Долгая Тоска

На следующий день, во второй день после обеда, Лао Му привёл себя в порядок и направился на улицу Дунхуай, чтобы выкупить женщину. К его удивлению, владелица борделя согласилась на предложенную Лао Му сумму при условии, что Сяо Лю предоставит им рецепт на травяное противозачаточное средство. Лао Му был переполнен радостью и с охотой согласился. Когда Чуань Цзы увидел Сань Тяньэр, он не мог поверить своим глазам и пристально смотрел на нее. Постепенно у него защемило в носу, а глаза наполнились слезами. Он опустил голову, взял плетёную корзину и хриплым голосом сказал: — «Я с начало схожу к Чун Тао и попрошу у неё что бы она одолжила пару комплектов одежды для тебя». Сяо Лю все время улыбаясь наблюдал за происходящим, а затем велел Лао Му: — «Сходи и купи хорошей еды, сегодня вечером мы будем праздновать». Лао Му взял корзину для продуктов и радостно вышел из дома. Лицо Сяо Лю похолодело, когда он посмотрел на Сан Тяньэр и спросил: — «На чьей ты стороне?». Сан Тяньэр почувствовала опасность, опустилась на колени перед Сяо Лю и с горькой улыбкой сказала: — «Три месяца назад ко мне подошел мужчина и предложил крупную сумму денег за соблазнение Чуань Цзы. В борделе я не занимала высокого положения, поэтому согласилась. Я просто не ожидала, что Чуан Цзы захочет на мне жениться, и уж тем более не ожидала, что вы действительно придете меня выкупить. Хозяйка намеренно завысила цену, чтобы сорвать моё счастье. Однако сегодня утром кто-то велел ей отпустить меня». Всё было примерно так, как и предполагал Сяо Лю. Сяо Лю хотел пойти и найти Сюаня, но Сюань просто хотел, чтобы Сяо Лю склонил голову и не раздражал его. Честно говоря, из двух путей, путь к Сюаня был намного проще, чем путь к Сян Лю чей характер всегда был сложным и непредсказуемым. Сяо Лю, который, терпеть не мог унижаться, понимал, что сегодняшняя уступка Сюаню станет лишь прецедентом для будущих компромиссов с другими людьми. Поэтому он решил прибегнуть к более решительным мерам, полагаясь на помощь Сян Лю в урегулировании ситуации силовым путем. В конце концов, Сян Лю сейчас на его стороне. К тому же, сейчас город Циншуй, находящийся под защитой повстанческой армии Шэнь Нун. Даже если бы сам Император Сюань Юаня явился сюда, его власть не была бы безграничной. Сяо Лю отпустил Сан Тяньэр, но когда Чуан Цзы вернулся, он был потрясен, увидев ее стоящей на коленях перед Сяо Лю. Сяо Лю рассмеялся: — «Что такое? Тебе не понравилось, что твоя бедующая жена почтенно кланяется мне?» Чуан Цзы взглянула на Сан Тяньэр, покраснел, улыбнулся и тоже опустилась на колени перед Сяо Лю. В разгар весны, когда все цветы были в полном расцвете, Лао Му устроил свадьбу для Чуань Цзы и Сан Тяньэр. С наступлением сумерек Сяо Лю вновь погрузился в дела. Врачебная доля редко знает покой, и даже закрыв сегодня двери ХуэйЧунь, он не дал себе ни минуты отдыха. Когда серебристый диск луны показался из-за раскидистых ив, он, размяв уставшие плечи, отправился на прогулку. Его путь лежал вокруг дома, сквозь заросли целебных трав, и далее, вдоль берега реки, где буйствовала зелень и пестрели яркие полевые цветы. Мао Цю пролетел низко над водой, и Сян Лю посмотрел на него с полуулыбкой. Сяо Лю, стоя в воде и глядя вверх на Сян Лю, заметив его лукавую улыбку спросил: — «Пришел вручить еще один поздравительный подарок?» Сяо Лю ничего не понимал. Раз Сян Лю прекрасно знал, что он безобиден, так почему же Сян Лю так много времени тратил на него? Мао Цю опустился ещё ниже, Сян Лю протянул руку, а Сяо Лю схватил его за руку и, перевернувшись на спину орла, в