Рождение — моя первая ошибка

      Гарри замер в дверях. С отвисшей челюстью. Он не мог понять что происходит. Перед ним предстала такая картина:       Профессор Снейп полулежал на диване и смотрел остекленевшими глазами в стену. Чёрный плащ был местами порван и сквозь дыры видна была разорванная почти до костей кожа.       Через несколько секунд Гарри отмер и в его голову пришла первая ясная мысль: спасти Снейпа. Мальчик не думая о том, сколько правил нарушает, подбежал к нему и проверил, жив ли ещё декан Слизерина. Тот, слава богу, ещё дышал, оправдывая то, насколько живуч и не убиваем слизеринский змей, как за глаза прозвали Снейпа.       Гарри быстро начал шарить безумным взглядом по полкам, пытаясь найти кровоостанавливающее, зелье для генерации крови (они часто идут в паре), обеззараживатель и, конечно же, обезболивающее. Мальчик удивился тому, насколько он беспокоится за другого человека, в то время как когда он сам ранен, ему как будто бы абсолютно всё равно.       На удивление первым найденным относительно полезным зельем было зелье холодного рассудка. Гарри решил выпить половину бутылька, не читая этикетку, на которой было написано, что для молодого организма одного глотка той дурнопахнущей вязкой субстанции более чем достаточно. Правда, зато зелье подействовало без промедления и Гарри сразу почувствовал себя спокойным и рассудительным, как и обычно. Это позволило ему быстро найти все нужные лекарства и правильно их использовать на его первом в жизни пациенте, помимо себя самого (хотя Гарри сомневался, что когда-либо принимал лекарства помимо обезболивающих, на которых был постоянно, иначе он вряд ли смог бы выдержать всей той боли от неправильно сросшихся костей и подобных травм, которые не заживали даже несмотря на его удивительные способности).       

***

Некоторое время спустя

      Гарри устало провёл тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу и глубоко вдохнул воздух, пропитанный запахом крови. Мальчик за последние пару часов проделал колоссальную работу, почти полностью исцелив профессора. Тот теперь спокойно дремал на диване, всё ещё находясь в лечебном сне, в которой решил погрузить его ученик, чтобы Снейп не чувствовал боли от щиплющих порошков.       Ребёнок решил позволить себе вольность — сходил в туалет, умылся и промыл лицо, в особенности глаза, холодной водой, словно пытаясь стереть всё то, что он увидел. Вместе с покоем стала накатывать слабость, поэтому Гарри решил уйти к себе в спальню.       Аргентус уже спал, хотя и не на кровати. Он уснул поджидая Гарри и читая некий том о заклинаниях времени — любимая тема мальчика. Гарри решил перенести друга с кресла на кровать и укрыл его одеялом. Аргентус мило причмокнул губками во сне и схватился за Гарри, не давая тому отойти. Поттеру это настолько понравилось, что он решил просто прилечь рядом с другом, дожидаясь, пока тот не отпустит его. Впрочем, эта заведомо проигрышная стратегия ожидаемо провалилась и Гарри сморил целительный сон.       

***

Несколько месяцев спустя, полугодовые зимние экзамены, 14 Января

      — Ты сделал дз для Маккошки? Она тебе жизни не даст, если ты его не сделал!       — Эй, Арджи , думаешь у меня было время?!       — Не было.       — И я про то же!       — Списывать не хорошо.       — Но не запрещено законом!       — Смотря каким.       — Ну Арджииииии, позязяяя!       — По жалости не буду!       — Пф, ну и в кого ты такой вредина!       — Точно уж не в тебя!       — Арджи, ну пожалуйста, дай списать ещё разочек!       — Гарри, на носу зимняя сессия, если ты её завалишь, то всё будет очень плохо!       — Так я же знаю тему, проблема просто в недостатке времени!       — Но мне же хватает!       — Аргентус, ты самый что ни на есть гений, у тебя лучшие результаты не только нашего курса, но и вообще у тебя знания лучше, чем у четверокурсников! Тебе хоть прямо сейчас на СОВ можно идти!       — Ладно, дам списать, но в последний раз!       — Уряяяяя, спасибо, дружище!!!              Гарри и Аргентус подошли к дверям столовой и уселись поближе к учительскому столу. Все задиры садились подальше от профессоров, что их действия были не так заметны. Хоть над Гарри уже никто не издевался, это не означало, что у него не осталось психологических травм. Аргентус это знал и заботился о своём друге.       

***

Лаборатория профессора Снейпа, 28 Января.

      Северус отложил ещё один пергамент с эссе второкурсников. Он уже проверил около половины всех сданных 376 сочинений, но это отнюдь не радовало его — читать однотипные тупые эссе всегда раздражало его. Снейп, громко и широко зевнув, потянулся на стуле и встал для разминки. Естественно, лучшей разминкой для зельевара было сделать очередное трудоёмкое зельице для заказчика-мага из Лондона. На самом деле прожить на зарплату учителя было бы невозможно, тем более, что многие запрещённые ингредиенты приходилось закупать самому, иначе это бы отметилось в списке купленных предметов «для школы». Конечно, никто бы не поверил, что сердце девственницы или глаз младенца потребуется для обычного школьного урока… Но, к сожалению, как бы Снейпа ни тошнило при одном упоминании таких ингредиентов, ему приходилось готовить зелья для Волдеморта. Почти все составляющие запрещённых зелий очень дорогостоящие, поэтому Северусу приходилось самому получать ещё откуда-то деньги. Таким образом он придумал себе имя Даниэлиус Вэрди и сдал готовить дорогие зелья на заказ.       За мыслями он и не заметил, как приготовил зелье, поэтому ему пришлось вернуться к проверке эссе. Впрочем, следующее сочинение принадлежало Аргентусу, юному гению с второго курса. Его работа была явно самой достойной среди всего второго курса. Следом по уровню шёл Малфой, а за ним и Поттер, как ни странно.       Стоило Северусу подумать о Гарри, как его мозг словно взорвался от боли. Северус быстро решил перевести мысли в другую тему. Снейп не помнил, с какого момента мысли об этом обычном студенте стали вызывать у него боль, словно запрещая о нём думать. Причем сердце в такие моменты сжималась словно от тоски по чему-то нереально родному и заветному… Правда, резко прерывающая всё боль в голове уносила прочь все остальные мысли.       Снейп вздохнул и принялся проверять работы семикурсников.       Спустя пару часов он закончил и пошёл прогуляться по Хогвартсу до астрономической башни. Оттуда открывался шикарный вид, любоваться которым можно было в полном одиночестве — вход туда для учеников был строго запрещен. Северус усмехнулся про себя, подумав о том, что в детстве ему казалось, что так профессора запрещали ученикам самоубиваться, потому что после парения с такой высоты не смог бы выжить никто, не владеющий магией телепортации (а ей владели даже не все профессора).       Когда Северус прошёл последний пролёт лестницы, он заметил, что дверь на самый верх приоткрыта. Профессор решил подняться наверх и поймать нарушителя. «Вдруг решит спрыгнуть» — мысленно посмеялся Снейп. Впрочем, в следующую секунду ему стало не до смеха, ибо один человек не по своей воле чуть не упал…