Стану твоим щитом

Они проехали не так уж и много, но за всё это время Ло Вэньчжоу ни разу не отвёл взгляда от водителя, будто его личность ему была намного интереснее пейзажа за окном. Мог бы для приличия засомневаться в психологической стабильности своего босса: вдруг он маньяк, под предлогом спасения девочек увезёт его в лес и четвертует? То ли Ло Вэньчжоу был уверен в своих боевых навыках, то ли смеялся, глядя в лицо любой психологической нестабильности. Его, кажется, даже нисколько не смутило, что за рулём на сей раз оказался не он. Фэй Ду обычно был крайне устойчив к любым моментам давления и провокациям — наверное, потому что нередко использовал часть из них, — но на сей раз пошёл навстречу, заговорив первым. — Чан Нин позвонила и мне. Ло Вэньчжоу приподнял бровь. «И мне» звучало настолько красноречиво, что создавалось впечатление, что он частенько мелькал в чужих разговорах, а вот напрямую с ним решали побеседовать в последний момент. Но если Чан Нин уже связалась с Фэй Ду, почему ему сказала, что ей не к кому обратиться? Мало кто знал, кем сейчас работает Вэньчжоу, но зато все его прежние друзья, знакомые и коллеги были в курсе, что из полиции он ушёл. Разве только Чан Нин надеялась, что в ситуации, где Фэй Ду не справится подручными средствами, Вэньчжоу подключит свои связи в бюро общественной безопасности Яньчэна. Сам телохранитель, допустив эту мысль, припомнил, что самолично ввязался в конфликт с членами своей бывшей команды. О том, на какой ноте они разошлись, Ло Вэньчжоу совершенно не сожалел. И если обстоятельства повернутся к ним причинным местом, ему будет глубоко плевать, насколько любезно или грубо он общался с «коллегами» при последней встрече — просто заявится, если не справится своими силами. — Где исчезла ЧэньЧэнь? — На территории школы. — И какое удостоверение ты собрался показывать, чтобы получить доступ к камерам? — ехидно уточнил Ло Вэньчжоу. Кто угодно, наблюдающий бы за ними со стороны, счёл бы их напарниками поневоле из-за неумения Ло Вэньчжоу вести себя соответствующе. — Не переживайте, лао Ло. Мы получим их куда расторопнее, чем прибудет полиция. Ваши актёрские навыки тут будут весьма кстати.

***

Ло Вэньчжоу предпочёл бы оставаться в неведении о причинах того, почему и откуда Фэй Ду считал, что у него есть какие-то особенные актёрские навыки. Изначально он счёл это за насмешку или за намёк на его способность выкручиваться. Бывший коп или настоящий — заговори зубы собеседнику, и он не заметит, что ты заявился без удостоверения. А теперь стоял, обнимая «безутешную» Чан Нин за плечи, вынужденный участвовать в очередном спектакле. Чан Нин, на правах «встревоженной матери», ворвалась в кабинет директора: кричала, плакала и обвиняла школу в недостаточной безопасности. Ло Вэньчжоу, которому игра в «плохого копа» была как-то комфортнее, был вынужден на сей раз изображать терпеливого мужа, который успокаивает жену, всем видом говоря: «Конфликт ни к чему не приведёт». Успокоив «супругу», он со всем почтением попросил его позволить им взглянуть на записи с камер. — Вдруг она потеряла телефон и повсюду ищет его, постоянно перемещаясь, а мы ни дозвониться, ни поймать её не можем. Взглянуть на камеры явно быстрее, чем оббежать всё учебное учреждение. Директор поколебался, но, вспомнив, с каким трудом удалось успокоить «мать» девочки, всё же пошёл на уступки. Тем более, что просмотр записей будет под его наблюдением, да и скоро присоединится полиция с тем же самым запросом. Выгодно не только начать просматривать их сейчас, чтобы убедиться, что ситуация серьёзна и ЧэньЧэнь пропала, но и заранее отмотать записи на предположительный — со слов одноклассников девочки, — промежуток времени, когда она могла пропасть. Всё-таки ни одна школа не захочет, чтобы полиция у них задерживалась, будь то минута или час. Сама ситуация не добавляет репутации, а их присутствие — подавно. Ло Вэньчжоу краем глаза наблюдал за Чан Нин: после смерти Тао Жаня девушка сильно изменилась. И дело было не только в том, что в её глазах уже не было тех жизнерадостных искорок, она больше не выглядела, как хрупкий цветок, который жаждет укрыться под стеклянным колпаком. Тао Жань был для неё тем самым стеклянным колпаком. Он разбился, а