Сказания о Богах

      Это был тёмный день для Империи. За один день более миллиона Богов закончили жизнь самоубийством, сотни храмов по разным планетам разграблены и уничтожены, а все, кто там находился, были зверски убиты. Началась гражданская война между Роялистами – те, кто поддерживал идеи церкви и Имперского двора – и Гуманистами – теми, кто хотел уничтожить церковь и сделать общество Богов светским. Все заповедники Генезиса были уничтожены, а их обитатели либо скрылись в лесах, либо подверглись геноциду.       Император Луцилий погрузился в траур и глубочайшую депрессию на фоне перегрузки процессора. Всё время, пока шла война, он ни разу не выходил из комнаты – понимал, что он не сможет здраво мыслить и вести боевые действия, поэтому он образовал «Совет по делам Чрезвычайных ситуаций, Контрреволюции и Контртерроризму», который взял управляющую роль в государстве.       Его Главой стал Губернатор Протор, он в своё время управлял сектором Земли. Спустя целых семь лет войны, которые ослабили армию императора, выяснилось, что он был агентом оппозиции, сдал все системы и подписал капитуляцию. Роялисты не смогли ничего с этим поделать.       После этого Империя Земли перестала быть священной, на век, церковь Матери признали террористической организацией, а всех, кто её поддерживал – террористами, и запретили на своей территории. Фабий, выросший в обществе губернатора и ни разу за семь лет не увидевший отца, не знает, что Протор – двуличная мразь, и всё сдал врагам, считает его героем войны и своим лучшим другом, который убедил Фабия в том, что Матери никогда не было и в том, что его отец –умалишённый фанатик. С этого момента наша история продолжается. Дворец. Земля. 4007 год.       Дверь в покои Фабия открылись. В них вошёл Протор – его лучший друг и наставник.       - Друг мой, у меня для тебя… задание. – Сказал он намного более неуверенно, чем обычно. А обычно он просил куда-то сходить, написать рапорт или банально попросить заварить ему чай, но он ради этого не врывался в его покои без стука рано утром.       - Ты чего? Что случилось? – сказал в недоумении сонный Фабий.       Его беспокойство улетучилось. – Это очень важное задание, чтобы совет принял… некоторые очень важные резолюции против тех террористов, что свели с ума твоего отца… Ты должен… Навестить его и дать их под подпись.       - Что? – сказал Фабий в ещё большем недоумении. Обычно совет справлялся без отца, он подписал уже нужные документы для полног суверенитета совета, состав которого знал как друзей.       - Вот планшет, он запаролен, специально, чтобы эти документы никто, кроме него не прочёл. Его задача просто поставить три подписи. – Он указал на место в документе, который был полностью замазан, на котором должны были стоять подписи отца.       Всё еще не до конца понимая, зачем вдруг первый раз за семь лет им понадобился отец, он согласился и спросил про пароль. – Мы уже с ним обговорили их содержимое… ранее, твоя задача просто добыть его подпись и отдать планшет мне. – Неуверенность сверкнула в глазах Фабия, но она вмиг улетучилась, ведь он знал его с детства, он спасал Фабия из многих заварушек, даже вытащил из осаждённого дворца через тайный ход пять лет назад. – Ладно, я получу его подписи. – Всё ещё с крупицей неуверенности и сомнения в голосе произнёс принц.       - Вот и славно. А теперь иди к нему.       Фабий встал и вошёл в открытую дверь своих покоев, скрывшись из виду Протора, который двусмысленно улыбнулся ему вслед и тоже покинул покои. Пятнадцать минут спустя…       Поднимаясь на гиперлифте, он был очень взволнован. – Вспомнит ли он меня? Может он совершенно чокнулся? И о чём эти загадочные документы? – эти вопросы терзали его на протяжении всего пути. И вдруг его осенило и он решил подобрать пароль! Надо было действовать наверняка, ведь после двух ошибок планшет взорвётся.       - Какой же пароль… - он состоял из четырёх символов. – Может банально мой год создания? – подумал Фабий в личном порыве гениальности и поспешно ввёл его – 3989 – и как ни странно, ни парадоксально, он подошёл.       Фабий был очень этому рад, и решил посмотреть о чём эти документы. Сначала его лицо было полно любопытства, потом сменилось на спокойное, а после совершенно изменилось, и стало полно ярости. Он начал скрежетать зубами, и так надавил своими пальцами на планшет, что по экрану пошли трещины. И после того, как он перелистнул на последний, третий документ, он закричал, как зверь, швырнул планшет в стенку лифта, достал из кобуры бластер и нанёс по нему добрую тройку выстрелов.       Первый документ хранил в себе разрешение на создание некого экспериментального андроида W-1. Позже Фабий узнает, что этот андроид полностью повторял тело, повадки, голос и поведение земной женщины. Закон церкви запрещал создавать женщин, ведь они будут отвлекать собой и мешать отдавать всю свою любовь великой Матери.       Второй документ хранил уже настоящее «заявлении о узурпации власти». Простыми словами в нём говорилось об отстранении от престола семейства Сионов и передачу власти лично Губернатору Протору.       