Hotel 666

      Утром дико болит голова. Когда начинаю думать о тебе – раскалывается еще больше. Сегодня проспал, не увижу тебя в холле.       Открываю Ютуб и смотрю дурацкие выпуски детской передачи с твоим участием. Все еще нравишься. Почти не злюсь, больше хочу запустить руку в штаны, но дети на экране – совесть не позволяет.       Блять, твоя эта баба… Вечером соберусь на погост и заложу ее нахуй Дьяволу. Твоей ссоре с ней быть. Знаю, что ей быть и без моего участия, но хочу ускорить процесс.        Что с тобой делать теперь, понятия не имею, вот честно. Я наворотил на эмоциях, а теперь разгребай. Растираю лицо руками. Мне нужно пару дней. Но боюсь упустить тебя, потому что время не резиновое.       Вечером все-таки еду на кладбище. Планы немного меняются: успокаиваю в себе монстра и решаю никого из вас двоих насмерть не проклинать. Не потому что жалко, а потому что игра не стоит свеч – за твою эту дуру потом расплачиваться не хочу. А ты мне еще нужен. Вот и ковыряюсь на чужой могиле в земле и на коленях вежливо прошу оставить тебя мне.        Чувствую дикий прилив сил и понимаю, что нужно действовать. Сегодня, сейчас. Перешагнуть через твою бабу, забыть о ее существовании.        Прихожу в свой номер в кладбищенской земле, но такой счастливый, будто всё уже в моих руках. Иду отмываться и поумерить свой пыл в душ. А то знаю ведь, что моя самоуверенность опять сыграет со мной злую шутку.        Хочу к тебе. Ты так близко, прямо за стеной, и меня это нервирует. Хочу поговорить, как минимум. Как максимум – у тебя в номере заночевать. Я, наверное, совсем охуевший, но не обделен шестым чувством, которое говорит мне, что ты меня ждешь.       И вот стою у твоей двери, прислонившись плечом к стене, стучу уверенно, будто мы договаривались о встрече и выжидаю минуты. Смотрю себе под ноги, прислушиваюсь к звукам.       Ты открываешь, даже не поинтересовавшись, кто за дверью. Поднимаю голову, выпрямляюсь. Ты не удивляешься, но все еще не отпускаешь ручку, норовя в любой момент захлопнуть дверь перед моим носом.        — Привет. Можем поговорить? — быстро начинаю я, пока тебя черт не дернул закрыться в своем номере.       — О чем?        Бля. Твоя интонация настолько серьезная, что я будто на экзамене у злого препода. Совру, если скажу, что меня это не забавляет. Конечно, свое веселье засовываю куда подальше, делаю очень виноватое лицо и глаза как у кота из «Шрэка».        — Пожалуйста?        Понятия не имею, о чем я реально хочу поговорить, и боюсь, что ты вот-вот об этом спросишь. Я ведь не смогу ответить: «Хочу с тобой потрахаться». Неприлично.       Ты отпускаешь дверную ручку, сдаешься и позволяешь мне войти. Чувствую, как с каждым шагом вглубь комнаты меня распирает наглость.        — Что ты вчера в баре устроил? — спрашиваешь мрачно и оборачиваешься ко мне полубоком. Значит, поговорить хотел не только я.        Понимаю, что у тебя есть основание верить не мне, а ей. Но Илья, включи мозги. Я уверен, вижу по твоему выражению, что шестеренки у тебя в голове работают исправно.        — Ничего из того, что тебе сказали, — ухмыляюсь, потому что представляю, что тебе эта сука наговорила. Ну Илюша, в такое дерьмо невозможно поверить! Интереснее то, что я действительно там устроил и сказал ей.        Ты задумываешься. Скрещиваешь руки на груди.        