Мне безразлично, сломаешься ли ты

— Изначально оговорённое время уже истекло, поэтому я бы хотел проводить леди. Прошу вашего понимания. Дамы, конечно, ответили положительно, и Реймунд протянул руку Элизе, предлагая сопроводить её. Элиза нерешительно поднялась, попрощалась с дамами и направилась из сада вместе  с Реймундом. Отойдя от беседки, юный маркиз извинился перед Элизой. — Я приношу извинения за беспокойство. Вы были явно удивлены полученным приглашением, верно? — Ах, вовсе нет. Хотя она была очень измотана подготовкой, Элиза покачала головой пытаясь не показывать этого. — Если бы я знал, что моя матушка пригласит леди на чаепитие, я бы предпринял что-нибудь, чтобы воспрепятствовать этому... – Винился Реймунд, слегка вздыхая и будто понимая насколько тяжело пришлось Элизе. — Я в порядке, Юный Маркиз. – Девушка едва приподняла уголки губ и улыбнулась. И только после этого Реймунд смог почувствовать некое облегчение. Мужчина, который сопроводил Элизу к ожидающему экипажу, окликнул девушку как раз перед тем, как та села в карету. — Леди Элиза. – Он неопределённо улыбнулся и, слегка откашлявшись и выпрямившись, серьёзно спросил. – Могу ли я иметь честь сопровождать Вас на предстоящий Весенний бал? — Ах… – Рот Элизы слегка приоткрылся, однако не от радости или удивления. Всё потому, что произошло так, как предсказывал граф. «Если юный маркиз предложит сопроводить тебя на весенний бал, обязательно прими предложение.» Каждый раз, когда она убеждалась, что граф предвидит всё, что может произойти, Элизе становилось тревожно. От чего убеждение, граничащее с жестокой манипуляцией, о том, что ей не следует бунтовать, всё сильнее укоренялось в сознании. Когда ответа на предложение не последовало, Реймунд обеспокоено спросил: — У Вас, случайно, ещё нет сопровождающего? — Ах, нет. – Элиза отрицательно покачала головой и ответила дрожащим голосом. – Я бы хотела… Чтобы Вы сопровождали меня. Лицо Реймунда, который с волнением ожидал ответа Элизы, внезапно просияло. — Конечно, миледи! – Мужчина счастливо улыбнулся. – Вскоре я свяжусь с графом Шуваном. Безопасной Вам дороги. — Спасибо. Пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания маркизе. Элиза слегка склонила голову и села в экипаж. Она чувствовала, как Реймунд смотрит на неё через окно со слегка приоткрытыми шторами, но опустила голову, притворившись что не заметила этого. Она чувствовала себя некомфортно. *** — Это сообщение из резиденции герцога о том, что мадам планирует прибыть на остров. Кардейл прищурился, услышав отчёт Михаэля. — Похоже, она желает присутствовать на весеннем балу. — Ответь ей, что это невозможно. Услышав короткий приказ, Михаэль на мгновение заколебался, прежде чем добавить: — Если Вы помешаете её присутствию на весеннем балу после прошлого запрета на посещение банкета в честь празднования победы, мадам точно учинит скандал. — И? – Спросил Кардейл, даже не моргнув. – Разве это не ожидаемо? Откажи ей. — Однако, Ваше Превосходительство, если мадам будет упорствовать до конца, даже герцогской цитадели будет трудно остановить её. Что нам следует предпринять, если мадам учинит большой скандал, чтобы попасть на остров? Кардейл скривил губы в холодной усмешке. — Это место слишком ветхое, чтобы разместить мою мать, поэтому советую тебе заранее подыскать ей место для ночлега. Это было замечание, подтверждающее, что главные ворота резиденции герцога не отворятся для мадам. “Как раздражает.” Кардейл задумался о том, что в последнее время действовало ему на нервы. Последствия войны, жадность императорской семьи, кровные родственники, а так же… Взгляд герцога внезапно обратился к пустому месту на стене. Это было место, где когда-то висела голова оленя с величественными рогами. Из-за пустующего места баланс размещённых «украшений» был полностью нарушен. Стоило поместить туда новое животное, но мужчине не нравилась эта идея. Животные с густым и тёмным мехом совсем не годились. Герцогу точно хотелось видеть здесь похожего оленя, но немного меньшего размера с более светлым и мягким мехом. Кардейл оторвал взгляд от стены, думая, что ему скоро придётся отправиться на охоту за животным, которое станет новым украшением. Когда мужчина повернул голову, Михаэль всё ещё стоял перед ним в напряжённой и неподвижной позе, ожидая указаний. Он был поистине непоколебимым подчинённым. — Моя мать совершенно не изменилась… — … — Она может с комфортом провести свои золотые годы на курорте. К чему это необоснованное упрямство? В первую очередь следовало выстроить надёжный барьер, чтобы те, с кем он не хотел сталкиваться, не могли и шагу ступить на его территорию. В связи с чем был отдан приказ. — Усилить охрану особняка. — Да, Ваше Превосходительство. Светский сезон вот-вот должен был начаться. *** Горничная, измерившая талию Элизы, передала записанные параметры Ванессе. Женщина кивнула и спросила другую горничную. — Что леди сегодня ела? — Салат из сельди, печёный картофель и кусок пшеничного хлеба с сыром. Над бровями Ванессы появилась небольшая морщинка. — Вы сегодня слишком много съели. – Сказала