Обратная сторона "Oblivion": Связанные

Понедельник начался для Мингю с похмельной горечи и странного чувства опустошения после адреналинового всплеска пятницы. Он работал бариста в модной кофейне «Bean There», не потому что нуждался в деньгах — его семья была более чем обеспечена, — а чтобы «быть среди людей», как он оправдывался перед родителями. На самом деле, это была еще одна сцена, еще одна возможность быть в центре внимания, ловить восхищенные взгляды и заигрывать с клиентками, оставляя им на картонных стаканчиках свой номер телефона. Кофейня была его территорией. Здесь он царил. Легко управляясь с шумной кофемашиной, он одновременно мог поддерживать три разговора и зазывать новых посетителей. Утро было оживленным, и он погрузился в привычный ритм, почти забыв о своем навязчивом увлечении. Почти. Дверь кофейни с мягким звонком открылась, впуская порцию прохладного утреннего воздуха. Мингю, вставая на цыпочки, чтобы достать сироп с верхней полки, обернулся на звук — и замер. На пороге стоял Вону. Он был одет в безупречный темно-серый костюм, под которым угадывалась идеально сидящая рубашка. В одной руке он держал кожаную папку, в другой — ключи от дорогой машины, которую Мингю мельком видел припаркованной у тротуара. Он выглядел так, будто только что сошел со страниц глянцевого журнала, и его аура холодной, неоспоримой власти казалась совершенно инородной в этой уютной, немного богемной обстановке кофейни. Их взгляды встретились через всю комнату. У Мингю перехватило дыхание. Сердце бешено застучало где-то в горле. Что он здесь делает? Вону не улыбнулся. Не кивнул. Он медленно, оценивающе оглядел кофейню, его взгляд скользнул по столикам, по меню на стене, и, наконец, остановился на Мингю, застывшем с бутылкой ванильного сиропа в руке. В его глазах читалось не просто узнавание. Читалось знание. Глубокое, всеобъемлющее знание. Он знал. Знает, что Мингю здесь работает. Мингю почувствовал прилив жара к лицу. Внезапно его фартук с логотипом кофейни показался ему унизительным клеймом. Он, который всегда чувствовал себя здесь хозяином, внезапно ощутил себя слугой. А Вону — важным, капризным клиентом. С холодной, безразличной уверенностью Вону подошел к стойке. Он не торопился, давая Мингю время прочувствовать весь дискомфорт ситуации. — Кофе, — произнес он, наконец, остановившись перед ним. Его голос был ровным, деловым, без единой нотки узнавания или насмешки. Но Мингю чувствовал и то, и другое в каждом звуке. — Американо. Доппио. Без сахара. Мингю молча кивнул, его пальцы вдруг стали неуклюжими. Он потянулся за стаканчиком и уронил его. Пластик загремел о столешницу. Кто-то из коллег обернулся с удивлением. Мингю никогда не ронял ничего. — Нервы? — спросил Вону мягко, и в этой мягкости была стальная плеть. — Утро тяжелое? — Всё в порядке, — процедил Мингю, стараясь вернуть себе хоть каплю уверенности. Он взял другой стакан. — Просто не ожидал увидеть здесь... деловых людей. Вы, наверное, заблудились? Ваш офис в другом районе. Он попытался парировать. Вернуть себе контроль. Вону позволил себе легкую, почти незаметную улыбку. Она не добралась до его глаз. — Я именно там, где мне нужно быть, — ответил он загадочно. Его взгляд упал на бейджик Мингю. «Ким Мингю. Бариста». — Ким Мингю-щи. Приятно видеть, что у тебя есть... постоянное занятие. Фраза повисла в воздухе, насыщенная скрытым смыслом. «Я знаю о тебе всё. И это всё, чего ты стоишь». Мингю чувствовал, как сжимаются его кулаки. Он включил кофемашину, и шипящий звук пара на мгновение заглушил напряженное молчание между ними. — А ты? — не удержался Мингю, наливая горячую воду в стакан. — Решил сменить обстановку? Или твои деловые партнеры теперь встречаются в кофейнях? — У меня назначена встреча через пятнадцать минут в здании напротив, — невозмутимо ответил Вону. — Но я решил зайти. Проверить... качество сервиса. Он сделал паузу, давая этим словам проникнуть в самое нутро Мингю. — И каково впечатление? — через силу спросил Мингю, протягивая ему стакан. Вону взял стакан. Его пальцы на мгновение коснулись пальцев Мингю. Прикосновение было быстрым, случайным, но оно снова обожгло, как в баре. Мингю едва не отдернул руку. — Пока оставляет желать лучшего, — холодно констатировал Вону. Он поднес стакан к губам, но не отпил, а просто оценил аромат. — Кофе... приемлемый. А вот обслуживание... неровное. Неуверенное. — он посмотрел прямо на Мингю. — Я ценю уверенность в тех, кто меня обслуживает. Удар был точен и безжалостен. Он говорил не о кофе. Он говорил об их игре. О том, что Мингю потерял уверенность, увидев его здесь, на своей территории. — Может, тебе просто не везет с бариста, — с вызовом