Колдун

      Луна неожиданно вышла из-за туч.       Руины старой церкви возвышались, словно призрак прошлого, застывший во времени. Высокие некогда беленые стены, покрылись мхом и трещинами, открывая кирпичную кладку. Окна давно лишились стекол, теперь пустые проемы, как глазницы мертвеца, смотрели слепо в темноту ночи. За осыпавшейся левой стеной кое-где виднелись остатки старинных фресок, чьи краски потускнели от времени и непогоды. Возле входа лежал упавший сверху крест, частично скрытый жухлой растительностью.       Деревья вокруг церкви зловеще протягивали свои ветви-крючья к разрушенным стенам, будто пытаясь поглотить последнее убежище святости. Сквозь ветви пробивались редкие лучи луны, освещая путь к покинутому храму. Погоста рядом не было, что меня удивило. А там всегда обитают потусторонние сущности, до которых я сейчас легко мог достучаться. Но захваченных из поселка злыдней мне вполне хватало. Они вились рядом и слепо искали цель. Но пока ее не было.       Я прошел к руинам и затаился среди растительности, наблюдая за дорогой.       Ночь наполняла пространство шепотом ветвей, скрипом старых перекладин, которые догнивали под натиском сырости и едва слышимым потусторонним эхом шагов, оставленных теми, кто приходил сюда очень давно. Возможно, здесь жили призраки, но я не хотел их тревожить. Вокруг разлилась тишина, нарушаемая лишь ветром и редкими шорохами, усиливая ощущение заброшенности.       «Отличное место для темных деяний», — усмехнулся я про себя.       Ждать пришлось не так долго, как я ожидал.       Наконец-то впереди на проселочной дороге мелькнул свет фар, а затем показалась машина — черная иномарка. Я ее уже видел: это был автомобиль бизнесмена, который пожелал смерти своему конкуренту.       Аркадий тихонько покинул свою машину и отбежал к руинам, подальше от того места, где замер я.       Затем подъезжающий автомобиль почему-то остановился, не доезжая до нас пару сотен метров.       Я услышал, как в автомобиле Аркадия заиграла трель моего телефона. Ирина сняла трубку и ответила вопрошавшему, что ждет «Владимира» впереди дороги и сказала, что его машину уже видит. Включила в салоне свет, давая увидеть «свой» автомобиль.       Иномарка Толика тронулась, начав хищно приближаться к «жертве». Я ощутил, что в салоне не один человек. Я различил три запятнанные ауры. У Толика была грязно-серой, что говорило о непорядочности данного типа, хотя это я знал и так. У его товарищей чистотой тоже не блистали.       «Трое на одну девушку! Вот же мерзкий трус», — подумал я. Ну, ничего, злыдням хоть что-то достанется, а то Толиком я с ними делиться не собирался. Его жизненная энергия должна будет достаться мне одному. А вот злыдней я как раз и взял с собой на случай, если Толик будет не один. Так что, можно сказать, он меня своей подлостью не разочаровал.       Иномарка проехала мимо меня и остановилась в паре метров впереди. Толик сидел на водительском сидении. Он заглушил мотор и что-то тихо сказал сообщникам, указывая пальцем на автомобиль Аркадия.       Отличную я выбрал позицию. Нахожусь сзади и смогу прямо отсюда поразить заклинанием одного за другим.       Первым вышел Толик, за ним остальные.       Мой убийца был крепко сложен в черной кожаной куртке и такого же цвета штанах. Темные короткие волосы и хищное выражение лица добавляло неприязни в его внешность. Парень, что покинул место рядом с водителем был на голову его ниже, но накачанный и наголо бритый в синем утепленном спортивном костюме.       Третий противник был высок и худ. Жидкие русые волосы его были забраны в сальный хвостик на затылке черной резинкой. На нем было серое короткое пальто нараспашку и темно-синие джинсы с серебристой цепочкой на бедре.       