Тени в сердце: Миссия Энни Леонхарт

[Энни Леонхарт (24 года) — федеральный агент бюро расследований FBI, место расположение Нью-Йорк, США. Действующий лейтенант]       — Ты слишком к себе строга. — Дрожащим голосом произнесла девушка позади.       — От этого легче не становиться...       Тяжело терять дорого тебе человека, правда? Это чувство можно сравнить с ощущением тысячи иголок, пронзающих твою кожу, проходя насквозь и оставляя раны, которые к сожалению никогда больше не затянуться. Ещё тяжелее осознать тот факт, что это случилось по твоей вине, и из за твоего приказа. «Безысходнсть»       Только стоя на краю пропасти ты понимаешь — нечего уже не изменить. Время уже не воротишь, сказанные слова уже не забрать, все случилось так, как случилось, и это пожирает тебя из нутри.       — В этом нет твоей вины.       — Нет моей вины? — обернувшись произнесла Леонхарт. В её глазах читалась боль, страх и ненависть. — Я это допустила. Я должна была её прикрывать. Только я несу ответственность за то, что её сейчас нету с нами.       — Ты не можешь винить себя вечно, не к чему хорошему это не приведет, — произнес молодой, высокий парень, стоящий неподалеку. — Если бы не принятое тобой решение, погибло бы куда больше людей. «Место событий: Отделение FBI, Нью-Йорк, проводятся похороны капитана — Саши Браус, более двухста агентов пришли почтить память сослуживца»       В тот момент, когда агенты начали покидать помещение, натянутое молчание было внезапно нарушено. В воздухе висела напряженность, и Энни чувствовала на себе взгляды. Она пыталась сосредоточиться на словах поддержки, которые ей только что говорили, но в глубине души знала — некоторые из коллег винили её в случившемся.       — Леонхарт, это не твоё дело! — грубо бросил один из агентов, когда она подошла к группе, обсуждавшей произошедшее.       Энни остановилась, огляделась. Все её чувства обострились. Голос в её голове кричал остановиться, но боль и гнев затмили рассудок.       — Мне кажется, это касается каждого из нас, — спокойно ответила она, стараясь держать эмоции в узде.       — О, да? Ты думаешь, тебе есть что здесь сказать после... — агент не закончил, поскольку Энни, не выдержав, перебила его.       — Да, я думаю! — голос её дрогнул от накопившегося напряжения. — И я знаю, что каждый из нас делал бы все возможное в той ситуации. Включая Сашу. Она бы не хотела, чтобы мы...       — Она бы не хотела умирать из-за чьей-то глупости! — крикнул агент, и тут же между ним и Энни вспыхнул конфликт.       Ситуация вышла из-под контроля, когда агент сделал шаг вперед и толкнул Энни. Инстинктивно Энни оттолкнула его в ответ, и вскоре это превратилось в драку. Удары, которые были нанесены, были не столько физическими, сколько эмоциональным — выплеском боли, страха и вины.       Прежде чем ситуация усугубилась, другие агенты вмешались и разняли их. Дыхание Энни было тяжелым, её кулаки были сжаты. В тишине, которая последовала после схватки, она осознала, что ничто не изменится от вины или гнева. Все они страдали, каждый по-своему.       — Агент Леонхар! — вдруг послышался грубый мужской голос неподалеку. Он не был наполнен злобой, но звучал именно так, что ты больше никогда в жизни не захочешь услышать его вновь. — Быстро в мой кабинет.       Энни медленно повернулась к источнику голоса, стараясь подавить внутренний хаос и вновь обрести контроль над своими эмоциями. Перед ней стоял заместитель директора ФБР, чьё выражение лица было непроницаемо. В его глазах отсутствовала явная строгость, однако глубина взгляда говорила о серьёзности момента. Энни последовала за ним, ощущая взгляды коллег на спине.       В кабинете заместитель директора закрыл дверь и указал Энни на стул перед его столом. Он вздохнул, складывая пальцы в замок перед собой.       — Леонхарт, я знаю, что последние события дались тебе нелегко, — начал он с неожиданной мягкостью в голосе. — И я понимаю, что ситуация, в которой мы оказались, не была идеальной. Но поведение, которое ты демонстрируешь, не может быть оправдано.       Энни смотрела на него, готовясь к худшему. Она чувствовала в себе мешанину чувств, от горя до разочарования в самой себе.       — Мы не можем игнорировать произошедшее. Ты ценный агент, но твои действия подрывают дисциплину в бюро и ставят нас с неловкое положение, — медленно продолжал он. — Поэтому мы приняли решение о твоём временном переводе.       