The Trick to Falling In Style

Томми помахал на прощание женщине, которая только что выписалась из отеля. Она помахала ему в ответ с рассеянной улыбкой на лице. Выражение её лица быстро изменилось, когда тот, кто был на другом конце провода, заговорил с ней. Она что-то резко ответила ему, и стеклянная дверь за её спиной захлопнулась, заглушив её слова. Томми не возражал. Большинство людей спешили покинуть отель по разным причинам. Нередко можно было увидеть, как кто-то разговаривает по телефону, выходя из здания в своём самом строгом деловом костюме, чтобы отправиться на встречу в Л’Манбурге или близлежащих районах. Они разговаривали по телефону, потому что это было связано с их работой. Томми знал, что значит быть преданным своему делу, поэтому не осуждал их за то, что они разговаривали по телефону. Пока они не грубили ему напрямую, ему было всё равно, с кем они болтают, обменивая ключи на карточку, подтверждающую, что они провели ночь в отеле. Задняя дверь тихо скрипнула, и Томми, обернувшись, увидел приближающегося Сэма. Сэм держал в руках газету, и на его лице читалось недоверие. Томми приподнял бровь и оглядел вестибюль, чтобы убедиться, что их разговор никто не подслушает. Убедившись, что вокруг никого нет, он полностью сосредоточился на Сэме. — Ну что, Большой С, что у тебя для меня сегодня? Сэм вложил газету в протянутые руки Томми. Блондин посмотрел на обложку. Фотография сразу привлекла его внимание. На ней был Вермиллион, взлетающий в небо, а в углу изображения виднелась половинка луны. Заголовок подтверждал то, о чём Томми уже подозревал. Газета пестрела заголовками о том, что в Л’Манбурге видели Красного Ангела из Логстедшира. Люди восприняли это как знак того, что их герой вернулся. Ассоциация героев тоже была вовлечена в это дело, если верить газете. Обычно Томми не стал бы слепо верить новостному изданию, но он был уверен, что ассоциация так или иначе будет вовлечена в это дело. Камикадзе был не единственным героем, которого бросил Вермиллион. Вся статья на 10 % состояла из фактических наблюдений человека, сделавшего фотографию, а остальные 90 % занимали многочисленные теории о том, что делал Вермиллион и действительно ли он вернулся. Томми читал с невозмутимым выражением лица. Он должен был догадаться, что его кто-нибудь поймает, если он наденет маску. Он был просто благодарен, что его не заметили в Сноучестере. Л’Манбург был одним из центральных районов, а это означало, что Вермиллион мог вести бизнес в других районах, но для этого ему нужно было проехать через Л’Манбург. Они не могли привязать Вермиллион к какому-то одному месту. — Я не знаю, чего ты хочешь от меня, Большой С. Я думаю, твой маленький герой вернулся на годовщину своего исчезновения, — сказал Томми, бросая газету обратно Сэму. Его босс поймал бумагу в его руках, сложив пальцы над изображением Вермиллиона. Томми должен был держать себя в руках. Если бы он проявил какие-либо сильные эмоции, Сэм мог бы что-то заподозрить. Томми, конечно, умел лгать, но Сэм был одним из тех людей, которым Томми было очень трудно лгать. Не то чтобы он не умел врать, просто потом ему было неловко. — Тебе не кажется, что это что-то значит? Вермиллион по какой-то причине ушёл на покой. Одной из причин могло быть то, что он думал, что в Логстедшире и без него всё будет в порядке. Если он вернулся, значит ли это, что в округе происходит что-то, из-за чего ему пришлось вернуться? — сказал Сэм. Томми не нравилось, что Сэм был так проницателен. Ему не нужно было, чтобы кто-то расследовал дело Вермиллиона. На самом деле он не понимал, почему Сэма это так волнует. Может быть, он уважал Вермиллион из-за того, что Сэм был гибридом? Может быть, у Сэма было какое-то прошлое с Вермиллион, о котором Томми не мог вспомнить? Может быть, он когда-то спас Сэма? Возможно, он спас кого-то