Красный: потокол выживания

      Медпункт встретил запыхавшихся Хёнджина и Феликса стерильным запахом антисептиков и мертвенным белым светом. Джисон лежал на узкой кушетке, его лицо было неестественно спокойным, а дыхание слишком глубоким и размеренным.       — Хан-и! Джисон, проснись! — Хёнджин бесцеремонно схватил бету за плечи и начал трясти.       Феликс в это время схватил со стола стакан с холодной водой и, не раздумывая, плеснул в лицо другу. Джисон вздрогнул, захлебнулся воздухом и распахнул глаза. В его зрачках еще плавал туман от лекарств, а взгляд был совершенно расфокусированным.       — Уён?.. — пробормотал он, пытаясь сесть. — Феликс?..где... что происходит?       — Слушай меня внимательно, Хан Джисон, — Феликс взял его лицо в свои ладони, заставляя смотреть прямо на себя. — Уёна больше нет. И мы все можем погибнуть, если ты нам не поможешь. Мы нашли файлы. Нас похитил Синдикат. Минхо - первый предатель, и он настроил Чана против нас.       Джисон замотал головой, его веки отчаянно слипались.       — Что? Какой синдикат... я хочу спать...       — Времени нет! — Хёнджин рывком поднял его на ноги, практически взваливая на себя. — Нам нужно, чтобы ты взломал систему капсул. Ты единственный хакер среди нас и можешь переписать код Синдиката. Мы должны обмануть корабль, Джисон!       Бета едва переставлял ватные ноги. Ему казалось, что он всё еще видит кошмар, но жесткие пальцы Хёнджина, впившиеся в его локоть, и отчаянный шепот Феликса возвращали его в страшную реальность.       Они тащили его по коридору, замирая у каждого поворота. Джисон повис на их плечах, его голова бессильно моталась, но он начал приходить в себя. Холодный воздух вентиляции немного протрезвил его разум.       — Какие капсулы... О чем вы?..— прохрипел Джисон, когда они ворвались в Навигацию.       — На этой консервной банке есть капсулы "Спасения", но они открываются только когда выигрывают или члены команды или предатели! — быстро говорил Феликс, загружая обратно все данные на монитор. Свет и мониторы снова моргнули, питание скакало словно на скакалке.       — Вы хотите... заставить систему думать, что все цели устранены? — наконец-то начал понимать слова друзей Джисон, потирая болящие глаза.       — Именно! — Хёнджин усадил его перед главным терминалом. — Перепиши протокол «Выживание». Сделай так, чтобы капсулы открылись сейчас, без новых смертей.       Джисон поморщил натертые глаза и посмотрел на бегущие строки квантового кода. Его пальцы коснулись сенсорной клавиатуры, и на мгновение профессиональные навыки хакера взяли верх над действием седативных. Его глаза сузились.       — Это... это самоубийство, ребята, — прошептал он, начиная быстро вбивать команды. — Если я ошибусь в одной строке, ИИ корабля сочтет это саботажем и заблокирует весь сектор.       — У тебя получится, — Феликс положил руку на его плечо, вглядываясь в монитор. — Ты лучший хакер на потоке, Хан-и. Пожалуйста.

