Ошибочное спасение злодея

Сун Цинши умер. После смерти он оказался в необычном месте, где красный шар пульсировал неровным светом. Сфера представилась как Система. Она объяснила, что роман в жанре сянься под названием "Несравненные красавицы" находится на грани краха из-за того, что читатели возмущены трагической судьбой главного героя, покорного мужчины. Миру нужна душа, хорошо знакомая с сюжетными ходами романов, разбирающаяся в романтических отношениях и достаточно гибкая, чтобы справляться со сложными ситуациями. Эта душа должна была исцелить тело и разум главного героя, исполнив коллективное желание читателей: изменить его судьбу, окружить его любовью и подарить ему самую счастливую жизнь, какую только можно себе представить. Передача данных системой была фрагментированной и сопровождалась непонятной инопланетной тарабарщиной. _____ При жизни Сун Цинши страдал от бокового амиотрофического склероза*. Он посвятил себя изучению медицины в надежде найти лекарство и проводил всё своё время за учёбой и экспериментами, не тратя его на романы. В эмоциональном плане он был как чистый лист. Несмотря на привлекательную внешность и покладистый характер, из-за его физического состояния даже школьные хулиганы относились к нему с отцовской заботой, не говоря уже о влюблённых в него девушках. Из-за чрезмерной опеки, сочувствия и даже жалости он так и не влюбился и развил в себе лёгкую социальную тревожность, боясь разговаривать с незнакомцами. Короче говоря, он был совершенно не готов к этой задаче. Сун Цинши понятия не имел, почему система выбрала его, и сокрушался, что его изучение марксистской философии, похоже, было напрасным. Однако из хаотичной информации и искажённого кода ему удалось вывести, что, приняв задание, он получит здоровое тело в виртуальном мире — второй шанс на жизнь. Осознание этого привело его в восторженный экстаз. Здоровое тело было его самым страстным желанием. Даже если бы система потребовала, чтобы он преодолел горы из лезвий или моря огня, он бы с готовностью согласился, не говоря уже о такой, казалось бы, простой задаче, как забота о ком-то. Таким образом, впервые в жизни он поступился своей совестью и солгал: — Я прочитал десятки тысяч книг, обладаю фотографической памятью и хорошо разбираюсь в медицине и сестринском деле. Я даже изучал психологию, так что могу справиться со всеми физическими и психологическими травмами главного героя. Кроме того, у меня большой опыт в романтических отношениях, я люблю общаться и, без сомнения, справлюсь с этой миссией! Если бы душа могла краснеть, его душа пылала бы алым пламенем. Система, не подозревая о его обмане, подтвердила, что он является исполнителем миссии. В сознание Сун Цинши хлынул поток искажённых данных, смешанных с хаотичной и неорганизованной информацией, вызывая острую, пронизывающую боль в его душе. Внезапно система издала пронзительный сигнал. Передача данных была прервана. Тьма окутала Сун Цинши, и его душа устремилась к белому пятнышку света... _____ Когда Сун Цинши очнулся, он обнаружил, что лежит в лесу, в окружении едва уловимого успокаивающего аромата целебных трав. Он прищурился, глядя в ослепительно голубое небо, по которому грациозно пролетала великолепная золотая птица с длинным хвостом, издавая чистый крик. За ней следовали бесчисленные другие небесные птицы. Был ли это мир из романа? Это казалось невероятно реальным... Лёгкий ветерок шелестел в кронах деревьев, роняя капли росы на его бледные пальцы и даря ощущение прохлады. Затем воспоминания о прежнем теле нахлынули на него, как приливная волна, заполонив его разум и пытаясь слиться с его душой. Это тело также принадлежало Сун Цинши, мастеру долины, королю медицины, самому одарённому бессмертному врачу и алхимику в мире бессмертных. Его медицинские навыки позволяли оживлять мёртвых и сращивать сломанные кости, а эликсиры духа, которые он создавал, были сокровищами, к которым стремились все совершенствующиеся. Однако у первоначального владельца был крайне эксцентричный характер. Он редко покидал Долину Медицины, ни с кем не дружил и не проявлял интереса ни к чему, кроме медицины и алхимии. Когда пациенты обращались к нему за помощью, он лечил их, руководствуясь исключительно своим настроением, независимо от их статуса. В хорошем настроении он лечил даже простых нищих; в плохом настроении, независимо от их положения, они становились удобрением для его лекарственного сада. Он часто проводил жестокие эксперименты на живых людях. Тем не менее, благодаря его культивации на уровне Зарождающейся души и мастерскому владению различными ядами, даже бессмертные секты не осмеливались легкомысленно