Магия - сила

Как только Мистера Уизли увезли в реанимацию, появилась Молли. Бледная и растрепанная в домашних тапочках, она смотрела на них широко распахнутыми глазами: - Артур?... – только и смогла выговорить она - Он..? - Нет, Молли – мягко сказал Кингсли, усаживая ее в кресло. – Говорят, все обойдется. Мари бросила на него предостерегающий взгляд. Зачем он ее обнадеживает? Ни один целитель не станет говорить ничего подобного, если пациент в таком тяжелом состоянии. Когда они материализовались посреди приемного отделения вместе с окровавленным Мистером Уизли, к ним сразу подбежали целители. Не задавая вопросов, они положили его на носилки и унесли в реанимацию. Как и Мари, целители понимали, что Мистер Уизли находится в критически тяжелом состоянии и что счет идет на секунды. Мари сидела, поджав под себя босые ноги. Платье измялось и было испачкано кровью, но ей было все равно. Она словно оцепенела и ни на что не обращала внимание. Пришел Кингсли и принес им с Миссис Уизли по чашке горячего чая. Молли лишь отрицательно покачала головой. Она не плакала и не стенала. Она вообще ничего не говорила. Лишь неподвижно сидела, не сводя глаз с двери, за которой находился ее муж. Мари смотрела на Миссис Уизли, пытаясь представить себе, о чем она думает, что чувствует. Осознает ли, что каждую секунду сердце Артура Уизли может перестать биться? Что человека, с которым она провела большую часть своей жизни, может не стать прямо в это мгновение? Кингсли стоял, прислонившись к стене и сложив на груди руки. Он словно обратился в камень. Неподвижный и молчаливый, он гипнотизировал взглядом настенные часы. Они ждали, ждали, ждали. Наконец, дверь открылась и к ним вышел светловолосый мужчина в лимонной мантии. Миссис Уизли встрепенулась и посмотрела на него широко распахнутыми глазами, в которых одновременно читались надежда и страх. - Нам удалось его стабилизировать. Он поправится. - сказал целитель и Миссис Уизли устало опустилась в кресло, прижав ладонь ко рту. По щекам ее текли слезы. - Ему повезло, что помощь была оказана сразу же после нападения... Целитель с любопытством осмотрел их странную компанию и его взгляд остановился на Мари. - Ага...- он улыбнулся - ну теперь все понятно. Привет, Мари! - Здравствуй, Арчи! Как он? - Мы погрузили его в лечебный сон. Пока ему нужно будет побыть здесь, под наблюдением. Раны не затягиваются и кровоточат, хотя сильное кровотечение нам удалось остановить. Миссис Уизли, немного придя в себя, кинулась его благодарить. Но он лишь покачал головой. - Благодарите Мари. Это она вытащила вашего мужа с того света. Миссис Уизли удивленно посмотрела на Мари и через мгновение уже рыдала у нее на груди, крепко прижимая девушку к себе и бормоча бессвязные благодарности. Арчи немного подождал, пока Молли успокоится, а затем сказал. - Пройдемте в регистратуру. Нужно оформить кое-какие документы. И они ушли, оставив Мари и Кингсли одних. Мари устало опустилась в кресло. Она чувствовала себя так, словно пробежала марафон. Кингсли сел рядом. - Думаю, задача пожирателей смерти состояла не в том, чтобы проникнуть в Отдел Тайн, а в том, чтобы отвлекать внимание Ордена. - сказал он. - Поведение Нарциссы и Люциуса показалось мне странным. Они бы никогда не стали выяснять отношения на публике... Мари его почти не слушала. Ее мысли занимал другой вопрос. - Откуда ты знаешь, что я была целителем? - перебила она Кингсли. - Я видел твое личное дело. - немного помолчав, сказал он. - Ясно. - просто сказала Мари. Нечто подобное она и предполагала. Все таки Кингсли - мракоборец. - Когда Артур рассказал нам о тебе и предложил пригласить в Орден, я подумал, что было бы неплохо узнать о тебе побольше. - И много ты знаешь? - Нет. - ответил Кингсли, - В досье сказано только, что ты с отличием закончила Академию Целителей, проработала год в Больнице Святого Мунго и была осуждена на два года условно. Статья 25, параграф 4 УМК "Причинение смерти по неосторожности". Мари молча рассматривала свои босые ноги, стоявшие на холодном больничном полу. Что сказать, она не знала. Она испытывала огромное желание выговориться, ведь она так устала держать все в себе. Спокойный и уверенный, Кингсли сразу же сумел завоевать ее доверие и хотя она еще мало его знала, Мари смутно ощущала, что может рассказать ему все. Но что если, после того, как он все узнает, его мнение о ней изменится? Она подняла глаза и посмотрела на Кингсли. В его взгляде не было сочувствия или осуждения, лишь спокойная сосредоточенность. - Я всегда хорошо училась. - сказала она, наконец, - Мне это было интересно. Жадная до знаний, я много читала с самого детства. Наверное поэтому Распределяющая Шляпа сразу же отправила меня в Когтевран. У меня были отличные оценки почти по всем предметам, кроме ЗОТИ, и преподаватели всегда ставили меня в пример другим ученикам. Стоит ли говорить, что друзей у меня было немного? Она горько усмехнулась. - Однако меня это мало беспокоило. Я мечтала стать целителем и с упоением зачитывалась биографиями известных деятелей врачебной магии, справочниками по зельям и даже магловской медицинской литературой. В итоге, я стала лучшей выпускницей Академии Целителей и еще ужасно самонадеянной практиканткой в Больнице Святого Мунго. Казалось, я просто не могу совершить ошибку. - И однажды ты ее совершила - догадался Кингсли. - Да. Ее звали Алиса Бэгли. Девочка пяти лет поступила с признаками удушья. Родители сказали, что она играла на заднем дворе и ее укусил садовый гном. Такое часто случается. Естественно, я решила что это просто аллергическая реакция на гномью слюну и дала ей Гернумблиеву сыворотку, но...