Двое из Чунцина

      

      Поездка в Пекин стала еще тем испытанием для Сяо Чжаня. «Лучше бы я не ездил, только разбередила свою душу!» думал парень, лежа в своей спальне.       Удосужилось же ему полюбить именно друга детства. И осознал он это только после того, как Ибо покинул Китай. Хотя, а чтобы это изменило? Вряд ли бы Сяо Чжань нашел в себе смелость и открыто признался в чувствах. Что бы на это ответил Ибо? Парень даже не хотел представлять себе реакцию лучшего друга. Отвращение или осуждение?       Откинув смартфон, на котором в стоп-кадре застыл танцующий Ибо, Сяо Чжань закрыл глаза. Сейчас парень проклинал свою судьбу, свои чувства и свою сущность. Как же было бы просто быть просто самым обычным парнем. Его окружало столько прекрасных девушек. Вот даже Сюань Лу, очаровательная и милая, добрая и отзывчивая. Но как бы не пытался Сяо Чжань найти в себе чувство более глубокое, чем обычная дружеская симпатия, ничего не выходило.       Он не считал себя скромником. Вместе с одногруппниками он ходил в ночные клубы, правда никогда не танцевал. Ведь по его ногам не то, что медведь потоптался, они попросту были обе левые. Лу-Лу как-то пыталась его научить самым простым танцевальным движениям, но все было безуспешно. И почему его никогда не слушали? Ещё в детстве Ибо точно также старался привлечь Сяо Чжаня к танцам, но куда там. Сяо Чжань был, есть и останется деревянным! Зато, когда в пальцах оказывались кисть, карандаш, мел или стилус — движения становились плавными и отточенными. Вот, где была его стихия!       Сяо Чжань потянулся за планшетом, схватил стилус и открыв приложение, поглядывая на смартфон, стал рисовать. Уже через двадцать минут с планшета на него смотрел Ван Ибо. Изогнутый, в недвусмысленной позе: стоящий на коленях, с немного раздвинутыми ногами, торс был полностью оголен, каждый кубик пресса манил взгляд, томное лицо застыло в миг наибольшего наслаждения.       Подавшись наитию, Сяо Чжань спешно стал дорисовывать вторую фигуру, себя — под Ибо, распластанного, в ожидании.       — Что же я творю… — прошептал в тишине своей комнаты Сяо Чжань и откинул планшет на подушку.       Это уже было навящевой идеей, в его планшете в запароленной папке было уже больше сотни таких откровенных рисунков. Иногда он считал себя больным фанатиком, но потом сам же себя обрывал на этой мысли. Он не был как остальные, что влюбились в яркую звезду, Сяо Чжань знал Ибо как облупленного с самого детства. И любил его до мозга костей.       Парень снова взял в руки смартфон и, нажав play, продолжил смотреть танец Ибо. А тот, как будто издевался над неуёмной фантазией Сяо Чжаня. Облегающие черные скинни не скрывали крепких мышц на ногах, а сексуальные движения тазом и, легко уловимый под джинсовой тканью, контур чужого достоинства, только подогревали мысли о том, как хорошо сейчас было бы прижаться своей задницей к ...       На этих мыслях Сяо Чжань отшвырнул смартфон на кровать, будто тот был самим исчадием ада, и обхватил себя руками, тем самым даря себе призрачные объятия. Он мысленно себя ругал за несдержанность. Сколько раз он сам себе обещал не смотреть, не следить. Да вот только он был слаб духом перед чужой сексуальностью. Он, как ночной мотылек, каждый грёбаный раз летел на этот испепеляющий огонь под именем Ван Ибо. Сяо Чжань медленно вдохнул и выдохнул, пытаясь избавиться от напряжённости в области паха. Да вот только организм не обманешь. Возбудился, так будь добр — сними напряжение! Мысленно, надавав себе оплеух, Сяо Чжань начал вспоминать сцены из недавно просмотренного ужастика, лишь бы успокоиться и забыться.       — Всего-то нужно забыть тебя... твои руки, движения. Да ну еб твою налево! — выругался Сяо Чжань, чувствуя, как стало тесно, зажатому тканью члену, да ещё и упирающемуся во внутренний шов джинсов.       