Похититель

      Вэй Усянь берёт выходной на работе, чтобы до назначенных пятнадцати часов подготовить квартиру к приходу проверки.       Он вымывает все углы, которые раньше зачастую обходил стороной, украшает вторую комнату под детскую (все игрушки а-Юаня рассаживает на его кровати и тумбах, а на стол кладёт раскраски и книжки), а также наводит генеральный порядок во всех шкафах, не забывая разложить на полках его вещи и заранее купленные ванные принадлежности.       Вэй Ин готов на все сто процентов. Ни одной пылинки невозможно найти сейчас в его доме.       Делегация из трёх человек – женщина в больших очках и две её помощницы-практикантки – приходят немного позже назначенного времени: в пятнадцать двадцать три.       — Девочки, проверьте квартиру на соответствие пожарной безопасности и санитарным нормам, — командует главная проверяющая, указывая своим ногтем, наманикюренным ярко-красным лаком. Сама она принимается за «инвентаризацию» полотенец, спальных принадлежностей, запасной зубной щётки, продуктов и одежды. Вэй Усянь нисколько не нервничает, только ходя за ней по пятам.       Спустя полчаса девушки отчитываются своей начальнице.       — Госпожа Фан, всё проверили, всё отлично, — одна из них показывает ей планшет, на котором все пункты отмечены зелёным.       Вэй Ин не сдерживает самодовольную ухмылку.       — Хорошо, очень хорошо, — прищурившись, сквозь зубы комментирует женщина и ставит в своих бумагах финальную пометку.       — Останетесь на чай? — Гостеприимно предлагает Вэй Усянь, хотя не испытывает особого желания терпеть не самую приятную компанию.       — Нет, спасибо, — благо у дам есть чувство такта, — у нас ещё две проверки на очереди. Вам сообщат о результатах, — поправив очки, женщина выходит в подъезд и, когда помощницы семенят следом, Вэй Ин с облегчением закрывает за ними дверь.       Прикидывая, стоит ли съездить в Илин и навестить своих друзей, он всё же включает электрический чайник. Неожиданно его телефон оповещает о входящем вызове с незнакомого номера.       Взяв смартфон последней модели в руки, Вэй Усянь на какую-то маленькую секунду, лишь на секунду, надеется услышать в динамике голос одного конкретного человека.       — Алло.       — Господин Вэй, — голос по ту сторону связи оказывается знакомым, но не тем, — Ваши документы на усыновление готовы, Вы можете уже сегодня подписать их и забрать ребёнка.       — Правда? Так быстро?! Я сейчас же выезжаю!       Не помня себя от радости, Вэй Ин переобувается, наскоро накидывает своё пальто и, схватив с полки ключи от машины, быстро спускается.       Адреналин, захватывающий его по дороге в Дом Ребёнка, очень похож на тот, когда он мчался на его спасение из лап Вэнь Чао. Только в этот раз всё иначе – а-Юань в безопасности и только и ждёт своего папу.       Путь до кабинета директрисы Детского Дома Вэй Усянь преодолевает за секунды. Женщина подпрыгивает на месте, когда он вихрем влетает в её кабинет.       — Ваше рвение, господин Вэй, действительно похвально, — держась за сердце смеётся она и на немой вопрос в горящих глазах указывает головой на бумаги, лежащие на столе для посетителей, — документы мы подготовили сегодня утром, а результаты проверки мне передали по электронной почте, после чего я сразу же Вам позвонила.       — Спасибо, — улыбается Вэй Ин и на некоторое время присаживается, чтобы пробежаться по строкам в бумагах и поставить везде свою подпись. Когда с официальной частью покончено, он поднимается и в предвкушении направляется к выходу.       — Надеюсь, больше не увидимся с Вами, — в спину долетает ему доброжелательная усмешка.       — Взаимно, — смеясь, соглашается он и срывается на бег в коридоре, игнорируя пожурившую его уборщицу, которая как раз проходит мимо.       Уже безошибочно отыскав нужную дверь, Вэй Усянь рывком распахивает её и, найдя глазами Вэнь Юаня, в один шаг подходит к нему. Схватив ни о чём не подозревающего ребёнка на руки, он подкидывает его и затем крепко прижимает к себе.       — Папа!       — Мы едем домой, малыш, — счастливо произносит он в тёмную макушку и, оставив на ней поцелуй, так и выходит из комнаты вместе с ребёнком, поддерживая его одной рукой, а в другой неся папку с документами, где теперь нотариально подтверждено, что они – семья.       — Папа, папа, машинка! — Вэнь Юань чуть не спрыгивает с него, вспомнив о драгоценном подарке, который, конечно, ни в коем случае нельзя оставить здесь.       Вэй Ин усмехается и, успокоив его панику, возвращается в комнату, чтобы забрать подарок Инспектора Лань. Мальчик вцепляется в эту машинку так, словно это самое дорогое, что у него есть. Вэй Усянь прискорбно осознаёт, что ему придётся подумать о том, что же со всем этим делать.       — Папа, а я знал, что ты сегодня придёшь, — пока он несёт Юаня к автомобилю, заявляет тот. Удивившись, Вэй Ин усаживает его в детское кресло на заднем сидении и сам садится за руль.       Только выехав за пределы напрягающего места, он возвращается к этому утверждению.       — Откуда ты узнал, а-Юань? Воспитательница сказала тебе? — Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Вэй Усянь ловит хитринки в тёмных детских глазах.       — Не-а, — ребёнок, явно намеревается подразнить его, и сегодня Вэй Ин слишком счастлив, чтобы воспитывать его, поэтому позволяет ему играть с собой.       — Тогда кто? — Мягко уточняет он, состроив задумчивую гримасу.       — Угадай, угадай! — Вэнь Юань весело болтает ножками, и Вэй Усянь хочет продлить этот момент, как можно дольше.       — Хм, — не отвлекаясь от дороги, он мимикой лица показывает, что очень глубоко думает над этой загадкой, — может быть, твоя машинка? — Ребёнок заливисто смеётся с этого предположения,       — Она не умеет говорить, папа! — Наглядно махая игрушкой в воздухе, восклицает он, наверняка думая, что его папа тот ещё дурачок. Вэй Ин смеётся над этой мыслью.       — Тогда кто же, а-Юа-ань? — Разыгрывая невозможность угадать, тянет он. Вэнь Юань долго смотрит на него через зеркало и осторожно улыбается.       — Второй папа, — еле-слышно признаётся он, но Вэй Усяню хватает и этого для того, чтобы его сердце сжалось. Он неосознанно вцепляется в руль, стараясь восстановить дыхание, но это выходит из рук вон плохо.       Раз Лань Ванцзи был там, раз он виделся с а-Юанем…       Нет ничего более очевидного, чем причина, по которой оформление документов, по словам директрисы, занимающее более двух недель, завернулось буквально в два дня.       Лань Чжань помог ему снова. Помог им в очередной раз. Даже когда уже совсем не должен был.       — А-Юань, папа-полицейский правда приходил? — Вэй Ин и сам замечает, как дрожь пробирается в его голос, но не может совладать с собой, когда речь заходит о Лань Ванцзи.       — Да! Он обнял меня и сказал, что папа обязательно заберёт меня сегодня, — Вэй Усянь замедляет ход, подъезжая к дому, — я спросил его, будет ли он жить с нами, — со своей детской непосредственностью добавляет Вэнь Юань, и Вэй Ин думает, что точно потерял бы сознание от услышанного, если бы не находился за рулём.       — И что он ответил? — Произнося это, он чувствует, как все внутренности напрягаются в ожидании.       — Он сказал, что это зависит от папы – тебя, — Юань тычет в него пальчиком и улыбается. Вэй Усянь, стараясь побороть шок, выбирается из автомобиля и, отстегнув ребёнка, сразу же подхватывает на руки.       — А-Юань, — направляясь к лифтам, зовёт он, до конца не веря в то, что Инспектор Лань мог так сказать, — а Чжань-гэгэ точно ответил именно это? Ты не обманываешь меня? — Конечно, он верит мальчику, но не может не вспомнить о живой детской фантазии.       — М-м, — отрицательно качает головой тот, — не обманываю. Папа-полицейский так и сказал: это зависит от твоего папы, — он даже копирует интонацию Лань Ванцзи, что совершенно не оставляет Вэй Ину сомнений.       И всё же, на какую-то часть он не может в это всецело поверить. Вэнь Юань, конечно, хочет полноценную семью, он пережил сильный стресс за эти недели, и это вполне могло сказаться на его психике. Из чего складывается вероятность, что он неосознанно подталкивает Вэй Усяня ко второму взрослому, который кажется ему безопасным и тем, кто точно сможет защитить, если он, Вэй Усянь, не сможет.       К этому осознанию Вэй Ин приходит совершенно неожиданно уже ночью, перебирая волосы спящего ребёнка пальцами и прокручивая в своей голове его слова. Оставить а-Юаня спать одного в другой комнате стало выше его сил, поэтому он уложил его к себе и читал сказки, пока мальчик не уснул. А теперь вот его настигают выводы о детской психологии. И что с ними делать, он не имеет понятия.       Есть только один человек, который может дать подсказку.       — Я уже думала, что ты запил на радости или улетел куда-нибудь, — саркастично усмехается в телефон Вэнь Цин, ответив после второго гудка.       — Я боролся за сына, отстань, — устало фыркает в ответ Вэй Ин, стараясь говорить негромко, несмотря на две двери, отделяющие его сейчас от спящего ребёнка.       — Похвально.       — Ты же разбираешься в психологии, — не затягивая разговор, он переходит к делу.       — Уж лучше тебя. Что случилось?       — Мне кажется, а-Юань не чувствует себя в безопасности, — Вэй Усянь ставит звонок на громкую связь и наливает стакан воды.       — Как это проявляется? Он боится тебя?       — Нет! Нет, не в этом дело! — Машет он руками, едва не расплескав воду по кухне. Тот факт, что девушка его не видит, им благополучно игнорируется, — он хочет, чтобы его вторым родителем был Инспектор Лань, — на одном дыхании произносит он.       В телефоне ненадолго повисает тишина.       — Вэнь Цин?       — И при чём здесь чувство безопасности? — По голосу подруги слышно, что она старается сдержать смех. Вэй Усянь оскорблённо смотрит на свой телефон.       — Ну, Лань Ванцзи – полицейский, понимаешь? Юань уже второй день говорит про то, что хочет, чтобы он жил с нами. Вот я и подумал, что ему хочется ощутимой безопасности. Полицейские же ассоциируются с защитой.       На его рассуждения Вэнь Цин звучно вздыхает.       — Ты слишком много думаешь, Усянь, — он уверен, что она осуждающе качает головой прямо сейчас, — тебе не приходила мысль, что он просто проникся симпатией к твоему Инспектору? — Вэй Ин шепчет себе под нос обиженное «он не мой», но вслух озвучивает другое.       — Приходила. Но это странно. А-Юань очень разборчив в людях, он даже к Вэнь Нину не сразу привык.       — Значит, этот Инспектор – исключение, что я ещё могу сказать! — Вэнь Цин точно закатывает в этот момент глаза, — не забивай голову ерундой, а объясни ребёнку, что двое взрослых не могут просто так жить друг с другом. Для этого нужно кое-что ещё.       — Вэнь Цин!       — Я имела в виду любовь, извращенец!       Вэй Усянь тихо хихикает над ней. Всё-таки выпив воды, он вспоминает о важном вопросе, который им не удалось полноценно обсудить после суда.       — Как вы с Вэнь Нином? Нет новостей из компании?       