После отбоя

Весна. Мартовский день одарил холодными лучами, снег все ещё лежал на улицах города, но уже были проплешины асфальта и такой ранней весны. Джон сидел в комнате и читал сказку Саше, та с интересом слушала Джона пока не зашла мать. Мария улыбнулась своим детям и начала: — Джон, у меня для тебя есть хорошие новости! Обычно, когда Мария так говорила, то это были не очень хорошие новости для Джона. — И что же за «хорошие» новости, мам? Джон слегка недовольно проговорил это, но понимал что деваться некуда. — Ты поедешь в лагерь в качестве вожатого! Ну, правда же замечательно? У Джона от такого книга из рук выпала. Он и в качестве вожатого?! Да нет, может это шутка? По крайней мере, Джон надеялся, что шутка. — Это же шутка, да? Просто шутка… Джон не переносил всех детей, кроме своей младшей сестры. Он их откровенно ненавидел, а тут ему заявляют, что ему надо будет следить за этими жертвами неудачных абортов? — Нет, Джон, это не шутка. Думаю, что тебе пойдет на пользу этот опыт. Мария довольно улыбнулась, смотря на сына, по её мнению он прекрасно справиться с этой ролью! — А можно не ехать? С надеждой на лучшее спросил Джон, в мыслях так и крутилось то, что ему придется провести несколько месяцев не с любимой сестрой, а с какими-то незнакомыми ему детьми, за которых он ещё и ответственность нести будет. — Нет, нельзя. Ты должен поехать и это не обсуждается. Марии очень не хотелось, чтобы её сын, как обычно, проводил время за книжками, ей хотелось, чтобы у того было хоть что-то интересное. Джон недовольно вздохнул, но понял что мать ему точно не переспросить. — Хорошо, мам. Я поеду. Вдыхая сказал Джон, желания ехать вообще не было, но придётся. «Лагерь, как лагерь, так почему нужно пройти столько?» — В голове был только этот вопрос. Джону не было интересно для чего им это все, но без вопросов он начал проходить обследования. Так, за обучением на вожатого и, с горем пополам, получив справки от всех нужных врачей, что он в полном порядке и у него нет никаких болезней и инфекций, аллергий и много чего ещё, для безопасности. Школа вожатых была легка в обучении, в основном они отыгрывали разные сценки под различные ситуации. Вдруг, упадет ребенок и поранится, что и как делать в таких случаях. Многие, будущие вожатые, заранее придумывали кричалки, названия для отрядов и прочие организационные проблемы. Джона, как некстати, это не волновало. Ему в целом не особо хотелось заниматься детьми. Они — цветы жизни, он — газонокосилка. Джон просто не вынесет 3 недели в лагере. Но время шло, ему одобрили заявку на «ближайший» лагерь. Он был за двумя городами впереди, в междулесье. В месте, где не ловит связь, почти нет электричества и интернета. Детям полезно отдыхать от гаджетов, но вожатым-то что? А вдруг что-нибудь случится и нужно будет позвонить в скорую? Вопросов с каждым днём прибавлялись, а настроение от поездки уменьшалось. Назад дороги нет — месяц и он станет вожатым… Месяц пролетел слишком быстро. Джон даже не заметил, как время пролетело и теперь он сидел в автобусе с другими вожатыми, что тоже едут в лагерь. — Да уж, духотища, —Тихо прошептал Харрис себе под нос. Ему повезло, что он сидел один и рядом не было какого-нибудь надоедливого человека, что приставал бы с разговорами или просто что-то делал. Джон нацепил наушники и спокойно ехал, смотря в окно, в принципе было прикольно, но ему все же больше нравились поездки на море, а не в детский лагерь… Поездка заняла 13 часов, Джон думал, что умрет пока доедет, к счастью такого не произошло и сейчас все выходят из автобуса перед лагерем. Джону и остальным вожатыми провели инструктаж, но он был не особо интересный, поэтому Харрис решил не сильно слушать его. Но после инструктажа началось то, что Джон ненавидит больше всего. Уборка. Нет, Джон очень любил чистоту, но убирать целый корпус когда погода очень жаркая — ужасно. Джон убирал 4 грёбаных часа, столько мата он ещё не разу не произносил ни разу. После уборки Джон прилёг на одну из кроватей, погода была очень жаркая и делать ничего больше не хотелось, но как только шатен вспомнил, что скоро здесь будут дети, за которых он будет нести ответственность сразу же послышалось тихое «Бляяяяяя…». Джон уже безумно жалел, что его отравили сюда, а он ведь только приехал. Мысль о том, что ему придется провести время тут, а не дома с любимой младшей сестрой, мягко говоря, была не очень. Тем не менее месяц обещал быть тяжёлым и многообещающим. В будущем они должны будут репетировать какие-то сценки, которые могут произойти в лагере. А позже приедут неизвестные дети неподалеку, не то, чтобы Джон им завидовал, но они не будут ехать в этот лагерь 13 часов, хотя кто их знает… Но он должен знать хотя бы где огнетушитель и где находятся корпуса. По вечерам на «пятачке», так назывался небольшой корпус, где будут проходить дискотеки для средних и старших отрядов, они должны были проходить обязательное учение: базовые знания по медицине, как справится