Последний документ скрывал разрешение на убийство самого Луцилия и его несовершеннолетнего сына Фабия.       Пока же принц моментально нажал на этаж, где обычно заседал совет. Спустя некоторое время двери гиперлифта открылись.       Фабий, держа перед собой бластер, направил его на Протора.       - Предатель! Как ты посмел, я считал тебя другом!       - И тебе добрый день, значит ты всё-таки отгадал пароль. – Сказал встающий из-за стола губернатор, в руках у него тоже был бластер.       - Живо сдавайся! А не то я позову гвардию!       Протор посмеялся. – Ты серьёзно, до сих пор думаешь что у вас, Сионов, осталась хоть какая-то власть? – После этих слов охрана в золотых костюмах достала свои винтовки и направила их на Фабия.       - Надо спасаться, надо найти отца, надо, чтобы он расформировал этот чёртов совет. – Думал про себя Фабий, когда снова нажал на кнопку в гиперлифте, которая должна была поднять его к отцу, хорошо что створки лифта быстро закрылись и плазматические заряды не успели проскользнуть внутрь.       Поднимаясь, он ни о чём не думал, он лишь хотел увидеть этого урода Протора, выпущенного в космическое пространство, во время его долгого, мучительного и немножко жаркого пути к поверхности звезды.       Двери открылись, перед Фабием открылась, пыльная, заваленная всяким хламом комната, на её краю у стола сидела знакомая мускулистая фигура.       - Чёрт возьми, как сбросить эти настройки. – шёпотом говорил Луцилий       - Папа?       Луцилий на секунду застыл, видимо пытаясь осознать кто это, это был не слуга, его голос был более склонен к тенору, а этот бас, этот бас…       - Нет, нет! Сынок!!! Тебя нет, это опять эти галлюцинации, чёртов процессор, уйди, уйди Матерью заклинаю.       - Папа это я!       - Нееет, ты не мой сын – оборачиваясь на стуле сказал Луцилий. – мой сын умер при штурме дворца пять лет тому назад, тебя нет, у меня ничего нет, я всё, всё благополучно пробаварил за свою никчёмную жизнь, убирайся, убирайся тварь!!! – сказал разъяренный Луцилий. Это уже был совершенно другой человек. После этих слов в Фабие что-то дрогнуло и потухло.       - Ты и вправду не мой отец, мой был сдержанным, добрым, учтивым и никогда, за все одиннадцать лет ни разу не кричал на меня! Твой сын и вправду умер при штурме дворца, а мой отец умер, тогда, на сцене, теперь я это понял, извините за беспокойство, мистер Никто! – сказал Фабий, залился слезами (отец сделал его при рождении способным плакать.) и ушёл обратно в кабину гиперлифта, нажав на совершенно случайный этаж. И сын Луцилия уехал, навсегда.       Луцилий, ещё минуту сидел в непонимании, а после махнув рукой сказал : «Чёртовы галлюцинации, никогда не поймёшь, чё им от тебя нужно». Он снова повернулся к своему столу, и снова начал искать способ сбросить свои настройки в какой-то видеоигре.       Спускаясь на гиперлифте, Фабий забился в угол и горько плакал. Он был в ярости, он злился на всех, на губернатора за то, что он медленно, но верно узурпировал власть за его спиной, на отца за то, что он поверил в его бредни, на себя за то, что сразу не раскрыл коварный план Протора, за то, что считал его лучшим другом. Когда он вышел из истерики, он встал из-за угла, вытер свои слезы и посмотрел, куда он едет. Ему повезло, он ехал как раз в ангар с истребителями, но там будет много гвардии и… куда ему лететь? Подумав, он решил что полетит к своему товарищу из детства, сыну, а нынче и губернатору Новой Земли. Эта райская планета была оплотом богачей и агропромышленников– заядлых Роялистов, которые точно не потерпят самопровозглашённого диктатора. Двери лифта открылись, началась перестрелка, один против дюжины. Принц понял, что не выдержит натиска и поэтому, наметив хорошенький золотой истребитель класса «Логист», включил защитное поле, генератор которого был у него на запястье, и молнией пронёсся под выстрелами к нему. Его план увенчался успехом. Запрыгнув в корабль, он включил щиты и поспешно вылетел из ангара, оставив позади разъярённую толпу.       - Привет, Панака, ты как?       - У меня то всё идеально, а вот у тебя что? Видимо произошло что-то очень из ряда вон выходящее, что ты решил позвонить мне впервые за десять лет.       - Прости, но ты тоже не звонил.       - Ладно, закрыли тему, что надо?       - Да ничего особенного, просто бывший друг решил поиграть в революционера в силу того, что мой отец не здоров, обычный понедельник, вот, лечу к тебе. Наберу отряд из наёмников твоих толстосумов, напичкаю их оружием и буду штурмовать собственный дворец.       - Весело у вас там, надо будет слетать, а то у нас тут скучно, каждый день игра в покер с богачами, в которой они почему-то всегда проигрывают.       - А, вот он,тот самый негодяй Панака, которого я помню, заядлый картёжник и шулер. Ладно, я уже приближаюсь к гиперкоридору, до связи.       - До связи.       Фабий обернулся, посмотрел на то место, которое покидает, где какой-то выскочка решил, что он главный, где он жил под его обманом семь лет, где он же свёл с ума его отца. И поклялся про себя – я клянусь, я отомщу тебе за отца, за тот обман, отомщу за всё, и ты познаешь всю боль, которую я испытал сегодня. Я обещаю, я отомщу!