из близких Сэма. Такое тоже могло быть. — Не знаю, — пожал плечами Томми. Ему хотелось выругаться прямо на рабочем месте. Хорошее ругательство сейчас очень помогло бы ему успокоиться. Иногда он ругался, когда рядом были только он и МД, но он ни за что не проговорится при начальнике. Это верный путь к увольнению, а Томми нужна была эта работа. — Эй, Биг С, у меня вопрос. Ты знаешь хорошие приюты для гибридов или те, которые принимают гибридов? Вчера вечером, возвращаясь с работы, я нашёл в переулке ребёнка. У меня нет ни средств, ни опыта, чтобы воспитывать ребёнка, поэтому мне придётся его отдать. Но я не могу отдать его ни в один из приютов. Некоторые из них просто... э-э... мусор. — О, я как раз знаю одного. Немезида из Синдиката в Антарктическом округе и Предвидение из округа Киноко объединили усилия, чтобы создать место под названием Истоки. Предполагается, что это будет новый округ, но документы пока не оформлены. Он расположен прямо между двумя их округами. Там будут больницы, приюты и школы, которые помогут людям освоить навыки, необходимые для работы». Его главное преимущество в том, что он одинаково подходит как для гибридов, так и для людей. Он для всех, кому нужна помощь, — объяснил Сэм, и в его глазах засиял огонёк, когда он заговорил о Истоках. — Если так, то весь Логстедшир окажется у них на пороге, — горько усмехается Томми. Это не первая попытка правительства «исправить» Логстедшир. За прошедшие годы было предпринято несколько инициатив и программ, призванных помочь жителям Логстедшира выбраться из нищеты. Ни один из планов не сработал. В конце концов правительство отказалось от поддержки района, заявив, что на данный момент план не подходит. Они пообещали попробовать ещё раз. Настоящая проблема заключалась в том, что правительству не нравился медленный прогресс. Они хотели, чтобы Логстедшир изменился в одночасье. Томми жалел, что у него недостаточно власти, чтобы пересмотреть некоторые планы. В конце концов, это были хорошие идеи. Им просто нужно было немного больше времени, чтобы по-настоящему заработать. Томми знал, что это пойдёт на пользу жителям Логстедшира. — Думаю, в этом и суть. Источником вдохновения для Истока послужил Логстедшир. Немезида и Предвестник хотят помогать людям. Люди, которые больше всего нуждаются в помощи, живут в Логстедшире, — сказал Сэм. Томми почувствовал, как сжимается его кулак, и попытался скрыть это от Сэма. Ему не нравилось, когда люди считали, что в Логстедшире живут только те, кому нужна помощь. Там было несколько человек, сосланных из-за их бесчеловечных качеств или низкого происхождения, которые нашли способ выкарабкаться из грязи. Томми знал одного из них лично. — Глупо строить что-то на основе заброшенного района, — решает Томми. Ему есть что сказать по этому поводу, но он ограничивается лишь этим, чтобы не расстраивать своего начальника. Хотя Сэм и поощряет подобные дискуссии, Томми знает, что, если он даст волю эмоциям, то скажет что-то, о чём потом пожалеет. Ну, не то чтобы он пожалел об этом, но сказал бы что-то, из-за чего его бы уволили. Томми был очень самоуверенным человеком. Он не всегда понимал, когда его слова задевали других. Когда дело касалось разговора с Сэмом, на кону стояла его работа. По всем этим причинам Томми приходилось быть осторожным. — Это надежда на то, что некоторые вещи не останутся заброшенными надолго, — тихо сказал Сэм. Томми долго смотрел на него. Томми хотел поспорить с ним. Он хотел сказать, что «Истоки» обречены на провал. Активисты найдут их и уничтожат. Гибриды и люди, скорее всего, воспользуются оказанной им добротой. То же самое было с Вермиллионом. Он не вернулся, по крайней мере не так, как хотели люди. Вермиллион собирался пробыть там какое-то время, чтобы убедиться, что Логстедшир не развалится на части, а потом уехать навсегда. Люди