Partners?

Гарри спросил, Нарцисса подумала на мгновение. — Ритуал, он связал нашу магию, все как сказала Беллатриса. Мы все думали о тебе, мы вливали свою магию в тебя, чтобы спасти твою жизнь. Подождите, пока Молли Уизли услышит об этом… она будет хуже Волан-де-Морта… Гарри посмотрел на письма перед собой. — Я не могу пойти в «Гринготтс» сегодня, я обещал профессору Дамблдору, что буду отдыхать. Зная его, он, вероятно, наложил какие-нибудь чары, которые дадут ему знать, если я покину дом. — Это очень вероятно, — сказала Нарцисса. — Мы пойдем в «Гринготтс» завтра и разберемся с этим тогда. А пока иди наверх и отдыхай. Я возвращаюсь в поместье Малфоев, чтобы принести еще книг. Теперь это наша собственность, Люциус поставил все, что у него было, против твоего состояния, Гарри. С поглощением Дома Малфой ты, несомненно, один из самых богатых людей в магической Британии, возможно, теперь и во всем магическом мире. Нарцисса воспользовалась камином и исчезла. Тонкс посмотрела на Гарри: — Ты не против, если я пойду в дом к своим родителям? Не думаю, что им понравится услышать, что их единственная дочь вышла замуж вчера, но я бы предпочла, чтобы они узнали это от меня, а не когда в «Пророке» появится заметка. Гарри кивнул. — Будь осторожна, — сказала Беллатриса. — Сомневаюсь, что моей младшей сестре понравится узнать, что ты вышла замуж за Гарри, но я знаю, что она возненавидит тот факт, что ты делишь его со своими тетями. Тонкс побледнела при этой мысли, но все же аппарировала прочь. Теперь остались только Гарри и Беллатриса. Гарри вздохнул и посмотрел на стопку бумаг: — Знаешь, я, вероятно, должен больше паниковать из-за этого. Я знал, что мы окажемся вместе… но я никогда не думал, что буду женат на трех ведьмах сразу. Беллатриса взяла его руку и мягко сжала: — Мы должны были спасти тебя. Ты вернул мне мой рассудок, ты рискнул своей магией, чтобы спасти сына Цисси… Как мы могли позволить тебе умереть после этого? — Она наклонилась и мягко поцеловала его в щеку. — Я провела двадцать лет, запертая в своем сознании. Ты освободил меня… Я… я люблю тебя, Гарри, — сказала она тихо. Гарри повернулся и встал, целуя ее в губы: — Я… я тоже люблю тебя, Беллатриса… Когда я спал после ритуала, мне снились сны… Я видел тебя склонившейся надо мной. Волан-де-Морт был мертв, думаю, я был мертв… но все, о чем я мог думать, это что я не могу так умереть. Я не мог оставить тебя одну. Пара обнялась, застыв на мгновение. Беллатриса вздохнула ему в ухо: — У меня кое-что есть. Я хочу отдать это Дамблдору. Это список, все имена Пожирателей Смерти, которых я знаю, все безопасные дома и возможные местонахождения крестражей. Я хочу обменять это на свою безопасность. Гарри на мгновение замолчал, он прижался поцелуем к ее виску, вдыхая аромат жасмина. — Я знаю, что он нуждается во мне, чтобы победить Волан-де-Морта. Если он откажется помочь обеспечить твою безопасность и уберечь от лап Министерства, тогда… Мы будем сражаться с Волан-де-Мортом сами. Альбус Дамблдор, теперь уже вернувшись в свой кабинет в Хогвартсе, на самом деле проверял свои чары на площади Гриммо. У него было подозрение, что Гарри попытается установить на чары ограничения, чтобы только члены его Дома могли туда аппарировать. Похоже, мне придется действовать быстро. Гарри — умный юный волшебник, но он не готов защищать дом самостоятельно. Дуэль с Люциусом была случайностью. Я считаю, что нам нужен беспристрастный опекун на площади Гриммо. Тот, кому у Гарри не будет причин не доверять. Дамблдор улыбнулся, когда идеальный человек появился в его голове. Он взял свое перо и принялся писать.

