Воды времени

      Коридоры аврората – длинные и холодные, вытянутые жилы огромного организма. Интерьер не располагал к теплу: серые стены, тяжелые дубовые двери с бронзовыми ручками, отполированный каменный пол, едва отдававший заметным холодом, даже через подошвы ботинок. Лампы под потолком то и дело потрескивали, отбрасывая резкие тени. Эхо шагов здесь всегда звучало немного громче, чем должно – будто само здание прислушивается к каждому, кто проходит внутри. Все это лишь подчеркивало строгость и выверенный порядок места.       Но за этой строгой холодностью — объявлениями о розыске и списками пропавших – скрывалась и другая сторона. Стены нередко становились свидетелями смеха, разговоров и веселья сотрудников. Любой новичок спустя пару недель, обвыкшись, не обращал внимание на мрачность штаба.       И сегодняшнее утро не было исключением – вышедшая статья в «Пророке» стала очередным поводом для обсуждений и приподнятого настроения. Аврор Поттер знал, что все это станет очередным способом для коллег пошутить. В прошлый раз, когда вышел выпуск о его расставании с Джинни Уизли, целую неделю он находил в кабинете коробки с бумажными салфетками. Что преподнесут в этот раз матерые шутники – оставалось лишь гадать.       Он, в очередной раз задумавшись о статье и ее последствиях, не заметил, как Малфой задержался с Амелией – секретарем в отделе, знавшей обо всех и, казалось, даже о тех, кого еще не наняли. Она улыбнулась ему своей фирменной улыбкой – лёгкой, почти невинной, – но в глазах уже блеснул интерес. За кокетством у нее всегда прятался точный расчёт: эта девушка могла узнать о человеке больше за две минуты разговора, чем допросчик за час. Несмотря на репутацию сплетницы, к её работе не было ни одного нарекания. Амелия Беннет выполняла поручения безупречно. За красивой внешностью и мягким голосом скрывался холодный профессионализм.        Гарри собирался бросить язвительное замечание в сторону напарника, но был прерван. Дверь кабинета Робардса распахнулась так резко, будто её вышибло порывом магии. Дерево ударилось о стену с глухим звуком, от которого кто-то в коридоре едва заметно вздрогнул.       За время, когда Гавейн Робардс срывал на ней раздражение, на стене, рядом с дверным проемом успела появиться ямка в стене, от которой маленькими лучами шли трещины. Малфой скользнул взглядом по знакомой вмятине – вроде бы стала глубже. Значит, утро начальника и правда не задалось.       Он появился в проёме, грозно оглядев окружение, рявкнул:       – Поттер! Малфой! Ко мне. Немедленно.       Он выглядел изможденным, сильнее, чем обычно. Накрахмаленный ворот рубашки, выглядывающий из-под мантии, был не до конца застегнут, что для педантичного Робардса уже само по себе было тревожным звоночком.       Драко бросил быстрый взгляд на напарника, мгновенно понимая, что это не рутинный вызов. И быстро попрощавшись с девушкой, стремглав бросился в кабинет начальника.       Зайдя в помещение и закрыв дверь за собой, молодые люди обнаружили главу аврората, опершись руками о стол, заваленный документами. На одном из пергаментов виднелся герб Отдела регулирования магических популяций и контроля над ними, на другом – черная печать Отдела Тайн.       – Садитесь.       Они сели, в то время как Робардс медленно выдохнул. Его тон не был раздраженным – тяжелым, что означало какие-то проблемы. Он без разогрева и переходя сразу к сути, начал:       – Вы оба слышали про дело, в котором участвовал отдел по защите магических существ. Странные массовые смерти животных со следами неизвестного магического воздействия.       Малфой слегка кивнул.       Руководитель провел рукой по лицу, будто пытаясь взбодриться. Поттер же в своей голове перебирал слухи, связанные с этим происшествием: нечто выкашивало лесных обитателей в южных районах. Тела и останки без признаков насилия или стороннего вмешательства. Без четкой причины гибели.       – Проблема была в том, – продолжил Гавейн, – Что определить произошедшее так и не удалось. Макмиллан долгое время списывал все это на браконьеров или хищников. Расследование шло медленно. Месяц назад пришлось втянуть Отдел Тайн.       