***

      Громкий удар сотряс стальную дверь Навигации. Гидравлика жалобно заскрежетала, Минхо и Чан пытались взломать замок снаружи.       — Открывайте! — голос Бан Чана, искаженный яростью и отчаянием, гремел по ту сторону. — Я знаю, что вы задумали! Вы решили обрушить систему жизнеобеспечения, чтобы избавиться от нас?! Хёнджин, я доверял тебе управление кораблем!       Хёнджин подскочил к двери, прижимаясь к ней спиной, словно это могло удержать разъяренного капитана.       — Чан, послушай меня! — прокричал он, перекрывая грохот. — Мы не уничтожаем корабль! Мы пытаемся разблокировать капсулы спасения с этой железной банки! Тот, кто на самом деле хочет твоей смерти, стоит сейчас прямо за твоей спиной! Это Минхо! Он один из предателей!       Удары на мгновение прекратились. В коридоре воцарилась тяжелая, звенящая тишина. Кажется, Чан замешкался, его уверенность пошатнулась от искренности в голосе пилота.       — Чан, не слушай его! — раздался вкрадчивый, ядовитый голос Минхо из коридора. — Они просто тянут время, пока Феликс завершает саботаж. Я уверен что Феликс - предатель, он запудрил Хёнджину и Хану мозги.       Феликс, стоявший рядом с Джисоном, побледнел. Он понял, что Минхо пошел ва-банк.       — Хёнджин, открывай! — выкрикнул Феликс. — Открывай сейчас же! Если мы оставим их там, Минхо убьет Чана в темноте коридора!       Хёнджин рванул рычаг аварийной разблокировки. Стальное полотно с шипением ушло в паз, и в проеме показался Бан Чан. Его глаза были налиты кровью, зрачки расширены, паранойя и внушение Минхо превратили рассудительного капитана в загнанного зверя.       Он даже не взглянул на Хёнджина. Чан с рыком бросился вперед, прямо на Феликса.       — Ты... ты всё это время врал нам! — Чан повалил омегу на пульт управления, его мощные пальцы сомкнулись на тонкой шее Феликса. — Из-за тебя погиб Сонхва! Из-за тебя Уён покончил с собой! Я уже не знаю кому доверять, но я найду предателя даже если мне придется начать убивать самому!       Феликс захрипел, вцепляясь в запястья капитана, его лицо начало багроветь. Хёнджин с криком «Отпусти его!» бросился на Чана, пытаясь оттащить его за плечи, но капитан, ослепленный яростью, был неестественно силен.       В это время Минхо медленно вошел в Навигацию. Он не спешил на помощь. Он стоял у порога, скрестив руки на груди, и с ледяным удовлетворением наблюдал за хаосом. Его план работал идеально: экипаж уничтожал сам себя.       — Хани, не отвлекайся! — прохрипел Хёнджин, нанося удар Чану под дых, чтобы ослабить хватку на шее Феликса. — Вбивай код! Это наш единственный шанс!       Джисон, трясущимися руками вытирая холодный пот, практически упал на клавиатуру. Его пальцы танцевали по клавишам, вводя новые строки защиты. Экран заливал его лицо алым светом.       — Вроде почти... почти готово... — бормотал Джисон, игнорируя крики и борьбу за своей спиной. — Я обхожу протокол... Я подменяю ID предателей... Еще секунду!       Хёнджин видел, что лицо Феликса уже стало пунцово-синим, а глаза начали закатываться. Чан, ослеплённый внушённой яростью, не слышал ничего. Хрип омеги тонул в гуле систем. Понимая, что ещё секунда и шея Ликса просто сломается, Хёнджин нанёс резкий, выверенный удар в челюсть капитана. Бан Чан, не ожидавший такой силы от пилота, тяжело рухнул на пол, мгновенно обмякнув.       Феликс повалился следом, судорожно хватая ртом воздух и прижимая ладонь к саднящему горлу. Его пальцы всё ещё слабо касались браслета на запястье, пытаясь запустить проекцию файлов, но сил не было даже на вдох.       В этой суматохе никто не заметил, как Минхо, сохраняя пугающее хладнокровие, вытянул из голенища сапога острый армейский нож. Он не смотрел на Чана. Его взгляд был прикован к затылку Джисона. Хан был единственной реальной угрозой для Синдиката, если он перепишет код, игра закончится не по правилам «Deep Space».       Минхо сделал бесшумный шаг, занося лезвие для решающего удара в шею хакера.       — Нет! — Хёнджин, едва успевший отдышаться, рванулся с места.       Он навалился на Минхо со спины, перехватывая его руку. Два альфы сцепились в яростной схватке, снося оборудование и врезаясь в стальные переборки. Минхо был техничнее и злее; его движения напоминали броски кобры. В какой-то момент он извернулся и с силой вонзил нож Хёнджину в плечо.       