провоцировать его, а лишь за спиной называли его безумцем. В царстве бессмертных жизнь была долгой. Знания и воспоминания о многовековом совершенствовании, накопленные изначальным телом, всё ещё поступали, когда в него ворвались фрагментированные данные системы, изобилующие бесчисленными искажёнными кодами, и смешали воспоминания изначального тела. Сун Цинши долго пребывал в замешательстве, прежде чем наконец смог осознать своё нынешнее положение. Это было поместье «Золотой феникс», самое роскошное место в царстве бессмертных, где обитали редкие и экзотические звери и бесчисленное множество прекрасных бессмертных наложниц. Хозяин поместья, Цзинь Фэйжэнь, также был могущественным культиватором на стадии Зарождения Души. Он был от природы ярким, щедрым и имел друзей как среди бессмертных, так и среди демонов, что сделало его известной фигурой. Недавно он приобрёл красавицу, которая идеально соответствовала его вкусам, и устроил грандиозный банкет, пригласив всех ценителей прекрасного. Ходили слухи, что он также приготовил в качестве подарков множество недавно приобретённых красавиц, что привлекло огромную толпу. Настоящий Сун Цинши всегда держался в стороне, посвящая себя исключительно алхимии, и никогда не вступал в романтические отношения. Его присутствие сегодня было случайным. Хозяин поместья Цзинь хотел обменять снежный женьшень возрастом в десять тысяч лет на партию своих эликсиров. Настоящий Сун Цинши, которому в последнее время требовался снежный женьшень для его фармацевтических экспериментов, согласился на обмен. Поскольку снежный женьшень рос в секретном снежном горном царстве семьи Цзинь, а для достижения оптимальных лечебных свойств его нужно было собирать и хранить с помощью специальных алхимических методов, основатель пришёл лично, чтобы собрать его, и это совпало с грандиозным банкетом у господина Цзиня. Желая заслужить расположение основателя, господин Цзинь разослал бесчисленное количество приглашений и проявил огромную доброжелательность, в конце концов убедив основателя прийти сегодня на пир. Хозяин поместья Цзинь был вне себя от радости и неоднократно предлагал ему в подарок несколько изысканных красавиц, даже упоминал некоторых из них, как подходящие «сосуды для совершенствования». А потом система отправила сюда Сун Цинши... Что такое сосуд для совершенствования? Сун Цинши просмотрел воспоминания оригинала и нашёл различные виды алхимических котлов и драгоценных треножников, но почувствовал, что что-то не так. В конце концов, хозяин поместья Цзинь был мастером меча и не должен был интересоваться алхимией... Попытка обратиться к системе ни к чему не привела. В переданных данных отсутствовал сюжет романа, были лишь отрывочные сведения о персонажах, а также непонятный код — не было даже описания главного героя. После долгих поисков Сун Цинши нашёл лишь несколько прилагательных: несравненная внешность, потрясающая красота, принуждение, трагическая любовь. Опытный читатель системных романов сразу поймёт, что ситуация непростая. Сун Цинши, однако, не видел ничего подозрительного. Он считал, что система бросает ему вызов, проверяя его дедуктивные способности и умение решать проблемы. Сун Цинши привык к проверкам: когда он вместе с преподавателями занимался исследованием новых лекарств, ему часто приходилось начинать с нуля, проводя бесчисленное количество экспериментов, допуская ошибки и сталкиваясь с трудностями, чтобы прийти к окончательному ответу, который зачастую был даже не тем, что хотелось. Многие фармацевтические компании инвестировали десятки и даже сотни миллиардов в исследования лекарственных препаратов, а учёные десятилетиями трудились не покладая рук, пока их усилия не терпели неудачу в ходе клинических испытаний. Поэтому каждый исследователь в области фармакологии был закалённым в боях ветераном, который неоднократно терпел поражение, но всегда поднимался вновь. «Тест» от Системы не был сложным! Ему не страшно! Он обязательно найдёт правильный ответ! Он не разочарует Систему! Сун Цинши быстро выделил ключевые моменты «теста»: главный герой появится на «Пире тысячи красавиц», он мужчина, гомосексуал, обладает несравненной красотой, изысканным телосложением и трагической судьбой. Его задача — спасти главного героя, окружить его максимальной заботой, исцелить его тело и разум, а затем помочь ему обрести счастье и радость! В эпоху Сун Цинши уважение к сексуальной ориентации было закреплено в законе; однополые браки были разрешены. Однажды он нашёл роман, который обронил его одноклассник, под названием «Маленький муж Прекрасного Принца». На обложке был изображён красивый, властный мужчина из древнего Китая, обнимающий