Сыночки корзиночки

Еще одним камнем преткновения в их отношениях было, как ни странно, творчество. Хоть в школе Гето и Годжо были кардинально разными — первый любил изучать языки и увлекался литературой, а второй терпеть не мог гуманитариев и как науку уважал только математику — но кое-что общее у них все же было. Сугуру в свободное от учебы время много читал и впоследствие начал сам писать небольшие рассказы. Он мечтал поступить на журналистику, поэтому собирал себе небольшое творческое портфолио в виде свободных историй. У него получалось на удивление хорошо, и в будущем он хотел бы их опубликовать. Сатору же еще с детства понял, что у него отлично получается чертить и рисовать. Пару лет назад он выпросил у родителей графический планшет, ведь ему страшно хотелось попробовать нарисовать мангу. В голове Годжо часто рождались увлекательные истории про что-то сверхъестественное, и ему хотелось воплотить их в жизнь. Его родители были искренне удивлены, когда их сын не забросил это занятие спустя неделю, а действительно начал увлекаться этим всерьез. Когда они все вместе обсуждали предстоящий выпуск из школы и поступление, Сатору уверенно заявил: — А я в университет не пойду! Пусть там такие заучки как Гето тухнут. Я же стану самым известным мангакой в Японии! — Ну-ну, — ответил тогда Гето, — видимо, мангу свою жрать и будешь, ведь жить придется на пособие по безработице. За это он сразу отхватил пару тумаков от брата, который относился к своей творческой деятельности очень трепетно. Однако родители разделяли мнение Сугуру, поэтому отец все же настаивал на том, чтобы Сатору выбрал хотя бы какое-то направление. Вот Годжо и решил, что пойдет туда, где ему интересно — а именно на направление «прикладная математика». Может хоть физику подучит, будет полезно для написания экшн-манги. Так и получилось, что оба брата никогда не делились друг с другом своими творческими порывами.

***

Сегодня им не надо было в школу, и Сатору планировал весь день потратить на рисование новой главы. Он уже подрубил себе музыку, налил чай, но никак не мог начать — куда-то запропастился его планшет. Он обыскал всю комнату, прочесал первый этаж и даже доебался с этим до родителей. Однако так ничего и не нашел. Видимо, придется спросить у Гето. Он старался без веской причины не пересекаться с ним дома — ему его занудства с головой хватало в школе. Сатору без стука ворвался в комнату Сугуру. От увиденного у него глаза чуть не вылезли из орбит — в руках Гето был его планшет. Он открыл текстовый документ и что-то старательно строчил. — Слышь, я думал ты просто придурок, а оказалось что еще и вор! — руки Сатору тряслись от злости. Он не любил показывать кому-то свои работы, и уж тем более не хотел чтобы, их увидел Гето. — Стучать не учили, чучело? — огрызнулся в ответ Сугуру. — Планшет отдай! — Годжо уже кричал. Гето снова посмотрел на него с агрессией, а потом чуть смягчился: — А… да… это я взял, — Сугуру говорил это уже без злости в голосе. — Понимаешь, у меня ноут сдох, а дописать нужно срочно. Извини, что позаимствовал без спросу. Ты просто спал… я не хотел будить… — Мне похуй. Верни сейчас же и ебало целым останется! — Годжо все еще орал на брата. Сугуру вздохнул и нахмурившись добавил: — Я же сказал, что это срочно! Пока вдохновение не пропало. И тем более, я извинился… Терпение Годжо закончилось и он направился к кровати, на которой сидел Гето. — Твои занудные рассказы могут и подождать! — Как и твоя глупая манга! — Ты что, смотрел мои наброски, урод?! — Нет, мне такая хуйня не интересна. — А, понятно… — Сатору усмехнулся и выхватил планшет из рук зазевавшегося Сугуру, — ну сейчас посмотрим, что тебе интересно: «Судзуму ненавидел дождь. Он боялся, что в его таинственном и туманном мраке он мог разглядеть…» — Сатору начал вслух читать написанное Гето. — Не смей читать! Еще не готово! — Да если б и было готово, не стал бы! — сказал Сатору, все еще не выпуская планшет из рук. — Не переношу бессмысленные произведения. Ведь пишут их бараны бесталанные, как ты. Гето встал и вырвал у него планшет из рук. — Еще слово, и ты уйдешь отсюда ползком! Сатору как обычно смерил брата безумным взглядом и улыбнулся. —Нападай, — сказал он. Уже через пару минут они катались по комнате снося полки и роняя вещи. Мать с отцом в это время смотрели фильм в гостинной. — Что это за звуки, дорогой? — А сама как думаешь? Мать Годжо шумно вздохнула и уставилась в пол. Ей искренне хотелось, чтобы ее родной и приемный сын нашли общий язык, и на протяжении пяти лет она прикладывала к этому всяческие усилия. Но, по всей видимости, Сатору и Сугуру были просто несовместимы. — Кто пойдет разнимать? — выдернул ее из раздумий муж. Они переглянулись, кивнули друг другу и начали скидываться на «камень, ножницы, бумага». — Ну вот! Опять я… — расстроенно выдохнул Годжо-старший, уже поднимаясь с дивана и направляясь на второй этаж.