Хван вскрикнул, его хватка ослабла, и он повалился на пол, зажимая рану, из которой мгновенно хлынула густая кровь.       — Ты всегда был слишком сентиментальным, Хван, — выплюнул Минхо, даже не оборачиваясь на раненого пилота.       Он снова двинулся к Джисону. Бета, чьи пальцы продолжали лихорадочно вбивать последние символы кода, даже не оборачивался, хотя его спина была мокрой от холодного пота. Он слышал борьбу, слышал крики, но знал: если он прервётся, капсулы заблокируются навсегда.       Минхо уже занёс нож над Джисоном, когда на него, словно из ниоткуда, набросился Феликс.       Всё ещё откашливаясь, со свистом выталкивая воздух из обожжённых лёгких, Феликс вцепился в руку старшего брата. В этом рывке была вся его боль, всё разочарование и вся любовь, превратившаяся в пепел.       — Хватит! — прохрипел Феликс.       Используя эффект неожиданности и то, что Минхо никогда не ждал от младшего брата физического сопротивления, Феликс вывернул его кисть. Нож со звоном упал на металлический пол. Феликс тут же отбросил его ногой под серверную стойку и встал между братом и Джисоном, раскинув руки, словно живой щит.       Минхо замер, тяжело дыша. На его лице впервые проступила тень эмоции - это было не раскаяние, а ледяное недоумение.       — Отойди, Феликс, — тихо сказал Минхо. — Я делаю это ради нас. Если он допишет код, Синдикат нас уничтожит. Ты не понимаешь, во что ввязываешься.       — Я понимаю всё, — Феликс выпрямился, несмотря на дрожь в коленях. — Я видел файлы в Архиве своими глазами, Минхо. Я видел, кто мы для них. И я скорее умру здесь вместе с ними, чем позволю тебе убить еще кого-нибудь.       — Но ты тоже предатель, Ликс, капсулы не будут работать правильно, потому что вы их взломали! — говорил Минхо, но все это было уже не важно для всех в этой комнате, за их спинами раздался пронзительный звуковой сигнал терминала. Мониторы Навигации сменили красный цвет на изумрудно-зелёный.       — Есть! — выкрикнул Джисон, обессиленно откидываясь на спинку кресла. — Я сделал это! Обходной путь открыт!       По всему кораблю разнёсся тяжёлый механический гул - это начали открываться замки спасательных капсул. В тесном пространстве Навигации, под аккомпанемент завывающих сирен разблокировки, происходит то, что Синдикат назвал бы «высшей точкой дестабилизации».       Минхо не собирался сдаваться. Увидев изумрудный свет на мониторах, он понял, теперь он для Синдиката такой же «бракованный материал», как и остальные. В его глазах вспыхнуло безумие. Он рванулся вперед, пытаясь оттолкнуть Феликса и добраться до ножа, который лежал под стойкой.       — Отойди! — взревел Минхо, нанося удар брату наотмашь.       Феликс упал, но его рука наткнулась на обломок стальной арматуры, выпавший из распределительного щита во время драки Чана и Хёнджина. Когда Минхо навис над ним, собираясь нанести сокрушительный удар, Феликс действовал на чистом инстинкте выживания.       Он не целился. Он просто выбросил руку вперед, вкладывая в этот рывок всю свою ярость, всю боль за Сонхва, Сана и Уёна, и весь тот ужас, который он испытал в Архиве.       Раздался влажный, хрустящий звук.       Мир вокруг застыл. Джисон вскрикнул, закрыв рот руками. Хёнджин, прижимая окровавленное плечо, замер, не в силах отвести взгляд. Минхо медленно опустил голову. Стальной штырь глубоко вошел ему под ребра, пробивая диафрагму и легкое. Изо рта старшего брата потекла тонкая струйка темной крови. Его руки, еще секунду назад готовые убивать, бессильно опустились на плечи Феликса, но теперь не для удара, а в поисках опоры.       — Ликс... — прохрипел Минхо. Его голос больше не был холодным. В нем послышалось то самое детское недоумение, словно отголоски из их детства.       Феликс судорожно выдохнул, его пальцы разжались. Он поймал брата, медленно оседая вместе с ним на пол.       — Зачем, Минхо? Зачем ты это делал? — рыдал Феликс, пачкая руки в горячей крови брата. — Мы могли найти другой путь... мы могли...       — Пути... не было, — Минхо тяжело закашлялся, его зрачки начали расширяться. — Я хотел... чтобы ты жил. Только ты. Всегда... только ты...       