цветок остался под непогодой, окруженный суровой реальностью, и если хотел жить — должен был измениться. Ло Вэньчжоу догадывался, что Чан Нин вовсе не для себя хотела жить — её неожиданно пылкая решительность дала о себе знать, потому что она хотела докопаться до правды о смерти Тао Жаня и продолжить его расследование. Скорее всего, её появление здесь неслучайно. Она пришла не просто из-за ЧэньЧэнь, а потому что тоже работала на Фэй Ду. Когда они оказались в комнате видеонаблюдения, Ло Вэньчжоу как бы невзначай произнёс: — Наше девочка очень общительна, я часто слышу от неё о том, как она проводит время с одноклассниками. Понимаете, я не всегда вовремя успеваю приехать с работы… — О, вы не один такой. По правде, иногда это к лучшему? За короткие перемены дети не успевают пообщаться, а по возвращении домой их ждет гора уроков. Задержки родителей позволяют им провести время вместе. Любой родитель в такой момент не упустил бы момента отпустить шпильку, что совместное времяпрепровождение и безответственное отношение охраны школы к детям обернулось похищением. Однако, Ло Вэньчжоу нужно было получит ответы, а не сделать акцент на конфликте. Любой человек, ощущая даже скрытое обвинение, цепляется за него, поэтому всё в той же рассеянной манере, будто записи с камер завлекают его больше разговора, Ло Вэньчжоу протянул: — Интересно, почему в этот раз ЧэньЧэнь оказалась одна, неужто уроки закончились раньше? Директор поспешил отметить: — Нет-нет, никаких изменений в расписании не было. Ребята из параллельных классов сказали, что ЧэньЧэнь с одноклассницами пошли фотографироваться в парке. Но все они вместе вернулись оттуда. — Вместе? — Да, мне как раз позвонил один из родителей учеников, я подошёл к окну и ещё удивился, увидев, что они не разошлись по домам. Потому я и сказал вам, что не вы один склонны задерживаться. — Но все остальные уже покинули школу? Директор, убедившись, что встревоженные родители просмотрели картинки на всех камерах и лично убедились, что их ребёнок сейчас не на территории школы, сел в кресло перед монитором, собираясь отмотать запись — полиция должна была приехать в скором времени. — Да. Когда вы позвонили мне, не встретив ЧэньЧэнь у ворот, я обзвонил других родителей. Сами знаете, какие сейчас неугомонные подростки — может, в клуб сорвались или в драку ввязались. Они ведь в форме нашей школы — мы… — мужчина запнулся на полуфразе, однако, Ло Вэньчжоу все равно понял, что тот хотел сказать на самом деле, -… несём ответственность за их благополучие, — директор неловко кашлянул. — Так вот, я обзвонил родителей и они сказали, что все хорошо. И вы появились незадолго до того, как дети разошлись, не понимаю, что могло случиться за пару минут. Но я уже позвонил в бюро общественной безопасности! Уверен, раз не прошло много времени, ЧэньЧэнь быстро найдут. — Да, спасибо, что помогаете нам, такие ответственные люди в образовании сейчас редкость, — с благодарностью закивал Ло Вэньчжоу, пожав мужчине руку. — Я слышал столько случаев, когда учителя отмахивались от школьников, потому что «уроки закончились, дальше — не их дело», и меня восхищает, что вы остаетесь таким неравнодушным. — Вы мне… постойте, куда вы? Полиция наверняка захочет узнать у вас что-нибудь! — директор спохватился, заметив, что «супружеская пара» собралась уходить. Чан Нин только этого и ждала, она попросила листок с ручкой, написав номер телефона и протянув директору. — Помню, у всех учеников просили оставить контактные данные родителей. Мой номер сменился. Мы хотим проверить, не разминулись ли с ЧэньЧэнь, может, она обиделась на очередное опоздание отца, — тут девушка мрачно и осуждающе посмотрела на «супруга», тон её на миг изменился, — и пошла домой одна. Поэтому приедем в участок сразу, как проверим. Снизим нагрузку на полицейских, — она вымученно улыбнулось, с видом «нам её жизнь дорога, а вот будут ли полицейские расторопны в поисках — другой вопрос». По тому, как она нетерпеливо переступала с ноги на ногу, становилось ясно, что ей не терпится броситься на поиски, а не растрачивать время здесь. Чан Нин часто разблокировала телефон, заходя в книгу контактов, так и не набирая номер, и директор, вздохнув, кивнул и отступил. — Хорошо, я передам им.