Из-за того, что «Sun» лишилась генерального директора и главного держателя акций, СМИ заинтересовались дальнейшей судьбой компании. Согласно регламента, управление делами перешло в руки заместителя Вэнь Жоханя – Чжао Чжулю. Однако тот не является акционером и поэтому рискует потерять свой пост. В репортажах звучали предположения, что акции могут быть переданы ближайшим родственникам Вэнь Жоханя.       — Мы в порядке. А-Нин сдал зимнюю сессию и сейчас на каникулах. Он приедет к Вам на днях.       — Отлично! Мы ждём его.       — А из компании пока ничего не было, и я надеюсь, что не будет. У меня нет желания влезать в эти грязные дела.       Вэй Ин понимает её. Ему самому уже довольно трудно держаться в семейном бизнесе. Его душа просит чего-то более свободного и своего.       Тем не менее, он натягивает улыбку и отвечает:       — Если нужно будет помочь с маркетингом, ты знаешь, к кому обратиться.       — Я поняла твой замысел: ты отобрал у дяди племянников, а теперь хочешь отобрать компанию.       Они оба смеются над этим предположением, и Вэй Ин благодарит девушку за то, что она помогла ему отвлечься. Та бросает «обращайся» и отключается.       Вэй Усянь возвращается к сыну и впервые за эти недели спокойно засыпает.

🧑‍🧒

      Он берёт ещё несколько отгулов, чтобы устроить Вэнь Юаня в садик, расположенный недалеко от дома.       Два дня у них уходят на адаптацию. Несмотря на то, что Юань действительно смышлёный для своих лет, он всё ещё ребёнок. Так что в первый день Вэй Ин забирает его после обеда из-за того, что тот разрыдался, когда уронил краски, и просил позвать папу. А во второй день он лезет в драку с мальчиком из соседнего дома, Цзинъи, который называет его машинку уродливой. Ту самую машинку, отныне горячо охраняемую Вэнь Юанем.       Благо, на третий день обходится без происшествий, и когда Вэй Усянь приходит за ним в положенные шесть вечера, то слышит только восторженные отзывы о детях и воспитательнице. На следующий день, отведя его в сад, он уже выходит на работу.       Наконец, в их доме наступает спокойствие.       Каждое утро Вэнь Юань радует его яркой улыбкой, а Вэй Ин готовит для них обоих завтрак (кашу, омлет или бутерброды – на большее он пока не способен). После еды он отводит ребёнка в садик и едет в офис. Вечером, когда приходит время забирать Юаня, Вэй Усянь либо заказывает еду, – всегда раздельную для них двоих: себе острое, сыну что-то из детского меню – либо делает что-то самостоятельно. Правда со временем выясняется, что его еда приемлема только для него – Вэнь Юань всё чаще просит заказать то вкусное пюре из доставки. Вечера они проводят за телевизором, смотря мультики или детские фильмы, или за развивающими играми.       И всё, вроде бы, хорошо. Всё даже отлично. Прекрасно.       Но Вэй Ина почему-то не покидает чувство, что чего-то не хватает.       Он пытается забыть эти страшные три недели, проведённые в заключении, пытается представить, что всё пошло так, как он и планировал – от них с Вэнь Юанем все отстали, и они теперь живут вместе, словно не было никакой тюрьмы и Дома Ребёнка. Но выкинуть из головы травматичный опыт от постоянного страха лишиться сына и привычной жизни не выходит так легко.       Одна простая и в то же время очень сложная мысль посещает его голову. Он резко садится на постели, глупо моргая в темноте.       Это ему не хватает чувства безопасности. Не Юаню, а ему. Это он увидел и почувствовал в Инспекторе Лань защиту. Ту самую, способную укрыть их с ребёнком от всех бед. Ему не хватает не чего-то, а кого-то.       Ему не хватает Лань Ванцзи.       И что делать с этим осознанием, он, к сожалению, не имеет никаких представлений.