Стань моим солнцем

30 августа.

      Дома непривычно тихо. Свет был везде потушен, что создавало немного не уютную атмосферу. За окном всё ещё светило солнце, но почему-то всё равно было мрачно и тоскливо. Было как-то пусто, словно что-то пошло не так.       — Мам, пап, я дома!       Никто не отозвался.       Наспех разувшись, мальчик заглядывает сначала в гостиную. К его удивлению там никого не оказалось. Даже телевизор, который часто был включен из-за того, что отец забывал его выключать, непривычно молчал.       На кухне было так же тихо, но мальчик всё равно решил зайти и туда. Картина, встретившая его там, поразила Уилла. Разбитая посуда, сломанные стулья и нечто на полу, похожее на кровь. В углу, прямо перед раковиной, на корточках сидела женщина, обхватив себя руками. Она, заметив вошедшего в кухню сына, тут же поднялась на ноги.       — О, малыш, ты уже дома, — женщина натянула улыбку.       Такую тёплую и почти настоящую.       — Как у тебя дела в школе? Сегодня не было тяжело? — женщина подходит ближе и мягко треплет сына по волосам.       У Байерса растерянный взгляд бегает во все стороны, но сам он не знает что спросить в первую очередь. Он останавливается на лице матери и замечает следы крови у той под губой. Смотрит выше и почти теряет дар речи.       Глаза.       Раньше всегда улыбающиеся в этот раз были заплаканными. Такие живые вчера — сегодня казались потухшими. Что-то явно пошло не так.       — Мам, — неуверенно тянет Уилл и снова оглядывает кухню, — а… что тут случилось? — та молчит. — Тебя побили? Кто? И где папа? — женщина садится на колени перед сыном и снова давит из себя улыбку, несмотря на проявившиеся слёзы. — Мам… не молчи, пожалуйста!       — Малыш, дорогой, — зовёт она его, — я так тебя люблю, сынок.       Мальчик растерянно хлопает ресничками. Женщина притягивает сына к себе и обнимает. Тот может лишь молча стоять и слушать, как она начала плакать сильнее.       Он не понимал, почему она не отвечает на его вопросы. Может это он что-то сделал? Может поэтому мама сейчас ещё больше трясётся из-за плача?       — Мам, это из-за меня?       — Нет, глупый, — та целует Уилла в макушку и чуть отстраняется, заглядывая своими красными глазами в его янтарные. — Ты совсем не виноват.       Он снова хмурится.       — Тогда почему ты плачешь?       — Потому что я очень сильно люблю тебя, — женщина вытирает дорожки из слёз со своих щёк и снова улыбается. На этот раз по-настоящему.

