Сын Пацана

      Время утекает дымом от сигарет, ветром об окна стучится, неумолимое за шумом осенней листвы, пожухлой, золотой гривой спускается к асфальту локонами.       Хрустит под ногами, шуршит беззаботностью.       А на душе - тоска необъятная. Позади школа бывшая, впереди - неизвестность, ответственность за будущее - фамилию мамы и папы, профессию, за ЗАТО.       Тяжелый камень на плечах не спадает с ранца. Изе не стыдно таскать школьную атрибутику - они с мамой дошивали, нитки крепили, ночами не спали, кухонные посиделки справляли пением интимным, под тусклыми фонарями, вечным днем в сутках напролет и папиными затяжками у окна.       Череда тренировок прошла. Изяслав на очередном забеге с отцом дал понять, четко и громогласно: ЗОЖ из него не выбить, а за район постоит, как Сын главного Пацана городского, добрыми делами. Негоже будущему поколению на чужой шее висеть грузом неподъемным, всем покажет, кто здесь главный, сам, без помощи.       Тошка-Яга, услышав дерзкий спич, не мог не прослезиться, засипеть с восторгом и предложить хоть идейку подкинуть, на какое направление документы подавать. От плана вырастить из сына настоящего Пацана не отказывается - пусть пока думает о своей мнимой победе.       Колледж у них в городе один; разделяет площадь с администрацией и бухгалтерией. Изя не счетовод, ему проще помогать руками - починить чего, принести, подать, приготовить, подержать, отнести, прибежать, умчаться - он ж парень быстрый. Еще и язык подвешен хорошо, уболтает кого хочешь.       Вместе с предками - мама активно протягивала рекламки с профилями, они с папой вдумчиво читали и чиркали "плюсы"/"минусы" в тетрадке-справочнике кулинарном - и выбрали по итогу. Все довольны были.       А потом Изя вспомнил, почему накосячил, и теперь, зажатый весь, медленно завязывал галстук.       В колледж как-то уже и не больно-то хочется...       Инка выходит с кухни, причесывает кудри сына - для Изи не существует слова "расческа" - забегает обратно - ей пить курс витаминов пора - и наказывает завести новых приятелей, мол, город маленький, вдруг кого еще встретишь.       Изя, вот, натягивая улыбку и прощаясь, боялся столкнуться со своим старым - лучшим - братаном.       Не ошибся. Удачно споткнулся об порожек, повалил чудом кента на лестницу.       И началось: искры, дым, беготня вокруг здания, шорох осенней листвы, подступают мелкие капли дождя к лицу, прилипает рубашка к спине...       — Гадина ты этакая! — бросается оскорблениями Бакугиев, вприпрыжку дает смачные подзатыльники. — Обещал ведь, сам просил: давай вместе поступим-!       — Так ведь и поступили! — парирует горячо Мидорин-младший. — В одном колледже учимся!       — С разными специальностями! — рычит в гневе лучший друг.       — Мы в одной группе! — протестует, задыхаясь от двадцатого навороченного круга, Изя. — И вообще, не на меня бочку кати! Юрик и Бахыш тоже обманщики те еще! Пошли на Кассиров! А сами-то-! Сами-то обещали, клялись не поступать!       — Им начальник сказал, что не пустит к кассе и форме, пока они не получат корочки!       Изю поймали в капкан, но вместо смачных кулаков атакуют щекоткой в бока. Пока побежденный заливается хохотом, а победитель со всей яростью усиливает наступление, где-то позади фырчит от смеха девочка, кто-то невидимый, но в туфельках и офисном костюме и два парня: здоровый крепыш с красной шевелюрой и мелкий с баббл-ти на голове. Огроменный пацан в очечах отчитывает обоих за поведение на территории колледжа.       Все замирают при виде черного котенка с белыми крапинками, что жалобно мяукает и тычется в ногу - деформированную под двигатель? - парню в очках. Берет комочек шерсти другой неожиданный гость - двухцветный, кетчунез... Жадина: осматривает, прячет в пиджак, обещает животному дать корма после собрания в актовом зале.       Оглядывает парочку "хулюганов" с привычным безразличием.       Изя не может оторвать взгляд от своего врага, но... Кэп отвлекает, помогает подняться и выдает с угрозой:       — Мы не закончили, — вмиг пропадает суровость, привычная лень накатывает на него. — Давай хоть сядем вместе, что ли.       Все собрание проходит переглядками в сторону спрятанного котенка.       — А это че за кент вообще? Знаешь его? — Капитану надоедает инструкция по безопасности - они ее знают лет с пяти.       — На ДР одного мужика познакомились, — бросает вяло Изя. — Мутный тип, младший сын Энче Тодорого.       — Так ты его фанат- Че было-то? Колись давай.       Шепотом обмениваются информацией. Кэп мрачного типа запоминает, обещает поболтать, понять, норм-нет тип.       Все, кроме первой, группы, идут к своим руководам. Повезло ли им - загадка.       Айза Шадра Ондриевич - мужик неплохой, кажется. Только в мешок заворачивается, много бубнит, да во время переклички таращится так, что не по себе.       — Ваша задача на сегодня - обзавестись оборудованием, там, ноутбуком, — сонно вещает преподаватель, — отдать на кафедру фотки паспортные, копии документов, аттестат об успеваемости и мне - котенка. Кышик - мой Кышик, на нем ошейник висит.       Жадина котенка, нехотя, отдает. Говорит, нет там никакого ошейника, не договариваете.       — Первое правило: доверять только себе, — Шадра выпрямляется, хрустит костями трелью. — Второе... Не придумал еще. Вы, ладно, знакомьтесь пока, отдохните до завтра. Будут потом тяжелые дни, так что - пока можете - отдыхайте.       И ушел, захлопнув за собой двери и подняв с пола слой пыли.       Их в группе двадцать два человека. Некоторые - Немет, Ишкена, Ривн, Вуант, Йосоп, очкарик с именем брата - Тени - и Кэп и Жадиной - знакомы, с другими пришлось знакомиться: Матти - парень с хвостом мягким и щеточкой, приятный и добродушный тип; Эрнст - слишком активный, с красной гривой и локтями-деревяшками; Тёма-Тёмный - долгая история... вкратце, парень из стали; Рыг - дракончик, только с ирокезом мятным и способен кличками бить по всем местам; Родварк - иностранец с американским происхождением; Минлиганай - очень болтливый парень с баббл-ти на голове, любит женщин; Сентей - просто... красивый парень с дрелями; Серафима - хамелеон и отделяется частями; Мануил - знакомый Шорголда с пафосной - эээ - телообразной конструкцией-доской-из-тела; Ирина - девушка-христианка с пышными лианами с шипами; Шолем - просто тихий парень-попрыгун; Шиня - очень... скрытный, ничего о себе не сказал; и Деннис - сокурсник, что разделяет его нынешнюю профессию.       Они оба теперь учатся на Соц.Работников. Капитан же с Эрнстом - на Страхового Агента. Они хотели когда-то открыть свою фирму, но жизнь развела по сторонам. Итог - одинаков. Почти.       — Как не убегай от вас, судьба вечно сводит нас вместе, — Немет с присущей драмой челку откидывает вбок, картинно вздыхает и всем видом показывает усталость. Изя может его понять: с пеленок знакомы, считай, в одном кабинете тусили и устраивали балаган, закладывали друг друга на сон.часе, а теперь два года и десять месяцев терпеть присутствие, никакого личностного роста. Даже Ишкена не отцепляется. — Мы с Йосопом на гостиничном деле. Верно, Йосоп?       Авас кивает с мучением первородного грешника.       Перетерли. Оказалось, Тень, Жадина, Минлиганай, Шиня, Мануил, Шолем, Матти, Сентей, Серафима и Деннис учились в одной школе. У Изи от потока информации кружилась голова: слишком много новых имен, слишком много запоминать.       Из плюсов - у Денниса можно за еду и всякие ништяки обменяться инфой на Жадину. Врага надо знать не только в лицо, но и со стороны.       Судя по реакции Кэпа - с ним подобный эффект. Ушли пораньше с знакомства, не пошли в кафешку - посидели на скамеечке, на качелях попрыгали, помирились, да разошлись возле квартиры.       В приподнятом настроении Изя вернулся в квартиру, к маме, посуде и бегу с отцом вокруг дома.       В хорошем расположении духа был и Шорголда, что рассказывал маме и близким о первом дне в колледже.       Все было хорошо, пока часы не прогремели восемь.       От маминых котлет и дикого жжения в правом боку Изю начало тошнить. Вызвали скорую, пришлось делать операцию: с наркозом вырезать аппендикс, накладывать шов после и заставить непокорного юношу пролежать в больнице полторы недели до полного выздоровления.       От прописанных лекарств ему дурнело, но вскоре выработал привычку. Глотать не тошно, он скоро поправится и вернется домой.       От поглаживаний утром котенка в Шорголда вцепилась дрянь, которую надолго удаляли щипцами, ставили уколы и замотали в одеяло. Мальчик пришел в себя через неделю под надзором отца, матери, и брата. Сестра была в командировке и каждый день наказывала младшему больше пить и меньше волноваться.       От заботы мальчик дурнел, становился покладистым и послушным, что, впрочем, ему и не мешало наслаждаться внимание. Ему думается, Намту хотелось также. Ему жаль брата - что он не получил столь много ласки и пений-сказок на ночь.       Вернулись оба в школу через полторы недели: похудевшие, побледневшие, замызганные ничегонеделаньем.       Они стараются не сверлить дырки в плечах друг друга, обращаются к старшему:       — А можно, мы потом догоним программу? — мягко спрашивает Изя.       — Не можно, — Айза непреклонен.       — Можно мы вместе займемся этим, но хотя бы со своими сокурсниками? — Шорголда тут же правит себя на ходу. — С теми, что только на наших дисциплинах-специальностях.       — Можно, — дает безыдейно, пусть и с усмешкой, добро Шадра.       И именно в момент выхода из кабинета, злостно хлопая дверью, прищемив палец до потери сознания и первых капель крови, когда Изя очнулся в больничном крыле, рядом посапывал с упрямством Деннис, а сознание плыло, только тогда Изя понял:       Без диалога мир, банальная пустая речь, не построятся сами собой.