Жалкие попытки обуздать свое желание, как всегда, потерпели крах.       Потерянный в складках покрывала, смартфон вернулся на место и заново начал показывать те самые плавные движения, что приводили парня в неописуемый восторг. А герой горячего видео ещё и рубашку задрал, демонстрируя публике чёткие кубики пресса. И не сказать бы, что Сяо Чжань видел этот ролик впервые, но он не отрывал голодного взгляда от страстного танца Ван Ибо.       Правая рука по привычке заняла законное место и ублажала своего хозяина уверенными движениями вверх—вниз. Через минуту Сяо Чжань понял, что на сегодня этого будет недостаточно. Не после того, как встретил Ибо в ресторане, услышал его низкий с хрипотцой голос, почувствовал аромат его духов.       Унижаться — так по-полной! Все равно никто не узнает! Да и краснеть ему не перед кем!       Сяо Чжань освободился от мешающей одежды, достал из шкафа коробку, в которой хранил свои небольшие игрушки. Смазав пальцы смазкой, он начал неторопливо себя растягивать под непрекращающуюся музыку любимого бойзбенда. Добившись ожидаемого результата, Сяо Чжань вытащил анальную пробку своего любимого размера со встроенным вибратором и медленно вставил себе в анус. Каждый раз Сяо Чжань мысленно благодарил человека, придумавшего столь необходимую вещь для таких жалких одиночек, как он. От распирающего ощущения в теле нарастало желание, он выбрал свой обычный режим и почувствовал вибрацию внутри. Не прекращая двигать рукой по члену, Сяо Чжань другой прокрутил пробку так, чтобы та касалась простаты. Его сразу же выгнуло волной от мгновенного удовольствия.       Сейчас, как никогда, ему помогал тот факт, что он был "художником". Обладая богатым воображением, его мозг дорисовывал недостающего в этой комнате человека. Здесь не было места стеснению, он представлял, что внутри него сейчас был Ибо. Воображаемое чужое достоинство приятно давило тяжестью внутри, а призрачные пальцы сжимали и ласкали его член. От вставшей перед глазами соблазнительной картины Сяо Чжань захлебнулся стоном и кончил себе в кулак.       Спустя пару минут, когда сердце вернулось к обычному ритму, а дыхание успокоилось, с глаз невольно соскользнули горькие слезы. Тело пребывало в послеоргазменной неге, а вот в душе Сяо Чжань рыдал от своей неразделённой любви.              Это случилось в самый обычный день. Сюань Лу вышла, чтобы купить книги в маленьком магазинчике неподалёку. Она листала полки, когда вдруг услышала голос за спиной:       — Простите, вы держите мою любимую книгу.       Она обернулась — и увидела его. Перед ней стоял высокий незнакомый парень, с мягкой улыбкой и внимательным взглядом. В его глазах было чтото, что сразу заставило сердце Лу-Лу забиться быстрее.       — Правда? — спросила она, чуть смутившись. — Я только хотела её взять.       — Тогда, может, возьмём её вместе? — ответил он, и в его голосе прозвучала лёгкая шутка, но и искренность.       Они рассмеялись, и этот смех стал началом.        — Меня зовут Цао Юйчэнь (1), — представился очаровательный парень.       — Сюань Лу, — девушка кивнула и тут же зарделась. Что-то в этом парне смущало ее и заставляло девичье сердечко биться в новом темпе.       Встреча в книжном магазинчике плавно перетекла в ужин в кафе поблизости. Они разговаривали так, как будто были знакомы всю жизнь. Лу-Лу чувствовала, что рядом с Юйчэнем всё кажется простым и естественным. В свою очередь парень смотрел на неё так, будто видел именно ту, кого искал.       Последующие дни они неоднократно встречались и переписывались, уже понимая, что не смогут друг без друга продержаться и дня. Лу-Лу никогда не верила в любовь с первого взгляда, но теперь на себе ощутила, какие неожиданности может подбрасывать жизнь.              