Разорванный в клочья

Чихо не успевает переступить через порог подсобки, как чья-то ледяная ладонь максимально сильно толкает его в спину. Мужчина рефлекторно подаётся вперёд, делая левой ногой широкий шаг, и спустя мгновение разворачивается лицом к толкающему, становясь на обе ноги. Санитар жмуриться и внимательно всматривается в силуэт, замечая знакомые очертания. Он убирает со своего лба рыжую чёлку, вопросительно смотрит на человека и недовольно поджимает губы: — Чёрт, Югни-хён, ты чего меня так пугаешь? — довольно чётко произносит он, сдерживая своё возмущение: — Я из-за тебя чуть ли носом не зарыл и плечом не ударился о косяк. Будь хоть со мной не таким грубым. Мы ж с тобой ещё со школы дружим, — недовольно бурчит и хватается рукой за ручку рядом стоящего шкафа, дабы точно сохранить вертикальное положение. — Дружим? Ты уверен в том, что мы — друзья? — с сомнением в голосе произносит альфа. — Теперь ты решил наши отношения охарактеризовать именно так? Может тебе ещё напомнить, что я старше тебя и ты должен ко мне обращаться уважительно? Может ты ещё и забыл, что мы несколько лет подряд пытаемся построить серьезные романтические отношения, а не просто дружить? Твою мать, Чихо, разве ты когда-нибудь видел, чтобы друзья целовались где-то в тайне и наслаждались прикосновениями партнёра? — раздражённо добавляет, закрывая за собой дверь. — Почему ты снова возмущаешься и затрагиваешь эту тему? Я ведь говорил, что нам нельзя строить такие отношения. Я просто не смогу встречаться с тобой. Мы ведь вечно занимаемся какими-то делами и пропадаем сутками на нескольких работах. У нас чисто физически не будет хватать времени, чтобы уделить друг другу должного внимания. Чихо тянется к выключателю. Он хочет включить свет, но альфа бьёт его по руке и недовольно вздыхает. Старшему нравится полумрак. Он считает, что так удобнее будет разговаривать. — Не смей так говорить. Нам бы хватило времени. Я в этом уверен на 100%. Ты снова игнорируешь мои настоящие чувства и вечно придумываешь отмазки. Такое ощущение, что тебе больше нравится находиться со мной на расстоянии, чем вблизи. Ты отталкиваешь меня всё дальше, играешь в прятки. Но когда я тебя нахожу, ты оправдываешься и говоришь, что не хочешь начинать что-то новое, неизведанное и лично для меня что-то очень более глубокое и интересное. — Глубокое и интересное? — переспрашивает младший. — Ты сейчас серьёзно? Тебе мало того, что я делаю для тебя? Может я просто не готов к большему? Ты когда-нибудь думал об этом? — в глазах промелькнула искорка надежды, что хоть сейчас его поймут. Но нет. Альфа ещё сильнее разозлился. На его лбу появились морщины, а на руках выступили вены. — Ты вечно лечишь мои телесные раны, а сердечные постоянно игноришь или делаешь вид, будто их вообще не существует. Я — тоже человек. В конце концов, я — альфа. У меня есть гон, свои потребности и я хочу их удовлетворять! Ты мне нужен, как омега. Я хочу знать, что в постели меня больше никто не предаст, не осудит, не обсудит с кем попало и не отвернётся при первой же возможности. Мне надоела эта однотипность и предсказуемость бывших партнёров. От них мне становится тошно. Ты это понимаешь?.. Югни подходит к Чихо и прижимает спиной к стенке, обнимает одной рукой за талию, другой же — тыльной стороны ладони гладит по щеке. Альфа наслаждается такими прикосновениями и не позволяет мужчине сдвинуться с места, ему сейчас необходим телесный контакт; так он, по крайней мере, может восстановится, постепенно пополняя внутренний запас сил, которые забрали бои с Чимином. — Югни, не переживай, когда-нибудь кто-то согласится на эти твои отношения. Но это точно буду ни я. Я не могу сказать тебе: «да, я согласен быть твоим омегой». Я действительно буду обрабатывать твои порезы на шее, ключицах, на любых частях тела — они у тебя быстро затягиваются. А вот с сердечными ранами я разучился обращаться, ведь просто нет таких нужных практических навыков в этой области. Моё сердце теперь закрыто для тебя, а уши готовы просто выслушивать все жалобы на тяжёлую жизнь и то, как подло поступают партнёры в отношениях. Я не требую ничего в замен. Мне не нужны подарки или что-то большее. Раньше я говорил и наслаждался мнимой свободой, а сейчас ты не сможешь мне её дать и