Похититель

      Поставив все необходимые подписи и переодевшись в ранее конфискованную у него одежду, Вэй Усянь выходит в коридор, держа в охапку своё пальто.       Закрыв дверь, он чуть не сталкивается с кем-то.       — Цзян Чэн?! — Его удивление, вероятно, слышно на весь суд.       — Чего орёшь? — Привычно фыркает брат и зачем-то выхватывает у Вэй Ина его вещи.       — Я не знал, что ты придёшь, — не скрывая радости ни в голосе, ни на лице говорит тот, рассматривая лицо Цзян Ваньиня, по которому уже успел соскучиться.       — Я и не собирался, — кривится брат, но его бегающий взгляд выдаёт его волнение с головой. Вэй Усянь не планирует упустить возможность поиздеваться над ним.       — Тогда почему ты тут? И почему сказал так много хорошего обо мне? — Хлопая ресницами, он повисает на его плече, заглядывая в глаза. Уши Цзян Ваньиня заметно розовеют.       — Заткнись! Ты чем слушал? — Возмущается он, но не предпринимает ничего, чтобы скинуть навязчивого брата с себя.       — Цзян Чэ-эн, ты ужасный врун, — тянет Вэй Усянь, позволяя себе на секунду прижаться лбом к родному плечу. Он уже и мечтать не мог, что когда-то привычно обнимет его.       — Если б не этот Инспектор, я бы даже не узнал о заседании! — С неприкрытой досадой признаётся Цзян Ваньинь.       — Лань Чжань?! — Новая волна удивления захлёстывает Вэй Ина. Вчера в списке свидетелей он не видел имени брата, и потому был крайне ошарашен его появлением.       Цзян Чэн скашивает на него взгляд, полный негодования. Ещё до того, как он открывает рот, Вэй Усянь уже знает, что сейчас услышит.       — Это буквально следователь, который вытащил твою проблемную задницу из тюрьмы, и ты называешь его так?! Вэй Усянь! Есть ли хоть капля совести у тебя?       — Да-да, ты прав, — хихикает он, лишь бы не слушать крики Цзян Чэна. Он совсем забыл, что брат не в курсе его особого отношения к этому Инспектору.       А, собственно, должно ли быть это особое отношение?       — И что ты замолчал? Стыдно стало?! — Вэй Ин отпускает его и оглядывается.       — Мне надо увидеться с ним и с Вэнь Цин, подожди у входа, ладно? — Не дожидаясь согласия или очередных возмущений (что в случае с Цзян Чэном вероятнее всего), он уходит в глубь просторного фойе.       Брат и сестра Вэнь обнаруживаются возле входа в зал суда.       — Вэй-сюн! — Радостно вскрикивает Вэнь Цюнлинь, едва заметив его. Вэй Усянь чуть ли не бегом подходит к ним.       — Вэнь Нин, Вэнь Цин, — улыбка при виде друзей сама налезает на его лицо.       — Как ты, Вэй-сюн? Ты похудел, — Вэнь Цюнлинь обеспокоенно осматривает его, но тот лишь машет рукой.       — Всё нормально, ещё успею поесть, — смеётся он и подходит ближе к Вэнь Цин, возвысившись над ней.       — Что? — С усмешкой спрашивает та, вскидывая на него взгляд, в котором он, кажется, впервые, видит тепло.       Подумав секунду, Вэй Усянь притягивает девушку в свои объятия. Та замирает, не ожидав подобного, ведь раньше никто из них не проявлял заботу о другом больше, чем того требовали правила приличия. Для неё Вэй Усянь всегда был другом брата, а для Вэй Усяня она – сестрой друга. Называться друзьями они оба не могли.       Теперь же Вэй Ин понимает, что эти лейблы никогда им были не нужны. И он, и Вэнь Цин, так или иначе, заботились друг о друге, но каждый по-своему.       — Спасибо, — шепчет он в тёмные волосы, испытывая бесконечную благодарность по отношению к этой смелой девушке. Работать в логове тигра ради него…       — Ну, хватит, — смеётся Вэнь Цин и отстраняет его от себя. В её больших глазах читается облегчение. Словно вся тяжесть мира разом покинула эти хрупкие плечи, — это я должна благодарить тебя, — она впервые улыбается ему искренне, без насмешки или грусти.       — Вэнь Цин, я-       Вэй Усянь хочет прояснить ситуацию. До него внезапно доходит осознание, как всё это может выглядеть для неё. Но всё не так. Совсем не так!       — Даже не думай об этом, — строго произносит девушка, погрозив ему пальцем, и ещё один камень падает с души Вэй Ина – как же хорошо, что они иногда понимают друг друга.       — И ты! — Шутливо восклицает он и смеётся с недоумённого взгляда Вэнь Нина, который ведёт себя так тихо, словно его здесь и нет.       — Лучше иди к своему Инспектору, это всё его заслуга, — хмыкает Вэнь Цин, а её взгляд направлен за спину Вэй Усяня, — к тому же, он уже несколько минут ждёт тебя там, как статуя, — она скрывает смех, а Вэй Ин, как в замедленной съёмке, оборачивается.       Лань Ванцзи смиренно стоит в конце коридора и действительно ждёт его. Как тогда, на парковке под снегом.       Вэй Усянь делает судорожный вдох и замечает мгновенную реакцию организма на этого мужчину – пульс учащается, жар приливает к шее, а ноги отказываются слушать.       Это очень плохо.       — Да иди уже! — Сзади подталкивает Вэнь Цин, и теперь он думает, что погорячился, посчитав её подругой, раз она так легко подставляет его.       Выдержав его долгий взгляд, Лань Ванцзи, кажется, собирается уйти, и это помогает Вэй Ину прийти в себя. Он решительным шагом направляется к своему спасителю и мучителю в одном лице. О втором известно только Вэй Ину.       — Лань Чж-       Почти окликнув полицейского уже привычным именем, Вэй Усянь осекается, вспомнив слова Цзян Чэна и свои недавние мысли.       — Инспектор Лань, — он исправляется и не может понять, меняется ли взгляд Лань Ванцзи из-за этого или же он всегда был таким холодным, — большое Вам спасибо за… — «спасение», «помощь», «потраченные силы», «встречу с а-Юанем», «доверие», — за всё, — Вэй Усянь вкладывает в это слово всю признательность, которую только может отыскать в себе.       — Не нужно, — тихо произносит Лань Ванцзи, слегка покачав головой. Вэй Ин вскидывает бровь, а затем вспоминает адвоката.       — Просто назовите сумму, и я-       — Ничего не требуется, — слова режут воздух не хуже ножа, Вэй Ин даже вздрагивает от резкости, с которой звучит голос Инспектора.       — Но…       Он не может понять, что не так. Учитывая характер Лань Ванцзи, возможно, он не приемлет взяток – это Вэй Усянь может понять. Но почему его отношение так резко поменялось с доброжелательного на отстранённое, почему взгляд, в котором с первого дня Вэй Ин видел тепло, сейчас источает лишь лёд?       — Вы свободны, — словно вторым приговором за день звучит голос Инспектора Лань. Двусмысленность фразы в любой другой момент вызвала бы у Вэй Усяня усмешку, но только не сейчас. Не тогда, когда к его душевному раздраю добавляется ещё и чувство вины.       Лань Ванцзи уходит первым. Он снова не смотрит на Вэй Ина, как и вчера. Его лицо снова выглядит чужим, как в первый день их знакомства, и Вэй Усянь не может не усомниться, а не придумал ли он всё это.       Но один лишь факт его свободы уже даёт понять, что нет, все эти три недели были реальностью.