Дверцы иномарки холодно хлопнули в тишине, когда их закрыли мужчины.       Луна очень вовремя зашла за тучи.       Я выставил вперед руку в сторону противников, шепча заклинание бессилия. Кто-то использует палочки или посохи для концентрации духовной энергии, а мне хватает пальцев. Так намного удобнее. Первой целью выбрал своего убийцу, как самого опасного и наверняка вооруженного.       — Эй, бабенка! — грубо выкрикнул Толик, самоуверенно шагнув по направлению к автомобилю Аркадия. — Где труп шарлатана?       Его рука скользнула за пазуху, как тогда, когда он извлекал пистолет, стоя напротив меня. Но я уже достал его заклинанием, окутывая бессилием. Мышцы конечностей Толика расслабились и он кулем рухнул на сырую траву. Пистолет достать он так и не успел.       — Помогите! — в ужасе выкрикнул несостоявшийся убийца не в силах пошевелиться.       — Эй, бро, что с тобой? — подскочил к нему в непонимании низкорослый. И стал моей следующей целью. Как давненько понял в процессе колдовства, произносить вслух заклинание было необязательно. Достаточно концентрации воли на цели. На иной стороне колдовать выходило намного легче.       Лысый испугано хрюкнул и повалился наземь следом за лидером. Он растеряно выругался, не в силах совладать с непослушным телом.       Тощий остановился, как вкопанный, поняв, что оказался в ловушке. Загнанно завертел головой, но ночь в глуши плохой помощник для глаз смертного. Он явно не понимал, что поразило его подельников. Но вместо того, чтобы спасаться бегством и оказаться вне зоны действия моего дара, он метнулся к машине Толика, открыл дверцу и уже собрался нырнуть в салон, как следующее заклинание накрыло его обессиливающей магией. Ноги дылды подкосились, он ударился головой о дверцу, падая, но сознания не потерял. Приземлившись в грязь мужчина принялся лепетать что-то бессвязное и полное ужаса, а потом вскрикнул.       — Что со мной? Освободите! На помощь! — заголосил Толик громче всех.       Я вышел из укрытия. Ночной концерт стоило прекращать, чтобы не привлечь ненужное внимание из окрестных деревень. Я подошел сначала к напарникам своего убийцы и, прошептав заклинание немоты, наклонился и коснулся холодными пальцами губ поверженных. Сначала заткнул тощего, затем лысого. Слова обоих потеряли звук. Они, как рыбы, выброшенные на берег, открывали рты в немом крике. Их ужас в глазах вызывал неподдельное удовлетворение.       — Кто ты такой?! — вскрикнул Толик, заметив мой силуэт.       Я сначала хотел присесть перед ним на корточки, но держать равновесие было неудобно и я опустился на одно колено в поле зрения поверженного.       — Пом-нишь ме-ня? — спросил я у своего убийцы, кулем лежащего на боку в неудобной позе.       Луна снова выглянула из-за туч, осветив все призрачным холодным светом.       Глаза «Владимира» расширились от ужаса, когда он меня узнал:       — Шарлатан?! Я же тебя укокошил…       — Не шар-ла-тан, а кол-дун. И ты ме-ня у-бил, — я расстегнул молнию куртки, показывая врагу темное отверстие от пули на бледной обнаженной груди, давая ему осознать что я за существо на самом деле. — По-э-то-му я о-том-щу. Сна-ча-ла те-бе бу-дет очень с-стра-ш-но. По-том оч-чень боль-но. А пос-ле я за-бе-ру тво-ю жизнь. И ожи-ву.       Толик судорожно хлопнул челюстью, потеряв дар речи и побледнев от ужаса, как полотно. А затем попытался набрать в грудь воздуха, чтобы испустить душераздирающий вопль. Но я его опередил, успел коснуться его губ своими холодными пальцами, шепча заклинание немоты. Крик потерял звук в глотке Толика. Наружу вырвался беззвучный выдох, вибрирующий паникой. На его лице отразился смертный ужас, что меня искренне порадовало.       — Не хо-чу слу-шать твои оп-рав-да-ния, — сказал я ему. — Мой при-го-вор вы-не-сен. По-ща-ды не жди.       Затем я встал на ноги.       Злыдни вились рядом, ощущая поживу. Но я силой воли удерживал их на расстоянии. Глядя на три живых тела на земле, у меня родился план, чтобы использовать в своем воскрешении жизненную энергию всех трех. Но я лишь читал о таком ритуале, но ни разу не проводил. Теперь появился шанс попробовать на практике.       — Ре-бя-та! — позвал я в тень руин, где прятался Аркадий. — Иди-те сю-да! Те-перь бе-зо-пас-но.       Аркадий выскочил из зарослей первым с ружьем в руке.       — Уф, как ты ловко их всех! Это магия, да? — спросил он меня, встав рядом.       — Да, — ответил я.       — А я уж думал, что стрелять придется. А я промазать могу…       — Ар-ка-ша, вя-жи это-го, — указал я на Толика. — Он ме-ня убил. Креп-ко.       — Да, сейчас, — кивнул друг и побежал к своей машине, где лежала веревка. Открыл багажник и принялся там копаться.       — Сколько будет действовать заклинание? — с волнением спросила Ира, осторожно приблизившись.       — Ми-нут двад-цать, — ответил я. — По-том на-ло-жу вновь, ес-ли бу-дет нуж-но.       — Их трое… С ума сойти, — вздрогнула девушка, пересчитав нападавших. — Вот лжец.       — Тру-у-с, — уточнил я.       — У него что-то блестит… — Ира присела на корточки и приподняла полу куртки убийцы. — Это пистолет.       — За-бе-ри се-бе, — сказал я. — И пат-ро-ны тоже.       Девушка кивнула и выудила оружие из кобуры Толика. Затем обыскала и нашла в кармане запасные патроны в сменном магазине. Убрала оружие в карман своего пальто. Затем перекатила Толика на спину и обыскала карманы еще раз тщательнее. Но не нашла, даже сотового.       — Где же деньги, обещанные мне? — с иронией спросила она. — Про новый телефон тоже соврал. В его карманах пусто.       — Он хо-тел те-бя убить, — предположил я. — Или в ма-ши-не ле-жат. Мож-ешь по-ис-кать в са-ло-не.       — Я принес веревку! — подбежал к нам Аркадий. — Всех вязать будем или только главного?       — То-ли-ка, — указал я. — Креп-ко, что-бы не выр-вал-ся. Ос-таль-ных в ма-ши-ну по-са-дим. Ира, по-мо-ги ему.       Девушка кивнула. Вместе с Аркадием они прочно обмотали Толика веревкой от талии до щиколоток.       — Ру-ки вдоль те-ла вя-жи-те, — напомнил я. — Что-бы по-том ле-жал ров-нее. Несколько минут работы и теперь отмена бессилия ничего бы для моего убийцы не изменила. Он лежал спутанный веревкой в палец толщиной, как младенец.       — Уф, — выдохнул Аркадий, выпрямляясь. — С остальными что? Убьем?       — Да, — подтвердил. — Я. Но в ма-ши-не.       — Для этого ты просил зажигалку? — нахмурился Аркадий, явно гадая, как их прикончу.       — Нет. По-мо-ги за-та-щить их, — сказал другу и с трудом распахнул дверцу со стороны водителя: пальцы были, как деревянные. — Но преж-де ого-ли каж-до-му грудь. Ира, дай нож.       — Что ты задумал? — спросила девушка. — Ритуал?       — Да, — ответил я. — Сна-ча-ла за-бе-ру их жизнь. По-том пре-дам зем-ле.       — Ты об этом не предупреждал, — напряглась целительница.       — Не знал, что их бу-дет на два боль-ше. Слу-шай-ся ме-ня, про-шу.       — Хорошо, — Ира сходила к машине Аркадия и принесла мне нож, что тот давал ей для самообороны.       Я принял его. Лезвие зловеще блеснуло в свете луны.       — Не знаю, что ты задумал, друг, — отозвался товарищ, распахивая на качке куртку и задирая ему футболку над сердцем. — Но ты явно знаешь больше меня, поэтому доверюсь твоему опыту.       — Мо-ло-дец, — похвалил его я. Затем нагнулся и вывел на груди обездвиженного острием ножа на коже ровно над сердцем треугольник. Проступили капельки крови.       — Те-перь по-са-дим его в са-лон, — сказал я.       Вместе с Аркадием мы подняли непослушное тело и затолкали в иномарку на сиденье водителя. Голова лысого упала на грудь, будто он был мертв. Но я чувствовал, как сладко бьется в нем жизнь.       — Да-вай то-ще-го так-же, — сказал я Аркадию.       Друг не стал спорить. Мы обошли машину и склонились над дылдой. Товарищ распахнул его пальто и задрал тонкий свитер с майкой, оголяя грудь. Я опустился на колено и вывел над сердцем жертвы такой же треугольник на коже. Тут же потекли тонкие струйки крови.       Злыдни ощущали приближение темного ритуала и голодно тянули к жертвам черные щупальца, но я силой воли отогнал их прочь: не сейчас, но я вам оставлю кусок.       — В са-лон его, — распорядился я.       Мы подняли безвольное тело обездвиженного врага и впихнули на сидение рядом с водителем. Голова парня откинулась назад на спинку кресла. У него был длинный с горбинкой нос и тонкие губы. Глаза при этом судорожно бегали, глядя на происходящее в панике, сверкая белками.       Вибрацию ужаса бандитов по капелькам втягивали злыдни, парящие рядом. Я позволял им это, ибо претендовал на более сытный кусок.       — Что дальше? — спросил Аркадий у меня.       — Ес-ли хо-ти-те заб-рать иму-щес-тво убийц, бе-ри-те.       — Не, — отказался друг. — Я не мародер. Да и не нужны мне улики.       — Ира? — посмотрел я на девушку, которая стояла сбоку от иномарки, наблюдая за нами.       — Я бы взяла то, что мне пообещал лже-Владимир, — сказала она. — Но сомневаюсь, что он не лгал.       — Пос-мот-ри, — я кивнул на иномарку и подошел к Толику. — Ар-ка-ша, по-мо-ги по-ло-жить его на ка-пот.       — Зачем? — подошел товарищ.       — Сде-лаю из не-го ба-та-рей-ку.       — Как?       — По-мо-гай! — не желая тратить время на сложные пояснения для непосвященного непослушным ртом, приказал я.       Мы вместе нагнулись, взяли моего убийцу и взгромоздили на капот иномарки. Толик в ужасе пялился на меня. Я специально повернул его голову к себе лицом, чтобы он мог меня видеть и бояться еще сильнее.       — Ого-ли ему грудь, — приказал я Аркадию.       Товарищ распахнул куртку и рубашку на груди моего врага, открывая голую кожу, на которой я вывел такой же треугольник, что и у двоих его подельников, а затем по краям вывел еще один — принимающий. Кровь сочно выступила из раны. Меня радовала боль врага.       — Что еще? — поинтересовался у меня товарищ.       — Те-перь отой-ди и не ме-шай, — сказал я.       Друг послушался и отошел в сторону.       Сначала я отложил нож на капот, а затем положил одну руку на грудь Толика, другую ему на лоб.       Девушка в это время слазила в салон автомобиля, обыскала две сумки преступников, а затем бардачок, но обещанного там не оказалось. Вылезла и с обидой захлопнула дверцу.       — Ничего, — заключила она. — Так и знала, что лже-Владимир лжец. Все, не мешаю, — увидев, что я начинаю ритуал, Ира отошла в сторону.       — Ты зачем в салон лазила? — шикнул на нее Аркадий. — Отпечатков пальцев наоставляла! Вдруг машину найдут?!       — Тимофей же сказал, что следов не оставит, — ответила она. — Т-с-с. Не мешай ему.       — Что он делает? — прошептал девушке товарищ.       — Потом спроси у него сам, — отмахнулась она.       Сосредоточившись, я начал шептать заклинание выкачки жизненной силы из живых объектов в предмет, которым сделал живое сердце моего убийцы. Я не знал: сработает или нет, но попробовать стоило. Жизненная сила должна помочь мне ожить и дополнительная повысит шансы успешности задумки.       