длинноволосую красавицу с очень плоской грудью. Он немного растерялся и, возвращая книгу, с любопытством спросил о ней. Затем его одноклассник объяснил, что такое «даньмэй» (любовь между мальчиками), и сказал ему, что «красавица» на обложке — мужчина. Таким образом, Сун Цинши был уверен, что сможет отличить гун* от шоу* в романе и ни за что не собьётся с пути. Определившись с подходом к решению проблем и направлением, он просто ждал начала «Пира тысячи красавиц». Духовное море Сун Цинши постепенно очистилось, и его душа полностью слилась с телом, став более подвижной. Он осторожно приподнялся, затем снял обувь и поднял ноги, пытаясь пошевелить пальцами, которые были скованы много лет. Каждый бледный пухлый пальчик радостно зашевелился. Сун Цинши с трудом поднялся на ноги и сделал несколько шагов неуклюжими, нескоординированными движениями, прежде чем наконец вспомнил, как ходит обычный человек, и его движения постепенно стали плавными... Под его ногами была мягкая трава и влажная земля. За лесом протекала спокойная река. Сун Цинши зашёл в воду, зачерпнул пригоршню ледяной воды и плеснул себе в лицо, чтобы убедиться, что это не сон. Слёзы, рождённые безграничной радостью, наворачивались на глаза и крупными каплями падали ему на ладони, и он не мог их остановить. Поверхность реки, покрытая лёгкой рябью, успокоилась, отражая фигуру молодого человека. Сун Цинши с удивлением обнаружил, что тело, которое дала ему система, очень похоже на его тело в старшей школе. Он был не очень высоким, довольно худощавым и носил многослойные одеяния бессмертных, сотканные из парчи снежных облаков, которые плотно облегали его тело, слой за слоем, создавая иллюзию чрезвычайной хрупкости. Его мягкие волосы были просто собраны в пучок, несколько прядей выбивались. Его внешность, возможно, благодаря совершенствованию, стала ещё более утончённой, чем раньше: бледная, прохладная кожа, ясные глаза. Из-за того, что он часто погружался в свои мысли, размышляя над исследованиями, у него был несколько невинный, даже наивный вид — весьма обманчивая черта, из-за которой многие, считавшие его безобидным, становились удобрением для его лекарственного сада или подопытными для его ядов. ______ Выплеснув эмоции, он увидел в отражении свои покрасневшие от слёз глаза и, немного смутившись, быстро наклонился, чтобы зачерпнуть воды и смыть пятна от слёз. Но тут позади него раздался тихий звон колокольчиков и насмешливый голос. — Самоубийство бесполезно, оно приносит только боль. Если ты не хочешь, можешь попробовать тонуть медленно. Посмотрим, сработает ли это. Сун Цинши подпрыгнул от неожиданности. Он обернулся и увидел захватывающее дух зрелище, которого никогда раньше не видел. Под персиковым деревом, усыпанным цветами, стоял потрясающий юноша в красном, который, судя по всему, уже долгое время наблюдал за тем, как Сун Цинши глупо рыдает. Юноша был необыкновенно красив, словно богато украшенный свиток, на котором изображены все прелести и очарование мира. Его кожа была подобна тёплому нефриту, а самой притягательной чертой были тёмно-золотистые глаза феникса под ресницами цвета воронова крыла. Он должен был походить на благородного и величественного небесного феникса, но под его левым глазом красовалась ярко-красная родинка в форме слезинки, которая оскверняла его благородство, разрушала его достоинство и низвергала феникса в мир смертных, наполняя его желанием, превращая его в неотразимое очарование, от которого сердца трепетали в тоске. Его длинные распущенные волосы небрежно ниспадали до талии, слегка завиваясь на концах. Он был бос, на нём была только красная мантия, сотканная из шёлка стрекозы. Гладкий, как вода, шёлк плотно облегал его тело, скрывая всё. Стоило лишь потянуть за золотой пояс на талии, и мантия полностью соскользнула бы, обнажив то, о чём мечтал каждый мужчина. У Сун Цинши не было нечистых помыслов, но то, что его застали плачущим, усилило его социальную тревожность. Он долго набирался смелости и, заикаясь, произнёс: — Я, я просто... Его нерешительность была воспринята облачённым в красное прекрасным юношей как признание. В царстве бессмертных повсюду были опасные демонические звери и свирепые птицы. Культиваторы обладали духовной энергией и обостренными чувствами, которые позволяли им легко замечать любое движение вокруг. Даже начинающий культиватор на стадии создания фундамента не пропустил бы звук шагов смертного, не говоря уже о культиваторе на стадии зарождения души. Если бы они высвободили своё божественное чувство, то не оставили бы без внимания ни одно движение змей, насекомых, крыс или муравьёв на всей горе — за исключением такой