другие люди, к сожалению, тоже. Вы слишком жадные, порой даже неуравновешенные. А, отдельно по поводу тебя, я предугадываю последующий твой шаг и вижу каждое действие окружающих. Теперь я просто наблюдатель. Мне попросту будет… — Плевать? Скучно? Или наоборот очень весело? Слишком много слов за сегодня я от тебя услышал. Они в край неприятные, — перебивает альфа и тихо рычит. — Не беси меня. Ты ведь наверняка разболтал все мои секреты другим людям. — Я никогда никому не рассказывал о том, что ты мне говорил. Я всегда хранил наши секреты, дорожил тобой и доказывал своими действиями, что я ценю наши отношения? Ты разве этого не замечал? — измотано смотря в пустоту спрашивает младший. Мужчина напрягается всем телом. Ему вроде бы комфортно, но хочется немного отстраниться. Тело чувствует весь тот холод и напор Югни, которые с каждой секундой больше сковывает. В тоже время альфа всё сильнее прижимает его к стене и не позволяет нормально дышать: — Замолчи. Я тебе не верю! — повышает он голос, скрипя зубами. — Не веришь, потому что часто сам врал? — не успев подумать, выдаёт Чихо, а затем тихо окает: — Прости, я не то сказал… — Прости? Не то сказал? Я не хочу слышать о твоём недоверие ко мне. Не хочу слышать, понимаешь? — рычит альфа и приближается к чужому лицу своим, собираясь поцеловать. Младший закусывает нижнюю губу и неодобрительно фырчит. Ему больно и обидно. Он расстроен, подавлен. Чувствует себя так, будто бы та морская рыба, которую вытащили на сушу и заставили умирать без воды. Действительно очень сложно сохранить доверие, когда часто вводят в заблуждения, заставляя чувствовать при этом себя виноватым. А ещё сложнее после этого всего сохранить нормальные человеческие отношения с тем, который поистине дорог. Но у них же получится сохранить хоть что-то? — Югни, я не хочу молчать. Устал, что все вокруг жалуются друг на друга, а затем ограничивают мои действия, будто бы я их собственность: тетрадь, блокнот, дневник, ежедневник или любой другой предмет, который в любой момент можно просто порвать, поломать и сжечь. Я тоже хочу высказать тебе всё то, что давно хранил в себе, но не могу. Тебе же будет не интересно. Вижу это по твоим безразличным глазам по отношению к другим, поведению и мимике, когда я начинаю говорить о своих проблемах. Я наелся чужими эмоциями и чувствами за эти несколько лет работы до предела и уже не понимаю, что испытываю сам. Ещё немного и меня разорвёт. Я верил тебе, когда ты говорил: «я люблю тебя» и надеялся, что мы когда-нибудь действительно будем вместе. Но, когда ты в последний раз сказал мне: «я люблю тебя», наши коллеги рассказали о том, что ты целовался с каким-то другим парнем и переспал с ним. Мне тогда стало невыносимо больно и я попрощался со своей мечтой, гордостью. Было так грустно и обидно, что всё моё нутро кричало отказаться от тебя навсегда. Оно так сильно кричало, что всё живое во мне умерло. Я сорвал окончательно свой внутренний голос и порвал никому ненужные связки. Хотелось потерять память и забыться в очередном неведении. Тогда я ещё сильнее погрузился в работу и полностью осознал, что работаю в дурдоме и знаю, какие люди меня окружают, но это невыносимо. Я реально скоро уволюсь к чёртовой матери и пойду продам свои органы на чёрном рынке… Чихо замолкает и погружается в свои мысли. Он машинально кладёт руки на плечи Югни и тяжело выдыхает через приоткрытые губы. Ему действительно тогда было паршиво, ведь из-за переживаний его здоровье ухудшилось. Его сперва накрыла эмоциональная волна, а потом он перестал что либо чувствовать. В его организме произошёл сбой, а внутри присутствовалось опустошение, безразличие и страх остаться наедине с собственными проблемами. Мужчина просто разучился соизмерять свои возможности и потерял связь со всеми. Хотя где-то там теплилась доброта, забота, нежность, беспокойство и любовь к тому человеку, который вечно ранит в его сердце. Сейчас его сердце разорванное в клочья и изуродованное до неузнаваемости, но оно всё также бьётся, вынуждая жить и работать для того, чтобы обеспечить родного человека. И, как хорошо, что Югни не знает, что Чимин — это двоюродный брат Чихо. — Это хуже, чем те сопливые романы, что ты читал в детстве. Прекрати сейчас же своё нытьё и научись полностью