И вспыхнет пламя

Игнотус сидел возле постели, на которую бережно перенесли его дочь. Порой он касался её тонких пальцев, словно проверяя, не мерещится ли она ему и тем самым успокаиваясь. Он до конца так и не смог поверить, что произошедшее - реальность, а не очередной прекрасный сон. Что теперь у его - у их рода - появился шанс не просто выжить, но и расцвести с новыми силами. Девушка была сильна. Игнотус ощущал это даже без использования артефакта Силы - её магия бурлила внутри неё, ожидая, когда ей позволять найти воплощение. И это... Радовало до невозможности. Госпожа подарила им не просто шанс - Надежду. И они воспользуются им по-полному. Но даже этого словно было мало. Переместив девушку в спальню, практически мгновенно приведенную для неё в порядок, братья спустились к родовому гобелену... И с трудом удержали челюсти на месте. От портрета Игнотуса к портрету появившейся девушки на самом деле шли линии Родства и Наследования, а вот от самого портрета девушки... Поверить увиденному было крайне тяжело, но братьям пришлось - по Магии матерью новоявленной дочери Игнотуса была сама Вечная, решившая не просто позволить своим любимым детям продолжить существовать, но и своим присутствием обновить магию Рода, заметно усилив её. И ведь это тоже далеко не всё! Правда, остальное они выяснят лишь тогда, когда девушка придет в себя, но и эти новости буквально сносили голову от возможных перспектив. А теперь мужчина ожидал пробуждения дочери. Великая и Вечная, как долго он ждал возможности назвать кого-то своим ребёнком! И теперь он мог. Это определённо стоило стольких лет ожидания, попыток и мук - сейчас все труды окупались с процентами. Погрузившись в свои размышления, не переставая сжимать изящные тонкие пальцы, мужчина не сразу почувствовал одну вещь - девушка на кровати начала приходить в себя. Больше не было Гарри Лилиан Поттер. Она больше не ощущала себя такой. Она была... Новой. Да, пусть сохранились навыки, пусть внешность осталась практически такой же - за исключением волос, которые отросли до поясницы - пусть тот самый шрам на лбу так и остался, девушка все равно ощущала себя обновленной. И куда более... Свободной? Словно ритуал - а может, так на самом деле и было - сорвал с неё все ограничения, позволяя магии струится по венам так, как ей хочется. А если вспомнить весь тот список ограничений, которые наложили на неё "любимые" родители и директор... Впрочем, вспоминать не хотелось. Хотелось лишь открыть глаза и посмотреть, куда Вечная отправила её. Глаза нехотя открывались и, к своему удивлению, черноволосая не получила в глаза ослепительную дозу света, как это часто бывало в доме Уизли. Напротив - тяжёлые шторы плотно закрывали большие - судя по едва заметным рамам, выглядывающим из-под верхней части штор - тем самым стараясь не нарушать покой спящей. Замок словно был живым... Или не словно? Такое ощущение иногда бывало в Хогвартсе, который словно оберегал её и в минуты нужды приходил на помощь. Одна только Выручай-комната чего стоила. Слегка придя в себя, бывшая Поттер неспешно огляделась, пока её взгляд не наткнулся на спящего в дорогом кресле мужчину, аккуратно держащего её за руку. Возможно, она попыталась бы разбудить его, дабы как можно скорее получить ответы, если бы внимание новоявленной Певерелл не привлекло сверкающее чёрное кольцо на пальце незнакомца. От него исходила мощная волна магии - практически такая, какая окутала её в Гринготтсе во время ритуала. Магия Смерти. Значит, этот мужчина... - Ты очнулась! - не успела мысль до конца сформироваться в её голове, как мужчина, который, казалось, крепко спал, мигом проснулся и, словно не в силах сдержать эмоций, крепко обнял опешившую Персефону. Там, в жизни, которую она решила оставить позади, это показалось бы ей дикостью, ведь её никогда просто так никто не обнимал. Просто на эмоциях, просто... Просто. А этот мужчина казался ей отчего-то таким родным, таким знакомым, что невольно волшебница сама потянулась к нему. Игнотус не мог нарадоваться и не мог сдерживать тот спектр эмоций, что захлестывал