с отрядом при тех или иных обстоятельств, что делать при пожаре и многое другое. По ощущениям единственный, кто не впервые стал вожатым был Джон, хотя рядом сидела точно такая же Катрина, которая также впервые станет вожатой, но почему же она выглядела так, будто не первый год сидит в этом чёртовом лагере «Бессмертная Искра». Время остановить было нельзя, месяц прошел на удивление быстро, он даже успел выучить расположение всех корпусов, имена всех вожатых, все правила лагеря и заготовить несколько идей для названия их группы и найти в тетрадях старых отрядов кричалки для их отряда. Это было ему на руку, ведь мучится с этим уже и не надо было. Детей завезут днем в 14 часов, как сказала Окетра, которая учила его негласным правилам лагеря, детей в отряде будет 25. Отрядом будет управлять только он, а также ему приставят помощника из старших отрядов. Такая участь не особо радовала Джона, хотя подвожатников приставляли всем новичкам-вожатым. Что ж, самое важное было то, чтобы Джону его помощник не мешал и действительно помогал с неконтролируемыми детьми. В его отряде будут дети среднего отряда, а значит их каждый вечер в обязательном порядке важно было водить на дискотеку. С самыми старшими ему вряд ли было бы легче, а о самых младших он и думать не хотел… они бездушные чада самого Сатаны. Ночью Джон уснуть не мог из-за важных, по его мнению, мыслях: как там Саша? Не скучает ли по нему? Чем питается? Узнает ли его после полутора месяцев вне дома? Но даже так он смог погрузится в сон и хоть как-то отдохнуть до приезда его кошмара, который явно будет снится ему не один месяц после окончания смены. Утром его разбудила Окетра в корпусе вожатых, чтобы сообщить, что он едет за детьми вместе с другими вожатыми. — Окетра, а это вообще обязательно? Мои дети едут в автобусе Гектора и я не думаю, что нужен ему там. — К твоему счастью ты будешь ехать в автобусе старшего отряда, где тебе нужно будет выбрать своего помощника. Ну, если тебе он не нужен и ты хочешь сам справляться с собственным отрядом, то… — Черт возьми, Окетра! Собираюсь я, собираюсь. Но твоя вина будет, если нужный мне ребенок будет в другом автобусе. Девушка хихикала, пока сам Харрис собирался и приводил себя в порядок. в голове он прокручивал вопросы, которые планировал задавать детям, чтобы узнать об их характере и умение работать с детьми. *** Джон сидел в большом автобусе, в самом конце транспорта, чтобы те, кто хотели сами подать руку помощи в таком сложном деле, как слежка за детьми, садились рядом с ним. Дверь автобуса открылась и туда зашли дети. Воздуха стало меньше, а к Джону сели две девочки, которые всеми силами хотели привлечь к себе внимание и пробиться в подвожатники, но Джон их сразу отмёл, ведь он искал не таких, как они. Ему не были нужны помощницы, которые не успели зайти, как уже обсуждали какую-то девочку, которая зашла через несколько людей после. В общем ни один человек не привлек внимания Джона и всю поезду просидел молча, а потом также молча вышел из автобуса и направился на большую линейку, чтобы найти собственный отряд. С Окетрой он ещё поговорит по поводу подвожатника, ведь списки подвожатников будут висеть завтра на стендах, которые находились на главной дороге, что вела во все корпуса. Джон прийти не успел, как увидел табличку с номером его отряда, а рядом кольцо из детей, которые кричали о продолжение драки. — О, Время, дай мне сил. Джон прошёл сквозь толпу и так громко закашлял, что дети в испуге отстранились от друг друга. — Я Джон. Ваш вожатый. Ещё раз увижу хоть одну драку заставлю отжиматься. Сил у вас много, да? Строимся, — Джон проговорил с холодком, дети без слов построились в линейку и Джон их быстро пересчитал. — Сначала в корпус, занимайте койки, а потом на выход из него строем в столовую. Дальше на свечку и потом отбой. Что вас ждёт и что будет завтра вы узнаете на свечке. Шагом марш. Кто уже был в лагере — спереди, а кто нет — сзади. Идём во 2 корпус. Джон шел сзади, замыкая их небольшой, по сравнению с другими, отряд. — Второй этаж, девочки слева, а мальчики справа, — заключил Джон, поднимаясь вместе с оживившимися детьми, которые побежали сразу занимать лучшие места этажа, но вскоре все также быстро вышли и построились. Новый вожатый пугал детей, поэтому пока что они его слушались, но это было пока, по крайне мере так предполагал Джон. Они пришли в столовую, а Джон провел их к столам у огромного окна. Дети довольно ели, общались и обсуждали то, как проведут время в лагере. Парень стоял спиной к другим столам, внимательно следя за его детьми. Вдруг, буквально за спиной прозвучал громкий звук разбивающиеся керамики. Ему под ноги упало пару осколков от белоснежной посудины, скорее всего тарелка, гул стих и все уставились на то, как два шатена тут же стали собирать осколки. После того как они собрали большие осколки Джон выпрямился, сразу начиная диалог. — Не поранили… Парень замер. В смысле. Ему не мерещится? Это его точная копия?