⬛️

      — Господин Вэй? — Вэй Усянь останавливается на подходе к Цзян Чэну, который всё же терпеливо его дожидается возле своего автомобиля.       — Да? — Обернувшись, он видит женщину, которая находилась в суде в качестве законного представителя а-Юаня.       — Верно ли я истолковала Ваше намерение после всех бумажных дел оформить опеку над Вэнь Юанем?       — Конечно! — Вэй Усянь незамедлительно кивает, — я как раз собирался попросить брата отвезти меня к нему.       — Вынуждена Вас попросить не торопиться, — женщина говорит вежливо и мягко, стараясь не напугать его интонацией. Но волнение всё равно захватывает душу Вэй Ина.       — Почему?       — На текущий момент, к сожалению, Вы не в самом выгодном положении для того, чтобы органы опеки позволили Вам усыновить ребёнка, — брови Вэй Усяня сводятся к переносице.       — В чём проблема?       — У Вас нет постоянного места работы и стабильного ежемесячного дохода. А также мы должны убедиться, что условия жизни в Вашей квартире полностью подходят для воспитания маленького мальчика, — услышав ответ, Вэй Ин на секунду прикрывает глаза, только сейчас понимая, что на его освобождении ничего не закончилось. Трудности, кажется, только начинаются.       — О квартире можно не переживать, я владею двухкомнатными апартаментами в центре города, — больше для себя говорит он, — в какой срок необходимо предоставить справки с места работы и о доходах?       — В любой момент, но справка должна отражать Ваши доходы за месяц. То есть, даже если Вы прямо сейчас найдёте работу, то информацию о выплатах Вы сможете предоставить только через месяц.       Вэй Усянь пошатывается от озвученного срока.       — Месяц?! Да вы с ума сошли! А-Юань должен будет ещё целый месяц жить непонятно где, когда его… когда я уже на свободе?       — Господин Вэй, давайте потише, — женщина бросает на него выразительный взгляд, и Вэй Ин пристыженно замолкает, — эти вопросы Вам лучше обсудить в Доме Ребёнка, где мальчик сейчас находится. Я лишь даю Вам совет: прежде чем ехать туда, заранее озаботьтесь перечисленными условиями.       — Простите и спасибо Вам! — Вэй Усянь кланяется женщине, и та, пожелав ему удачи, уходит.       Холодная поверхность бетонной стены никак не помогает Вэй Ину прийти в себя. В его представлении он прямо сейчас должен был поехать к а-Юаню, чтобы забрать его и закончить уже этот ад для них обоих. Но чёртовы законы и здесь мешают его планам.       Когда он не двигается больше пяти минут, Цзян Ваньинь не выдерживает и, подойдя, нависает над ним.       — Возвращайся в «Lotus».       Вэй Усянь усмехается, решив, что тот выбрал неудачное время пошутить.       — Чего ржёшь?! — Цзян Чэн эмоционально толкает его в плечо, от чего Вэй Ин шипит и потирает ушибленное место рукой, — отец восстановит тебя в должности, а пропущенные дни оформит, как отпуск.       Вэй Усянь поднимает на брата неверящий взгляд.       — Ты серьёзно? — Его сердце начинает стучать в разы быстрее от одной только мысли, что предложение Цзян Чэна может оказаться реальностью.       — Ты слишком жалко сейчас выглядишь, чтобы я смеялся над тобой, — фыркает Цзян Ваньинь и протягивает руку, стараясь не смотреть брату в глаза.       Сердце Вэй Усяня словно укутывают пледом в этот момент. Он совсем не ожидал такой поддержки от вечно раздражённого и презирающего все его действия Цзян Чэна.       С лёгкой улыбкой ухватившись за предложенную руку, Вэй Ин отстаёт от стены и направляется за братом в его машину.       По дороге до головного офиса «Lotus» Цзян Чэн не отстаёт от него с расспросами о том, как проходило расследование и что у него за история с Инспектором Лань, раз он позволяет себе так фривольно его называть.       Вэй Усянь делится не самыми приятными впечатлениями об этих трёх неделях, но, когда говорит о Лань Ванцзи, то не может скрыть грустную улыбку.       — Я должен его отблагодарить, но он не берёт деньги, — морщит он нос, видя, как брат закатывает глаза.       — Подари ему что-нибудь, — хмыкает тот, — коньяк или что-то в этом роде.       Вэй Усянь на полном серьёзе задумывается над этим. Раз деньги Инспектора Лань не интересуют, то от подарка он точно не сможет отказаться.