верить только мне, а не каким-то там сплетникам. Тебе этот стиль жизни вовсе не идёт, — внезапно говорит Югни. — Иначе ты вскоре пожалеешь о сказанном и снова захочешь извиниться перед до мной, — добавляет он и всё же целует младшего в нос. — Ведь ты тоже меня любишь. Правда же? Чихо нервозно сглатывает образовавшуюся во рту вязкую слюну и пытается оттолкнуть от себя альфу. По их телах пробегают обжигающие мурашки, от чего Югни довольно хмыкает, а младший в раздражение закатывает глаза: — Сейчас же, я даже не осуждаю тебя за то, что вы поцеловались с Чимином! — говорит мужчина неожиданно для себя и прикрывает ладонью чужой рот. — Я уловил твой запах на его губах. Так что не говори мне больше о любви ко мне. Я не поверю ни единому твоему слову. Понял меня? Я не хочу принимать твою реальность; она у тебя отвратительная. И если ты ещё раз об этом скажешь, я у тебя спрошу: разве моё сердце заслуживает такого обращения? — А разве оно заслужило на другое обращение? Оно что у тебя золотое и мозги что-ли последние потеряло, когда помогало тем строптивым омегам, которые вечно сбегали от меня к тебе? А ты такой весь милосердный слушал обо мне много интересного и наверняка говорил своё коренное: «всё будет хорошо, вам просто нужно привыкнуть к друг другу! Вы ж замечательные партнёры!», — язвит альфа, убирает чужую руку от лица и снова приближается своими губами к губам Чихо. — А по поводу поцелуя с Чимином — это тоже часть работы. Мне нужно было закрыть ему рот, а подходящего предмета я не нашёл, вот и пришлось так сделать. — Да, да, конечно. Теперь ты отмазки сочиняешь. Какие у нас замечательные романтические отношения? Пойди лучше купи себе Мерседес и говори ему комплименты. Он хотя бы тебя будет слушать, молчать и со всем соглашаться. А с меня хватит. Я не разрешаю тебе приближаться ко мне так близко и нарушать личные границы. — Ты что ревнуешь меня к Чимину? — высокомерно спрашивает альфа, беря младшего за подбородок и близко заглядывая тому в глаза. — Нет. Не ревную. С чего вообще такие мысли у тебя в голове? Убери свои руки от меня и выключи внутреннее ЧСВ, а иначе я за себя не ручаюсь, — Чихо ощущает прилив раздражения. Он понимает, что альфа явно перегибает палку и за эти слова ему придётся ответить. — И что же ты мне сделаешь? Накажешь? Или пожалуешься начальству? — фыркая на ухо, интересуется старший. Он гневно приподнимается носом к виску и кусает за кожу. Чихо хрипит. Он сильнее отталкивает альфу и тот с усмешкой на губах делает несколько шагов назад, пряча руки за спиной. Младший лезет в карман униформы и вытаскивает от туда электрошокер. Он дрожащим указательным пальцем нажимает на нужную кнопку, от чего сверху появляется небольшая искра: — Отвали от меня по-хорошему, иначе я за себя не ручаюсь, — повышает он голос гневно смотря. — Напугал кота сосиской. Ты ничего не сможешь сделать. Ты ведь трус. У тебя не хватит смелости испортить наши идеальные отношения, — с сарказмом говорит Югни, облизывая губы. Мужчина одним точным движением выбивает из рук Чихо электрошокер и нагло ухмыляется. Предмет практически бесшумно падает на пол. Когда же младший нагибается, чтобы поднять его, альфа делает шаг навстречу и хватает младшего за волосы, утыкая носом себе в пах: — Ещё одна угроза с твоего ротика и ты будешь сосать мне каждый божий день. Я понятно выражаюсь? — сквозь зубы говорит и ждёт ответа. Но Чихо молчит. Тогда альфы сильнее сжимает пальцы. — Ещё раз спрашиваю, ты меня понял? Я не слышу ответа, — с нажимом говорит он. Младший снова несколько секунд молчит, а затем открывает рот и кусает старшего за ширинку. Югни вскрикивает, подскакивает на месте и недовольно шипит: — Мразь, какого хрена творишь?! — возмущается, разъярённо смотря на младшего, который всё же смог поднять электрошокер и разогнуться. — Это ты что творишь?! Вообще рамсы попутал?! Может быть ты воспринимаешь меня, как омегу, но не переходи запретную черту и помни мою особенность организма! — Интересно, о каких же особенностях ты лялякаешь? О тех, что у тебя теперь никогда не будет течек? Или о том, что ты очень редко кончаешь по завершении секса? Сколько не насаживай тебя на член, ты будешь как бревно. Оно и ты никогда не сможет забеременеть! Да ты просто стал бракованным, — выпаливает