мгновение ока исчез в облаках. Сяо Лю лежал на спине орла, глядя вниз. Мао Цю полетел ниже, чтобы Сяо Лю мог видеть пейзаж на земле. Они долетели до самого моря где Мао Цю вытянул шею и радостно издал протяжённый крик, а затем внезапно сделал несколько резких кульбитов. Сяо Лю крепко держался за его шею, чтобы не упасть, но страха на его лице не было. Сян Лю нежно погладил Мао Цю, и тот, больше не резвясь, послушно полетел дальше. Сян Лю, думая о слабой духовной силе Сяо Лю, с полу-улыбкой спросил: — «Я слышал, что боль от рассеивания силы подобна тому, как если бы тебе высасывали костный мозг. Мои сорок ударов плетью были слишком лёгкими, похоже, мне в будущем придётся искать новые орудия пыток?» Сяо Лю сказал: — «Боль, действительно, с годами утрачивает свою остроту. Тело перестает обращать на неё внимание, чтобы не мучить себя. Вы, будучи опытным воином, это наверняка знаете. Но даже мы, способные вынести любые муки, всё равно не любим получать раны. Мы верим в принцип возмездия: око за око, зуб за зуб». Мао Цю летел очень медленно и размеренно. Сян Лю смотрел в пустоту, его лицо было спокойным, как неподвижная вода, не выражая ни радости, ни гнева. Сяо Лю неуверенно спросил: — «У тебя плохое настроение?» Сян Лю повернул голову и посмотрел на него, его глаза, подобные звездам, были полны неясного смысла, и он тихо спросил: — «Как ты пережил те тридцать лет, когда был заперт в клетке?» Сяо Лю рассмеялся: — «Ты действительно задаёшь этот вопрос? Первоначально я планировал сбежать, но не нашёл возможности, поэтому предпочёл молчание и отказ от сотрудничества. Я осознавал его намерения и пытался покончить с собой, чтобы получить шанс на побег, но не смог этого сделать. В дальнейшем я начал притворяться, что смирился со своей участью. Я употреблял все, что он мне давал, оставляя лишь небольшую часть, чтобы попытаться создать яд. Несмотря на то, что эти редкие и ценные травы были хороши, мне всегда удавалось найти что-то, что с ними не сочеталось, чтобы изготовить яд. Я понимал, что достиг предела своего совершенствования и не мог использовать его для мести, однако имел определённые знания в области ядов. На протяжении многих лет я занимался разработкой сильнодействующих ядов, но не знал, как их применять. Я терпеливо ждал подходящего момента, и в своём волнении он проявил неосторожность, что в конечном итоге привело к его смерти от отравления». — «Даже если мне предстоит провести долгие годы в заключении, моя решимость отомстить и обрести свободу останется непоколебимой. Пока у меня есть цель, я смогу выдержать любые испытания и тщательно разработать свой план. То, что для других могло бы стать невыносимой пыткой, для меня представляет собой лишь последовательный путь к достижению моей цели. Ведь пока у человека есть стремление к действию, он способен продолжать движение вперед, невзирая на трудности». Сяо Лю говорил ровным тоном, не глядя на Сян Лю, а устремив взгляд вдаль на ночное черное небо, без звезд и луны. — «Если вам будет плохо, вспомните мою историю. Сравнив свои трудности с моими, вы, возможно, почувствуете себя лучше. У меня есть достаточно печальных рассказов, и если у вас найдется время, я могу поделиться еще парочкой», – произнес Сяо Лю с лёгкой усмешкой. В глазах Сян Лю бушевали эмоции, но он лишь ехидно произнес: — «Ты пытаешься меня утешить?» Сяо Лю хранил молчание, ощущая приближение руки Сян Лю. В нём пробудился инстинкт самосохранения, но рука осталась неподнятой. Этот рефлекс, выработанный многочисленными побоями, был словно впечатан в его тело – физическая память