Его голова тяжело упала на плечо Феликса. Тело обмякло. Лидер-Хищник, идеальное орудие Синдиката «Deep Space», перестал дышать в руках того единственного человека, ради которого он уничтожил свою душу.       Над ними, словно в насмешку, механический голос ИИ корабля объявил:       — «ВНИМАНИЕ. ВСЕ ЦЕЛИ НЕЙТРАЛИЗОВАНЫ. СПАСАТЕЛЬНЫЕ КАПСУЛЫ ГОТОВЫ К ЗАПУСКУ. ДО САМОУНИЧТОЖЕНИЯ КОРАБЛЯ 5 МИНУТ».       Джисон сидел у терминала, по его лицу текли слезы. Он только что взломал систему, но цена этой свободы была невыносимой. Хёнджин через силу поднялся и подошел к Феликсу, осторожно обнимая его со спины, пытаясь оттащить от тела брата.       — Ликс... нам пора идти. Чан приходит в себя. Мы должны забрать его и уходить, пока корабль не самоликвидировался, — тихо сказал Хёнджин.       Феликс не отвечал. Он смотрел на свои окровавленные руки, которые только что убили самого близкого и самого страшного человека в его жизни.       Аварийные сирены ревели на пределе, сливаясь в единый, сводящий с ума стон. Корабль содрогался в конвульсиях, словно живое существо, чувствующее приближение смерти. Воздух в Навигационном блоке стал едким, пропитанным гарью и медным, металлическим запахом крови, которая теперь была повсюду.       — Минхо! Минхо, вставай! — Крик Феликса сорвался на хриплый, надрывный вой.       Омега вцепился в плечи брата, не обращая внимания на то, что его собственные ладони утопают в горячей, липкой жидкости, продолжающей толчками выходить из раны. Он тряс его так сильно, что голова Минхо безвольно моталась из стороны в сторону, а остекленевшие глаза бессмысленно отражали вспышки багрового аварийного света.       — Вставай! Слышишь?! Ты не можешь здесь остаться! — Феликс захлебывался слезами, его грудь ходила ходуном от рыданий, которые мешали дышать. — Это я... это я сделал... Минхо, открой глаза, пожалуйста! Прошу тебя!       Бесстрастный голос ИИ корабля, лишенный всяких человеческих эмоций, начал обратный отсчет, который звучал как приговор:       — «До детонации ядра - 180 секунд. Пожалуйста, покиньте сектор немедленно».       Феликс не слышал. Он пытался подтянуть тяжелое тело брата к себе, пачкая лицо в его крови, целуя его еще теплый лоб и умоляя о прощении. Его мир сузился до этого маленького клочка пола, на котором догорал человек, защищавший его ценой собственного безумия.       Бан Чан, оглушенный ударом Хёнджина, начал приходить в себя. Он издал нечленораздельный стон, пытаясь опереться на руки, но голова его кружилась, а перед глазами плыли кровавые круги.       — Ликс, хватит! У нас осталось три минуты! — Хёнджин подскочил к Феликсу.       Он видел, что омега потерял связь с реальностью. Тот обнимал труп брата, раскачиваясь из стороны в сторону, и шептал его имя, словно заклинание. Хёнджин попытался мягко отцепить его пальцы, но Феликс вцепился в комбинезон Минхо мертвой хваткой.       — Я не оставлю его! Хёнджин, помоги мне его забрать! Помоги! — Феликс сорвался на визг, когда Хёнджин применил силу.       — Он мертв, Феликс! — Хван рявкнул это прямо ему в лицо, пытаясь пробиться сквозь шок. — Если мы останемся, мы сгорим вместе с ним!       ИИ продолжал свой ровный бег:       — «Сто пятьдесят секунд».       Понимая, что время на исходе, Хёнджин действовал решительно. Игнорируя вспышку боли в раненом плече, он обхватил Феликса поперек талии и буквально вырвал его из окровавленных объятий. Одним резким движением он закинул омегу на свое здоровое плечо. Феликс забился, как пойманная птица, ударяя Хёнджина по спине, впиваясь ногтями в его комбинезон и продолжая кричать имя брата, пока из его глаз катились бесконечные, обжигающие слезы.       — Джисон, хватай Чана! — скомандовал Хёнджин.       Хан, чей разум всё еще был затуманен лекарствами, действовал на чистых инстинктах. Он подхватил дезориентированного капитана под руку. Чан, пошатываясь и тяжело дыша, опирался на бету, не до конца понимая, куда и зачем они бегут.       Они рванули из Навигации. Коридоры превратились в лабиринт кошмаров. Стены стонали, панорамные окна вибрировали от напряжения, а за ними черная бездна космоса уже была готова поглотить остатки их жизни.       Корабль начало трясти. Где-то в хвосте уже начались микровзрывы, переборки стонали под давлением. Они пронеслись мимо Столовой, где всё началось, мимо кают, где еще недавно смеялись Сан и Уён.       