Мисс Делакур, Вы обязаны служить опекуном Гарри Поттера. Я беспокоюсь, что Нимфадора Тонкс слишком сблизилась с мальчиком. У нее добрые намерения, но излишняя снисходительность опасна в эти темные времена. Высшее Благо требует, чтобы Вы покинули «Гринготтс» на данный момент и прибыли на площадь Гриммо. Искренне Ваш, Альбус Дамблдор.

Дамблдор отправил письмо в совятню движением своей палочки. Флер была важным приобретением для Ордена. Во время Турнира Трех Волшебников они с Гарри стали очень хорошими друзьями. Он рисковал своей жизнью, чтобы спасти и Флер, и ее сестру Габриэль. Однако он заметил, что у Флер появились чувства к мальчику, а он не мог этого допустить. К счастью, он был не просто директором Хогвартса. Он был Альбусом Дамблдором, лидером света. Несколько слов привели ее к Биллу Уизли, а несколько зелий обеспечили, чтобы мисс Делакур была на пути к тому, чтобы стать миссис Уизли. Тем временем новоиспеченная Нимфадора Поттер-Блэк прибыла в дом своих родителей. Тед Тонкс был на работе, а Андромеда убирала посуду, которую вымыла. — Мам, пап, вы дома? — услышала она, как зовет дочь. — На кухне, любовь моя, заходи, я тебе что-нибудь сделаю, — позвала в ответ Андромеда. Тонкс вошла на кухню и обняла мать. — Ну, Нимфадора, расскажи мне о своем новом задании по охране Гарри Поттера. — Не называй меня Нимфадорой, мам… вообще-то, возможно, мне придется изменить то, как я прошу людей себя называть. Сядь, у меня есть несколько новостей… видишь ли, все началось, когда я застала Гарри и женщину по имени Жозефина целующимися… Андромеда Тонкс считала себя довольно рассудительной женщиной. Она молча слушала, как ее дочь объясняла историю о том, как она стала сначала опекуном, а затем и женой Гарри Поттера. Эту часть было сложно принять, как и узнать, что ее сестра Беллатриса живет на площади Гриммо и находилась под принуждающими чарами, наложенными ее матерью и тетей. Каким-то образом узнать, что Гарри Поттер был связан магией брака с ее дочерью и обеими ее сестрами одновременно, было достаточно, чтобы женщина упала в обморок. Нарцисса, теперь в поместье Малфоев, была занята. Она уменьшила все книги, которые считала важными, и положила их в небольшую сумку. Чары нужно будет перенастроить, когда у нас будет время. Теперь это дом Поттера-Блэка, а не Малфоя. Гарри нужно будет решить, что он хочет с ним делать… возможно, я смогу убедить его оставить его для Драко, когда он достигнет совершеннолетия… Драко, казалось, не возвращался после дуэли. Она проверила его комнату, но ничего не нашла. Он, скорее всего, пошел к своему крестному. Надеюсь, Северус сможет направить его, сделать его лучше, чем Люциус… Нарцисса прикусила нижнюю губу, думая о своем сыне. Она любила Драко, просто знала, что в этот момент ее сын был клоном своего отца. Когда Драко узнает, что Гарри Поттер — его отчим, он может сойти с ума. Мне придется найти правильный способ сообщить ему об этом… Драко Малфой был не в доме Северуса Снейпа. Вместо этого он был в «Гринготтсе» и кричал на совершенно не впечатленного гоблина, что он является законным наследником поместья Малфоев. — М-р Малфой, — сказал гоблин, убедившись, что использует «м-р», а не «Лорд» или «Наследник», — Ваш отец лишился всех прав на свою собственность и деньги после того, как проиграл дуэль Лорду Поттеру-Блэку. Вы не имеете права ни на что, кроме содержимого вашего трастового хранилища, в которое, напоминаю, вы не можете войти без ключа. Он у вас есть? — Мой ключ остался в поместье Малфоев, в доме, куда я не могу войти, — выплюнул Драко. Гоблин ухмыльнулся: — Ну, полагаю, единственное, что вы можете сделать, это пойти к Лорду Поттеру-Блэку и попросить разрешения забрать ваш ключ. Это не должно быть слишком сложно, я уверен, ваша мать сможет его убедить. Драко выскочил из «Гринготтса»: Поттер забрал мой дом. Моя мать отреклась от нашей фамилии. Он должен ее контролировать. Это единственное, что имеет смысл. Я найду способ достучаться до матери… А потом я убью Гарри Поттера…