Не хочу продолжать эту тему. Просто пиздец как не хочу, потому что твоя эта девка того не стоит. Ненавязчиво оглядываюсь – кстати, где она? Очень надеюсь, что канула в лету и больше никогда не появится на твоем пороге. Ты и сам всё знаешь: стоишь сейчас передо мной и думаешь о своих недоотношениях, о пиздеже, который тебе все это время лили в уши, который ты всегда чувствовал и знал, что это – ни о чем. Я просто доказал тебе это. Очень не хочу лезть тебе в душу и напоминать, что рядом ты держишь хуевых людей, просто потому, что не хочешь чувствовать себя одиноко.        И ты как будто прямо сейчас тоже думаешь об этом: одной рукой начинаешь медленно растирать лицо, и вздыхаешь.        Блять, ну только не дави на жалость. Делаю шаг к тебе.       — Все хорошо? Илья?        Да, я очень заботливый, когда оно от меня требуется. Поэтому участливо касаюсь рукой твоего локтя. Ты сразу отрываешь ладонь от лица.       — Если честно, у меня все с ног на голову перевернулось из-за тебя. Не знаю, что вообще происходит.       Вот как ты заговорил. Опускаю руку и начинаю недобро улыбаться тому, как прямо на моих глазах ты борешься внутри себя и хочешь сделать всё правильно.         Я тебе подскажу, как правильно. Нужно только послать нахуй ангела на твоем правом плече и внимательно прислушаться к соблазнительным речам демона на левом.         — Знаешь, Влад, я думаю, что тебе…       Ну вот оно. Начинаешь всё делать «правильно». Не могу вслушиваться во всё, что ты говоришь, когда ты так близко, когда я так близко. Улавливаю только отдельные слова, смотрю на твои губы. Тебе надо просто заткнуться.        И ты замолкаешь, заметив, что я внаглую на тебя пялюсь и улыбаюсь твоим проблемам.        — У меня всё рушится из-за тебя, — говоришь почти шепотом напоследок, и я тебя целую.       Делаю глубокий вдох, с ним же убеждаюсь, что ты не собираешься в истерике меня отталкивать. Не ломаешься, потому что ты сам ебать как этого ждал. По твоим замашкам в поцелуе это чувствую и по-свойски обнимаю тебя за шею.       «У меня всё рушится из-за тебя» – громкое заявление, но оно мне льстит. Только не рушится, а отпадает всё ненужное и изжившее себя.        Ты поджимаешь губы, и мне хочется просто застонать от разочарования. И это всё? Сейчас опять будешь ебать мне мозги. Руки с твоих плеч мгновенно убираю.       — Уходи, Влад, — говоришь это, а зрачки у тебя чернющие и расширенные до нереальных размеров, говорят о другом. Никогда такого не видел. Улыбаюсь ласково твоей просьбе, потому что на приказ не тянет.        — Что такое? — наивно интересуюсь, хотя мне и так всё понятно, цепляюсь указательным пальцем за твой ремень, и у тебя глаза тут же ползут за этим действием вниз.       Мне нравится, что ты имеешь дело с тем, что, по твоему же мнению, разрушает твою жизнь. Я такой же.        — Просто уходи. Я серьезно, — говоришь тихо, глаз не поднимая, и руку в кулаке сжимаешь, но уверенности это тебе не прибавляет. Хочу, чтобы ты свои мозги сейчас отключил, потому что слишком много думаешь.        Не надейся, что стану уговаривать. Сам прибежишь, как миленький.        Ухмыльнувшись, отступаю назад. Улыбка сама собой на лице растягивается, когда на тебя смотрю. Не могу ничего с собой поделать. Ты по привычке запускаешь руку в свои волосы, коротко облизнувшись.        Ухожу. Довольный, потому что я люблю, когда всё по-моему. А я всегда своего добиваюсь. Ты со своими метаниями не исключение.       Вернувшись в номер, падаю на кровать. Повторяю в мыслях поцелуй, глубоко вдыхаю. Достаю свой телефон и ищу в контактах тебя.