⬛️

      Когда двое сыновей входят в кабинет, Цзян Фэнмянь поднимается из-за своего стола.       — А-Ин! — Приветствует он старшего приёмного сына, с которым они расстались на минорной ноте. Небольшой ком собирается в горле Вэй Усяня в тот момент, когда он оказывается в объятиях опекуна, но он стоит безвольной куклой, не собираясь обнимать его в ответ, — а-Ин, — дядя Цзян отстраняет его за плечи и заглядывает в глаза, — прости меня.       Вэй Ин не сдерживает усмешки, вырвавшейся из горла. Где он был, когда ему нужна была его помощь?       — А-Чэн описал мне ситуацию, и я, конечно, сделаю всё возможное, чтобы восстановить тебя на прежней должности руководителя южного филиала.       — Спасибо, — вежливо произносит Вэй Усянь, но оба родственника слышат появившуюся сталь в его голосе.       — А-Ин, я понимаю тебя, но-       — Не надо, дядя. Всё в порядке, — он бесцеремонно перебивает приёмного отца и натянуто ему улыбается, — я же могу завтра выйти на работу?       — Да, конечно, — тому приходится отступить.       Откланявшись, Вэй Усянь решает пройтись по окрестным магазинчикам в поисках сносного подарка для Лань Ванцзи.       На втором часе поисков его посещает гениальная, на его скромный взгляд, идея.

⬛️

      Следующим утром, едва солнечные лучи достигают его окна, Вэй Усянь подскакивает с постели и собирается за рекордные тридцать минут.       Подгоняемый желанием поскорее увидеть а-Юаня, он мчит в свой офис за уже готовой справкой с места работы и там же печатает вторую – о доходах.       Следующий свой путь – в Дом Ребёнка – он прокладывает через полицейский участок. Увидеться с Лань Ванцзи, к сожалению, не удаётся, так что, оставив для него подарок у дежурного, Вэй Ин едет к Вэнь Юаню.