Сяо Чжань сразу же заметил перемены в подруге. Даже через камеру смартфона он видел, как Лу-Лу сияла, её глаза светились счастьем, и он понял, что в ее жизни что-то кардинально изменилось.       Они встретились вечером, сидя на знакомой лавочке возле дома.       — А-Чжань, — сказала Лу-Лу, — я встретила его. Цао Юйчэнь… он особенный. Я чувствую, что это настоящее.       Сяо Чжань улыбнулся, он был очень рад за подругу.        — Я рад за тебя. Ты заслуживаешь счастья. И… думаю, нам пора прекратить наш фарс.       Лу-Лу кивнула.        — Да. Мы сделали всё правильно в Пекине, но теперь у каждого из нас своя жизнь. Я хочу быть честной с твоими родителями.       — И я тоже, — ответил парень. — Спасибо, что была рядом. Ты мой лучший друг, и это важнее любых ролей. Но ты обязательно должна меня познакомить со своим Юйчэнем, вдруг он мне не понравится.       — А-Чжань! — Лу-Лу стукнула его в плечо кулаком, а он только звонко рассмеялся.       — Да ладно, шучу! Я уже заранее его принял в друзья, потому что ты так светишься при воспоминании о нем!              Знакомство Сяо Чжаня с Цао Юйчэнем произошло через несколько дней после разговора с Лу-Лу. Она пригласила друга встретиться со своим уже парнем в небольшое кафе. Сяо Чжань пришёл с лёгкой тревогой: он хотел убедиться, что этот парень действительно достоин его подруги.       Когда Цао Юйчэнь вошёл, всё стало ясно. Его улыбка была открытой, взгляд — уверенным, но мягким. Он сразу протянул руку Сяо Чжаню:       — Рад наконец познакомиться. Лу-Лу много о тебе рассказывала.       Сяо Чжань пожал руку и почувствовал, что в этом жесте нет ни фальши, ни показной силы — только искренность. За столом разговор пошёл легко: Цао Юйчэнь умел слушать, шутил ненавязчиво, и каждый раз, когда смотрел на Лу-Лу, его глаза светились теплом.       Лу-Лу рядом с ним превращалась в застенчивую девочку. Она смеялась, её движения были свободными, и Сяо Чжань впервые за долгое время видел её понастоящему счастливой.       В какойто момент он поймал себя на мысли: «Да, они созданы друг для друга». И это принесло ему облегчение. Он понял, что подруга в надежных руках. Лу-Лу нашла своё счастье, а он сохранил самое ценное — дружбу.       — Цао Юйчэнь, — сказал Сяо Чжань в конце встречи, — я рад, что Лу-Лу встретила тебя. Береги её.       Цао Юйчэнь кивнул серьёзно:       — Обещаю.              На следующий день Сяо Чжань собрался с силами и поговорил с мамой.       — Мам, — сказал он спокойно, — я и Лу-Лу решили расстаться. Мы поняли, что лучше остаться друзьями.       Он ожидал, что мама будет настаивать на том, чтобы попробовать сохранить отношения, но только обрадовался, что она смирилась.       Госпожа Сяо удивилась, но не стала спорить. Она видела, что сын говорит уверенно, и решила не давить. В её сердце жила надежда, что однажды он всё же найдёт свою любовь.              После разговора с сыном госпожа Сяо Мин долго думала о его словах. Она чувствовала лёгкую грусть, но и понимала: он принял решение сам.       Она набрала номер своей лучшей подруги — Ван Мэй.       — Ты знаешь, — начала она, — Чжань-Чжань и Лу-Лу расстались. Они решили остаться друзьями. Я немного переживаю, но думаю, это, наверное, к лучшему.       На другом конце провода повисла пауза, потом госпожа Ван вздохнула. — Мне жаль это слышать… Но у меня тоже есть новость, и она не радостная.       — Что случилось? — насторожилась подруга.       — Бо-Бо. После того поцелуя с Чэн Сяо всё изменилось. В Пекине об этом только и говорят. Он выглядит подавленным, словно потерял себя. Я вижу, как он мучается, но он ничего не рассказывает.       