По стеклам иномарки пополз иней от потустороннего хлада, на капоте проступили серебристые разводы снежинок. Два тела внутри салона вздрогнули в судороге, а потом из их сердец потянулись к сердцу Толика пульсирующие золотистые нити. Аркадий не мог этого видеть, а вот Ира вполне. Я творил редкое заклинание смеси магии жизни и смерти. Но наполнял не неодушевленный сосуд, а живой орган, который планировал для пересадки. Как это сработает, я не знал. Но пока дело шло хорошо. Тело моего убийцы била легкая дрожь. Мне было абсолютно все равно, что он чувствует, но это скорее было нечто приятное.       Несколько минут спустя золотые нити из тел мужчин в салоне поблекли и я прекратил повторение заклинания. Энергетические нити втянулись в тело Толика. Я убрал от него руки.       Я посмотрел на жертв в салоне. Они еще были живы, но почти полностью опустошены. Пребывали в беспамятстве. А потом я позвал злыдей и указал слепым голодным сгусткам два вкусных «пирога» в иномарке. Потусторонние существа роем кинулись на бандитов, став моим смертельным оружием, движимым мстительной волей. Они жадно накинулись на судорожно-пульсирующие ауры, души и остатки жизненной энергии тел, впитывая в себя все без остатка. Совсем скоро они превратят их в хладные трупы, сердца замрут в груди не в силах биться. Но меня совершенно не трогала кончина подельников моего убийцы.       Я подтянул к себе тело Толика и почти бережно взял его на руки. Затем отнес на несколько шагов и кинул перед товарищами.       — Уса-ди-те его и дай-те смот-реть, что я бу-ду де-лать с его ав-то. Он дол-жен это ви-деть, — сказал я друзьям.       — Хорошо, — послушался Аркадий и усадил Толика, опустился на корточки и придержал его голову, чтобы он мог меня и машину видеть. На глазах пленника проступили слезы отчаяния. Но мне не было его жаль.       — Ты перебарщиваешь, — осудила меня целительница, но препятствовать не стала.       — Поз-воль о-том-с-тить, — повернулся я к ней.       Девушка ничего не ответила и только осуждающе скрестила на груди руки. Но она понимала меня. Надеюсь на это.       Я заставил свое тело подойти к машине убийцы, взять нож и отойти в сторону к кустам у руин. Я срезал прут. Затем вернулся к иномарке. Убрал нож в карман. Заставил свое тело нагнуться и обойти иномарку, концом прута проводя линию в почве вокруг автомобиля с уже безжизненными телами. Самое главное, что я замкнул линию. Это было важно для правильности ритуала. Затем вонзил прут перед бампером автомобиля. Отошел на пару шагов назад.       Злыдни поглотив все питательное из мужчин в салоне, еще вились клубками, но вскоре начали разлетаться. Я не держал их, наоборот, отталкивал. Толик сейчас так переполнен жизненной энергией, что может, наоборот, привлекать нежить. А он мой ценный приз, который никому не дам.       Я собирался преподнести Матери-земле дар, который ей вряд ли когда-то дарили. На древнем наречии я принялся петь — не столько горлом (сейчас это получалось крайне плохо), сколько духом — песнь восхищения и благодарности почве и ее силе, которой я делаю подношение в виде автомобиля Толика. Если сработает, это будет идеальный вариант похорон без лопаты и затраты физических сил.       Допев хвалебную песнь, я рухнул на колени и согнулся, уткнувшись губами в грязную почву. Поцеловал с благодарностью. А потом выпрямился и вывел символ в грязи пальцем, которому научил меня очень давно — еще в юношестве — призрак.       Я ощутил всем естеством толчок, который исходил откуда-то снизу. Сработало! Она услышала мой зов.       