🧑‍🧒

      — Господин Вэй, я Вам пятый раз повторяю, что не бывает у нас всё так быстро, — эта директриса ещё в первую встречу не понравилась Вэй Усяню. Несмотря на справки и копии документов, что он предоставил, она утверждает, что это мелочь, и оформление займёт более двух недель.       — Органы опеки должны просто убедиться в том, что в моей квартире ребёнку будет достаточно места и всё соответствует нормам, так? — Ему уже с трудом даётся держать себя в узде.       — Да, и максимум, что я могу Вам предложить – это завтрашний день. Специальная служба придёт, всё проверит, а потом нам нужно будет переоформить целый пакет документов, — женщина тяжко вздыхает, бесцельно переставляя папку с места на место, — кто-то в отпуске, у кого-то сокращённые смены, сами понимаете, что одним днём тут не обернётся. Мы Вам сообщим, когда документы будут готовы.       — И всё это время ребёнок будет жить здесь? — Вэй Усянь едва не пышет огнём от её спокойствия.       — А что тут плохого? У нас, между прочим, один из лучших Детских Домов в центральном районе! — С этим он не спорит, а оперативно обдумывает, как сообщить мальчику, что ему придётся задержаться здесь ещё на какое-то время и что сегодня папа его не сможет забрать.       — Я могу увидеть сына? — Совладав с собой, спрашивает он.       — Да, у них как раз закончился тихий час, — безразлично бросает директриса и указывает на дверь.       Ища по памяти комнату Вэнь Юаня, Вэй Ин понимает, что в прошлый раз она так заискивала перед ним и задавала кучу вопросов не из заботы о детях, а из-за полицейского, сопровождающего его. Сейчас же нет полиции – нет гиперучастия.       Встряхнув головой, чтобы выкинуть ненужные мысли из головы, Вэй Усянь толкает знакомую дверь, и к нему подбегает сразу несколько детей.       — А-Юань, — зовёт он, высматривая мальчика среди незнакомых лиц, — а-Юань, где ты? — Секундная паника посещает Вэй Ина, когда он не может найти ребёнка.       — Папа, — тихий голосок мгновенно растапливает его сердце. Вэнь Юань садится на своей кроватке и сонно потирает глаза кулачками.       — А-Юань, — Вэй Усянь падает напротив него и сразу же ловит в свои объятия.       — Папа! Ты пришёл! — Просыпается тот и не менее сильно обнимает его за шею. Вэй Ин втягивает родной запах его волос, и губы его подрагивают от сдерживания рвущихся наружу слёз облегчения.       Оставаясь тем, на кого Вэнь Юань должен равняться, он сглатывает ком в горле и недалеко отстраняет ребёнка, чтобы рассмотреть его и поймать его взгляд.       — А-Юань, мне нужно тебе кое-что сказать, — он давно понял, что с этим смышлёным малышом не стоит прибегать к обману или играм, а лучше говорить всё прямо.       — Ты не заберёшь меня сегодня? — Кажется, он даже недооценил его. Чёрные глаза-пуговки смотрят без осуждения и даже без грусти, а с таким пониманием, которого зачастую недостаёт даже взрослым.       — Да, сначала мне нужно убедить тётушек из опеки, что тебе будет безопасно жить со мной, — улыбается Вэй Усянь ему, поглаживая по мягким волосам, — как только они подпишут все свои бумажки, то отдадут мне тебя. Ты же сможешь подождать ещё чуть-чуть?       — Да, — Вэнь Юань кивает со всей серьёзностью.       — Осталось немного, малыш, и больше никто не сможет тебя забрать у меня, как я и обещал, — Вэй Ин не сдерживается и коротко целует его в пухлую щёчку. Мальчик смеётся, а затем поднимает на него очень знакомый Вэй Усяню взгляд. Так он смотрит, когда хочет спросить то, от чего сердце обычно замирает.       — Папа, — смотря исподлобья с лукавой улыбкой произносит Вэнь Юань.       — М? — Вэй Усянь всё ещё привыкает к этому обращению, но всякий раз умирает и возрождается внутри.       — А папа-полицейский тоже будет жить с нами?       Вэй Ин предвидел, что его сердце не готово к этому вопросу. Он ошарашенно распахивает глаза, стараясь переварить услышанное – он сказал «папа-полицейский». Он про Лань Ванцзи? Он же не в самом деле имеет в виду Лань Ванцзи?       — Папа-полицейский? — Надеясь, что ослышался, эхом переспрашивает Вэй Усянь.       — Мгм, — дрожь пробегает по его позвоночнику от такого знакомого «мгм», — Чжань-гэгэ! — Поясняет Вэнь Юань, как будто у его папы есть десять запасных сердец.       — А-Юань, дядя полицейский… — начинает он, но всё, что крутится на языке, выглядит глупым даже для него. Ребёнок ни за что не поверит, что их ничего не связывает. Он, на удивление, очень тонко чувствует взаимоотношения людей.       — Он больше не придёт? — Неожиданно глаза малыша наполняются слезами.       Вэй Усянь вообще не мог предположить, что такой молчаливый и безэмоциональный человек, как Лань Ванцзи, может настолько засесть в душе эмпатичного а-Юаня.       Мысленно чертыхнувшись на Лань Чжаня и на себя за беспечность, он сгребает ребёнка в объятия и заверяет его, что папа-полицейский ещё обязательно придёт к нему. Хотя он и не знает наверняка. Для Лань Ванцзи это было очередное дело, зачем ему приходить к Юаню! А просить о подобном будет слишком низко.       Так они проводят ещё полчаса, пока ему не звонят с работы. Вэнь Юань обещает дождаться его и хорошо кушать, и Вэй Усянь возвращается в офис, предварительно получив от директрисы Дома Ребёнка время, в которое завтра следует ожидать проверку.

