Магия - сила

Мари еще никогда не была так счастлива. Каждую свободную минуту она проводила в доме на площади Гриммо. После работы она буквально летела в штаб-квартиру, где сразу же оказывалась в объятьях Сириуса. Он был здесь. Он ждал ее. Вместе они готовили ужин и она рассказывала ему в подробностях, что происходит во внешнем мире. Сириус громко смеялся и искрометно комментировал ее министерские истории, присваивая забавные прозвища ее коллегам. После ужина они подолгу валялись на софе в гостиной, где уютно пылал в камине огонь и Сириус шептал ей на ухо всякие нежности, поглаживая по спине. Обычно такие посиделки у камина плавно, а иногда не очень, перетекали в спальню, где по прошествии неопределенного времени, Мари засыпала, чувствуя приятную истому в уставшем теле. Казалось, жизнь не может быть лучше, но в один из рабочих дней Мистер Стибенс вызвал ее к себе в кабинет и сообщил: - Вы прекрасно показали себя в период эпидемии Драконьей оспы, Мисс Мартен. Благодаря вашим усилиям и профессиональным знаниям нам удалось принять своевременные меры и, в довольно короткие сроки, снизить количество зараженных. В связи с чем, Министерство считает разумным поощрить вас. Поздравляю. Мистер Стибенс протянул ей папку, обтянутую изумрудным бархатом с эмблемой Министерства Магии. Внутри Мари нашла благодарственное письмо, подписанное Корнелиусом Фаджем, купон на скидку в ателье Мадам Малкин "Мантии на все случаи жизни", а также пригласительную карточку. На плотной, дорогой бумаге с золотым тиснением красивым, ветвистым почерком было написано. Уважаемая Мисс Мари Луиза Мартен, Министерство Магии приглашает Вас на ежегодный Рождественский прием, который состоится 23 декабря 1996 года в 21:00. Мари удивленно уставилась на приглашение. Ежегодный Рождественский прием - это мероприятие высочайшего уровня. На нем будут присутствовать самые знатные, самые богатые и влиятельные волшебники Англии. - Вы удивлены? - спросил Мистер Стибенс, заметив ее замешательство. - Немного - призналась Мари. - Это обыкновенная практика. На Рождественский прием часто приглашают перспективных сотрудников, которые хорошо себя проявили. Многие заводят там выгодные знакомства и после их карьера идет в гору. Так что не упустите свой шанс. Мари вежливо улыбнулась и, поблагодарив Мистера Стибенса, покинула его кабинет. Вечером, когда они с Сириусом, как обычно, готовили ужин, Мари рассказала ему о случившемся. - Так что, ты собираешься пойти на этот прием? – спросил Сириус. Он уже отлеветировал приборы к столу и теперь терпеливо ждал, пока Мари приготовит ужин. - Нет наверное - ответила Мари - Я ведь там никого не знаю, а простоять весь вечер в одиночестве, попивая шампанское, у меня нет ни малейшего желания. Как более опытная в хозяйственных чарах, Мари стояла у плиты и наблюдала за тем, как, повинуясь движениям ее волшебной палочки, обжариваются кусочки утиного мяса. - Жаль, что я не могу сопровождать тебя – сказал Сириус, обнимая Мари сзади и целуя в шею. - Даже не будь ты самым разыскиваемым беглецом всех времен и народов, ты все равно не смог бы меня сопровождать. - сказала Мари, снимая утку с огня. - Это еще почему? - Потому что с собой на прием можно взять только законного супруга. Сириус засмеялся. - Ну во-первых, я Блэк. И не просто Блэк, а глава семьи. Ты и сама прекрасно знаешь, что в обществе волшебников сильны феодальные пережитки. Уверен, я бы получал приглашение на этот прием каждый год, как до этого получали мои отец и дед. А во-вторых... Сириус развернул Мари лицом к себе и заглянул ей в глаза. - Во-вторых, не будь я в бегах, мы могли бы пожениться. Мари засмеялась и на щеках у нее выступил легкий румянец. - Не могли бы - весело сказала она, возвращаясь к готовке. - Интересно почему? - спросил Сириус. - Потому что мы бы с тобой даже не познакомились. Если бы Питер Петтигрю не сбежал и не подставил тебя, то он сейчас сидел бы в Азкабане, а следовательно, не смог бы помочь Тому-кого-нельзя-называть возродиться, а значит и Орден созывать второй раз смысла бы не было. Мари разложила еду по тарелкам и отлевитировала их к столу. - Ну, мы, например, могли бы познакомится на очередном Рождественском приеме в Министерстве Магии! Я бы ни за что не упустил такую женщину, как ты - сказал Сириус, привлекая Мари к себе и легко целуя в губы. В коридоре хлопнула входная дверь и раздались быстрые шаги. Через мгновение в комнату вошел Кингсли. - Извините, что помешал. - сухо сказал он. Мари отчего-то смутилась и поспешила высвободиться из объятий Сириуса, который явно был не в восторге от появления незваного гостя. - Поужинаешь с нами? – вежливо предложила Мари. - Нет, благодарю. Я ненадолго. - Рад слышать - холодно сказал Сириус. Он