С днем рождения, Жан Моро!

Жан никогда не любил свой день рождения. В его голове о нем были только плохие воспоминания, поэтому девятое ноября для него было самым обычным днем. Когда он был в команде «Воронов», то даже не вспоминал про торжество. Настолько дни были загруженными, а тренировки убийственными, что к вечеру не оставалось сил ни на что. Мозг просто отключался. Сегодня парень проснулся раньше, несмотря на выходной. Он хотел немного потренироваться на стадионе, пока там никого не было. Часы показывали пять, Моро встал с кровати и направился в ванную, чтобы принять душ. Он был уверен, что ребята еще спали. Они вообще были не приучены к ранним подъемам. Если Кэйт еще могла проснуться пораньше, чтобы приготовить завтрак, то Лайла и Джереми нет. Поэтому, когда Жан вышел из ванной спустя пятнадцать минут и в доме по прежнему стояла тишина, он не удивился. До Солнечного корта Моро добрался быстро. Он устроил себе утреннюю пробежку, чтобы разогреться перед тренировкой. Оказавшись на стадионе, Жан первым делом зашел в раздевалку и оставил в шкафчике свои вещи. Он сразу обратил внимание на красную ветровку, которая принадлежала Джереми. Но что она здесь делала? Парень постарался не придавать этому большое значение и направился к выходу, который вел на поле. И стоило ему только открыть дверь, как с двух сторон раздалось два громких хлопка и посыпались разноцветные конфети, а перед ним оказались все ребята из команды и тренеры. Лайла держала в руках большой двухъярусный торт белого цвета, который был украшен ягодами и разной кондитерской посыпкой. На верхнем ярусе в центре стояло две свечки – цифра девятнадцать. По левую руку рядом с Лайлой стояла Каталина, она держала плакат с надписью «С днем рождения, Жан Моро!». По правую стоял Джереми с двумя подарочными коробками. На лице каждого здесь находящегося была широкая, искренняя улыбка. — С днем рождения, Жан Моро!!! — закричали все одновременно, как только Ксавье и Коди бахнули хлопушками. Жан вздрогнул, а потом застыл как вкопанный. Он не мог поверить в происходящее. Это все было каким-то сном, и Моро не мог определиться, насколько этот сон был хорошим. Лайла первая подошла к нему ближе, когда поняла, что парень слишком растерялся. — Поздравляю тебя, Жан. Мы очень рады, что в этом году ты стал частью нашей команды, — произнесла она и шепотом добавила: — Лично от себя добавлю, что я и Кэйт тебя очень любим. Моро смотрел на неё, не отрывая глаз, и окончательно потерялся. — А Джереми? — вырвалось у него, и Дермотт слегка удивилась, а потом улыбнулась. — Думаю, тоже, — немного задумчиво ответила она, а Жан был готов провалиться сквозь землю. Он перевел взгляд на Нокса, стоявшего за её спиной, и снова был сражен его улыбкой. — Жан, ты должен задуть свечи! — крикнули Коди, и Моро быстро оторвался от капитана. Он снова посмотрел на торт, который все еще держала Лайла, и на свечи. Набрав воздуха в легкие, парень быстро задул их, и опять раздались радостные крики. После церемонии поздравления все начали вручать Жану подарки, и он просто не знал куда себя деть. Такое для него делали впервые. Прямо на поле стояли переносные столы, на которых стояло много разной еды. Реманн, узнав о торжестве, даже не раздумывая, разрешил Джереми устроить небольшую вечеринку на поле. Мужчина понимал, что Моро не доверял им на все сто, поэтому неспеша старался прощупать почву и наладить с ним контакт. Это было, несомненно, важно. За столько лет работы с подростками Джеймс и остальные тренеры уже знали, что к каждому нужен особый подход. А для такого, как Жан, подход должен быть еще более особенным. Жан сидел за столом и наблюдал, как все активно общались друг с другом и смеялись. Ему было непривычно находиться в такой компании. В компании, где все были искренними и живыми. Вороны не имели права на счастье и личную жизнь. Это считалось роскошью, и Моро мог об этом только мечтать. Но сейчас он находился в этой роскоши. Он ел торт, который приготовила лично для него Кэйт, и внутри его переполняли эмоции. Все это торжество было посвящено ему. Троянцы превратили день, который Жан больше всего не любил, в самый лучший. И они пообещали делать его таким и дальше все последующие годы, что они будут вместе. — Я отойду в туалет, — негромко сказал он Лайле, и та, улыбнувшись, кивнула и продолжила вести оживленный разговор о мотоциклах с Ксавье. Как только Моро зашел в туалет, то сразу же уперся руками в раковину и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить внутренних демонов. Он поднял голову и посмотрел на свое отражение в зеркале. Ненавистная цифра три на щеке