Когда разбивается стекло

Всему хорошему приходит конец, но он не хотел бы встретить этот конец с кем-то другим.

***

      — Элигор!       Он едва слышал, как Криос зовёт его сквозь шум сражающихся ангелов и людей. Но он все же вскочил на ноги и вовремя поймал копьё, которое бросил ему Криос. Как его партнёр почувствовал, что он потерял оружие в битве, было непонятно, но это не должно было стать неожиданностью. Криос потрясающий воин и заботился об Элигоре так, что тот чувствовал себя самым важным в этом мире.       Он сумел одним быстрым движением отбиться от обращенного существа, которое собиралось укусить одного из их человеческих спутников, жестом приказав ему отступить за стены Алчности.       Нападающих было слишком много. Им всем нужно было отступить и перегруппироваться. Криос, похоже, пришел к тому же выводу, жестом приглашая остальных членов их отряда вернуться, и кричал, чтобы они отступали.       Когда он уже собирался последовать за ним, позади раздался ужасный вопль. Это был Арнольд, их человеческий спутник, которого Камаэль спас ещё до революции. Одно из обращенных существ вонзило свои зазубренные желтые клыки в шею бедного человека. Крови было так много.       — Его уже не спасти, Элигор! Быстрее! — крикнул ему Криос, придерживая крышку туннеля, ведущего в Кораксо. Убежище, которое им, похоже, снова придется использовать из-за вспышки эпидемии.       Элигор поднял копье и медленно отступил назад, оглядываясь через плечо на Криоса, когда внезапно на него напал другой ангел и сбил его с ног. Он упал на шершавый камень того, что когда-то было прекрасной мощеной дорогой Алчности. Теперь же она была потрескавшейся и разбитой, как и остальная часть Лимба.       Кожу разорвало в месте соприкосновения с треснувшей дорогой, и, скользя по камням, он почувствовал резкую боль в запястье и локте. Элигор застонал, пытаясь подняться, но его остановил противник, рухнув на него сверху и ударив головой о землю.       Горячее, отвратительное зловоние ударило в лицо, он не мог дышать. Элигор видел холодные черные, нависшие над ним глаза, искаженный острыми зубами рот, едкую слюну черного ядовитого цвета, изборожденное безумием и черными венами лицо.       Он боролся со своим павшим братом, пытаясь вырваться из-под гниющих зубов, которые приближались все ближе и ближе. Легкие болели, пока он звал свою пару. Не о помощи, а в агонии, потому что знал, что уже слишком поздно. Голос Элигора оборвался в прерывистом крике, когда ногти ангела глубоко впились ему в грудь, а зубы вонзились в горло. Нет, не ангела. Чудовища.       Внезапно перед глазами возник вихрь движений, когда существо оттащили от него. Сердитое рычание исходило не от него, а от партнёра Элигора. Криос оторвал существу голову и бросил ее в пруд, а обезглавленное тело рухнуло на землю. Криос мгновенно оказался рядом с Элигором, широко раскрыв глаза от паники, обнимая его и пытаясь остановить кровотечение куском своей туники.       — Давай же, душа моя. Нужно вернутся в Кораксо, — взмолился он.       Было трудно дышать, ещё труднее говорить, глаза горели от слёз, когда он смотрел на свою любовь. Но он преодолел эту боль.       — Слишком поздно. Пожалуйста, Криос. Прошу тебя, убей меня, пока я — это ещё я.       — Нет, — выдохнул он, твёрдо покачав головой, — Камаэль наверняка сможет исцелить тебя.       Он чувствовал, как слёзы текут по щекам, соль жжёт и обжигает рану.       — Я уже чувствую это… Ты знаешь, что должен сделать, — он закашлялся, кровь потекла по губам, что-то сжало сердце, и он почувствовал, как тьма сгущается в сознании. — Пожалуйста, Криос. Мне страшно… не дай мне обратиться. Я так люблю тебя.       Губы у Криоса задрожали, он взял лицо Элигора в ладони, слеза скатилась по щеке и упала ему на лоб.       — И я люблю тебя. И даже если это будет последнее, что я сумею, но я снова сделаю этот мир безопасным. Я обещаю тебе.       — Я знаю, что сделаешь, — Элигор мягко улыбнулся, но, когда он потерял чувствительность в теле, руки, которыми до этого он держался за сильную грудь Криоса, ослабели и теперь неподвижно лежали по бокам. — Я верю в тебя.       Криос наклонился и нежно поцеловал его в губы, и Элигор хотел почувствовать это. Почувствовать прикосновение губ своего любимого в последний раз. Криос отстранился и занес клинок, готовый к удару.       — Ты был причиной того, что я снова обрел веру.       Ему так много хотелось сказать Криосу. Но он понимал, что потерял способность говорить, тело погрузило разум в бесконечную тьму. Поэтому вместо того, чтобы что-то говорить, он в последний раз улыбнулся Криосу, надеясь передать этим, как сильно он его любит, как благодарен за счастье, которое они разделили. Улыбка, которая, как он надеялся, была не прощанием, а скорее, шепотом надежды на новую встречу.

***

      Дин резко проснулся и вскочил, потянулся включить прикроватную лампу. Внезапный яркий свет заставил прищуриться, но после такого дерьмового сна ему нужен был свет, чтобы осветить реальность. Он был таким реальным. Таким пиздецки ярким. Он потер глаза и помотал головой, сделал прерывистый вдох, пытаясь успокоить сердцебиение.       — Дин? — пробормотал Кас, поворачиваясь к нему лицом. Казалось, Дин разбудил его, хотя он и знал, что это не так.       Он ободряюще улыбнулся и махнул рукой:       — Просто кошмар приснился.       Кас склонил голову, распахнул глаза и выглядел ещё более обеспокоенным.       — Таких у тебя давно не было.       — Да уж, и он был очешуенно реалистичным, — он снова помотал головой, пытаясь понять, что ему приснилось, вздохнул и посмотрел на Каса. — Ты с кем-нибудь связывался из Лимба после нашей свадьбы?       Кас медленно покачал головой:       — Нет. Тебе приснился кошмар про Лимб?       Дин кивнул:       — Да, и это было… странно. Типа Лимб в стиле Ночи живых мертвецов. Я помню только обрывки, но… это был реальный пиздец.       — Может, твой брат был прав, и тебе не стоило так поздно есть… да еще и смотреть такой страшный фильм.       Дин щёлкнул Каса по носу и удивленно повел бровью.       — Мне не восемь, Кас. Я не об этом. Просто… что-то в этом было странное. Сон был таким реальным. Как будто я смотрел, как это происходит, буквально.       — Прошло уже больше года. Может, пора нанести туда визит снова? — предложил Кас, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Дина.       Дин улыбнулся и наклонился поцеловать его в щёку.       — Не отказался бы снова увидеть тебя в той офигенно сексуальной тоге, — прорычал он Касу на ухо.       — Мне казалось, ты предпочитаешь меня в доспехах? — усмехнулся он, притягивая Дина к себе.       — Если уж на то пошло, я предпочитаю тебя вообще голым, — пробормотал он и наклонился поцеловать его, толкаясь полутвердым членом мужу между ног.       Кас усмехнулся, прильнув губами к губам Дина, и пробормотал:       — Хорошо, тогда нам следует навестить их… но только позже.       Дин улыбнулся и положил ладони ему на щеки, осыпая лицо поцелуями.       — Гораздо, гораздо позже.