его. Кто там говорил, что некроманты - чудовища без чувств и эмоций? Враньё чистой воды. Не смотря на огромную мощь в тёмных искусствах, обделёнными в плане чувств Певереллы не были. Напротив - порой именно чувства диктовали им, как поступать в той или иной ситуации. Как, например, сейчас - Игнотусу до жути хотелось обнять свою - СВОЮ - дочь. Почувствовать её. И наконец полностью принять мысль, что она - не сон и не жестокая игра его воображения. С трудом заставив себя отпустить замершую в его объятьях девушку, некромант слегка отстранился и наконец заглянул девушке в глаза. И, кажется, был готов утонуть. Настолько насыщенные изумрудные глаза он видел лишь один раз за свою жизнь - а ему, пусть он, как и его братья, выглядел весьма молодо, было уже за шестьдесят! - когда Вечная явилась к нему в день магического совершеннолетия, дабы пробудить его Дар полностью. У неё были глаза цвета ярчайших изумрудов - и у его дочери тоже. Это ли не знак, что Госпожа всё также присматривает за ними и оберегает их? Если нет, то Певерелл в любом случае не считал это совпадением. Верить в совпадения в магическом мире было делом весьма странным. - Кто вы? - голос у девушки был тихим, но мелодичным. Дополнительная черта к образу обманчивой хрупкости - то, что нужно, чтобы возможные враги позволили себе расслабиться... И пожалели об этом. В глазах девушки не было ни капли страха - лишь лёгкие нотки растерянности и неприкрытого интереса. "Хорошая стрессоустойчивость. Надо будет потом разузнать, откуда это", - подумал Игнотус и, поудобнее устроившись в кресле, приступил к рассказу. - Значит, вы - теперь мой отец? Я так счастлива, - едва младший Певерелл закончил рассказ, Персефона обнаружила, что по её лицу текут слёзы. Впервые за долгое время это на самом деле были слёзы счастья. Теперь у неё будет отец, который уже сейчас смотрел на неё, как на самое важное сокровище в его жизни - и, по сути, это была чистая правда! - а не как на способ заработать славу. Или чего там вообще хотели добиться Джеймс и Лили? Если... Когда она вернётся в своё время, девушка обязательно озаботиться тем, чтобы узнать об её уже не родителях как можно больше. И убедиться, что они получат достойное наказание за свои преступления. А то, что в магическом мире причинение вреда - не важно, морального или физического - ребёнку, считается преступлением, девушка узнала благодаря редким разговорам с Драко, с которым она втайне поддерживала приятельские, если не дружеские, отношения. С небольшим трудом поднявшись на ноги, с изумлением любуясь своим новым одеянием в виде легкого чёрного платья с магическими рунами на кружевах, теперь уже Персефона Певерелл позволила теперь уже её отцу вывести её из спальни. - Мои братья - и твои дяди - также ждали твоего пробуждения. Мы так давно мечтали о том, чтобы хоть кто-то из нас получил шанс... - Игнотус ни на секунду не отпускал руку девушки, словно боялся, что она может исчезнуть даже в его - в их - родовом замке. Однако мягкая, легкая улыбка Наследницы все же смогла его успокоить, пусть и с трудом. Деваться Персефона никуда не собиралась - не в ближайшие годы уж точно. Эти люди станут её семьей. Уже стали. Черноволосая, глядя на то, как три брата неспешно беседуют о новостях мира, делясь при этом своими собственными размышлениями насчёт того или иного события, не могла сдержать улыбки. Пусть ей ещё предстояло узнать каждого из братьев, узнать о времени, в котором она оказалась, учится всему, что ей предложат, подтянуть знания, которых критически не хватало... Магия и Смерть уже привязали её к этим людям, которые не собирались использовать её в своих целях. Которым - судя по блестящим глазам братьев, обещающих засыпать её разного рода вопросами - было до неё дело куда больше, чем тем, кого когда-то она считала своими родителями и друзьями. Здесь всё будет иначе - и она сделает для этого всё возможное и невозможное. Гарри Лилиан Поттер была мертва. Но зато на свет родилась Персефона Певерелл - и остаётся лишь догадываться, к каким событиям и приключениям её это приведёт.