Как происходит любовь

"Основная причина появления альф и омег – это сокращение количества женщин, способных к деторождению". "Омега - это усовершенствованный вид человека. Он сочетает в себе помимо типичных мужских функций, также и женские. В некотором роде это венец творения человечества". "Альфой становится только тот, кто способен исполнить функцию защитника". ~~~ – Я весь теку. – Что? – Подтекаю. – В каком это смысле? – Джин уставился на вошедшего в комнату Тэхена. – В самом прямом. С меня течет, – Тэхен попытался посмотреть назад, как будто мог увидеть свою задницу. – Ты хочешь сказать?... – Джин не успел закончить вопрос. – … я долбанный омега. – Омега? Тэхен практически заскулил: – Омега, чтоб его, почему я теку? Почему мне так хреново? – он рукой вытер сухие штаны, больше чувствуя, нежели по-настоящему ощущая влагу. – Но Тэхен… – Джин начал моргать, не до конца понимая эти слова и все, что происходило в комнате. Потом настороженно замер: – Что это за запах? – Какой запах? – засуетился Тэхен. – Это от меня? Джин приподнялся на стуле, упираясь ладонями в стол и слегка приблизился к Тэхену, ища источник запаха. Он вдохнул воздух, расширяя ноздри, и плотный насыщенный вкус горького абрикоса заполнил сначала нос, а затем все легкие. Джин замер. Руки на столе заскребли ногтями, а запах настолько сильно подействовал на него, что закружилась голова и Джин чуть не потерял равновесие. В горле запершило от горечи, сердце стало разгонять густую горячую кровь и дыхание рваными потоками стало поступать в глотку. Джин стукнул одной ладонью, затем другой, пытаясь удержаться, но его тело начало действовать по своему, только ему известному плану. Десны зачесались, стало так жарко, что захотелось сбросить одежду. То тут, то там начало пульсировать, дышать было тяжело, Джин ухватился за грудь, пытаясь сорвать пуговицы рубашки. Но самое ужасное, что от этого запаха он стал чувствовать болезненное возбуждение, скапливающееся внизу, тлеющее, готовое взорваться от нахождения рядом Тэхена. – Джин, все хорошо? – откуда-то издалека, как сквозь толщу воды, раздался голос Тэхена. Джин мгновенно перевел на него взгляд и физически почувствовал, как собственные зрачки сужаются и фокусируются на друге. Это помогло, но только на секунду. Он ведь стоял здесь, пахнущий так ярко, так невозможно сладко, как будто стоял перед ним голый… Джин сглотнул горькую слюну и быстро заморгал. – Я на секунду, – голос был хриплым, он кое-как выбрался из-за стола, не обращая внимания на Тэхена, запутавшись в ножках стула, на дрожащих ногах, силой сдерживая какую-то хрень в своем теле, выбежал из дома и практически побежал вниз по улице к себе домой. Он захлопнул калитку, не помня, как выдержал это, вбежал в свою комнату и свалился на кровать. Тело горело, его трясло так сильно, что зубы стучали друг о друга. Джин чувствовал, как вены наполняются не то огнем, не то лавой, было так больно и чесались зубы. Он пытался охладить влажный лоб, зарываясь в подушки, но было невыносимо жарко. Джин мог бы стащить свои вещи, но телу было не до этого. Пах горел, мысли были только о запахах, о близости теплого тела Тэхена, Джин терся о кровать, жестко двигая бедрами, но этого было мало. Хотелось еще. Хотелось войти туда, где было влажно, где его ждали. Как будто его ждали годами, и два изголодавшихся тела должны были слиться в едином движении. Джин закричал в подушку, потому что хотелось вернуться к Тэхену, ведь он один, течет и так охрененно пахнет, что хочется сжать его со всей силы и так сильно вогнать в него свой член, так сильно и как можно быстрее, чаще, усерднее, чтобы утолить свою и его жажду, выбить из него крики, может даже мольбы и скулеж, Джин на все согласен, только бы его ушей коснулся божественный крик. Джин кричал, он так сильно двигался на кровати, сжимая одеяло руками, до боли в костяшках, член болел от нерастраченного удовольствия, Джину было плохо и хорошо одновременно. Он как в бреду, мокрый, без остановки удовлетворял себя, сохраняя в легких запах Тэхена, плакал от невозможности кончить, грыз подушку, дыша через раз и, наконец, спустя несколько часов утомительной горячки, кончил, намочив все вокруг, вымотав себя настолько, что незамедлительно заснул, погружаясь в сны, наполненные криками Тэхена, с поднимающимся жаром и бессилием в теле.