Сердце Энни ушло в пятки. "Перевод?" — слово звучало в её голове эхом.       — Ты будешь переведена в отдел защиты, — заместитель директора поднял взгляд на Энни, его взгляд был пронизывающим. — Твоей задачей будет обеспечение безопасности дочери сенатора Акерман, который сейчас ведёт избирательную компанию. Это будет твоей возможностью доказать, что ты способна контролировать свои эмоции и выполнять работу на высоком уровне.       Энни осталась в оцепенении. Её разум пытался осмыслить услышанное, но сердце было переполнено чувством утраты. Быть переведённой из оперативного подразделения в отдел защиты — это было похоже на понижение, хотя и было завуалировано как "временная мера".       — Может быть это твой шанс начать с чистого листа.       Столкнувшись с этим неожиданным поворотом, Энни покинула кабинет, чувствуя смесь решимости и неуверенности. "Может быть, это и вправду мой шанс что-то изменить," — подумала она. ***       После встречи с заместителем директора, Энни вернулась в свою квартиру в Нью-Йорке, исчерпанная и переполненная размышлениями о своём новом задании. Она ожидала провести вечер в одиночестве, погружённая в свои мысли и планы на предстоящую миссию. Квартира казалась ей убежищем от внешнего мира, местом, где можно было на мгновение забыть о трудностях и ответственности.       Однако, когда она только успела снять куртку и расслабиться, раздался стук в дверь. Это были её друзья, Хитч и Бертольд, которые решили навестить её, заметив, что Энни нуждается в поддержке и дружеской компании больше, чем когда-либо.       — Мы принесли пиццу и кучу фильмов. Сегодня мы не дадим тебе унывать, — объявила Хитч с бодрящей улыбкой, протягивая пиццу Энни.       Бертольд же, следуя за Хитч, донёс несколько бутылок вина, подмигивая Энни:       — А это поможет нам забыть обо всём на свете, хотя бы на одну ночь.       Изначально Энни была склонна отказаться от идеи, чувствуя усталость и нежелание общаться. Однако видя искреннюю заботу и настойчивость друзей, она не смогла отвергнуть их предложение. Вечер превратился в долгожданный отдых: они смотрели фильмы, обсуждали разные темы, варьируя от банальных до глубоких и значимых, и смеялись, забывая обо всех заботах.       Когда на часах было уже довольно поздно, Хитч вдруг предложила:       — А что, если мы сходим в клуб? Нам всем явно нужно развеяться, а ты, Энни, в последнее время была так занята, что точно заслуживаешь немного веселья.       Неожиданно для самой себя, Энни согласилась. В клубе, среди мерцающих огней и под громкую музыку, она почувствовала себя свободной от всех обязанностей и тревог. Танцуя в центре танцпола, она встретилась взглядом с незнакомкой, которая словно магнитом притягивала к себе. Между ними вспыхнула искра понимания и влечения, и они начали танцевать вместе, забыв обо всём на свете. *** «На следующее утро» Звонок       — Энни Леонхарт, — на той стороне провода послышался серьезный, но очень знакомый голос.       — Да инспектор, слушаю вас, — стараясь не выдать своего состояния, сонно протянула девушка. Выходило не очень убедительно, учитывая, что она едва открыла глаза и её голова ещё не осознавала реальность после вчерашнего вечера.       — Энни, нам нужно, чтобы ты немедленно явилась в офис. Ситуация крайне серьезная, — голос инспектора звучал напряженно, что было нехарактерно для его обычного тонкого юмора.       Энни, сидя на краю кровати и пытаясь вникнуть в слова инспектора, была удивлена. "Немедленно?" — её голос звучал недоверчиво. Такие вызовы были нечасты, а учитывая, что сегодня выходной, это казалось еще более странным.       — Да, Энни, без промедления. Я не могу обсудить детали по телефону, но поверь, твое присутствие критически важно.       Встав с кровати, Энни почувствовала, как ее тело заполняется адреналином, прогоняя остатки сна. Она быстро переоделась, не обращая внимания на свою усталость и заспанность. Волосы были собраны в пучок наспех, а одежда выбиралась чисто по принципу удобства и скорости.       Проходя мимо зеркала в прихожей, Энни бросила на себя беглый взгляд, отмечая, что выглядит достаточно прилично для чрезвычайной ситуации. Её квартира была оставлена за спиной всего через несколько минут после звонка, и девушка уже спускалась по лестнице, направляясь к своему автомобилю.       