питали ложные надежды. Томми был единственным, кто видел всё это таким, какое оно есть. Прежде чем Томми успел сказать что-то опрометчивое, двери лифта открылись. Из него вышел МД, и улыбка сошла с его лица, когда он увидел Сэма. МД кашлянул в кулак. Он подошёл к паре. Подойдя к столику, он сказал. — Hombre, у меня была самая скучная ночь за весь noche. Это было tan terriblemente скучно. Ничего весёлого. Томми закатил глаза, но приподнятая в улыбке губа выдала его веселье. Томми посмотрел на Сэма. Зелёноволосый мужчина уставился в свой телефон. Сэм кивнул им обоим. Он сделал шаг назад. — Мне жаль, что я ухожу, когда вы только пришли, МД, но у меня есть дела. Не думаю, что вернусь до окончания вашей смены, поэтому прощаюсь прямо сейчас. Хорошего дня вам обоим. Увидимся завтра. Томми попрощался с Сэмом, выходя через заднюю дверь. Не прошло и секунды после того, как Сэм исчез из поля их зрения, как доктор схватил Томми за плечи, заставив их посмотреть друг другу в глаза. — Амиго, Томати, друг мой, ты не поверишь, какую ночь я провел с Мамаситой. Она ходила в какой-то клуб, названия которого я не могу вспомнить. Что я точно помню, так это то, как потрясающе она выглядит в свете неоновых фонарей. Мы танцевали почти всю ночь, и она поцеловала меня. Ella me besó! Ты можешь в это поверить? Она más caliente que тысяча солнц, сверкающих в zafiro небе! Я не могу в это поверить! И мы hicimos el amor! Я думал, что ночь не может быть лучше. Томми невольно покраснел. Ему не понравилось, что МД был готов поделиться такими подробностями. Большинство людей не спешат рассказывать о том, что у них был секс на первом свидании. Ну, Томми взял свои слова обратно. Многие хвастаются своими победами. Томми просто не привык к этому, потому что его юный возраст обычно отталкивал людей. Однако МД был бестактным человеком, и Томми страдал из-за этого, краснея как рак. МД продолжал говорить, и его слова начали переходить опасную черту. Томми протянул руку, чтобы ударить МД по затылку, но его остановили открывшиеся двери лифта. Томми и МД отступили к лифту. К счастью, это был не кто-то, кто выходил из лифта. Это была сама Мамасита. Она перевела взгляд с одного на другого и вздохнула, прикрыв лицо рукой. Она подошла к ним, быстро преодолев расстояние своими длинными ногами. Она наклонилась, чтобы посмотреть МД в глаза. — Любовь моя, у нас есть работа, и я совершенно уверена, что наш дорогой друг Томми уже наслушался о нашей ночи. Нам нужно поторопиться и закончить уборку в комнатах до прихода Нука. — Ты права! Ты всегда была умницей, — сказал МД. Он поцеловал Мамаситу в щёку и поспешил обратно к лифту, чтобы убрать оставшиеся комнаты. Мамасита покраснела и коснулась щеки. Томми подумал, что это очаровательно, несмотря на то, что его представление о МД и Мамасите теперь было испорчено. Они действительно подходили друг другу, если подумать. Томми надеялся, что так будет и дальше. Мамасита повернулась, чтобы последовать за МД к лифту, но замерла, заметив что-то. Она нерешительно протянула руку и взяла газету. Томми наблюдал, как она читает статью, и её глаза расширялись от предложения к предложению. Её пальцы обвели фигуру Вермиллион на фотографии. Снимок был не очень чётким, но это был несомненно Вермиллион. Мамасита улыбнулась. Это была яркая, ослепительная улыбка, в которой читались абсолютная надежда и восхищение. Её глаза засияли ещё ярче, когда она повернулась к Томми. — Наш ангел вернулся к нам! Глаза Мамаситы наполнились слезами надежды, и она убежала, сжимая в руках газету. Томми протянул руку, чтобы остановить её, но не смог произнести ни слова. Он смотрел ей вслед, зная, что должен сказать ей, что Вермиллион не останется. Он не мог заставить себя сделать это. У него не хватало духу разрушить её надежды. Он был всего лишь трусом и ненавидел себя за это.