что твои пациенты найдут тебя и там. Они тебя отпустят только в гробу, и то, если ты сам его не построишь, — съязвил Тэхён, прислоняясь к стойке. — У тебя хоть минутка-то была передохнуть? — Это и есть моя минутка, — Чонгук кивнул на записи, которые держал в руках. — Почти медитация. Но как только он это сказал, из дальнего коридора раздался шум. Крики, глухой удар и неразборчивое ворчание пьяного мужчины нарушили относительное спокойствие. Чонгук замер, Тэхён тоже прекратил говорить, а в следующую секунду они синхронно обернулись друг к другу с серьёзными лицами. Никаких слов не понадобилось. Всё было ясно: кому-то из них придётся разбираться с этим пациентом. Без предупреждения оба подняли руки, будто по команде. — Камень, ножницы, бумага! — одновременно выбросили свои знаки. Чонгук, вытянувший бумагу, сразу понял, что проиграл, увидев ножницы Тэхёна. Он тяжело вздохнул и, сдавшись, прикрыл глаза, как будто мысленно готовился к предстоящей пытке. — Удачи, ты справишься. — отозвался Тэхён, при этом не скрывая довольного смешка. — Ага, спасибо, капитан очевидность, — проворчал Чонгук, натянуто улыбнувшись. Он медленно поплёлся к шумному коридору, где пара санитаров как раз пыталась удержать крупного мужчину, который явно перебрал с алкоголем. — Уберите руки, я сам могу ходить! — крикнул пациент, мотая головой и пытаясь встать с каталки. Он тут же пошатнулся и снова упал. Чонгук, стараясь сохранять вежливость, подошёл ближе. — Добрый день, сэр. Я доктор Чон Чонгук. Давайте немного успокоимся и всё сделаем быстро, — сказал он с дружелюбной улыбкой. Мужчина повернул к нему мутные глаза, злобно прищурился и хрипло сказал: — Успокоимся? Ты кто такой, чтобы мне указывать? Чонгук сделал глубокий вдох, привычно подавляя раздражение. — Сэр, у вас травма головы, и нужно провести обследование. Если всё в порядке, мы вас отпустим домой. — Травма? У меня ничего нет! Я просто пил, потому что имею право! — он попытался встать снова, но чуть не упал, если бы не Чонгук, который ловко подхватил его за плечи. — Сэр, давайте сядем. Пожалуйста, не делайте резких движений. — Да кто ты такой, чтобы мне говорить? — вдруг рявкнул пациент и махнул рукой, едва не задев Чонгука. Чонгук, оставляя вежливость на автомате, уверенно схватил его запястье, не позволяя нанести удар. — Понимаю, вы расстроены, — сказал он, сохраняя спокойствие. — Но вам нужна помощь, и я её окажу. Прошу, не сопротивляйтесь. Пьяный ещё пытался вырваться, но Чонгук умело удерживал его, пока санитары не помогли усадить мужчину обратно. — Эй, ты! Я тебе не позволял меня трогать! — завопил мужчина, но Чонгук уже готовил инструменты для осмотра. Снова крики, но Чонгук не сдавался. Его движения оставались уверенными и точными, а голос — вежливым, но твёрдым. Когда он, наконец, закончил и передал пациента санитару, Чонгук, потирая затылок, вернулся к стойке, где Тэхён уже вовсю притворялся, что занят бумагами. Стоило ему поднять глаза на друга, как тот вопросительно поднял бровь. — Ну? Как там наш «особенный» клиент? — с ухмылкой спросил Тэхён. — Как обычно, — ответил Чонгук, бросив ручку на стол. — Крики, угрозы, попытки встать и сбежать. Он закатил глаза, но уголки его губ приподнялись в лёгкой улыбке. Тэхён подался вперёд, будто делясь великим секретом. — Бар на углу. Холодное пиво. Тихая музыка. Никаких пациентов. Чонгук фыркнул. — Бар? Когда, Тэхён? Когда мы найдём время? Между этим криком и следующим вызовом? Или после трёх часов сна? — Да ладно тебе, три часа — это уже роскошь, — Тэхён откинулся на спинку стула, изображая философскую задумчивость. — В прошлый раз мне и двух не дали. — Тэхён, ты вообще спишь стоя, я видел, — парировал Чонгук. — О, кто бы