на одном дыхании альфа. Мужчина забивает на чужие чувства и не осознаёт, что его слова задевают самые уязвимые места израненной души Чихо. Простыми словами: похуй, ибо нахуй. Зачем задумываться о таких мелочах? Ну подумаешь, поругались сейчас и что дальше? А потом они же должны помирится? Также порой в дружбе бывает? Оскорбить, унизить, пошутить — это в пределах нормы? — Заткнись! — Чихо с нескрываемой неприязнью смотрит на старшего. Мужчина теперь с трудом видит перед собой друга. Он видит лишь сгустки предательства и очертания монстра, которые заново решили поиздеваться и вонзить тупые ножи в искалеченной нутро. А остриё чем тупее, тем оно тяжелее входит в кожу, заставляя ещё больше ощутить страданий. Становится невыносимо, появляется желание закричать, ударить, но не хочется проявлять слабости, поэтому Чихо до сих пор стоит на месте и продолжает терпеть все эти удары… Судьбы? Мазохизмом и садизмом попахивает не правда ли? Может всё же это просто неудачные токсичные отношения? Или же просто неправильная любовь? Хотя, какая к чёрту любовь, если в их глазах пропадает прежний блеск и появляется отчаяние? — Ты сейчас, кроме меня, никому не нужный в постели! Ты одинок и я это чувствую! Ты не можешь нормально заняться сексом с кем-то другим, потому что никто не возбуждается глядя на тебя и ты не получаешь оргазм рядом с каким-то другим человеком. Если тебя даже изнасилует какой-то алкаш или наркоман, твоему телу будет абсолютно всё равно. Это по твоим глазам я сейчас вижу. Только я тебя трахаю с таким вожделением, энтузиазмом и желанием, что ты плавишься в моих объятиях. Ради этого удовольствия ты держишься за меня, как за спасательную соломинку? Если я откажусь от наших отношений, то на тебя не взглянет ни один нормальный альфа. Ты проживёшь одинокую жизнь. Ты это понимаешь? Я так хочу с тобой переспать, но ты меня отталкиваешь. Зачем? Мы ведь нужны друг другу, так ведь? Чихо слабо кивает. Он сначала поджимает губы, а потом слегка улыбается. Его палец во второй раз нажимает на кнопку электрошокера. Раздается характерный звук. В глазах младшего появляется разочарование в себе, он теперь понимает свою некчемность. От самого себя, от напротив стоящего альфы, от этих его действий и недоотношений с людьми становится противно. Снова эта жалкая правда. Опять она никому не нужна. Её хочется поскорее забыть и никогда не вспоминать. Разве можно слушать такие отвратительные слова, когда нужно убедить себя в том, что ничего не чувствуешь? «Просто пустота» — повторяй, как мантру, вдруг, получится обмануться и обмануть ближнего своего. Младший кидает в альфу электрошокер, подходит к шкафу, открывает верхние двери, вытаскивает две пижамы и один комплект чистого белья: — У меня нет желания с тобой обсуждать свои проблемы, ты ведь не мой личный сексопатолог. Ты всего-навсего мой… Старый друг? Ты слишком много правды знаешь обо мне, поэтому тебе теперь будет со мной скучно. Я окончательно понял насколько я бесполезный в плане отношений. Спасибо, что напомнил. А теперь мне пора мыть пол в палатах и поменять Тэхёну постель, которую вы с Чимином вымазали… И да, ещё спасибо за этот разговор, он вдохновил меня на дальнейшее существование. Поскорее мне бы завести новых друзей, чтобы поменьше беспокоить тебя. Сказав последнюю фразу, младший подходит к двери, одной рукой держит вещи, другой — открывает дверь. Но у мужчины не получается выйти, ведь Югни хватает его за талию и прижимает к себе: — Но несмотря на эти все ебанутые нюансы, я всё также люблю тебя, мразь. М — мой, р — разносторонний, а — адреналин, з — зализывающий наши раны, — шепчет на ухо и целует в висок. Чихо не возражает против этих всех слов. Мужчина просто обессиленно втягивает воздух полной грудью и устало выпутывается из объятий. Он наконец-то выходит из подсобки и идёт работать. Его смена ещё не закончилась. Это значит: на губах должна быть вежливая улыбка, а глазам запрещено плакать. Не такой уж тяжёлый разговор состоялся, не правда ли? Могло же быть и похуже? Лучше так, чем как-то иначе. На данный момент их дороги с Югни расходятся. Лёгкие младшего могут дышать без лишних колебаний… Но долго ли протянут его едва функционирующие органы? Или всё же они в ближайшее время задохнутся от нехватки воздуха?