***

— Если поедешь в участок — по твоим документам быстро раскроют, что ты не её мать. У Чан Нин дрогнул уголок губ. Не сдержав тени улыбки, она взглянула на Ло Вэньчжоу. — Вэньчжоу-гэ бросит меня в такой ситуации? … Ло Вэньчжоу начинал подозревать, что Фэй Ду плохо влияет на всех, с кем общается. Сначала Тао Жань, не умеющий хранить секреты, длительное время скрывал от него важное расследование. Теперь Чан Нин из скромной и милой девушки превратилась в актрису-врунишку, которая без зазрений совести звала его братом и намеревалась использовать его связи. Мир сошёл с ума или он напился после смерти приятеля до белой горячки? Ло Вэньчжоу привык быть человеком, который «доставляет проблемы» другим, но сейчас он будто подменял Тао Жаня, напоминая всем о здравомыслии и осторожности, а это вообще было не в его духе. Но разве друг простит ему, если честь и достоинство Чан Нин будут запятнаны или если она окажется в опасности? Да он придёт с того света и вселенная впервые увидит по-настоящему негодующего Тао Жаня. — Её родители хотя бы в курсе о твоём плане? — Конечно, они и правда проверяют маршрут. ЧэньЧэнь не обидчивая, но может она захотела есть и подумала, что не страшно будет отлучиться, а после потеряла телефон. Близь автобусной остановки есть магазин — так они мне сказали, — улыбка исчезла с лица Чан Нин. — Они знают, что у меня остались друзья в полиции, с которыми познакомил Тао Жань. Я пообещала, что ты поможешь. По правде, они могли так не заморачиваться. Дождаться, когда родители ЧэньЧэнь появятся в школе, дадут показания в полиции, все равно бы все детали того, что она делала, где её видели — непременно всплыли бы. Проблема была в том, что случилось бы это где-то через пару часов. Директор позвонил родителям остальных подростков, отправившихся вместе с ЧэньЧэнь на фотосессию, лишь для того, чтобы убедиться, что больше никто не пропал. Он не задавал конкретных вопросов, да и не работал в бюро общественной безопасности, чтобы понять, что спрашивать. Если компания была большая — на опрос каждого родителя и ребёнка уйдёт куча времени, какие-то родители могут не проявить сострадания и не подпустить полицейских к детям, отказав в сотрудничестве. Конечно, они допросят весь педагогический состав, вдруг кто-то что-то видел, слышал или заметил подозрительное — как минимум, учитель, который вёл у них последний урок, мог слышать, как школьники общались между собой и планировали что-то или нет. Но сколько бы людей не задействовали в поисках, добывание показаний — самое медленное дело. Те, с кем ты говоришь, иногда с трудом вспоминают детали, потому что для них это не имело значения и не отпечаталось в голове. Может статься и так, что ни один ребёнок не даст никакой важной зацепки. Ведь если все покинули территорию школы раньше ЧэньЧэнь, никто не мог видеть, куда она пошла. Все скажут то же, что видно на записях с камер — девочка вернулась с остальными с фотосессии, обнялась на прощание, а потом исчезла. А когда кто-то пропадает — счёт идёт на минуты. А дети… чаще всего их убивают в день похищения. Конечно, зависит от того, с какой целью преступник похитил их. Некогда было соблюдать формальности, пришлось цепляться за поверхностную информацию, а остальное искать по пути. К тому же, пока директор перематывал записи с камер видеонаблюдения, Ло Вэньчжоу поглядывал краем глаза в экран — пусть и в обратной перемотке, он успел увидеть, в какую сторону направилась ЧэньЧэнь после прощания с друзьями. Когда они уселись в машину к поджидающему их Фэй Ду, тот не упустил возможности затронуть струны души Ло Вэньчжоу, обратившись к Чан Нин с подчёркнутой заботой: — Полагаю, госпожа Чан, вы прежде никогда не испытывали на себе давление этого человека, но, проведя ночь с ним, я по лицу вижу — сейчас начнётся очередной допрос. Не