говорил! — Тэхён театрально всплеснул руками. — Вспомнить хотя бы тот раз, когда ты умудрился заснуть на ходу и чуть не налетел на дверь. — Это было один раз! — возмутился Чонгук, но тут же не выдержал и рассмеялся. — Ладно, ладно, ты прав. Но если уж говорить о сне, то я его уже не помню. — Вот именно! — Тэхён поднял палец, словно провозглашая истину. — Поэтому я предлагаю: первый свободный вечер — в бар. — И снова фантазии, — пробормотал Чонгук, качая головой. — Эй, мечтать не запрещено, — Тэхён ухмыльнулся. И в эту секунду коридор снова ожил шумом. Оба вздохнули одновременно, бросив друг на друга взгляды, полные неизменной солидарности. — Ну что, напарник? — Тэхён встал, поправляя халат. — Кто проиграет в следующий раз, тому и идти? — Не сомневайся, я всё равно выиграю, — с улыбкой отозвался Чонгук, снова поднимаясь на ноги. — Но если вдруг… бар за тобой. — Договорились! — рассмеялся Тэхён, шагнув к новым вызовам, а Чонгук направился следом, снова настраиваясь на бесконечный рабочий ритм.

***

Чонгук осторожно наложил фиксирующую повязку на запястье маленькой девочки. Её лицо всё ещё было напряжено от боли, но в её больших глазах светилась благодарность. — Ну вот, готово, — с мягкой улыбкой сказал Чонгук, прикрепляя последние липучки. — Ты была просто настоящей героиней. Даже взрослые иногда так спокойно не выдерживают. Девочка робко улыбнулась, опуская взгляд, но по тому, как её губы чуть дрогнули, было видно, что похвала растопила напряжение. — Правда? — тихо спросила она. — Конечно, правда! — Чонгук весело подмигнул. — А теперь ты официально можешь считать себя супергероем с гипсовым щитом! Мать девочки с благодарностью посмотрела на него, прикладывая руку к сердцу. — Спасибо вам, доктор. Она так переживала… — Никаких переживаний, — Чонгук дружелюбно махнул рукой. — Главное, чтобы она отдыхала и давала руке время на восстановление. В этот момент из коридора послышался зов. — Доктор Чон! Совещание через пять минут! Он глубоко вздохнул и встал, ещё раз взглянув на свою юную пациентку. — Мне нужно идти, но вы отлично справились. Помните, никаких резких движений, и через пару недель будете как новенькая. Девочка улыбнулась чуть шире, тихо кивнув, а Чонгук попрощался с ней и её мамой. Уже направляясь к стойке. Чонгук устало направился в сторону главного отделения больницы, где уже собрались сотрудники. Тэхён догнал его на полпути, вздыхая. — Ну и зачем нам на это совещание? — спросил он, вяло размахивая рукой. — Вечно одно и то же: отчёты, бумаги, «обратите внимание на чистоту в палатах»... — Эй, не всё так плохо, — ответил Чонгук. — Иногда там распределяют сложные хирургические операции или обсуждают интересные случаи. — Но мы-то не хирурги, — проворчал Тэхён. — Пока что, — подмигнул Чонгук. — А лишняя информация никогда не помешает, верно? К тому же… можно тихонько вздремнуть. Тэхён усмехнулся, но его взгляд тут же стал серьёзным, когда впереди появился их начальник, доктор Ким. Он шёл по коридору с таким величием, будто его сопровождал невидимый оркестр. — О, великий доктор Ким, — прошептал Чонгук с нарочитым почтением, пародируя его высокомерную осанку. — Тише, он услышит, — шепнул Тэхён, но сам чуть не прыснул. — Ничего он не услышит, — отмахнулся Чонгук, копируя манеру речи Кима. — «Ваша смена должна быть идеальной, оборудование стерильно, пациенты счастливы…» — «Иначе я собственноручно вас уволю», — закончил Тэхён, зажав рот рукой, чтобы не рассмеяться. В этот момент к ним присоединился их друг, начинающий хирург Чон Хосок. Он подошёл с заинтересованным взглядом. — В чём веселье, парни? Чонгук и Тэхён синхронно указали пальцами на спину впереди идущего Кима. Хосок, поняв всё без слов, едва сдержался, чтобы