Путь в офис занял меньше времени, чем обычно, благодаря утреннему выходному дню и отсутствию пробок на дорогах. Припарковав машину, Энни быстро направилась к входу, где ее уже поджидал ассистент инспектора.       — Энни, слава богу, ты здесь. Инспектор Браун ждет вас в конференц-зале, — он быстро повел ее по коридору, обходя основное помещение офиса.       Входя внутрь, девушка увидела двух мужчин. Уже давно знакомого ей инспектора FBI Райнера Брауна. Рядом с ним сидел мужчина средних лет. Слово серьезность наверное описывала его лучше всего. Он был хорошо одет, дорогие часы на руках подчеркивали его статус.       — Знакомся, это сенатор Г-н Аккерман.       — Энни Леонхарт, рад вас видеть. — Сенатор поднялся, чтобы пожать ей руку, прежде чем сесть обратно. — Время идет, и я не буду ходить вокруг да около. Микаса... моя дочь, она в опасности, и я не могу доверить её безопасность простым телохранителям.       — Я понимаю ваши опасения, сенатор. — Энни говорила спокойно, стараясь убедить его в своей компетентности.       — Проблема в том, что Микаса... она очень негативно относится к телохранителям. Ей нужен кто-то, кто сможет защитить её, не выдавая себя. Ваше задание — проникнуть в её колледж и быть рядом под видом обычной студентки.       Энни кивнула, понимая сложность задачи.       — Сенатор, я не просто агент. Я тоже потеряла близких... — голос Энни дрогнул, но она быстро собралась. — Моя сослуживица, Саша, была убита во время операции, которую я возглавляла. Это... это всегда будет со мной. Но именно поэтому я могу обещать вам, что сделаю всё возможное, чтобы Микаса была в безопасности.       Сенатор Акерман вгляделся в её лицо, ища подтверждения её слов.       — Вы говорите это искренне... — Он опустил взгляд, затем вновь посмотрел на Энни. — Я вижу в ваших глазах боль утраты и понимаю, что вы не допустите, чтобы случилось что-то подобное с Микасой.       — Ни за что на свете, сенатор. Ваша дочь будет в безопасности со мной. Я обещаю вам это.       В этот момент между ними завязался тот самый диалог по душам, в котором Энни убедила сенатора в своей преданности делу и способности защитить его дочь. Сенатор, в свою очередь, поделился личными переживаниями и страхами относительно безопасности Микасы.       Когда Энни выходила из кабинета, она чувствовала на себе взгляд сенатора — он был полон благодарности и надежды. Это напомнило ей о весе ответственности, лежащем на её плечах. Она собиралась делать всё возможное, чтобы оправдать оказанное ей доверие. ***       Первый день в колледже начался для Энни с удивления. Привыкшая к строгости и дисциплине федерального агента, она оказалась погружена в мир, полный молодежной энергии и непринужденности. Студенты группами собирались перед зданиями, обсуждая последние новости и делясь планами на выходные. На каждом шагу Энни сталкивалась с чем-то новым и неожиданным для себя, будь то необычный выбор курсов или свобода самовыражения, которую она здесь наблюдала. Всё это вызвало у неё чувство легкого шока, но в то же время и некоторого восхищения.       Пока она пыталась разобраться со своим новым расписанием, на помощь пришла девушка с темными волосами, заметившая ее замешательство.       — Вижу, ты новенькая. Нужна помощь? — спросила она с дружелюбной улыбкой.       Энни, благодарная за помощь, приняла ее предложение, и девушка взглянула на расписание. — О, ты на курсе современной литературы с профессором Леви. Это будет интересно, он один из лучших. Я тоже учусь на нем.       В процессе разговора Энни ощутила странное ощущение дежавю, но не могла понять, откуда. И тогда, в момент, когда их взгляды встретились, она вдруг вспомнила — это была та самая девушка из клуба, танцевавшая с ней под ослепительными огнями.       — Кстати, меня зовут Микаса Аккерман, — представилась незнакомка, когда они закончили с расписанием.       Сердце Энни ушло в пятки. Микаса Аккерман. Дочь сенатора, которую она должна была защищать, стояла прямо перед ней, не подозревая о ее истинном назначении. Энни мгновенно охватила паника: ведь их случайная встреча в клубе могла положить конец всей операции, если Микаса распознает в ней не студентку, а агента.       — Рада знакомству, Микаса. Я Энни, — ответила она, стараясь скрыть волнение.