chains of love.

      Брайтон встретил чету Малфоев яркими лучами солнца и безоблачным лазурным небом, разлегшимся над мирной водяной гладью.              — Посмотри, — Малфой отодвинул шторку и тыкнул пальцем в окно, приглашая жену посмотреть, — видно море и дома. Четверть часа, не больше, мы будем на месте.              Молодая миссис Малфой слегка нагнулась и выглянула в окно.              — Ах, и правда! Узнаю родные места! Вон там, на западе, была наша деревенька и пасторский дом. Я бегала по этим лугам, и мать ругала меня за испачканное платье. — Девичье лицо загорелось искренней радостью.              — Рада вернуться?              — Конечно, — она положила маленькую ручку на бледную щеку мужа, заглядывая в серые глаза, — спасибо, что привез меня. Но не буду скрывать, у меня есть коварный умысел.              — Ты всё за свое, Гермиона. Что же ты задумала?              — Задумала подлечить тебя, дорогой муж. Разве могу я думать о ком-то ещё? — Драко машинально нагнулся, предчувствуя награду и подставил жене лоб. Она невесомо поцеловала его. — Тебе будут полезны прогулки под солнцем и купание в море. Лондон выжал из твоего лица весь цвет.              Для своего медового месяца Малфой не поскупился. Стоило жене за ужином высказать желание посетить родные края, как он тут же отправил своего помощника искать самый лучший дом на берегу Брайтона и снять его по крайней мере на месяц. Они выехали из Йоркшира, стоило им получить письмо об успешной аренде дома.              Гермиона быстро собрала свои немногочисленные вещи, те новые платья, что успела пошить ей на заказ модистка, взяла парочку драгоценностей из фамильных, что теперь принадлежали ей, по словам её же мужа, а сама поехала в простецком платье, но в личном экипаже. Они останавливались пару раз за всю поездку, спали на мягких перинах. Гермиона не привыкла к таким долгим поездкам на карете, и её укачивало, что расстраивало Малфоя. Ему было больно смотреть на её побледневшее личико с утомленным выражением. От усталости в гостинице она скоро засыпала, раскинувшись на подушках. Малфой ложился рядом с Гермионой, легонько целовал её щеки, уши, затылок, слушал недовольное бормотание, обнимал её и прижимал к груди. Вскоре жена разворачивалась к нему и обнимала за талию, тогда удовлетворенный и влюбленный он закрывал глаза с умиротворением в груди.              Дом был снят недалеко от морского берега с прекрасным небольшим садом, где можно было прогуляться, а также позавтракать — там стояла беседка. Гермиона вошла первой, удивленными глазами рассматривая великолепия большого трехэтажного дома.              — Не слишком ли много для нас двоих, муж мой? — она обернулась на мужа.              — Нет, в самый раз.              Драко шел за ней, тщательно следя за выражением женского лица. Сколько же удовольствия ему доставляло радовать её всяческими подарками и «причудами богатых», как она выражалась!              Слуги встретили их поклонами и любопытными взглядами, как встречали любую семью арендующих, и Малфой тут же раздал приказания насчет багажа, комнат, позднего завтрака, обеда и ужина. Домоправитель по скоромному приказу молодой миссис Малфой сопроводил их в хозяйскую спальню.              — Комната миссис Малфой в восточном крыле, а мистера Малфой в западном, — пояснил он надменным тоном, чем сначала огорчил Гермиону, а секундой позже разозлил.              — О, нет, — возразила она холодно, — мы живем в одной комнате. Проведите нас в ту, что больше.              Мистер Андерсон кивнул и проводил супругов на второй этаж. Комната в бирюзовых тонах с персидскими коврами и дубовой мебелью была роскошной, но по красоте не могла сравниться с видом на море, что открывался из окон.              — Великолепно, — отойдя от штор, произнесла Гермиона шепотом. — Как тут чудесно!              Она плюхнулась на кровать и засмеялась. Любовавшийся ею муж вновь оказался рядом. Мистер Малфой встал меж её ног. Его нетерпеливые пальцы залезли под платье и слегка сжали смугловатые бедра.              — Ты обещала выполнить мое желание.              Гермиона приподнялась на локтях и состроила невинное личико, раззадорившее мужа больше. Они были женаты две недели, а она уже запомнила многие повадки Драко.              — Разве я уже не выполнила одно, выйдя за тебя замуж, дорогой мой?              — Правда, но ты обещала другое.              — Я не нарушаю обещаний, милый, — Гермиона поднялась и чмокнула мужа в губы, — но сначала дай мне сполоснуться после дороги и поменять платье. Тебе бы стоило сделать то же самое.              — Конечно, любовь моя.              — Пойду найду служанку и ванную комнату, — Гермиона подошла к двери. — Буду ждать тебя через час в наших покоях. И попроси подать вино, позже я посплю. Поможет заснуть.              — Как пожелаешь, жена моя.              — Благодарю, мистер Малфой. — Она лукаво улыбнулась и покинула покои.              Несколько минут Драко взирал на закрытую дверь, а его разум воспроизводил образ жены, как очарованный. За пару месяцев их знакомства Гермиона успела обернуть Малфоя вокруг своего пальца. Не будет преувеличением сказать, что Драко видел в своей женушке богиню, Афродиту или Персефону, снизошедшую до него, смертного. Так её красота опьяняла, что он уже искал художника, способного передать чудесный лик жены, дабы повесить её портрет у себя в кабинете. А как её присутствие окрыляло, Драко редко оставлял жену надолго, просто не мог, и везде брал с собой. Он начал посвящать Гермиону в искусство стрельбы, чтобы вместе охотиться на фазанов. Ничье общество не доставляло ему столько удовольствия, как она говорила обо всем, что приходило ей в голову, как слушала его и беззлобно шутила над ним. А её ласки, намеренно тягучие, могли оставить его в постели на всё утро. Нехватка опыта компенсировалось открытостью и желанием ему угодить, что нехило трогало мужское эго. Определенно, Драко купался в нежности жены, как в белоснежных облаках.              Умывшись и переодевшись в не слишком строгий наряд, Малфой направился на кухню, где перекусил и заказ вино с закусками в их комнату. Погода была теплой, но не жаркой. Драко с удовольствием покинул дом и вышел в сад в компании служанки с корзинкой, та выжидала его приказаний насчет цветов. Гермиона любила букеты, а Малфой любил ей их преподносить. По той же причине его жена получит на свое день рождение стеклянную оранжерею, которая в тот самый момент строилась на территории поместья.              Драко велел нарвать букет из белых лилий и поставить их в комнату. Молодая служанка кивнула и приступила к делу, сам же он, посидев в беседке несколько минут, решил все-таки подняться на второй этаж и получше рассмотреть брайтонский пляж. Драко смотрел на корабли, тащащиеся по горизонту, попивая горячий кофе. В отличие от жены он спать не собирался, неровная дорога не помешала выспаться в карете.              Сзади раздался глухой хлопок. Это закрылась дверь. Значит, его женушка наконец вернулась в комнату. Драко дал ей пять минут высушиться и приготовиться к его приходу. Гермиона намажет на себя парой настоек, станет пахнуть сочным персиком или душистой вишней. Не спеша, каблуками сапог отбивая ритм, он вошел в хозяйскую спальню.              Гермиона сидела на кровати вполоборота к нему, свесив ноги. Длинные волосы вились, даже будучи влажными. На щеках красовался розовый румянец. Губы и лицо мерцали капельками воды. На ней было ночное платье собственного пошива. Полупрозрачное, с открытыми плечами, оно едва ли скрывало роскошную фигуру: широкие бедра, небольшая упругая грудь с потемневшими твердыми сосками, идеально помещавшаяся в его ладонь, мягкий живот. Идеальное оружие для его соблазнения.              Она повернула к нему голову, не прекращая втирать в плечи какую-то мазь.              — Ты уже вернулся, — она ласково улыбнулась. — Полежишь со мной немного, пока не засну?              