не засмеяться вслух. Он тихо прыснул, а затем шёпотом сказал: — Если он обернётся, вы первые побежите на хирургическое отделение в качестве пациентов. — Ну, хоть смена закончится, — усмехнулся Чонгук. Трое молодых врачей обменялись понимающими взглядами и продолжили путь, стараясь не выдать себя под звуки очередной скучной лекции о «важности соблюдения порядка». Друзья вошли в просторный зал, напоминающий современный кинотеатр. Высокий потолок, мягкие ряды сидений, огромный экран для презентаций и трибуна для докладчиков. В первых рядах чинно расселись начальники отделов, остальные сотрудники предпочли занять места повыше, подальше от пристального внимания. Чонгук и компания не стали исключением. Они выбрали место где-то посередине, поближе к выходу — на случай, если захотелось бы сбежать от очередной скучной лекции. Чонгук резко остановился, его взгляд поймал знакомую фигуру на одном из нижних рядов. На ряду ниже, слегка завалившись набок, дремал старший хирург. Доктор Мин Юнги был известен в больнице не только как лучший хирург, но и как тот, кто, казалось, жил в операционной. Его ворчливость и вечная усталость были легендарными. Чонгук, потирая руки, подмигнул Тэхёну, который тут же смекнул, что задумал его друг. — Только не слишком громко, — пробормотал Тэхён. Чонгук с веселым блеском в глазах пробежал между рядами, аккуратно лавируя между сидениями, чтобы не привлекать лишнего внимания. Подойдя к Юнги со спины, он резко наклонился и крепко схватил хирурга за плечи. — Доктор Мин, спасайтесь! — раздался голос Чонгука. Юнги вздрогнул, просыпаясь. Его сонные глаза медленно сфокусировались на виновнике, и он тихо фыркнул, прикрыв лицо рукой. — Чонгук-а, ты как батарейка-энерджайзер, — пробормотал он, зевая. — Отстань, у меня тихий час. — Никаких тихих часов! — бодро заявил Чонгук, опускаясь на сидение прямо за Юнги. — У нас сейчас будет самая важная презентация в жизни! Юнги лишь устало покачал головой, но не стал спорить. Чонгук, словно ребёнок, положил руки на плечи хирурга и начал их слегка трясти, так что голова Юнги невольно моталась. В этот момент к ним присоединились Тэхён и Хосок. — Нашёл жертву? — усмехнулся Хосок, садясь рядом с Чонгуком. — А кто ещё, если не Юнги-хён? — ответил Чонгук, который теперь не только тряс плечи доктора, но и взъерошивал его уже и без того растрёпанные волосы. Юнги устало вздохнул, чуть повернув голову, чтобы посмотреть на весёлую троицу. — И это я учил вас медицинским этикетам. Как стыдно, — пробормотал он, но в его голосе явно слышалась скрытая улыбка. — Мы просто поддерживаем коллегу! — серьёзно сказал Чонгук, но его лицо выдавало желание рассмеяться. — Ну-ну, поддерживайте. Главное — не переборщите, — пробурчал Юнги, снова закрыл глаза и позволил молодым коллегам «развлекаться». Тэхён и Хосок наблюдали за происходящим, сдерживая смех. — Доктор Мин, а ты точно не хочешь в хирурги нас записать? — подмигнул Тэхён. — Если запишу, то только чтобы вы меня больше не трогали, — отозвался Юнги, потянувшись. Чонгук, Тэхён и Хосок рассмеялись. Их тихий смех, кажется, стал единственным светлым моментом в этом скучном совещании. Когда презентация началась, зал наполнился скучными голосами выступающих и монотонными перелистываниями слайдов на огромном экране. Никто не был удивлён: совещания в больнице редко отличались динамичностью. Юнги же, сидевший перед Чонгуком, словно по команде, вновь погрузился в сладкий сон. Чонгук, наконец, оставил спящего Юнги в покое, осторожно поправив растрёпанные волосы хирурга, и удобно устроился в кресле. Он оглянулся на своих друзей, понизив голос. — Так, какие сложные операции намечаются, как думаете? — прошептал он, перегибаясь к Тэхёну. — Пара