Авроры нахмурились, слушая сводку дела. Избранный перебирал в уме слухи: погибшие диринары и единороги, леса, словно вымершие за ночь, отчёты без одной чёткой причины смерти.       Отвлекло его от размышлений шевеление впереди, начальник в ворохе папок, взял верхнюю и, развернув ее, строго произнёс, обращая их внимание на страницу:       – Сейчас, спустя время застоя, мы имеем теперь это, – он строго произнес, ткнув пальцем в раскрытую страницу. На ней было написано имя.       Альберт Хейвард. 78 лет.       Житель Корнуолла.       – Его тело обнаружили сегодня. Пляж Педн Ваундер.        Гарри замер. Малфой, напротив, наклонился ближе, его взгляд в мгновение стал резче. Притянув к себе папку, бегло стал просматривать исписанные страницы, изучая все, что известно. Поттер перевел взгляд с папки на Робардса, посмотрел в упор, серьезно спрашивая:       – А от нас что требуется? Как вы сказали, дело ведет Эрни. Не думаю, что он будет счастлив, если мы присоединимся к его расследованию.       – С этого момента дело официально передано вам. Это дело вы берете на себя.       Драко оторвался от папки и передав ее Поттеру, тихо поинтересовался:       – Почему именно нам?       – Потому что вы умеете работать с нестандартными случаями, – нахмурился Робардс. – Это первое человеческое тело. То, чего мы боялись.       Он прошелся по кабинету, глядя куда-то мимо них. Голос слишком холодный и спокойный. Заметив, непонимание у своих подчиненных, мужчина, хмыкнув, продолжил излагать детали по делу:       – Следы в округе такие же, как и при гибели существ. Система не могла не заметить. Люди наверху тоже, – он остановился и посмотрел пронизывающе, прямо в глаза Гарри. – Теперь это не просто странности в лесах. Это похоже на ритуальное убийство мага. Возможно, первое из многих. А вы двое – единственные, кто сможет удержать дело в руках, если оно окажется связанным с оставшимися пожирателями, – тише добавил он.       Малфой, славившийся своей выдержкой, сжал кулаки. В мгновение от веселого настроения не осталось и следа. В кабинете будто стало на пару градусов прохладнее. Все знали: упоминание пожирателей превращало его в другого человека: слишком серьезного, колючего, не щадящего никого.       Гарри поднялся первым, беря бумаги с собой. Положив руку на плечо мужчины, не терпевшего небрежности, он мотнул головой в сторону выхода.       – Больше деталей узнаете на месте, оперативная группа уже работает.       И впервые за утро он почувствовал, как в воздухе что-то назревает, сжимается. От чего невозможно укрыться за газетами, кофе или бытовой рутиной.       ***       Одноразовый портключ выбросил их на влажный песок с тихим хлопком. Тот тут же прилип к мантиям, и Гарри машинально стряхнул его – рефлекс, выработанный за годы выездов на места преступлений. Ветер здесь был резким и приносил запах чего-то горячего и выжженного магией. Воздух был влажный и тянул солью. Бухта Педн Ваундер была практически пуста, за исключением прибывших сотрудников министерства на место происшествия.       Первым к ним подошел седовласый волшебник в возрасте, не очень высокого роста, с маленькими глазами, прячущимися за дорогой оправой очков.       – Мистер Поттер, Мистер Малфой, верно? – спросил тот и снял очки, протирая их краешком плаща. – Я – Норман Вильсон, отдел регулирования магических популяций. Хорошо, что вы так быстро прибыли.       Он повел их вдоль линии прибоя. Волны едва касались песка, но следы были все еще различимы.        – Никогда не был на месте убийства. К слову, и не хотелось начинать, но… – Норман, держа палочку в правой руке, указал на место, где некоторое время назад лежало тело. – Вот.       На песке были видны неровные кольцевые вмятины, которые выглядели так, будто по поверхности прошёлся невидимый хищник. Песок не просто просел, а почти был вдавлен, оставляя неровные полудуги – следы. Чёткие даже под налетающим ветром, похожие на слабые вихри.       Драко, до этого разглядывавший море, оторвался от созерцания морской глади, перевел взгляд на присевшего следователя и следы. Он уже видел такое – на старых фотографиях по делу животных.       – Эти вихри… – сказал Гарри. – Они один в один как в Лестершире, где умерли единороги.       – Да, все верно, – подтвердил Вильсон. – Наши специалисты проверили. Два раза. Спектр тот же, но структура – копия. А теперь, еще и труп мага…       Он умолк, глядя вниз. Несмотря на то, что тело уже забрали, работа продолжалась. Магические криминалисты продолжали колдовать, усердно что-то записывая и о чем-то перешептываясь.       – А где он был найден?       Сотрудник отдела недовольно взглянул на Малфоя. И указал чуть выше, к насыпи песка, где еще не до конца стерся контур тела. Авроры подошли ближе. Отпечаток был мягким, но все еще читаемым: погибший лежал на боку, почти в позе спящего. Но по отпечатку головы было видно: она была запрокинута чуть назад. Он не просто упал. Он пытался вдохнуть. И не смог. Пальцы руки, судя по следу, были сжаты в кулак.       Поттер, взглянув на коронера, спросил:       – Когда вы прибыли и обнаружили тело, на что это было похоже? Инфаркт?       Коронер, что-то дописывая в своем блокноте, кивнул и ответил:       – Внешне – да. Он умер быстро, но… Но не мгновенно. Судя по выражению его лица и позе, была боль. Сильная.       Драко глянул на песок, поверх плеча напарника.       – И никого вокруг. Ни следов борьбы, ни даже намёка на другое присутствие.       – Их либо подчистили за собой, либо смыли волны, – ответил второй, цепляясь за каждый оставшийся отпечаток взглядом. Он пытался тщательно запомнить или найти то, что не заметили остальные. – Свидетелей не было?       – Нет, – ответил коронер. – Он пришел сюда один. Местные говорят, что он любил прогуляться. Обходил бухту по кромке воды.       Гарри, подняв голову, наблюдая, как серые облака стремительно проплывают по темному утреннему небу, анализировал полученную информацию. Если это было убийство, то оно было тихим. Оторвавшись от пасмурного небосвода, провел рукой над песком, ощутив лёгкое покалывание в пальцах. Словно воздух помнил, что здесь произошло.       – Искажения слабые, – пробормотал он. – Будто кто-то сделал что-то не здесь, а совсем рядом. Или через что-то.       Малфой, внимательно выслушав, сжал губы. И сказал тихо, чтобы услышал его только находящийся рядом аврор:       – Ритуал. Или его начало.       – Тело уже в Мунго? – поинтересовался Гарри.       – Да, – ответили ему. – Вскрытие произведут в течение часа. Робардс сказал, чтобы протокол первичного отчета пойдет сразу к вам.       Он молча кивнул и сделал шаг в сторону, смахивая песок с одежды. Драко Малфой уточнял еще какие-то детали у мистера Вильсона, как вдруг где-то поблизости его отвлек глухой хлопок появления, звук которого он узнал сразу. Обернувшись, он заметил возле границы охранного контура, появившуюся Гермиону.       Ошибиться было невозможно. Он узнал её по тому, как ветер подхватил знакомую копну каштановых волос. Она была одета в черное пальто, под которым виднелся бежевый свитер. Уверенная, собранная, а в карих глазах мелькала знакомая глубина мысли. Он не был удивлен ее появлению. Ведь в этом деле сошлось все: ее прошлое место работы и забота о магических существах, обделенных защитой и правами, и ее новой стезей, исследованием неизвестного и странного.       Гермиона Грейнджер – волшебница, от которой ждали реформ – внезапно уволилась спустя полтора года работы. Это было на неё не похоже. Тогда она исчезла из виду. А попытки связаться с ней и увидеться, заканчивались провалом.       Но спустя пару месяцев затишья, он снова заметил свою подругу в министерстве. Однажды вечером, поймав ее после рабочего дня, Поттер затащил ее к себе домой и за теплым ужином смог выведать у нее ответы. Ей поступило роскошное предложение от Отдела Тайн, от которого просто невозможно отказаться. Особо много деталей она тогда ему не раскрыла, лишь суть: работа там – шанс вернуть родителям память.       Поттер почувствовал, как в груди неприятно кольнуло – давно ли они так спокойно сидели вместе?       Подойдя, Грейнджер сдержано и вежливо всех поприветствовала. Малфой повернулся, задерживая пронзительный профессиональный взгляд, в котором слегка отражалось небо и, хмыкнув, продолжил разговор с Норманом.       – Гермиона? – сказал Гарри, больше удивленно, чем приветственно. – Отдел тайн теперь официально задействован?       – Мы некоторое время наблюдаем за этими случаями. Но раньше это были просто консультации о возможной природе происхождения следов, – она говорила ровно, почти без эмоций. Как человек, который слишком давно работает с неизвестностью и научился не показывать, что чувствует. – Формально, это все еще не наше расследование.       Наследник древнего рода, отпуская сотрудника отдела регулирования популяций, дождался, пока тот выйдет за огороженный периметр, повернулся, сосредотачивая свое внимание на присоединившейся особе.       Они не виделись уже несколько месяцев. В последний раз это было, когда дуэт Уизли-Забини в очередной раз решившие собрать всех своих друзей вместе, устроили новоселье в своем новом доме. На удивление, перемирие, объявленное когда-то между бывшими сокурсниками, не только укрепилось, но и дало зачатки совершенно неожиданной дружбы. Так, Теодор Нотт к концу вечера спорил с ней о способах интеграции маггловских устройств в мире волшебников. А сам он смог снять лишнее напряжение в своих взаимоотношениях с Поттером, как напарников.       Девушка, которую он всю свою школьную жизнь унижал за происхождение и воронье гнездо на голове, сейчас выглядела иначе, чем он запомнил ее в их последнюю встречу. Она стояла ровно, с выпрямленной спиной, словно струна. Пропал блеск в глазах, волосы все еще были такими, как он помнил, но выглядели более аккуратно и собраны в высокий хвост. Стиль в одежде также претерпели значительные изменения, появились утонченность и изящество.       Обойдя вокруг место преступления и пару раз взмахнув палочкой, она достала потрепанный ежедневник и сделала какие-то пометки.       – Искажение остаточной магии не локальное. Такое ощущение, что воздействие на него проходило не непосредственно на месте, а… – Гермиона замялась, подбирая слова. – Будто был перенос энергии через промежуточный фокус.       Он присвистнул и немного обдумав, что она имела в виду, решил уточнить:       – То есть, ты хочешь сказать, Грейнджер, что они подключились к нему?       Сотрудница пожала плечами и опустив взгляд, лишь вымолвила:       – Это лишь один из вариантов.       Гарри стоял и наблюдал за ней. Он давно заметил некие в ней изменения, но сейчас они просто бросались в глаза: как всегда профессиональна, но более отстраненна. Чуть меньше открытости. Чуть больше расстояния. Он уловил в её взгляде знакомое тепло – только спрятанное глубже, чем раньше. Это было непривычным. Хотелось сказать ей что-то теплое, чтобы расслабить ее. Спросить, как она вообще. Но вместо этого, из него вырвалось:       – Ты давно следишь за этим делом?       – С моментов первых сообщений, – коротко ответила она, посмотрев прямо на него. – Просто… Издалека.       Он кивнул, но от ее ответа стало еще больше не по себе. Слизеринец, словив затянувшееся молчание, посмотрев на пару друзей, которые вели себя в несвойственной им манере, разорвал тишину:       – Грейнджер, значит, ты здесь формально как наблюдатель?       – Формально – да.       – А неформально? – усмехнувшись, спросил он.       – А неформально, я хотела убедиться, Малфой. Убедиться, что вы видите тоже самое, что и мы, – взяв паузу, она поплотнее запахнула пальто от шквалистого ветра. – Что это не ошибка в отчетах и не просто совпадение.       – Совпадения закончились, Гермиона, – наконец вымолвил Поттер.       Она отошла от парней и повернулась к морю, наблюдая за одиночными чайками, что, сопротивляясь непогоде, пытались раздобыть пропитание. Ее профиль был четким, сконцентрированный. Сегодняшнее состояние погоды, как никогда походило на то, что творилось у нее внутри. Ветер бил ей в лицо, поднимая пряди волос, и от этого она казалась одинокой. Малфой, уловив ее едва заметную дрожь, незаметно произнёс согревающее заклинание – и не стал ждать благодарности.       Почувствовав резкое тепло, она обернулась и заметила, как он, отвечая что-то ее другу, убирает волшебную палочку. Удивленно посмотрев на него, Гермиона всё равно прошептала «Спасибо». Едва слышно, будто боялась, что произнесённое вслух сделает её слабее. Она смотрела на бухту и ясно ощущала – что-то неизбежное уже движется к ним.