аномалии, как Сун Цинши, который только что переселился и совершенно не разбирался в духовной силе и мирских делах... Одетый в красное красавец совершенно неправильно понял его, решив, что Сун Цинши тоже смертный. А в поместье «Золотой феникс» у смертного такой красоты была только одна цель. Юноша подтвердил его догадку: — Новый раб? Сун Цинши удивлённо поднял глаза, не понимая, что он имеет в виду. Он хотел спросить, но его взгляд случайно упал на тело облачённой в красное, и он заметил какие-то странные повреждения. Он не смог удержаться и ещё несколько раз украдкой взглянул на них, пытаясь понять, что это такое. Одетый в красное юноша заметил его пристальный взгляд и почувствовал раздражение, в его голове возникла злая мысль. Однако на его лице появилась очень нежная улыбка, и он произнёс с искренним одобрением: — Не смотри. Они скоро будут у тебя. До своего переселения Сун Цинши был хорошо защищён и никогда не сталкивался со злобой. Он не понимал, как распознавать скрытый смысл в словах. Хотя это «благословение» показалось ему немного странным, он вежливо ответил: — Спасибо. Красавец в красном подавился от такого ответа. Он непонимающе уставился на него, а затем окинул взглядом с головы до ног, словно тот был идиотом, и обнаружил, что перед ним совершенно чистый человек, а в его глазах сияет чистота, которая может быть только у тех, кто не испытал адских мук. Это открытие пробудило в его сердце, закалённом бесчисленными огнями кармы, искру жалости. Он подавил в себе острую злобу и тихо сказал: — После сегодняшней ночи ты поймёшь, что смерть — это роскошь. Почле этих слов парень слегка повернулся, посмотрел на спокойно текущую реку и предупредил: — Когда я только пришёл сюда, я много раз пытался покончить с собой, но это было бесполезно. Такие рабы, как мы, отмеченные Печатью Удовольствия, принадлежат своим хозяевам. Пока наш хозяин не разрешит, мы не можем даже умереть по собственной воле... Одетый в красное юноша надолго замолчал. Он медленно протянул руку и нежно взъерошил мягкие, растрёпанные волосы Сун Цинши, которые были похожи на шерсть маленького зверька. Сун Цинши заметил несколько красных следов на его бледных запястьях — следы от верёвок. Он понял, что это болезненное воспоминание, о котором тот не хотел говорить, поэтому подавил вопросы, возникшие у него в голове. Кончики пальцев скользнули от волос Сун Цинши к его нежному лицу, ненадолго задержавшись на его растерянном выражении, а затем неохотно отстранились. Он не хотел больше ничего говорить, потому что до того, как он лично пережил этот бесконечный кошмар, от его слов не было бы никакого толку. Каждый миг, проведённый в неведении, был мгновением счастья. Наконец он вздохнул: — Ты очень красивый... но чем ты красивее, тем позже наступит твоё освобождение... Сун Цинши был озадачен: — Что ты имеешь в виду под освобождением? — Ты скоро узнаешь, — выражение лица юного красавца в красном внезапно смягчилось. Он осторожно огляделся, затем вытянул указательный палец и легонько коснулся своих губ, ответив таким тихим голосом, что его почти не было слышно: — Сегодняшний вечер... станет моим спасением... Красавец в красном с улыбкой повернулс, и его уход сопровождался звонким перезвоном колокольчиков. Его шаги были неуверенными, каждый давался ему с трудом, словно русалка, с болью ступающая по лезвиям ножей. Под красной мантией его изящные лодыжки украшали золотые кандалы, на каждом из которых висел маленький колокольчик, соединённый тонкой золотой цепочкой. Когда он шёл, колокольчики мягко покачивались, издавая чистые, мелодичные звуки, похожие на пение птицы в клетке. Золотая цепь волочилась по траве, оставляя за собой несколько капель крови, которые окрасили зелёные листья. Сун Цинши собрался с духом, преодолел свою социальную тревожность и окликнул удаляющегося парня: — Ты... ты ранен? Я... я разбираюсь в медицине... Тебе нужна моя помощь, чтобы исцелиться? Одетый в красное юноша обернулся, несколько секунд смотрел на него и не смог сдержать улыбки. На этот раз улыбка наконец коснулась его глаз, словно луч золотого солнечного света, пробивающийся сквозь облака, ослепительно прекрасный. Он покачал головой, глядя на Сун Цинши, и искренне пожелал ему удачи: — Пусть сегодня тебе повезёт. _____ Он отвернулся, и солнечный свет в его глазах погас так же быстро, как и появился, словно его и не было, оставив после себя лишь непроглядную тьму. Погрузившись в пучину кошмаров, он давно научился не цепляться за чужую доброту и не дорожить мимолетными проявлениями сострадания. В одиночестве, неся на себе тяжкое бремя, он шаг за шагом продвигался по своей темнице, не останавливаясь.