сложных случаев была на экране, — ответил Тэхён, кивая на презентацию. — Кажется, одна из них даже из нашей смены. — Может, хён участвовал? — предположил Хосок, лениво потягиваясь. — Скорее всего. У него каждый день что-то сложное, — согласился Чонгук. Презентация продолжалась, но зал оживился лишь в самом конце, когда на трибуну вышел директор больницы. Он долго и нудно говорил о бюджете, коммерческих вопросах и планах на следующий год. Чонгук нахмурился, когда речь зашла об отделении интенсивной терапии. — Почему так мало на них выделили? — пробормотал он, слегка повысив голос. — Да это всегда так, — вздохнул Хосок, наклоняясь к нему. — У нас с этими аппаратами ИВЛ вечная проблема. — Постой, — Чонгук нахмурился ещё больше, — не хватает аппаратов? — Ага. Хотели ещё парочку забрать. Говорят, "ненужные". — Забрать? Да это же абсурд! — выдохнул Чонгук. Хосок усмехнулся: — Хен с ними чуть не подрался. Тэхён поднял голову, его взгляд стал обеспокоенным. — Юнги хён? Прямо с директором? — Ну не совсем, — ухмыльнулся Хосок. — Но ты бы видел, как он разнёс их на встрече. Директор аж замолк, а потом тихо согласился оставить аппараты. — У хёна из-за этого проблем не будет? — осторожно спросил Тэхён. Хосок махнул рукой: — Да кто посмеет. Это же Мин Юнги. Лучший хирург в нашей больнице. Да что там, в Сеуле таких по пальцам пересчитать можно. Если его уволят, его же с руками и ногами заберут в любую другую клинику. — И то верно, — согласился Чонгук, но его взгляд всё равно оставался хмурым. — Хотя это безумие. Аппараты ИВЛ слишком важны, особенно в интенсивной терапии. — А что ты хотел? — развёл руками Хосок. — Эти начальники только о деньгах думают. — Точно, — фыркнул Тэхён. — Главное, чтобы в их отчётах всё сходилось. Чонгук вздохнул, задумавшись. Он знал, насколько важна была работа в отделении интенсивной терапии. Там лежали люди, зависевшие от этих аппаратов, буквально на грани между жизнью и смертью. "Как можно так наплевательски относиться к этому?" — пронеслось у него в голове. Тем временем презентация подходила к концу. Чонгук, задумавшись о несправедливом распределении бюджета, снова наклонился к спящему Юнги и, слегка тряхнув его за плечо, разбудил. — Хён, поднимайся, всё закончилось, — мягко сказал он, хотя улыбка на его лице выдавала скрытый смешок. Юнги медленно открыл глаза, сонно заморгав, а затем тяжело вздохнул. Выглядел он так, будто за плечами у него не одна неделя бессонных ночей. На самом деле так и было. Доктор Мин, с явным усилием поднявшись, поплёлся к двери, словно на автопилоте, и, не замечая ничего вокруг, двинулся в коридор. Гнездо на его голове, созданное стараниями Чонгука, было в полном "расцвете": торчащие в разные стороны пряди придавали Юнги вид совершенно растрёпанного человека. Трое друзей, следуя за ним, тихо фыркнули, еле сдерживая смех. — Он даже не заметил, — прошептал Тэхён, прикрывая рот рукой. — Да ему всё равно, — отозвался Хосок, пожимая плечами. — Вот за что я его и люблю, — подытожил Чонгук с ухмылкой. Они вышли из зала, и стоило только оказаться в коридоре, как друзья перешли на более громкий шёпот, обрушив шквал негодования на начальство. — Жмоты хреновы! — выпалил Чонгук. — Ещё какие! — поддержал его Тэхён, махнув рукой. — Да они вообще на людях экономят, только бы себе премии побольше выписать. — А сколько у них зарплаты, интересно? — ехидно спросил Хосок. — Наверное, столько, сколько у всего нашего отделения за год. Разделившись в коридоре, Хосок поспешил в свой отдел, оставив Чонгука и Тэхёна. — Ну что, в скорую? — спросил Тэхён. — Да, пошли, — кивнул Чонгук. Они направились в сторону отделения скорой помощи, где шум и постоянная суета не прекращались ни на минуту.