Внезапно переднее колесо иномарки стало проседать, затем второе и машина накренилась. Почва в выведенном прутом круге начала вспучиваться, будто закипала, пошла воронками и превратилась в подобие зыбучего песка. Мать-земля принимала мой подарок. Машина плавно начала погружаться в почву, увязая колесами. Она тонула, как в трясине — одновременно жутко и завораживающе. Сначала погрузилось днище, затем дверцы, вскоре земля была уже у окон…       Я со злорадством посмотрел на Толика, который ни жив, ни мертв взирал на чудовищное зрелище погребения его дорогой тачки с товарищами внутри. Я от души насладился смесью его эмоций ужаса и паники. Отстранено отметил, что я их, кажется, пью… что было не очень правильно. Но удержаться от соблазна не мог. Несколько минут и иномарка полностью скрылась под землей. Почва наверху разгладилась, снова проступила трава и следы шин. Ни намека на то, что здесь закопали нечто огромное.       Я посмотрел на товарищей. Аркадий, даже распахнул рот от удивления, а Ира нервно обхватила себя за плечи и с испугом взирала, то на меня, то на пустое место, где только что стояла иномарка. Вот удивления от нее не ожидал. Неужели, она ничего подобного не видела? Вот это я редкое заклинание получил, значит.       — По-лу-чи-лось! — заключил я довольно — если мой голос вообще мог отразить какие-то эмоции — и заставил свое тело подняться на ноги.       — Что это было? — удивился Аркадий. — Я чуть в штаны не наложил, признаюсь. Ты хоть предупреждай о таких «фокусах»!       — Го-во-рил же, что за-ко-паю, — ответил я другу и подошел к ним.       — Но не так же! — всплеснул друг руками и отпустил тело Толика, которое завалилоь на бок. — А еще вспомнил, что лопаты не взял… А ты вона как! Теперь я верю, что магия существует.       — Ты меня поражаешь, Тима! Я даже не знала, что такое возможно. Как ты это сделал? — удивленно спросила Ирина. — Это очень древняя или очень темная магия. Где ты нашел такие знания?       — По-том рас-ска-жу. По пу-ти. Нам по-ра е-хать.       — Хотя вопрос скорее в том, чем ты заплатил за них. Как говорила моя бабка Даша, очень сильные заклинания передаются не за бесплатно.       — Еще не зап-ла-тил, — честно ответил я девушке.       — Что?! — встрепенулась она, но я решил не пояснять.       — Бе-рем То-лю и уез-жа-ем. Ме-ня по-ра о-жив-лять, — напомнил я друзьям.       — Да, уже горю желанием убраться отсюда подальше, — сказал Аркадий и взял убийцу подмышки. — Тащим в багажник?       — Да, — ответил я и наклонился, поднимая пленника за ноги.       Ирина пошла вперед к нашему автомобилю. Ее явно переполняла тревога за меня, но уже не только в ключе моего оживления. Для нее наверняка стало открытием, что я настолько сведущ в запретной магии.       Втроем мы затолкали Толика в багажник. Я еще раз наложил на него заклинания бессилия и немоты, чтобы в дороге не возникло сюрпризов.       Аркадий захлопнул багажник и сказал:       — Блин, я не верю, что это делаю!       — При-вы-кай, — попытался усмехнуться я, но физически не вышло.       — Едем, — поторопила Ирина и залезла на сидение рядом с водителем, устроив свою сумку на коленях, с тревогой посмотрела на дисплей своего сотового, достав из кармана. — Уже почти три часа ночи! Мы должны вернуться никем незамеченными.       — Да, — согласился Аркадий и поспешно забрался в автомобиль, захлопнул дверцу, взялся одной рукой за руль, а другой повернул ключ в замке зажигания, заводя мотор.       Я же открыл дверцу и заставил неуклюжее тело сесть в салон на заднее сидение. Захлопнул ее и посмотрел на залитый лунным светом пустырь и руины церкви через стекло. Злыдни к этому времени уже успели разлететься.       Луну опять затянули тучи.       Аркадий включил дальний свет фар и плавно тронул «девятку» с места. Машина покатилась по ухабам проселочной дороги вперед к шоссе, отгоняя лучами фар ночь.