травмы. Тем не менее, Сяо Лю предпочел сначала проанализировать намерения противника, прежде чем предпринять какие-либо действия. В поведении Сян Лю не было обнаружено враждебных намерений. Взгляд Сян Лю метался по сторонам, словно у ребенка, который ничего не умеет и пытается сделать что-то впервые. Его рука медленно опустилась и легла на затылок Сяо Лю, словно пытаясь утешить его или успокоить. Почувствовав тепло его ладони, Сяо Лю просто спросил: — «Сегодня ты совсем другой. Что-нибудь тебя беспокоит?» Сян Лю остался в молчании. Мао Цю постепенно приземлился на берег острова. Сян Лю, спокойно протянув руку Сяо Лю, они, взявшись за руки, шагнули на морскую гладь, словно по земле. Они шли по волнам, навстречу ветру. Вокруг не было ни единого огонька; небо и море сливались в черноте. Впереди простиралось лишь бескрайнее пространство, где небо встречалось с землёй, а ветер поднимал волны. Сяо Лю не испытывал симпатии к непроницаемой темноте, напоминающей густые чернила. Он инстинктивно крепче сжал руку Сян Лю. Лицо Сян Лю в этой темноте едва можно было различить. Неизвестно, сколько времени они шли по глади моря, но вдруг Сян Лю остановился. Сяо Лю не понимал причин этого, но и не стал задавать вопросов. Он просто инстинктивно подошел ближе к Сян Лю и вместе с ним молча уставился на восток. Вскоре из морской глади медленно поднялась полная луна, её чистый свет хлынул вниз, преображая мир в величественное зрелище. Раздался голос Сян Лю: — «Я думаю, что пока в мире существуют такие пейзажи, жизнь бесценна». Сян Лю говорил не в своем обычном безразличном тоне, а искренне. Сяо Лю стоял рядом с Сян Лю, плечом к плечу, и держал его за руку, не говоря ни слова. Некоторые могут утверждать, что пейзаж всегда остается безжизненным, и лишь человеческое присутствие придает ему значение, поэтому необходимо найти кого-то, кто будет рядом. Однако Сяо Лю полностью согласен с мнением Сян Лю: определенные пейзажи, существующие в своем естестве, обладают безграничным смыслом и красотой. Самый прекрасный момент остался позади. Сян Лю посмотрел на их соединённые руки с нежным взглядом, его губы слегка приподнялись, он готовился покинуть Сяо Лю. Сяо Лю обернулась, и лунный свет озарил лицо Сян Лю, излучая невыразимую нежность, что заставило её сердце замереть. Мао Цю подлетел и унес их двоих прочь. Сян Лю закрыл глаза. Сяо Лю вспомнил свой предыдущий вопрос и спросил: — «Почему ты в плохом настроении?» Сян Лю проигнорировал его слова, и Сяо Лю начал размышлять: — «С момента, как Хуан-Ди занял контроль над Центральными равнинами, я слышал, что ситуация там постепенно приходит в норму. Сюань Юань планирует расправиться с оставшимися силами Шэнь Нун, и общая тенденция развития мира вряд ли изменится. Один человек не в состоянии остановить этот процесс. Кроме того, Сюань Юань готовит крупную армию для вашей осады. Вы сейчас в сложной ситуации, не так ли?» Сян Лю сохранял молчание, но Сяо Лю продолжил: — «Мне очень интересно, ты же демон? Императорская семья Шэн Нун всегда отличалась высокомерием. Хотя Гун Гун проявлял к тебе доброту и доверял тебе важные задачи, для людей из Шэн Нун ты, вероятно, остаёшься ничем. Я понимаю, что власть тебе не интересна, иначе ты уже давно присоединился бы к Сюань Юаню. Мне просто любопытно, что такого дал тебе Гун Гун, что ты согласился следовать за ним всю жизнь». Сян Лю открыла глаза, посмотрела на него безэмоционально ничего не сказав. У каждого человека, вероятно, существуют секреты, о которых он предпочел бы не говорить. Это наиболее ценные и уязвимые аспекты его жизни.