Сяо Мин замолчала, чувствуя, как сердце сжалось. Как же так, оба их мальчика переживали тяжелые периоды, а они как матери никак не могли им помочь.       — Может, им обоим нужно время, — сказала она тихо. — Но я боюсь, что они запутались сильнее, чем мы думаем.       Госпожа Ван Мэй ответила с грустью:        — Я тоже боюсь. Но я надеюсь, что они найдут свой путь.              Вечером Ибо сидел в своей комнате, уставший после репетиции. Мама вошла тихо, села рядом и посмотрела на него с заботой.       — Бо-Бо, я хочу тебе коечто сказать, — начала она. — Сегодня мне звонила Сяо Мин. Сяо Чжань с Лу-Лу расстались. Решили остаться друзьями.       Ибо поднял голову. Внутри у него мелькнула искра радости, но он тут же спрятал её за спокойным выражением лица.        — Понятно, — ответил он ровно.       Мама вздохнула.       — Лу-Лу, похоже, счастлива. По словам Сяо Мин, она встретила любовь с первого взгляда, и у них всё серьёзно. Но вот А-Чжаню сейчас, наверное, очень тяжело. Он ведь остался один, без поддержки. Ты бы позвонил ему, он все-таки твой лучший друг. И мама его очень переживает. Говорит, что он вообще в последнее время очень подавленный и задумчивый. Она чувствует, что его что-то сильно гнетет, но он ей не открывается.       Ибо замолчал. Его сердце болезненно сжалось. Он представил Сяо Чжаня — скрывающего боль за привычной улыбкой. Радость исчезла, уступив место тревоге.       — Ты права, — сказал он тихо. — Я позвоню ему.       Мама улыбнулась, думая, что сын всё ещё связан с Сяо Чжанем, хоть и их дружба претерпела значительные изменения с разлукой в почти десять лет, и не заметила перемены в его голосе.       — Главное, чтобы каждый нашёл своё счастье, — сказала она. — Ты и Чэн Сяо — прекрасная пара, Лу-Лу теперь с новым парнем. Надеюсь, и А-Чжань справится и найдет свое счастье.       Ибо кивнул, но внутри его мысли были совсем другими. Он понимал: именно Сяо Чжань сейчас страдает больше всех.              Когда мама вышла из комнаты, Ибо остался сидеть в тишине. В руках он всё ещё держал телефон, но экран давно погас.       Сначала внутри него теплилась радость: Сяо Чжань свободен, рядом больше нет Сюань Лу. Но эта радость быстро сменилась тяжёлым осознанием — свобода Сяо Чжаня означает одиночество, боль и пустоту.       «Он наверняка сейчас страдает…» — подумал Ибо. — «Я рад, что Лу-Лу нашла своё счастье, но диди… он всегда скрывает свои чувства. Никто не заметит, как ему тяжело. Никто, кроме меня.»       Ибо сжал кулаки. Ему хотелось написать Сяо Чжаню, поддержать его хотя бы словом.       Он поднялся, подошёл к окну и посмотрел на огни ночного города. «Я должен быть рядом, даже если не могу сказать правду. Я не позволю ему остаться одному.»       В груди Ибо смешались два чувства — скрытая радость и глубокое сочувствие. И именно это противоречие стало для него самым тяжёлым испытанием.       Ибо не мог дождаться утра и написал ночью:       — Я узнал о вашем расставании с Лу-Лу. Мне жаль. Как ты?       Сяо Чжань ответил почти сразу, словно ждал этого сообщения:       — Спасибо за поддержку. У меня всё нормально.       Ибо не поверил этим словам.       — Ты же знаешь, что можешь всегда положиться на меня. Пусть я и не рядом, но я за тебя переживаю. Мне очень не хватает общения с тобой. Давай больше не терять друг друга из виду.       — Ну, я не против. Но ты ведь постоянно занят. Ты у нас — айдол!       — Для тебя у меня всегда найдётся свободная минута. Прости, что раньше не понимал этого. Наше общение мне очень дорого.       — Вау! Мой лучший друг вернулся? Ну что ж, я действительно рад.       С того времени они стали переписываться каждый день. Время будто повернуло вспять: снова шутки, подколы, смешные мемы. Сяо Чжань никогда не спрашивал про Чэн Сяо, а Ибо и сам молчал.