стоял, скрестив на груди руки и довольно враждебно смотрел на Кингсли. Тот сделал вид, что ничего не заметил. Он сел в кресло и посмотрел на Мари: - Министерство устраивает Рождественский прием, на котором будут присутствовать самые влиятельные люди волшебного сообщества, в том числе и некоторые Пожиратели Смерти. Грозный Глаз считает, что они могут попытаться проникнуть в Отдел Тайн, так сказать, под шумок всеобщего веселья. Артур будет дежурить внизу, под мантией невидимкой, а мы с тобой наверху. - Почему Мари? – спросил Сириус, - Возьми Тонкс. - Мракоборцы младшего ранга на прием не допускаются. К тому же в этот день она будет на задании. А у Мари приглашение имеется, я прав? - Как ты узнал? - удивленно спросила Мари. - Это моя работа – с легким самодовольством в голосе сказал Кингсли, но, заметив, как она с сомнением приподняла бровь, пояснил – Я отвечаю за охрану мероприятия и видел твое имя в списке гостей. Так что, ты не против? - Конечно! - с готовностью отозвалась Мари. - Отлично - сказал Кингсли. Он поднялся, коротко кивнул Сириусу, улыбнулся Мари и вышел. После его ухода в комнате повисло напряженное молчание. В полной тишине они поужинали, а после - мрачный Сириус заперся наверху в комнате с Клювокрылом. Оставшись на кухне одна, Мари тяжело вздохнула. Неужели он снова начнет вести себя, как капризный ребенок? А ведь каких-то пару мгновений назад все было так хорошо... Она не понимала, почему Сириус так плохо относится к Кингсли. Потому что тот его ударил? Но Сириус ведь сам понимает, что это было заслуженно, иначе он бы этого не стерпел. А в тот раз он даже не стал защищаться... Потому что Сириус ревнует ее? Но почему? Она ведь не давала ему для этого повода. Ее и Кингсли ничего не связывает, кроме одного единственного совместного дежурства в поместье Малфоев. Так или иначе вечер был испорчен и Мари немного злилась на Кингсли, словно это была его вина. Поднявшись в комнату Сириуса, она провела там весь вечер, листая "Ведьмин досуг". Около полуночи, когда она стояла перед зеркалом и расчесывала волосы, готовясь ко сну, в комнату вошел Сириус и она сразу поняла, что оправдались ее худшие опасения. Мрачно окинув ее взглядом, Сириус скрестил на груди руки и стал нервно расхаживать по комнате. Мари продолжала невозмутимо расчесывать волосы, не глядя на него. - Ты действительно собираешься пойти на этот прием? - наконец спросил Сириус. Мари удивленно посмотрела на него: - Разумеется. - Но ты же не хотела! - Ну, технически, я иду не на прием, а на задание Ордена. - немного подумав, сказала Мари. - Но это может быть опасно! Там же будет толпа Пожирателей Смерти. - Да. А еще толпа обычных волшебников и куча мракоборцев. - Все равно. Я не хочу, чтобы ты шла! - Сириус, - мягко сказала Мари, - борьба с Тем-кого-нельзя-называть важнее наших с тобой желаний. Есть дело и оно должно быть сделано. Она намекала на постоянные попытки Сириуса ослушаться приказа Дамблдора. Сириус раздраженно отвернулся к окну, а Мари продолжила расчесывать волосы. Закончив, она прошла мимо застывшего, как каменное изваяние, Сириуса и забралась под одеяло. Продолжать разговор, а уж тем более в очередной раз выяснять отношения, Мари не собиралась. В ушах у нее звучал голос Сириуса "Я не хочу, чтобы ты шла". "Прости, Сириус, но это не обсуждается." - подумала Мари. Она вступила в Орден Феникса в первую очередь для того, чтобы участвовать в борьбе с Тем-кого-нельзя-называть и Пожирателями Смерти, потому что считала, что это правильно. Она была полна решимости ответственно выполнять любые задания Ордена, несмотря на грозившую опасность и сопутствующие риски. Превозмогая парализующий страх, делать, то что правильно. Только в этом она видела способ сохранить остатки самоуважения. А знакомство с Сириусом стало для нее, безусловно, очень приятным, но все же бонусом. И она не собиралась пренебрегать своими обязанностями по отношению к другим членам Ордена из-за его непонятной ревности. Кингсли сказал, что на приеме будут Пожиратели Смерти. Оно и понятно. Ближний круг Того-кого-нельзя-называть - сплошь чистокровные волшебники из древних и благородный семейств, многие из которых, подобно Малфоям или Блэкам, сохранили часть унаследованных сокровищ и по сей день являются довольно влиятельными людьми в волшебном сообществе. Конечно, перспектива сражения с Пожирателями Смерти, в случае, если они попытаются проникнуть в Отдел Тайн пугала ее. Мари обладала стандартным набором боевых заклинаний, но в обычной жизни ей редко приходилось ими пользоваться, а потому они выходили либо слабыми, либо слишком сильными и неточными, как в тот раз, когда она запустила в Сириуса оглушающими чарами, приняв за беглого убийцу. "Но ведь, со мной будет