⬜️

      — Инспектор Лань, разрешите обратиться! — Звонкий голос дежурного вынуждает Лань Ванцзи замедлиться и остановиться возле его стойки. Одним лишь коротким взглядом он даёт разрешение продолжить, — возьмите, — рядовой полицейский протягивает ему небольшой подарочный пакет и сразу же спешит пояснить на острый взгляд, — это от Вэй Усяня, он хотел Вас увидеть, но Вы были на выезде, и я не знал, когда Вы вернётесь, поэтому… В общем, он просил передать Вам лично в руки.       Инспектор Лань испытывает иррациональное желание отругать подчинённого за то, что тот сразу же не связался с ним, ведь это не кто угодно, а Вэй Ин. Но вовремя вспоминает, что, во-первых, сам же установил правило, запрещающее звонки по пустякам, а во-вторых, никто из сотрудников даже не догадывается о том, что в давно замороженном сердце Инспектора этот мужчина уже занял особое место.       — Вольно, — холодно бросает он и, забрав из рук дежурного подарок, твёрдым шагом уходит по направлению к лифту.       Уже в своём кабинете Лань Ванцзи ставит напротив себя квадратный пакет чёрного цвета, повязанный красной лентой. Надолго его выдержки не хватает, и интерес побеждает попытку угадать, что же мог принести Вэй Усянь.       Из пакета Инспектор вынимает конверт и пять маленьких фигурок кроликов на клейкой основе. Все кролики своеобразны и настолько милы, что даже у сурового полицейского на губах мелькает улыбка.       Одного из своих новых друзей он сразу же оставляет на рабочем столе в кабинете – того, что стоит на передних лапках вниз головой. Он будет напоминать Лань Ванцзи об эмоциональном и немного сумасшедшем (в самом хорошем смысле этого слова) деле, связанным с Вэй Ином.       Трое других кроликов точно отправятся в автомобиль Лань Ванцзи – лежащий на спинке, стоящий с поднятыми лапками и тот, что к верху хвостиком.       А вот последнего – протягивающего ему сердечко – он приютит дома у своей кровати. Как бы Лань Ванцзи хотелось, чтобы за таким незатейливым жестом скрывалось что-то большее.       Он ещё некоторое время рассматривает белых пушистиков, пока его взгляд не натыкается на красный конверт.       Вэй Усянь не стал бы класть туда деньги. Не после того, как Инспектор дал ему понять, что не примет их от него.       Тогда что…?

Кому:

Самому прекрасному и лучшему в мире Инспектору Лань Ванцзи

      Так начинается письмо, которое полицейский достаёт и разворачивает перед собой. Скользнув глазами по первым строчкам, он чувствует, что пальцы перестают его слушаться. Лань Чжань, для начала хочу искренне и всем своим сердцем поблагодарить тебя за помощь. Я знаю, ты скажешь, что это твоя работа и любой уважающий себя Инспектор сделал бы то же самое, но нет, я не соглашусь с тобой. Тот Инспектор, который допрашивал меня первый раз, сильно отличается от тебя! В его глазах не было участия, а он сам не собирался слушать мою историю. Лань Чжань, ты уникальный. Прости, что я нетактичен, но один раз получив разрешение называть тебя так, я больше не хочу любезничать. Это очень эгоистично, но в ответ я разрешаю тебе всегда называть меня «Вэй Ин», если тебе это когда-либо будет нужно) Кстати! Если тебе хоть когда-нибудь что-нибудь понадобится, ты всегда можешь обратиться ко мне. Я бы написал здесь свой номер телефона, но он у тебя уже есть. Как и мой адрес и адреса всех моих родственников :Р Лань Чжань, спасибо за то, что поверил мне и поверил в меня. Только благодаря тебе я смогу усыновить а-Юаня. Никакими словами не описать мою благодарность тебе.

Искренне, тв

Вэй Ин

      Опустив листок, Лань Ванцзи смотрит перед собой пустым взглядом.       Вэй Ин написал ему письмо. Своей собственной рукой. В этих иероглифах его движения, его чувства, его душа. Он назвал Лань Ванцзи уникальным. А ещё самым прекрасным и лучшим в мире. Да, Инспектором, не человеком или мужчиной, но сердце Ванцзи в эту минуту не видит разницы.       Со всей аккуратностью, на которую только способен, он складывает письмо и прячет его обратно в конверт. Забрав его и оставшихся кроликов, Лань Чжань направляется сделать ещё одно доброе дело для своего Вэй Ина.