бросил Мингю, опираясь на стойку. Он наклонился чуть ближе, понизив голос, чтобы не слышали другие. — Или ты специально ищешь тех, кто не подчиняется твоим «правилам»? Вону задержал на нем взгляд. Долгий, тяжелый, изучающий. — Правила существуют для всех, — тихо произнес он. — Просто некоторые еще не поняли, что их нарушение ведет к последствиям. Он поставил недопитый стакан на стойку. — Счет. — Не беспокойтесь, — ядовито улыбнулся Мингю. — Это угощение от заведения. Для наших... особых гостей. Вону снова улыбнулся. На этот раз в его улыбке было что-то хищное. — Я не беру угощений, — сказал он. — Я всегда плачу по своим счетам. И по чужим. — Он достал из внутреннего кармана пиджака черный, матовый бумажник и положил на стойку купюру, которой с лихвой хватило бы на десять американских. — Сдачи не надо. Считай это... авансом. Не дожидаясь ответа, он развернулся и направился к выходу. Он пришел, увидел и унизил. И ушел победителем. Мингю смотрел ему вслед, сжимая в руке купюру. Его унижение было настолько полным, настолько публичным (даже если никто, кроме них двоих, не понимал подтекста), что ярость в нем закипала, грозя выплеснуться наружу. «Авансом». За что? Что этот чертов холодный тип задумал? Дверь за Вону закрылась. Мингю все еще стоял, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Его коллега, девушка по имени Соми, подошла к нему с обеспокоенным видом. — Мингю, ты в порядке? Ты весь красный. Тот тип тебя чем-то расстроил? — она посмотрела на купюру. — Ого! Щедрый орешек. И чертовски красивый, если убрать этот морозный взгляд. Вы знакомы? Мингю наконец перевел дух. Он разжал пальцы и медленно, с преувеличенной аккуратностью, положил деньги в кассу. — Нет, — хрипло ответил он. — Мы не знакомы. Это... это всего лишь клиент. Но он лгал. И сам себе, и ей. Они были знакомы слишком хорошо. Они были вовлечены в войну, которую начал Мингю, но контроль над которой, казалось, теперь полностью перехватил Вону. Весь оставшийся день Мингю работал на автомате. Улыбался клиентам, шутил, но его мысли были там, за дверью, с тем, кто пришел и так наглядно продемонстрировал, кто здесь главный. Кто имеет власть. Кто может вломиться в его жизнь, когда захочет, и выставить его посмешищем. Когда смена закончилась, Мингю вышел на улицу. Воздух был прохладным. Он достал телефон и замер. Желание найти Вону, доказать ему, что он не испугался, не сдался, было почти физическим. Но как? Он ничего о нем не знал. Только имя. Чон Вону. Он зашел в Instagram и вбил имя в поиск. Десятки аккаунтов. Он пролистывал их, пока глаза не застыли на одном. Аватарка была строгой — фото в анфас, почти как на паспорт. Никаких лишних деталей. Подписчиков немного, постов еще меньше: несколько репостов новостей из мира финансов, одна старая фотография с горнолыжного курорта, где он был один. Мингю нажал на кнопку «Подписаться». Его пальцы дрожали от ярости и чего-то еще, чего он не хотел признавать. От возбуждения. Прошло не больше минуты. Его телефон завибрировал. Уведомление: «chwonwoo начал читать вас». Мингю застыл. Он наблюдает. Он ждал этого. Еще через несколько секунд пришло прямое сообщение. Сердце Мингю прыгнуло в горло. Сообщение было коротким и безличным, как деловая записка. «Кофе был отвратительным. В следующий раз сделаешь лучше.» Затем второе сообщение, от которого кровь ударила в голову Мингю: «Я буду завтра в восемь утра. Не опоздай.» И следом — третье, последнее: «И надень что-нибудь... приемлемое. Этот твой вызывающий пирсинг в брови отвлекает от работы.» Мингю смотрел на экран, не в силах оторваться. Его дыхание стало частым и прерывистым. Это был не просто вызов. Это было указание. Приказ. Вону не просто шел на его территорию. Он назначал свои правила на ней. Он диктовал, как ему выглядеть, как работать. Ярость смешалась с пьянящим, запретным острым ощущением. Никто еще не говорил с ним так. Никто еще не пытался его контролировать. Он медленно, почти против своей воли, поднял руку и дотронулся до маленькой серебряной сережки в своей брови. Отвлекает? Хорошо. Он набрал ответ, его пальцы летали по экрану. «Сам приди вовремя. И готовься к тому, что твой «отвратительный» кофе может оказаться у тебя на дорогом костюме.» Он отправил это. Глупо, по-детски. Но он не мог сдаться без боя. Ответ пришел почти мгновенно. Всего одно слово. «Попробуй.» Мингю выключил телефон и сунул его в карман. Он стоял на почти пустынной улице, и по его спине бежали мурашки. Завтра в восемь утра. Он ненавидел Чон Вону. Он желал его унизить, сломать, стереть с лица земли эту холодную уверенность. Но почему-то он уже решил, какой кофе будет готовить завтра. И... он уже снимал пирсинг.