Сказания о Богах

      Новая Земля — это планета в системе Проксима, совсем близко к Земле. Первыми её нашли и решили колонизировать люди, а после колонизации они даже тераформировали её в идеальный мир. Белоснежные пляжи, горы заурядных форм, бескрайние поля и луга и очень красивые закаты — это было райское место для людей, пока они ни исчезли. Все их города за долгие 500 лет простоя поросли зеленью и были совершенно не пригодны к восстановлению.              Когда Боги прилетели туда по старым картам, оставленными людьми, они полностью снесли все здания, построив новые отели и города. Теперь это стало место безумно дорогого отдыха, и резиденций очень известных существ со всей галактики. Особняк Панаки находился в самой престижной части планеты – на заливе Ромула и Рема, занимал он весь залив, многокилометровая территория была усеяна огромными парками, где на каждом шагу было что-то рубиновое, полностью вырезанные из, видимо, очень больших самородков, фонтаны, рубиновые статуи греческих богов, а у главного дворца, символ его невероятной «удачи» и расточительности, высеченная из самого большого добытого рубина в галактике, который Панака выиграл на аукционе за триллион Земных Ассов (50 триллионов долларов) Своя стометровая статуя, с золотой сигарой во рту и двумя золотыми тузами в руках. Из всего этого вы сделали правильный вывод – он обожает рубины.       Дворец был невысокий, весь сделанный из мрамора, в стиле позднего Барокко, был всего лишь два этажа в высоту и, внимание, 10 километров в длину.       Это безумно дорогое строение облегало лагуну, как покрывало, а в самой лагуне стояли его огромные личные лайнеры-казино.       Сказать, что во время посадки Фабий удивился – это ничего не сказать. Одна статуя Панаки стоила как 2 Императорских дворца вместе с главной площадью и зарплатой всей прислуги на месяц вперёд.       После того, как корабль коснулся земли, неподалёку от этой «махины», к нему подбежал запыхавшийся Панака.       — Уже 20, а ведёт себя, как ребёнок, — проскользнула мысль в голове принца, перед тем, как открыть люк истребителя.       — Здорова, дружочек, — произнёс картёжник с ноткой сарказма в голосе.       — Ты как… ты… ты… откуда у тебя столько бабок? Колись!!! — сказал шокированный Фабий, схватив его за плечи.       — Тише, тише. Мы же… друзья? А друзья не выдают друг друга ментам, верно?       — Я всё понимаю, но это… это перебор, Пани. Кончай со своим шулерством, к добру это не приведёт.       — Да ладно, брось ты, эти толстосумы только и умеют, что играть на моих лайнерах.       — А если тебя поймают? Я не смогу покрывать тебя вечно, когда стану императором.       — Да забей ты, никто меня не обвинит, по крайней мере, не посмеет, ведь я губернатор.       — Эх, ты. Ладно, это твоя жизнь, мне надо с тобой поговорить...       — А, ну тогда пошли, я провожу тебя в зал для переговоров.       Когда они шли по изящным садам, испещрёнными, будто белоснежными венами, дорожками из белого мрамора, на каждом повороте в каждой беседке, за каждым кустиком или деревцем кипела работа. Стаи дронов-садовников летали вокруг растительности всех видов, подрезая новые листочки, мешавшие зелени принять форму идеальных геометрических фигур.       Была поздняя ночь. Фабий, уставший от перелёта, не хотел никаких заурядных деловых встреч, а просто мечтал о том, чтобы завалиться в кровать и проспать целую вечность, в надежде, что всё его горе канет в пучине сновидений.       Шум лопастей и клацающих лезвий медленно стих, они подошли ко дворцу. Это здание не имело ни начала, ни конца, а горящие окна уходили вдаль, сливаясь в одну яркую массу, маячившую на горизонте.       Автоматические двери главного входа открылись, глубину ночного мрака озарил всплеск света такой силы, что принц уже подумал, что распрощался со своими светоуловительными датчиками. Наконец, глаза привыкли ко свету, и он увидел огромный зал, пронизанный колоннами из мрамора, чередующегося с золотыми узорами и позолоченными статуями, которые то придерживали свод дворца сверху на колоннах, то, забившись в угол, вместе с купидонами, смотрели на Фабия испуганным взглядом. Перед ним стояла большая, такая же мраморная, лесница, покрытая красной дорожкой.       Поднявшись на второй этаж, они сразу попали в зал для совещаний, видимо, это огромное здание и вправду делилось на корпусы, и всё оно — реальное, не декорация. Сколько же денег было бездумно потрачено на эту махину его самовлюблённым дружком?       На втором этаже стоял длинный стол, в центре которого была дыра, а из неё рос кустарник неизвестного происхождения. В его главе стоял, видимо, «трон» нашего суперолигарха. Как ни странно, он не сел на него, а приземлился на стул, стоявший напротив. Фабий подсел к нему.       —Так, вот мы и пришли, – сказал Панака, после того, как мельком глянул на часы. Было четыре утра. — Что ты хотел у меня попросить?       Фабий, истощённый от недостатка сна, пытался придти в себя, его металлические руки дрожали, глаза закрывались, эмуляция пота струилась с его синтетического лица.       «Да, я хотел бы… хотел бы… А что я хотел?» — нервно думал про себя принц.       — Так, так. Друг мой, ты во сколько встал?       — В шесть… утра. — стыдливо, будто ребёнок, сказал он, справляясь с колоссальным желанием потерять сознание.       — Так, так не пойдёт, иди-ка к гиперлифту, вбей в консоли: «Павильон 6F». Там находятся покои для гостей. Выбери понравившуюся комнату и завались спать — утро вечера мудренее.       Фабий почувствовал невероятное облегчение, и, даже не попрощавшись с другом, неуклюже встал со стола и побрёл к выходу из зала.       Гиперлифты в этом дворце были не вертикальным, как обычно, а горизонтальными, на которых, пристёгнутом в кресле, за считанные секунды можно пересечь километровые расстояния между ними. Двери открылись на том конце дворца, перед Фабием открылись створки лифта, а за ними длинный коридор с большим количеством дверей.       Он никогда не вспомнит, как выбрал себе комнату и как плюхнулся в беспамятстве на кровать, как его глаза медленно захлопнулись.