Ванесса, оглядываясь на Элизу. Хотя девушка ела только то, что ей давали, она не могла возразить. Если Ванесса сказала, что это много, значит, так оно и было. — К счастью, платье будет как раз в пору, так что в этот раз я закрою на это глаза. Тем не менее Вам не следует есть больше, чем сегодняшняя порция. — Хорошо. Ванесса обошла Элизу, рассматривая её со всех сторон, прежде чем встать напротив. — Трёхдневный Весенний бал – самое важное светское событие года. Элиза кивнула. Она уже несколько раз слышала это от Ванессы. — Каждая из молодых леди, достигшая брачного возраста, тщательно готовится к этому событию. Годами они оттачивают свои знания, навыки общения и поведение истинной леди. По сравнению с ними Элизе предстояло пройти долгий путь. — По силам ли Вам превзойти этих юных леди? – В ответ на вопрос Ванессы девушка опустила взгляд, поджала нижнюю губу и покачала головой. – Есть только одно оружие, с помощью которого это станет возможным. Элиза медленно оглядела Элизу с головы до пят. — Красота – такая же великая добродетель для благородных леди. Белоснежно-фарфоровая кожа, шелковистые волосы и женственная фигура. Женщина сжала оба плеча Элизы. Девушка слегка задрожала и подняла голову от мягкой, но, одновременно с этим, сильной хватки. — Не забывайте. – Ванесса встретилась с ней взглядом и ещё раз подчеркнула. – В этот день Вы должны быть самой прекрасной из всех. *** — Юный маркиз Хартман сказал, что хотел бы подарить Вам платье для грядущего весеннего бала. Элиза не имела права отказаться. Она написала ответное письмо, согласившись сделать именно то, что сказала Ванесса. А спустя несколько дней прибыли сотрудники бутика, посланные Реймундом. В отдельной комнате они разместили несколько образцов платьев и десятки тканей и кружев. — Они уведомили, что подготовка завершена. Пойдёмте. Элиза поднялась со своего места после слов Ванессы. Но внезапное головокружение застало девушку врасплох. — Ах!.. – К счастью, благодаря тому, что она держалась за подлокотники кресла, девушка не упала. Руки, едва придерживающие тело, слегка дрожали. “Снова…” Из-за крайне ограниченного питания и плотного графика подготовки, в котором было трудно найти время для полноценного отдыха, у Элизы время от времени кружилась голова. — Вы в порядке? – Спросила Ванесса, нахмурившись. — Да. Просто немного устала. – Быстро ответила Элиза, заметив лёгкое раздражение возникшее на лице Ванессы. — Слава Богу. Время на решение различных вопросов стремительно сокращается, так что поторопитесь. Элиза следовала за Ванессой, волоча своё обмякшее тело. Когда она вошла в подготовленную комнату, сотрудники бутика тут же окружили девушку, чтобы снять с неё мерки. — Я никогда не видела человека с настолько тонкой талией. Среди восхищения и комплиментов Элизе пришлось изо всех стараться поддерживать своё тело. Складывалось ощущение, что двигающееся под руководством сотрудников тело вовсе ей не принадлежало. После снятия мерок предстояло выбрать платье. — Дизайны выглядящие вульгарно – не допускаются. Однако слишком чопорные и старомодные варианты – тоже не подходят. Платье должно быть элегантным и современным, но в то же время оставлять место для воображения. По запросу Ванессы было представлено несколько дизайнов. Женщина тщательно выбирала ткани, кружева и украшения. — Думаю, это подойдёт Вам больше всего. Как Вы считаете? — Да, мне тоже нравится… По сути, Элиза была нужна здесь лишь для снятия мерок. Вопреки этому, Ванесса усадила девушку рядом с собой, заставив находиться рядом до самого конца. Даже после того, как зашло солнце и сотрудники бутика ушли, график Элизы не закончился. — Вам следует написать благодарственное письмо юному маркизу Хартману и после отправиться спать. Девушка чувствовала как задыхается, настолько это было утомительно. Элиза сильно закусила губу. — Вам должно закончить на сегодня все оставшиеся дела, чтобы справиться с завтрашним расписанием. – Твёрдым тоном сказала Ванесса. – Вы уже достаточно практиковались, так что всё будет в порядке. Отныне Вам следует писать письма самостоятельно. — Что? Но всё же… — Как долго Вы собираетесь полагаться на то, что написала я? Не пора ли становиться самостоятельной? Элиза закусила уже внутреннюю часть губы. Она могла написать письмо, если того требовала ситуация, однако написать письмо, которое понравится Ванессе и графу – совсем другое дело. До сих пор в письмах к Реймонду, Элиза была воплощением благородства и утончённости. Ложь была подана мужчине в поистине красивой обёртке. Вопреки этому у самой Элизы не хватило бы уверенности написать настолько правдоподобную ложь. — Я проверю содержание завтра утром. – Ванесса закончила говорить, словно предупреждая, и покинула комнату. Элиза же, у которой не было иного выхода, усадила своё уставшее тело за письменный стол. [Дорогой юный маркиз Хартман.] Её рука остановилась, едва она написала строчку приветствия. Она понятия не имела, как должна продолжить письмо. Элиза долго смотрела на бумагу. В миг, когда чернила, скопившиеся на кончике пера, капнули на лист, кто-то выхватил письмо.