Миссис Малфой плюхнулась на подушку. Грудь её подпрыгнула. Ноги, согнутые в коленях, раздвинулись. Его жена считала неудобным спать в нижнем белье и к нему прибегала редко. И он благодарил небеса за такой чудесный подарок.              Драко налил в бокал вина и подошел к жене, вручая ей напиток.              — Благодарю. — Она сделала глоток. — Уверена, нет мужа лучше вас на всем острове.              Гермиона и правда так считала, не могла иначе, каждый день получая любовь, нежность и щедрость.              — Вы льстите мне, миссис Малфой.              — Не приучена. — Гермиона пожала плечами и сделала ещё пару глотков, а затем поставила бокал на столик рядом. — Что ж, как обещала, давайте приступим к вашему делу? — Гермиона удобнее устроилась на подушках, а её пальчики аккуратно проскользнули по груди, задевая соски. — Чего же вы желаете, мистер Малфой?              Драко выдохнул и проглотил комок слюны.              — Подними подол платья, — приказал он.              — Неужто вы собираетесь играть с ней вновь, мистер Малфой? — спросила жена, но сделала, что велели, задрала платье, также открывая и грудь.              — Я не могу оставить прелести своей жены без внимания. В конце концов я не прикасался к тебе два дня, Гермиона.              — Разве вы недостаточно распробовали меня подобным образом ещё до венчания, мистер Малфой? — она приподняла правую бровь              — Боюсь, я никогда не насыщусь, миссис Малфой.              — Ах если бы так… — она тихо захихикала. — Я была бы самой счастливой женщиной в Англии.              Драко скинул рубашку и улегся меж бедер жены, раскрытых только для него. Ее розовый бутон сверкал соками. Пальцы пробежались по складочкам и, не удержавшись, протиснулись внутрь. Гермиона попыталась пододвинуться и насадиться глубже, но тут же получила предупреждающий шлепок.              Миссис Малфой уверенно правила мужем в повседневной жизни, но в постели Драко не оставлял ей и шанса захватить власть.              — Мистер Малфой! — хотела возмутиться она, но оказалась прервана.              — Будь послушной, и я дам тебе кончить.              Сего было достаточно.              Драко вынул пальцы и облизнул, пробуя соки жены на вкус. Жаждущая, голодная, вот какой была его жена. С похотью в карих глазах она принимала все, что муж ей давал и просила большего, стоило ей восстановить дыхание. С каким рвением и отчаянием она выставляла перед ним свою мягкую попку и толкалась навстречу его движениям, получая за это хлесткие шлепки.              — Драко, пожалуйста, не тяни… — прощебетала она, пока пламя желания разгоралось у неё груди.              Держа себя в узде, не поддаваясь на мольбы, которым жаждал угодить, он тихонько подул на напряженную точку, вызывая у Гермионы тихий стон. Он вернул указательный палец в узкую дырочку и прикоснулся губами к чувствительному комочку. Язык аккуратно играл с ним, лаская то быстро, то медленно. Гермиона содрогалась в руках, что оборачивали её бедра подобно крепким щупальцам.              — Какая ты сладкая, Гермиона.              — Только для вас, сэр.              Ещё одним открытием, радовавшим мистера Малфоя до глубины души, была нужда жены в похвале и одобрении с его стороны. Когда была в состоянии и ещё сохраняла самообладание, она следила за его лицом, глазами, спрашивала, делает ли все правильно, нравится ли ему.              — Такая узкая киска, — говорил он, ухмыляясь, проталкивая второй палец, — как будто я и не трахал тебя ночи напролет последние две недели.              Гермиона лишь издала всхлип и несильно выгнулась. Стенки ещё саднили после ночей, проведанных наедине с мужем, хотя близости у них не было двое суток. И несмотря на легкую боль, она хотела большего. Стоило Драко положить томный взгляд на её тело, как она загоралась спичкой и представляла их в покрывалах, в объятиях друг друга, совсем нагих и разгоряченных. Смазка липла к бедрам, и вскоре она восседала на своем муже, принимая его страстные поцелуи.              — Глубже, Драко.              — Ты приказываешь мне, Гермиона? — Мужская рука приблизилась к ягодице, язык перестал доставлять ей удовольствие.              Она не была глупой.              — Я умоляю.              Драко выпрямился и подарил жене страстный поцелуй, раскрасивший её щеки алыми пятнами.              — Я знал, что ты будешь прекрасной женой и любовницей, когда увидел тебя с клубникой во рту. — Мечтательно бормотал Малфой, отрываясь от посасывания киски, сделавшейся розовее, мокрее и чувствительнее. Гермиона вздрагивала от легкого прикосновения. — Я мечтал попробовать тебя на вкус той же ночью.              — Ты можешь, Драко, пожалуйста… прошу тебя, муж мой.              Гермиона любила подарки Драко, но не меньше она любила и то, как доставлял ей удовольствие. Дразнил, заставлял терять терпение, а затем вознаграждал так, что она не могла подняться с кровати несколько минут.              Драко припал губами к клитору, стал теребить беспощадно теребить его языком, добавил третий палец во влагалище жены, заходя глубже и быстрее, слушая хлюпанье смазки. Запросто доводимая до оргазма, Гермиона металась на простынях, цеплялась за трясущимися пальцами, громко стонала, несколько не стыдясь прислуги, переполняемая ощущениями, пыталась сдвинуть бедра, но Малфой держал её крепко и не давал сладкой пытке прекратиться.              — Тебе нравится, любовь моя? Скажи мне!              — Да-да-да-да! — запричитала Гермиона дрожащим голосом. В её карих глазах встали слёзы наслаждения и вот-вот готовы были прыснуть. — Пожалуйста, Драко! Я хочу кончить!              — Не капризничай, — ухмылка не сходила с лица Малфоя. Он не моргал и смотрел на лицо жены, окрашенное и гневом, и грустью, и страстью, и мольбой.              — Пожалуйста, с-э-э-р, — Гермиона рвано дышала, сильне придираясь лором ко рту мужа, — прошу вас, умоляю, я сделаю, что угодно, пожалуйста! Дайте мне кончить!              — Послушная женушка, — его рот заменил большой палец, усердно давивший на клитор. Он переместился ближе к манящим губам, схватил жену за заднюю часть шеи и приподнял. Его дыхание растворилась в её. — Нравится, когда я тебя ласкаю?              — Да, сэр!              — Тот офицеришка так бы не смог, не так ли, жена моя? — порою похоть пробуждала в нем не самые лучшие черты, например, ревность. Прошло больше месяца, а Драко так и не мог забыть, как девушка, не будучи его невестой, на его глазах кокетничала с офицером.              Гермиона подняла на него затуманенные глаза.              — Вы мой муж! Никто иной, сэр! Пожалуйста, дайте… — она пискнула. — Я выбрала вас! Пожалуйста…              Гермионе сначала жутко не нравилось, когда Драко заводил разговор о других ее ухажерах, будто он сомневался в ее честности и преданности ему, а потом, заметив, что вне любовных утех, он сего не делает и обиду не держит, отпустила ситуацию. Видимо, мужа возбуждала мысль о его особенности в её глазах. Что ж, она играла в игру.              — Хочешь кончить?              — Да, мистер Малфой, — вспотевшая и тяжело дышащая, Гермиона приближалась к пику и становилась энергичнее. Она словно пробуждала и выпускала наружу своих чертят.              Ее губы впились в губы мужа, руки обвились вокруг шеи.              — Заставь меня кончить, Драко, — приторным голосом суккуба пролепетала она, и Малфой не смел больше ей отказывать. Его пальцы ускорились, грубо теребя чувствительное место.              Ногти Гермионы впились в мужскую шею, она выгнулась и громко вскрикнула, когда наконец облегчением волна удовольствия пронзили тело.              Драко добро просиял и зацеловал жену, спускаясь дорожкой от лба до взмокшей груди. Гермиона улыбалась и оставалась в теплых объятиях, рассматривая светящееся счастьем лицо Малфоя.              — А как же ты, муж мой? — достоинство мужа впивалось ей в бедро. — Я могу помочь, ты знаешь.              — Потерпи до вечера. Сначала тебе стоит отдохнуть, любовь моя. Поспи, — он поцеловал её губы и укрыл покрывалом, — и я вознагражу тебя ночью. цепи.