На следующий день…

      Размытая картинка, передаваемая глазными датчиками робота в процессор, стала более отчётливой, и принц смог осознать, что уже утро. Его взгляд перенёсся с окна перед ним на тумбочку с часами — они показывали ровно три часа дня по Новоземному времени. Однако, Фабий заметил одну странную особенность, — эти часы вибрировали! Сначала он думал, что ему показалось спросонья, потом, протерев глаза, он понял, что это не так.       — Что за чертовщина? — подумал он, вставая с кровати, и сразу, как собрался идти в ванную был сбит с ног толчком невероятной силы, за этим последовала громкая сигнализация, которая окончательно разбудила Фабия.       — Система репульсорных стабилизаторов Дворца повреждена. Землетрясение. Сила: 12 баллов, срочно покиньте помещение! — повторялось в промежутках между оглушающим рёвом сирен синтетическим мужским голосом.       Фабий, пытаясь удержать равновесие и выбраться из дворца, не вдавался подробности, он лишь хотел быть подальше от этого здания, которое легко может рухнуть.       — Эй, сюда! – Пронёсся голос с другой части коридора. После того, как принц поднял взгляд, он понял, что это был Панака. А за ним была открытая дверь к выходу, за которой сиял дневной свет выходу.       Не раздумывая, Фабий побежал к нему, и, в самый последний момент, толчок, силой в десятки раз превышающий тот, который он испытал ранее, подкинул принца над землёй, под ним, будто специально, провалился пол, и он упал во тьму, а за ним и всё остальное здание начало уходить под землю. Наступила тишина.