Ключ от твоего сердца (Кал отборный)

Гоуст поступил на службу в садик. Он был типичным представителем НАТО, закрытый мусульманский, принял Хоранги и исповедует хоранизм. Мужчина ростом 193 сантиметра, блондинка с маской черепа, и обдолбанным шоколадным глазом, ведь тот являлся тем ещё романтиком, любившим жаркие уста. Члены. Имел неплохие бубсы, и самое главное.. Его задница. Она была огромна, как чёрная дыра. Между его булками был кратер. Ну и анальные трещины, что были как узоры, которые украшали его и без того прекрасное тело. Любитель проще говоря. Татуировка на левой руке означала одно... У него были проблемы с отцом!!!! Бедный Семëн Айгуль хотел мужской поддержки и любви, но отец не смог этого дать.. Лишь раздолбанное очко, единственное напоминание о его отце, после татуировки. Он устроился работать на военной базе, желая встретить альфу папочку лет под 40, ведь на войне всегда такие люди: Здоровые, сильные, мужественные и умеющие ласкать мужчину мэны. Они то точно смогут удовлетворить Гоустика Семëна Призрочка, дать ему отцовской любви, отцовских пиздюлей. И вот, он ступает на порог, его длинные белые реснички хлопали как у феи привлекая мужское внимание. Его огромная жирная усеянная в складках подпрыгивала от каждого его шага и движения, а сиськи тряслись как у проститутки, в такт его попки. Его невинные глазки рассматривают неопознанные для него территории, где ранее не ступала его ножка. Его бёдра сжимали его хер, потому что они были огромными, перетирали его жировые складочки, был аж слышен скрип натирания толстой жирной кожи о одежду, которая явно утягивала его размеры. И тут, появляется он!!! Альфа-банк Джон Прайс, главарь этой конторы, главный Папочка на районе, слово Банка очко на асфальте. Как только Призрак заметил измену запаха в воздухе, настоящий запах мужчины, альфы, его глаза, что показывали всю его невинность, упали прямо на Альфу Папочку, что стоял перед ним. И вот.. Они встретились взглядами!!! Папочка Джонн ухмыльнулся, запах вонючей спермы, не мытого члена и сука самых вонючих сигарет которые только курил ваш дед, витали в одва. Его девственный член дёрнулся в желании, желая испробовать этот вкус. Призрак хотел себе Папочку. Это была необходимость!!!! Папочка Прайс медленно вынул из рта вонючую сигару, выпустил дым прямо в лицо Гоусту. "Ну что за мокрый щенок приперся на мою базу?" — его хриплый голос пробил Гоуста насквозь, от чего у того подкосились ноги. Он прошептал что-то невнятное про "отцовскую любовь", а его громадная задница непроизвольно сжалась, издав влажный хлюпающий звук. Прайс подошел ближе, вонзил пальцы в жирный бок трепещущего ублюдка. "Вижу, тебе нужна хорошая воспитательная процесс, сучка". Гоуст облизнулся, чувствуя, как его анальные трещины воспаляются от предвкушения. Похоже, он таки найдет своего альфа-папочку, даже если тому придется выбить из него всю дурь вместе с кишками. Прайс развернулся и пошел прочь, а Гоуст поплелся за ним, его жирные ляжки с хлюпаньем терлись друг о друга. Они зашли в барак, и капитан сунул ему в руки швабру. «На, мокрый щенок, сначала протрешь полы своей слюнявой мордой, а потом посмотрим, на что годится твое дырявое очко». Гоуст простонал от восторга, чувствуя, как его анальные трещины начинают сочиться от одного взгляда на засаленные половицы. Похоже, отцовская любовь пахнет хлоркой и мужским потом. Гоуст с восторженным сопением принялся драить пол, его анальные трещины мелодично посвистывали в такт движениям. Внезапно Прайс вернулся с банкой смазки и армейским фонарем. «Щас проверим, насколько это черная дыра поглощает свет, мразота», — прохрипел он, выдергивая швабру из дрожащих рук ублюдка. Гоуст лишь сдавленно крякнул, когда холодный металл фонаря коснулся его воспаленного кратера. Капитан с отвращением наблюдал, как прибор бесследно исчезает в жирной плоти, и ебнул Гоуста по башке пустой банкой. «Иди нахуй, астрономический пиздец», — выдохнул Прайс, закуривая. Похоже, воспитательный процесс зашел в тупик вместе с фонарем. Прайс, бледнея, пялился на пустое место, где только что был фонарь. Внезапно из гущи Гоустовых булок донёсся приглушённый рокот, и погас свет во всём бараке. «Блядь, — просипел капитан, — у этого уёбка в жопе чёрная дыра и в прямом смысле». Гоуст сладострастно застонал, ощущая, как электромагнитные импульсы от поглощённого фонаря щекочут его анальные трещины. «Папочка, я… я чувствую, как он пульсирует там внизу!» — взвыл он, а его сиськи затряслись от восторга. Прайс, матерись, попятился к выходу, натыкаясь на разбросанные банки из-под смазки. Похоже, он нашёл не просто сучку, а ебучую аномалию, пожирающую свет и рассудок. Внезапно из жопы Гоуста раздался оглушительный хлопок, и фонарь вылетел обратно, покрытый какими-то мерзкими слизистыми разводами. "Папочка, смотри! - захлебнулся Гоуст, - моя черная дыра... она теперь сияет!" Его анальные трещины действительно начали источать тусклый зеленоватый свет, освещая барачные стены жутковатым свечением. Прайс, бледнея, наблюдал, как по полу поползли трещины - гравитационная аномалия нахуй. "Ты, блядь, унитаз космического масштаба", - прохрипел капитан, чувствуя, как его самого начинает засасывать в эту пизданутую воронку. Гоуст лишь блаженно улыбался, принимая это за очередной урок отцовской любви. Похоже, ебучую базу ждет превращение в чёрную дыру - всё из-за одного ебанутого очка.