Феликс больше не боролся. Он бессильно свисал с плеча Хёнджина, и его вой, полный нечеловеческой боли, разносился эхом по всему кораблю. Это был звук окончательного разрушения души. Он смотрел на удаляющийся дверной проем Навигации, где в темноте осталось тело единственного человека, который любил его больше самой жизни и которого он сам лишил этой жизни.       — «Девяносто секунд до самоуничтожения.»       Они бежали мимо пустых отсеков, мимо брошенных вещей, мимо призраков своих друзей. Джисон тянул Чана за собой, почти волоча его по металлическому полу. Тяжелое дыхание четырех выживших сливалось в ритмичный, лихорадочный пульс.       — Где искать эти капсулы?! — рявкнул Хёнджин, замерев на перекрестке коридора.       — Кажется... кажется в коде было написано что-то про третий шлюз, — тяжело дыша, сказал Джисон.       Хенджин сжал губы и нахмурил брови.       — Туда! — Хван указал на открытый люк в техническом секторе.       Гул умирающего корабля «The Skeld» превратился в непрекращающийся стон рвущегося металла. Воздух в шлюзовом отсеке был перенасыщен гарью и едким белым паром, который вырывался из перебитых труб, застилая видимость.       — Быстро! Чан, Джисон - в первую! — проревел Хёнджин, перекрывая грохот. Он стальной хваткой держал Феликса, не давая тому осесть на пол. — Мы с Ликсом сядем во вторую! Бегом, времени нет!       Джисон, бледный до синевы, потащил за собой дезориентированного Бан Чана. Капитан шел тяжело, цепляясь руками за переборки, его взгляд был затуманен и пуст. Хёнджин уже развернулся к соседнему люку, готовый затолкнуть туда Феликса, когда сверху раздался оглушительный скрежет. Огромный, бесформенный обломок внешней обшивки, вырванный внутренним взрывом, с чудовищной силой рухнул прямо на вторую капсулу. Тонкий металл спасательного аппарата смялся под этим весом, как алюминиевая банка. Посыпались искры, запахло озоном.       Глаза Хёнджина расширились от ледяного ужаса, в них отразилась вспышка короткого замыкания. Джисон замер на пороге своей капсулы, оцепенев от увиденного. Их план спасения только что был раздавлен многотонной плитой.       — Все в одну! Живо! — Хёнджин сорвался на крик, толкая парней в единственный уцелевший люк. — Садитесь в одну, иначе нам конец!       Они буквально ввалились в тесное пространство первой капсулы, падая на жесткий пол в беспорядочный клубок тел. Хёнджин, действуя на чистых инстинктах, подхватил Феликса и практически зашвырнул его в кресло перед главной панелью управления. Омега не сопротивлялся, его тело было обмякшим, а лицо безжизненной маской. Хёнджин ударил по кнопкам, и мониторы ожили, заливая кабину холодным синим светом.       — Хан! — Хёнджин обернулся к Джисону, его челюсти были сжаты так сильно, что на скулах выступили желваки, а взгляд стал безумным. — Куда стоит курс?! Где конечная точка?!       Джисон, прижимавший к себе едва соображающего Чана, замялся. Его лицо исказилось в мучительной попытке вспомнить. После всего пережитого, после седативных и ужаса в Архиве, координаты стерлись, превратившись в белый шум.       — Я... я не помню! — в отчаянии выкрикнул бета. — Хёнджин, я не помню цифр!       Смерть дышала им в спину. Корабль позади них уже начал рассыпаться на куски. Хёнджин, не тратя больше ни секунды, схватился за массивный тумблер гиперпрыжка. Он понимал, они уходят в никуда. Без курса, без цели, без гарантии выжить при выходе из подпространства.       Феликс, до этого момента не издавший ни звука, медленно, словно в замедленной съемке, обернулся к маленькому бронированному окошку двери, отделяющей их от коридоров корабля. Через него он увидел, как в глубине «The Skeld» расцветает ослепительное оранжевое пламя. Взрывы пожирали отсек за отсеком, превращая в пыль стены, которые еще недавно были им домом. Там, в самом эпицентре этого ада, осталось тело Минхо.       Хёнджин с силой рванул тумблер на себя.       Раздался нарастающий высокочастотный гул. Пространство внутри капсулы мгновенно растянулось, превращаясь в вибрирующую нить. Произошел гиперпрыжок. Секунда и «The Skeld» исчез в безмолвной вспышке, оставив обломки корабля и тело последнего предателя в черной пустоте неизвестной галактики. Выжившие уносились в бесконечность, не зная, где и когда их путешествие подойдет к концу.