стесняйтесь сказать мне, если он перегнёт палку — я оштрафую его в воспитательных целях. Чан Нин неловко кашлянула, прикрыв рот ладонью, скрывая улыбку, когда это пламенная речь закончилась на возмущенном взгляде Ло Вэньчжоу: «Ты меня что?». Ещё смешнее стало от того, что бывший капитан группы уголовного розыска наконец вспомнил, где его места, и был вынужден при Чан Нин проглотить всё, что он думает о своём боссе. И все равно чувство, что этот паршивец знал, что при Чан Нин уровень его своевольности значительно снизится, заставил Ло Вэньчжоу в очередной раз подумать о том, какими подлыми приёмами располагает президент Фэй. Демонстративно пропустив слова Фэй Ду мимо ушей, Ло Вэньчжоу с той же самой демонстративностью повёл себя намного мягче при «допросе» с Чан Нин, чем с человеком, который ему платит. — Ты частенько сидишь с ЧэньЧэнь, она никогда не упоминала, что ей страшно оставаться дома одной, не возмущалась, что приходится долго ждать отца у школы? — Нет, — Чан Нин покачала головой. — Как директор верно подметил, задержки родителей были поводом для неё и друзей чем-нибудь заняться. Чаще они сидели в классе для рисования — так время проходило быстрее, они рисовали друг другу портреты в подарок, а после раз в некоторое время приносили все собранные рисунки, чтобы посмотреть, улучшились их навыки или нет, — девушка грустно улыбнулась, вспомнив, с каким энтузиазмом ЧэньЧэнь рассказывала об этом. — Иногда они выходили на спортивное поле, чтобы понаблюдать за тренировками мальчиков… Единственное, о чём она мне жаловалась пару дней назад, что в школу придётся тащить сменную одежду, а уроков итак много. Когда я спросила, неужели им поставили урок физкультуры, она сказала, что они хотят устроить фотосессию в парке у школы — там зацвели яблони, — помолчав, старательно припоминая каждый разговор, Чан Нин повела плечом. — А последний раз ей было страшно оставаться дома, когда она боялась темноты, а родители задерживались на работе до вечера. Но это было три года назад, сейчас ЧэньЧэнь не включает даже ночник и больше не просит меня прийти посидеть с ней в такие дни. — Раз её родители в курсе событий, они не обмолвились во время вашего разговора, что «так и знали» или «уведомляли, что у школы вертятся подозрительные типы»? — Они были скорее удивлены, на территории школы много камер — просматривается каждый угол. — В этом учебном заведении и правда не случалось прецедентов, — влез Фэй Ду, сворачивая в сторону парка, намереваясь зайти в него через главный вход. — Я проверил. Ло Вэньчжоу собирался съязвить, как Фэй Ду добавил: — Детей не ловили и на остановке у дома, полагаю, слежка исключена. Лао Ло, вы уволились из полиции совсем недавно, неужели не знаете статистику лучше меня? Вместо ответа Ло Вэньчжоу переключился с расспрашивания Чан Нин на своего начальника. — Раз ты свернул в парк — значит, у него репутация не такая хорошая. Вот незадача, президент Фэй, можно ли, что в школе все тихо, если у неё под носом творится произвол? — Что вы, какой произвол, — заглушив мотор, Фэй Ду повернулся и даровал своему подчинённому улыбку. — Просто пьяницы дебоширят. Драка, случайное убийство по пьяне. Школьники в этом не участвовали. Я просто наслышан от госпожи Чан, что прежде ворота, ведущие в парк со стороны школы, были закрыты. Представляете, замок развалился совсем недавно и его не успели заменить. Ло Вэньчжоу глянул в зеркало заднего вида. На камерах ЧэньЧэнь направлялась к воротам школы — судя по всему, к автобусной остановке. Если сейчас, близь главного входа в заброшенный парк, посмотреть в зеркало заднего вида, можно обнаружить, что отсюда до остановки рукой подать. Какова вероятность, что ЧэньЧэнь, заподозрив, что потеряла телефон во время фотосессии, пойдёт искать его коротким путем, а не станет делать крюк через школу?