***

      Сон — нет, воспоминания заставили пробудиться Уилла в шесть утра с дрожащими от нервов пальцами. В тот момент мальчик не осознавал, что произошло. Только к подростковому периоду пришло осознание, ударившее сильнее, чем любой материальный предмет.       Солнце к тому времени уже взошло, освещая общежитие утренними лучами.       Байерс прошёл на кухню, где стояла, видимо, такая же ранняя пташка. Темнокожий парень, обхвативший кружку двумя руками. На нём синяя футболка в серую полоску и спортивные штаны.       — Эм… Привет? — неуверенно подал голос Уилл, пройдя в помещение глубже.       Незнакомец кинул на художника оценивающий взгляд и сказал:       — Доброе утро. Ты новенький?       — Да, — кивнул Байерс, достав кружку с полки.       — Так и знал. Я Лукас, приятно, — произнёс новый знакомый, облокотившись рёбрами о столешницу. Он отхлебнул небольшой глоток напитка, ожидая ответа.       — Я Уилл. Взаимно, — улыбнувшись краем губ, Байерс достал чайный пакетик и, положив его, залил горячую воду из чайника в кружку.       Повисло недолгое молчание.       — Эрик мне рассказывал про тебя, — с прищуром прервал молчание Лукас, и художник рефлективно нахмурил брови, повернувшись в сторону собеседника. — Эм, чувак, не подумай, что он обсуждал тебя в плохом ключе! — парень поднял руки в безоружном жесте. — Просто упомянул, что у него новый сосед по комнате.       Уилл кивнул, а всё внутреннее напряжение растворилось. Он поставил кружку с заваренным чаем на стол и, отодвинув стул с громким скрежетом деревянных ножек о пол, осторожно присел на него.       — А ты на каком факультете? — поинтересовался Лукас.       — На изобразительном искусстве. Можно сказать, я — художник, — неловко выдал Байерс.       — Вау! Это круто, — тот активно закивал головой. — Я, конечно, рисую как пятилетний ребёнок, но ценю творчество.       — Достойное качество, — подметил Уилл. — А ты на каком?       — На инженерии, — хмыкнул Лукас.       Байерс отпил небольшой глоток чая, наконец удалив жажду. Напиток обжигал, но именно это необходимо было для полноценного пробуждения.       — Круто! — спустя недолгую паузу прокомментировал Уилл. — Э-э. Я бы тоже пошёл туда, но мне больше по душе творчество.       Сначала художник думал, что сморозил бред (в прочем, это ощущение с ним пожизненно), но, увидев излучающую благодарность улыбку собеседника, все тревожные мысли исчезли.       Лукас постоял у столешницы около трёх минут, пока Байерс неторопливо пил чай. А потом новый знакомый, взглянув украдкой на наручные часы, пробурчал:       — Чао, Уилл, — а затем с его уст вырвался тяжёлый вздох. — Увидимся.       — До встречи, — ответил Уилл, но собеседник уже ушёл и, вероятно, не расслышал его слова.       «Слишком много коммуникации за последние дни», — пролетела сатирическая мысль в его голове. Он опустил голову, разглядывая каждую деталь на столе.       Байерс остался один в помещении. Повисла тишина, позволяющая полностью погрузиться в омут мыслей: почти бессвязный поток. В общем, бардак бардаком. Как бы выразилась Робин, «ему давно пора бы провести генеральную уборку».       От размышлений о тёплой погоде Уилл за шесть минут перешёл к мысли, что стоит написать маме. Студент знал, как она беспокоиться о нём, и это иногда вызывало беспокойство у самого студента — женщина потратила много нервов на него. Байерс чувствовал вину вперемешку в благодарностью. Безусловно, он обязан ей написать.       Вы       Доброе утро, мам. Я проснулся :)       Ты как? Как Хоп?       6:37.       Ответ последует не сразу — парень знал это. Мать слишком занята на работе, чтобы замечать сообщения.       Уилл уже собирался выйти из соцсети и вернуться к разглядыванию стола, что оказалось невероятно «любопытным» занятием, однако ему пришло сообщение.       Не-Эрик       хаай       и, афигеть, ты реально после моих слов изменил профиль?       ты мне льстишь :D (продолжай)       6:39.       Конечно же. Как Уилл мог не догадаться, кто ему написал? Человек, которому он написал по случайности, но по неизвестной причине они не поставили жирную точку на этом этапе.       Вы       И тебе доброе утро.       Ты о чём? Я изменил его ради собственного удовольствия:)       6:40.       Не-Эрик       так я тебе и поверил ага       в общем, не суть! это ты на фотке?       6:40.       Вы       Ну, да? Смысл мне ставить чужое лицо на аватарку?       6:41.       Не-Эрик       я нередко встречаю таких лмао       в любом случае, ты милый ;p       6:41.       «Милый…», — слова отдавались эхом в голове, заставляя губы растянуться в улыбке, а глаза засиять. Внезапный комплимент грел душу.       Вы       О       Ээ       Спасибо!       6:44.       Не-Эрик       чувааак, ты не отвечал мне целых три минуты       это я тебя так засмущал что ли?:)       6:44.       Это было правдой, но признавать это вслух Уилл, конечно, не собирался.       Вы       Пф       Нет. Я, может быть, завтракаю       Утро же       6:45.       Не-Эрик       остатками мёртвых мышей под столом?       или тараканов? хотя это уже деликатес       6:46.       Вы       Не угадай :)       «Изображение» (фотография наполовину выпитого чая).       6:47.       Не-Эрик       воууу балуешь себя!       это недопитый чай кем-то?       6:47.              Байерс закатил глаза с сарказма собеседника, хотя с губ всё же слетела лёгкая усмешка.       Вы       Нет :)       6:48.       Не-Эрик       так я тебе и поверил, Уильям       6:48.       Уилл замер.       Вы       Эм… откуда ты знаешь моё имя?       6:49.       Не-Эрик       мамка твоя сказала :D       6:49.       Вы       ???????       6:49.       Не-Эрик       хахах       ты забавный       я тебя юз «Уилл»       точнее       Wi1illl0       6:50.       Вы       Ох. Точно       Извини тогда. И… раз такое дело, то называй меня просто Уиллом.       6:50.       Не-Эрик       не любишь полную форму имени? понимаю       лан, уилл       6:51.       Вы       Скорее не не люблю, а просто звучит… как-то строго?       6:51.       Не-Эрик       ну да, я уловил суть :p       6:52.       Вы       Это хорошо.       Ты сказал, что понимаешь. Получается, тоже не любишь?       6:52.       Не-Эрик       ага       6:52.       Вы       О… а как тебя зовут?       У тебя в юзе написано «Балабол» ,_,       6:53.       Не-Эрик       меня так друзья называют :)       я рич       6:53       Вы       Ричард? Ричи?       6:54.       Не-Эрик       в яблочко!       6:54.       Вы       Получается, приятно познакомиться, Ричи?       6:55.       Ричи       взаимно, Уилл:D       6:55.

***

День.