***

Рен У хмуро сидел на мягком диване у окна в небольшом уютном ресторанчике. На улице моросил мелкий дождь, капли стекали по стеклу, словно бесконечный поток времени, который он пытался обогнать. Он держал в руках телефон, но экран был заблокирован — его мысли блуждали далеко от новостей. На фоне раздавались громкие крики боли и звуки ударов, которые доносились из подсобного помещения. Это был Хван, занимающийся своей работой. "Нарушители..." — пронеслось в голове Рен У. Он не впервые сталкивался с подобным, но в этот раз всё казалось странным. "Слишком часто. Слишком слаженно", — размышлял он, барабаня пальцами по подлокотнику дивана. Беспорядки на его территории не происходили спонтанно. Кто-то явно начал раскачивать лодку. Рен У перевёл взгляд на Волка, который сидел напротив него, с планшетом в руках. — Назначь встречу с Ли Минхо, — произнёс Рен У, не меняя выражения лица. Волк поднял взгляд, мгновенно понимая, что Рен У подозревает своего двоюродного брата. — Да господин. Рен У кивнул, опуская глаза обратно на телефон. Ему не нужно было объяснять, почему он хочет этой встречи. Всё было очевидно: крыса показала хвост. Дверь подсобного помещения открылась, и Хван появился в дверном проёме. На его лице читалось удовлетворение от проделанной работы, но он, как всегда, оставался молчалив. Он слегка поклонился, молча сообщая, что закончил. Рен У медленно встал, оправляя чёрный пиджак, и направился к выходу. Его сопровождала вся команда, а сотрудники заведения, которые всё это время наблюдали за происходящим, выстроились в ряд у выхода. Они низко поклонились своему защитнику. — Спасибо, господин Рен У, — пробормотал старший из них, чуть дрожащим голосом. Рен У лишь кивнул, не останавливаясь. Его мысли были заняты. Дождь усилился. Автомобиль с открытой дверью уже ждал его. Он сел на заднее сиденье и потянулся за телефоном, намереваясь пробежаться по новостям. — Что-то намечается, — тихо пробормотал он себе под нос, глядя на яркий экран. Волк, севший на переднее сиденье, обернулся к нему. — Только что пришёл доклад. Потасовка на улице в квартале на юге. Кажется, это снова мелкие банды. Рен У устало потер переносицу, раздражённо вздохнув. — Теперь драки на улицах? Какая-то сволочь пытается внести разлад на моей территории. Найду — прибью к чёрту. Водитель завёл машину, и Рен У бросил взгляд на улицу. Он всегда считал свои земли неприступными. И вот теперь, одна за другой, угрозы начинали всплывать. — Волк, выясни, кто ещё связан с Минхо. Я хочу знать, кто у него на подхвате. — Уже работаю над этим, — спокойно ответил Волк, не отрываясь от планшета. Рен У кивнул и углубился в чтение новостей. Он всегда следил за местными сводками, политикой, экономикой, даже за самыми незначительными статьями. Вся информация была полезной. Его взгляд зацепился за заметку о недавней сделке между двумя мелкими группировками в соседнем районе. — Всё сложнее, — тихо произнёс он, почти шёпотом. — Господин? — Волк обернулся. — Ничего, — Рен У махнул рукой. Машина тронулась, и за окном начали мелькать огни ночного города.