Кингсли" - подумала Мари. Засыпая, она слышала, как Сириус лег рядом и матрац негромко скрипнул под тяжестью его тела. На следующий день настроение Сириуса не изменилось. Не сказав Мари ни слова, он с мрачным видом наблюдал, как она собирается на работу. В прихожей, надев зимнюю, отороченную мехом мантию, Мари с надеждой обернулась, но увидела лишь спину Сириуса, который поднимался по лестнице, неся на плече сумку с торчащими из нее крысиными хвостами. Грустно вздохнув, Мари отправилась в Министерство. Декабрь набирал силу и зима входила в свои законные права. Девственно белый снег покрывал землю, образуя пушистые холмики там, где в другое время года были разбиты клумбы и цвели цветы. Детишки носились по улицам, бросаясь друг в дружку снежками, катались с горок, сидя на картонках, и терли снегом раскрасневшиеся на морозе носы. Взрослые спешили закупиться подарками в украшенных к празднику магазинах, напевая под нос рождественские гимны. Все вокруг было пропитано атмосферой наступающего праздника и Мари заметно повеселела, несмотря на то, что Сириус оставался все также неразговорчив и угрюм. Она решила вести себя так, словно ничего не произошло. Собственно, так оно и было. Они не ссорились и не ругались, поэтому Мари, как ни в чем не бывало, каждый вечер приходила в дом на площади Гриммо, где, стараясь игнорировать мрачные взгляды Сириуса, весело рассказывала ему, как прошел день. После ужина Сириус вежливо благодарил ее и уходил наверх. Мари иногда с тоской, а иногда с раздражением провожала его взглядом, а затем устраивалась в кресле у очага за чтением книги или журнала. Порой она спрашивала себя, зачем продолжает приходить сюда, если они даже не разговаривают, но представив, как Сириус одиноко бродит по пустому дому, ей становилось очень жаль его и она тешила себя надеждой, что в глубине души Сириус все же рад, что не один. В такой нерадостной обстановке незаметно пролетело время и вечером 22 декабря, спустившись после работы в Атриум, Мари увидела группу волшебников и волшебниц из отдела магического хозяйства. - Атриум закрыт! - крикнул ей волшебник в темно-синей мантии сотрудника отдела Магического Хозяйства, - Воспользуйтесь малым каминным залом. - и он махнул рукой в сторону старинной деревянной лестницы, ведущей на верхний ярус. Возле лестницы стояла волшебница в такой же темно-синей мантии. Она взмахнула палочкой и перила лестницы покрылись серебристо - белым сверкающим инеем, а с каждого столбика стали свисать длинные хрустальные сосульки. Поднимаясь по лестнице, Мари тайком провела рукой по заиндевевшим перилам. Они были теплыми. Прежде, чем отправиться к Сириусу, Мари заглянула к себе домой. Нужно было подготовить вещи для завтрашнего приема и забрать коммунальные счета из почтового ящика. Быстренько покончив с домашними делами, Мари распахнула дверцы платяного шкафа и придирчиво осмотрела содержимое. Преимущественно ее гардероб состоял из простых, но элегантных шерстяных платьев - все-таки в Англии довольно прохладный климат. Естественно, ни одно из них для торжественного мероприятия не годилось. Мари встала на цыпочки и достала с верхней полки большую прямоугольную коробку, перевязанную простой бечёвкой. С легким трепетом Мари открыла коробку. Сверху на темно-синей ткани лежала карточка всего с двумя словами "Поздравляю. Жаклин". Это платье она совершенно неожиданно получила на свой двадцать третий день рождения от старшей сестры. Неожиданно, потому что из-за большой разницы в возрасте - Жаклин была старше Мари на четырнадцать лет - они были не очень-то близки. Когда Мари было четыре года, Жаклин уехала из родительского дома и больше они не виделись. Жаклин нашла неплохую работу и почти все заработанные деньги тратила на одежду, а когда платья, сорочки, пальто и блузы ей надоедали или выходили из моды, она отправляла их матери и сестре. Так как семья у них небогатая, почти все вещи Мари донашивала за Жаклин. Скорее всего и это платье раньше принадлежало сестер, однако Мари это не смущало. Платье ей ужасно нравилось. Темно-синее, словно ночное небо, бархатное платье шло в комплекте с накидкой из полупрозрачного шифона, расшитого крохотными кристалликами. Они сияли и переливались, подобно россыпи миллиардов звезд. Конечно, Жаклин, которая в конечном итоге вышла замуж за какого-то банкира, могла позволить себе подобную красоту, но для Мари с жалованием Министерского служащего, оно было непозволительной роскошью. Мари бережно упаковала платье в сумку, радуясь, что наконец ей представится возможность его надеть, взяла туфли-лодочки, чулки, длинные белые перчатки и прочие мелочи вроде бесшовного белья и бижутерии. Уложив все это в сумку, Мари погасила свет и трансгрессировала на площадь Гриммо.