никогда не давала ему покоя. Она всегда напоминала ему о его принадлежности к «Воронам» и о том, кем он является. Но сейчас ему впервые захотелось ее убрать. Кевин был бы в ярости, потому что это было не по правилам, но он больше не мог на неё смотреть. Неожиданно дверь открылась и к нему зашел Джереми. — Оу, привет, — произнес он и улыбнулся, закрывая за собой дверь. Жан молчал, смотря на него через зеркало. — Что ты здесь делаешь? — спросил Нокс, подойдя к нему ближе. — Ничего, — ответил Моро и повернул кран, включив прохладную воду. Он набрал её в ладони, а затем умыл лицо. И так несколько раз, чтобы прийти в себя. — Эй, ты в порядке? — продолжил «пытать» его капитан и положил свою ладонь ему на плечо. Парень выключил воду и обернулся. Теперь они стояли лицом друг другу. — Да, я в порядке, — кивнул он, но Джереми чувствовал, что это была ложь. Он вздохнул и сказал: — Пойдем, у меня есть для тебя подарок, — и направился на выход. Моро нахмурился, но последовал за ним. Они зашли в раздевалку, в которой никого не было, и прошли к шкафчику Нокса. Джереми ввел код и открыл его. Жан стоял рядом и ждал. Парень достал небольшой пакет, на котором было написано название одного французского бренда. Младший знал его, этот бренд занимался изготовлением ювелирной продукции, и она была у них очень дорогой. У него было золотое кольцо, но он его практически не носил из-за вечных тренировок и игр, чтобы оно не деформировалось. Джереми протянул ему этот пакет, и Жан его принял. Он заглянул в него и увидел бархатную квадратную коробку темно-синего цвета. Сердце внезапно забилось быстрее. Нокс смотрел, как он медленно вытаскивал теперь свой подарок, и думал над его реакцией. А какой она может вообще быть? Жан открыл коробку и замер. Сейчас в руках он держал золотую цепочку с подвеской луной, полностью усыпанной бриллиантами. Это было что-то неописуемое. Моро не мог сказать ни слова. Он напрочь потерял дар речи. — Ну как тебе? — спустя некоторое время прервал тишину Джереми. Он смотрел на его лицо, пытаясь увидеть на нем хоть какую-то реакцию. Нокс очень переживал, что ему не понравилось. — У меня есть точно такая же, только с солнцем. Они из одной коллекции. Когда я выбирал тебе подарок, то наткнулся на них и купил сразу две. Я знаю, что ты постоянно носишь крест Рене, и я не заставляю тебя его снимать. Но, надеюсь, когда-нибудь ты наденешь и эту цепочку. Либо можем укоротить её и сделать браслет…? — парень говорил очень быстро из-за сильного волнения и явно не собирался заканчивать свои оправдания. А Жан к этому моменту, наконец, отошел от шока. — Надень её на меня, — сказал он, и Джереми резко замолчал. — Что? — не поверив своим ушам, спросил Нокс. — Надень эту цепочку на меня, — повторил Жан и протянул ему коробку. Старший взял её и вытащил украшение. Моро повернулся к нему спиной, и парень аккуратно стал надевать цепочку на её законного владельца. — Готово, — произнес он, застегнув замочек дрожащими пальцами. — Она очень красивая. Спасибо, Джереми, — сказал Жан, повернувшись к нему лицом и посмотрев прямо в глаза. — Ты этого заслуживаешь, — ответил Нокс, святясь от счастья. Он до сих пор расплывался в лужу от того, как парень произносил его имя. И хорошая реакция на подарок его еще больше порадовала. Жан сдержанно кивнул. — Думаю, нам стоит вернуться, а то нас потеряют. Когда они вернулись на поле, за столом наступила тишина. Все пытались убедиться, что с Жаном все в порядке. И в этот момент Моро подумал, что это идеальное время для короткой речи. Джереми сел на свое место, а парень встал во главе стола и старался выдержать эти прожигающие взгляды на себе. — Я бы хотел поблагодарить вас всех за этот праздник, который вы для меня устроили. Для меня такое делают впервые, и я не знаю, как правильно стоит реагировать. Но у меня все это вызвало только хорошие чувства, — каждое свое слово Жан проговорил искренне, и Лайла с Кэйт не смогли сдержать слез. Джереми смотрел на него с гордостью, а тренеры и остальные сокомандники выслушали его с улыбками и глубоким пониманием. Им было приятно слышать такие важные слова лично от парня. Они видели, как Моро менялся. Новые чувства и эмоции, которые он испытывал каждый день, рушили бетонные стены его сознания и души, исцеляя. Жан сел на стул под аплодисменты и кучу хороших слов, сказанных в его адрес. Он посмотрел на Джереми и получил удобрительный кивок. А потом на него накинулись Кэйт и Лайла с объятиями, и парень просто не мог им отказать. Эти девушки сделали для него очень много, и он им будет благодарен до самой смерти. Жан Моро наконец-то обрел дом и настоящую семью.