***

Рен У сидел за низким столиком в уединённой комнате небольшого японского ресторана. Аромат свежих суши смешивался с лёгкой горчинкой сакэ, лениво стоявшего в чашке перед ним. Он ел медленно, словно наслаждаясь каждым кусочком, не обращая внимания на мир за закрытой дверью. Когда дверь скользнула в сторону, в комнату вошёл Хван, ненадолго задержавшись в проходе, чтобы пропустить Минхо. Тот выглядел уверенным, но Рен У сразу заметил, как напряжены его плечи и как его взгляд избегает прямого контакта. Минхо сел напротив, стараясь держать спину ровно. Уверенность на его лице выглядела наигранной. Рен У не удостоил его взглядом, только продолжил лениво подносить суши к губам, словно это была их обычная встреча. — Минхо, — проговорил он медленно, почти лениво, — нечасто ты удостаиваешь меня своим присутствием. Даже начинаю волноваться, не заболел ли ты. Минхо улыбнулся, но улыбка эта не достала до глаз. — Думаешь, я не ценю тебя, брат? Я всегда готов обсудить дела. Рен У тихо фыркнул, всё ещё не поднимая взгляда. — Обсудить? — слово прозвучало как издёвка. — Это ты называешь попытку отжать мой бойцовский клуб? Эти слова заставили Минхо напрячься, но он быстро справился, нацепив выражение оскорблённой невиновности. — О чём ты говоришь? У меня нет причин лезть в твои дела. Ты слишком восприимчив, брат. Рен У наконец поднял глаза, его взгляд был холодным и насмешливым. — Минхо, ты ведь знаешь, что я ненавижу в людях больше всего? — Он сделал паузу, дождавшись, пока на лице брата мелькнёт беспокойство. — Ложь. Особенно, когда она настолько плохая, что её трудно воспринимать всерьёз. Минхо нервно сглотнул, но продолжал держать маску. — Если у тебя нет доказательств, Рен У, зачем этот спектакль? Мы семья. Разве не должны мы помогать друг другу? Рен У прищурился. — Помогать? Тебе? — В его голосе послышалась лёгкая насмешка. — Ты ведь не скрываешь, что мечтаешь увидеть меня в могиле, Минхо. Так с чего вдруг я должен помогать тебе? Минхо склонил голову, пытаясь казаться искренним. — Ты всё не так понял, брат. Я никогда... — Замолчи. — Голос Рен У стал тихим, но от этого ещё более угрожающим. Он отложил палочки и посмотрел прямо в глаза Минхо. — Ты жалкий лжец, Минхо. Ты думаешь, я не знаю, что ты слишком глуп, чтобы решиться на это самостоятельно? Кто-то кормит тебя идеями, кто-то обещает, что прикроет твою спину. Минхо попытался скрыть потрясение, но оно отразилось в его взгляде. — Это всё твои догадки. У тебя нет доказательств. Рен У кивнул, соглашаясь. — Пока нет. — Его лицо оставалось спокойным, но в глазах пылал огонь. — Но знаешь, что меня отличает от тебя, Минхо? Я всегда получаю то, что мне нужно. Минхо пытался казаться спокойным, но каждая его мышца была напряжена. Он понимал, что разговор зашёл слишком далеко, но пути назад не было. Рен У поднял чашку сакэ, сделал глоток и продолжил: — Если я ещё раз увижу твоё лицо или твоих людей на моей территории, знаешь, что будет? — Он сделал паузу, позволив словам застыть в воздухе. — Ты не доживёшь до следующей встречи. Минхо выпрямился, стараясь скрыть страх за показной уверенностью. — Ты совершаешь ошибку, Рен У. Ты не всесильный. Рен У вновь взял палочки, вернувшись к своей трапезе. — Возможно. Но ты точно не тот, кто сможет мне об этом напомнить. Минхо встал, пытаясь сохранить лицо, но