      Уилл сидел на кровати. На его коленях раскрыт альбом, а в руках — заточенный карандаш. Байерс аккуратно выводил плавные линии на листе бумаги.       В комнате было тихо. Форточка окна приоткрыта, тёплый поток ветра раздувал пряди волос. Тепло в данный момент было не только на улице, но и на душе. Обстановка в комнате спокойная и удивительно умиротворенная. Погрузившись в рисование, художник смог абстрагироваться от мыслей.       Но тут в комнату ворвался Эрик. Его рыжие волосы были растрёпанны, передние пряди лезли в глаза, а уголки губ растянуты в свободной улыбке.       — Ты что, рисуешь? Офигеть, а дашь посмотреть? — поинтересовался он, приблизившись к Уиллу.       — Да.       — Это на какой вопрос ответ? — усмехнулся Эрик.       — На оба.       Рыжий удовлетворённо кивнул и робко заглянул в альбом друга, словно он врывался в чужое личное пространство без спроса.       — О, — сорвалось с его губ поражено. — Круто-о! Точнее, даже изумительно. А ты, получается, на факультете искусства, да? Грех терять такой талант!       — Ага, — буркнул Байерс.       В серых глазах рыжего можно было увидеть настолько различные эмоции — от удивления до легкой доли грусти.       — Жаль, ты не с моего факультета — так бы было больше общих тем для разговора, ведь ты и так не разговорчивый!       — А у меня вообще есть выбор? В любом случае, мы соседи и будем видеться чуть ли не каждый день, ещё успею надоесть!       — Скорее наоборот! — воскликнул Эрик. — Так, тебе вроде бы нужно вливаться в коллектив, так что пойдем, я познакомлю с нашей компанией.       — Какой компании? — уточнил Уилл, нехотя закрывая альбом и откладывая его в сторону.       — Самой лучшей во всём общежитии! — воодушевлённо ответил рыжий, размахивая руками. — Идём, чувак! Уверен, ты подружишься со всеми.       Художник неуверенно поднялся с постели, выравниваясь с Эриком.       — А Лукас туда входит?       — О? — лицо рыжего вытянулось от удивления. — Ты уже познакомился с ним?       — Ага. Утром.       — М-да. Ранние пташки хреновы! — закатил глаза он, подходя к двери. Его рука застыла у ручки. — Ты же не против, да?       Уилл покачал головой, мол, всё хорошо. Эрик, кивнув, отворил дверь и последовал в неизвестном направлении, а художник следом за ним.       Они вышли на внутренний двор общежития. Байерс, одетый в белую футболку с голубо-синими полосами и красным воротником, синие джинсы, с любопытством в глазах осматривался по сторонам. Вся окружность по-прежнему вызывала в нём почти детский восторг. Сердце грело необычайным теплом, и на душе стало хорошо.       Глупо? Возможно. Но Уилл по-настоящему был счастлив.       На территории у общежития высажены различные растения: цветущие деревья и ароматные цветы в клумбах. Даже в воздухе витал едва уловимый запах цветов.       Парни шагали по выложенной тропинке из тёмно-серого камня. Спустя около трёх минут пути они завернули за здание, и Эрик остановился. Уилл, слегка опешив, чуть не врезался в спину рыжеволосого, но вовремя остановился в сантиметрах от соседа.              Байерс посмотрел туда, куда смотрел Эрик: впереди была компания людей — двое рыжеволосых девушек и двое парней, один из которых Лукас. Одна девушка каталась на красочном красном скейте, а другая шла рядом, с энтузиазмом что-то рассказывая. Парни стояли в стороне. Утренний знакомый украдкой поглядывал на скейтершу, внимательно слушая говорящего друга.       — Итак, — начал Эрик, и художник с интересом повернулся на него. — Видишь девочек? Та, на скейте, это Макс, а рядом с ней Беверли. Она, к слову, тоже художница, — он усмехнулся. — Лукаса ты уже знаешь. С ним — Дастин. Думаю, вы подружитесь с ним.       Глаза Уилла загорелись, когда он услышал о занятии Беверли. Отличный шанс найти друга с тем же занятием!       — Вот как, — улыбнулся парень.       — Вообще, Лукас, Дастин и Макс дружат ещё со времён средней школы. А вот я и Бев познакомились с ними только на первом курсе.       — О… а ты на каком? — поинтересовался Уилл, вопросительно наклонив голову вбок.       — Все мы на втором. Получается, один ты будешь первокурсником в компании! — рыжеволосый ободряюще положил ладонь на плечо художника, слабо сжав его. — Ну, пошли!       Эрик пошёл вперед, потянув за собой Байерса. Тот сильно переживал, но старался виду не показывать. Только вздохнул полной грудью.       — Хей! — воскликнув, сосед помахал рукой ребятам. Те вмиг перевели внимание на них, заставив Уилла почувствовать себя неловко. Он робко повторил действие за Эриком. — Познакомьтесь, это Уилл! Я вам рассказывал про него.       — Привет, я Бев, — улыбнулась коротковолосая. — Беверли Марш.       Все коротко представились: Дастин дружелюбно и улыбчиво, Макс более недоверчиво. Лукасу даже представляться не пришлось.       Байерс чувствовал себя непривычно, но… так свободно и легко. Словно с его плеч скинули целый груз.