это не было аллергической реакцией. Мари судорожно вздохнула, сморгнув выступившие на глазах слезы. - У девочки было редкое сердечно-сосудистое заболевание и сыворотка спровоцировала приступ... Все произошло слишком быстро... - Каждое слово давалось Мари с огромным трудом. - у девочки начались судороги и пена пошла изо рта, она задыхалась у меня на руках, а я.. я растерялась и ничего не смогла сделать. Мари замолчала и закрыла лицо руками, наконец дав волю слезам. Кингсли протянул ей носовой платок и она громко высморкалась. - Алиса Бэгли умерла. Я никогда не забуду лицо ее матери, когда старший целитель сообщил ей о смерти девочки. Она смотрела на меня так, словно была готова убить собственными руками. О, и я с радостью позволила бы ей сделать это! По моей вине погиб невинный ребенок, но все, что я получила, это условный срок и запрет заниматься лечебной практикой в течении трех лет! - Мари горько усмехнулась. - И после этого тебе пришлось устроиться в департамент магического здравоохранения? - спросил Кингсли. Мари кивнула. - Я и сама больше не могла оставаться в больнице Святого Мунго. После произошедшего во мне что-то сломалось и даже простейшие целительские манипуляции стали вызывать трудности. - Мари снова высморкалась. Некоторое время они молчали. Мари нравилось, что Кингсли не пытается ее подбадривать, а просто молча слушает. Почти все, кто знал об этом, как один, твердили ей, что подобное случается, что она тоже человек, а люди имеют свойство ошибаться. Но Мари не хотела ничего слышать. Из-за ее самоуверенности и гордыни погиб человек и она никогда себе этого не простит. Мари поднялась на ноги. - Пойду покурю. - сказала она. - Там же холодно, - Кингсли с сомнением посмотрел на ее голые плечи и босые ноги. - Кстати, а где твои туфли? - Кажется, остались на лестнице, ведущей в подземелье, - сказала она, припоминая. Точно, она сбросила их, когда они спешили на помощь к Артуру. - Ох, если их найдут...что же делать? Кингсли тоже поднялся и снял с себя пиджак. - Не беспокойся, я с этим разберусь. - мягко сказал он, накидывая пиджак ей на плечи Он стоял всего в каком-то шаге и смотрел на нее сверху вниз, все еще сжимая в руках лацканы своего пиджака. Чувствуя легкое смущение, Мари кивнула. Кингсли ушел, а она знакомой дорогой направилась к запасному выходу, который вел во внутренний двор больницы, где она всегда курила во время своих смен, пока здесь работала. Кутаясь в пиджак Кингсли, стоя босыми ногами на студеной земле и переминаясь с ноги на ногу, Мари достала сигарету и прикурила от огонька на кончике волшебной палочки. С каждым вдохом она чувствовала, как нервная система расслабляется и тревоги минувшего дня отпускают ее. Все произошедшее казалось нереальным сном. Ранение Мистера Уизли. Благодарная Молли, рыдающая у нее на груди. Рождественский прием и подслушанный разговор. Кингсли... Скрипнула дверь и рядом с Мари остановился Арчи. Он достал сигарету и тоже закурил. - Заклинание частичного уничтожения материи всегда здорово у тебя получалось! -сказал он. - Я сразу узнал твой почерк. Мари ничего не ответила. Она избегала смотреть на него. - Почему ты не вернулась, когда прошли три года? - спросил Арчи. - Не могу! - сказала Мари. Она подошла к урне и выбросила окурок. - Она все еще мне снится. Мари уже взялась за ручку двери, намереваясь уйти, но Арчи схватил ее за предплечье. - Думаешь, перебирая бумажки в Министерстве ты искупаешь свою вину? - спросил он, глядя ей в глаза. - Брось, Мари! Ты была лучшая на курсе и ты вот так просто сдашься? Мари дернулась, пытаясь вырваться, но он крепко держал ее. - Как удобно, спрятаться в безопасный кокон из сожалений и упиваться чувством вины. А ты подумала о тех людях, которым нужна твоя помощь? Или о своих коллегах, которые пашут в три смены, изнемогая от усталости, но продолжают выполнять свой долг целителя? Только продолжая спасать жизни можно искупить вину! И то лишь отчасти... Он отпустил ее. - Ты ничего не понимаешь! - зло прошипела она. - Не понимаю? - Арчи печально улыбнулся - Ты не единственный целитель на свете, который потерял пациента. Он выкинул окурок и, больше не глядя на нее, вернулся в помещение. Мари осталась стоять босиком на мерзлой земле и ледяной ветер трепал ее волосы.