даже его шаги выдавали напряжение. Он вышел из комнаты, а Рен У спокойно ел суши, словно ничего не произошло. Хван открыл дверь, пропуская Волка, который только что проводил Минхо до выхода. Волк вошёл с ленивой походкой, но его взгляд был сосредоточенным, и он небрежно опустился на колени рядом с Рен У, чуть подавшись вперёд. — Сопляк врёт, господин, — проговорил он с лёгким хмыканьем, словно это было очевидно с самого начала. Рен У бросил на него короткий взгляд, собираясь налить себе сакэ, но Волк перехватил бутылку, почтительно склонив голову и сам наполнил чашку. Его движения были неспешными, но уважение в каждом жесте выдавали годы преданности и привычку соблюдать традиции. — Этот сучонок врёт и делает это очень неумело. Он сделал небольшой глоток, отставляя чашу, и взял сашими с блюда перед собой. — Но даже так... — продолжил он, раздумывая вслух. — Минхо никогда не был таким смелым. Его бизнес давно на грани, он завяз в долгах так глубоко, что его голова уже не виднеется. Но он никогда не лез на мою территорию. Он понимал, чем это закончится. Волк фыркнул, прикрыв улыбку ладонью. — Потому что раньше у него было хоть немного мозгов, — заметил он. Рен У хмыкнул, жуя сашими, и холодно продолжил: — Кто-то направил его. Подтолкнул. Возможно, даже дал людей. Минхо не смог бы действовать так далеко за пределами своих границ. А эти мелкие банды, которые начали устраивать дебош на моей территории... слишком разрознено для его стиля. Он помолчал, глядя на чашу сакэ, и добавил: — Это сговор. И масштаб у этого больше, чем кажется на первый взгляд. Волк кивнул, полностью соглашаясь с логикой Рен У. — Кто-то хочет разорвать твою территорию на куски, словно пирог, — задумчиво проговорил он. — Но это кто-то с властью. Возможно, даже из совета. Рен У тяжело вздохнул, его взгляд стал ещё более холодным. — Даже не сомневаюсь, — произнёс он. — Эти крысы, сидящие за длинным столом, все как один мечтают видеть меня мёртвым. Но мы не можем действовать необдуманно. Дед не одобрит, если я начну разносить стены нашей семьи. Он поднял глаза на Волка. — Если остальные почувствуют, что внутри разлад, они нанесут удар снаружи. Волк нахмурился, обдумывая его слова, и затем добавил: — Это может быть и посторонняя организация. Слишком много совпадений за последнее время. Если это их работа, то кто-то хочет ослабить семью Квон через тебя. Рен У молча поднял чашу сакэ и одним глотком опустошил её. Отставив её на стол, он произнёс с усталостью: — Всё может быть. Но я этим займусь позже. Мне нужно отдохнуть. Волк хмыкнул, в его глазах мелькнуло насмешливое понимание. — Я свяжусь с Паком и вызову для вас девушку. Рен У медленно качнул головой, отказываясь. — Не нужно. — Он встал, поправляя пиджак. — Я хочу прогуляться. Без няньки. Он усмехнулся и бросил взгляд в сторону Хвана, который всё это время молча стоял у стены, словно его там и не было. — Даже без тебя, — добавил он, шагнув к двери. — Просто постой здесь ещё немного, может, мебелью станешь. Хван лишь кивнул, оставаясь на месте, а Волк, проводив Рен У взглядом, лениво заметил: — Только не попадайтесь на глаза, господин. На сегодня вам лучше быть тенью. Рен У не обернулся, лишь поднял руку в лёгком жесте прощания, прежде чем скрыться за дверью, оставляя двух своих людей размышлять над его словами.

***