Пэйринг и персонажи
Описание
В мире омегаверса Пак Чимин — идеальный омега: покорный, изящный и бесконечно преданный своему альфе-тирану. Чон Чонгук защищает своего истинного от грязи криминального мира, не позволяя ему даже смотреть в сторону врагов. Но Чонгук не дурак. Он знает, что его Чимини — не жертва. Он — единственный человек, способный заставить содрогнуться весь криминальный мир Сеула одним движением брови.
История о том, что за каждым великим альфой стоит омега, у которого руки в крови гораздо глубже.
Примечания
Привет! Это история о том, что внешность бывает обманчива. В мире, где правит сила и запах альфы, настоящий кукловод может прятаться за самой нежной улыбкой.
Внимание: В этой работе Пак Чимин не является классическим "хрупким" омегой. Он опасен, расчетлив и готов на всё ради своей семьи.
Буду очень рада вашим отзывам! Приятного чтения. ❤️
Часть 1. Запах жасмина и пороха
01 февраля 2026, 03:10
В резиденции Чон стояла оглушительная тишина, которую нарушал лишь мерный стук капель дождя по панорамным окнам. В кабинете, пропахшем дорогим табаком и тяжелым ароматом элитного коньяка, атмосфера была натянута до предела.
Чон Чонгук, глава самого влиятельного синдиката в Сеуле, сидел в кожаном кресле, лениво перекатывая в пальцах массивный золотой перстень. Его взгляд, тяжелый и темный, был прикован к человеку, стоящему на коленях в центре комнаты. Это был Кан, один из поставщиков, решивший, что сможет утаить часть прибыли.
— Ты ведь знал, что я не люблю сюрпризы, Кан? — голос Чонгука был тихим, но от этого по спине присутствующих пробежал холодок.
— Господин Чон, я клянусь... это была ошибка в расчетах! — Кан дрожал так сильно, что его зубы выбивали дробь.
Дверь в кабинет мягко скрипнула. Тяжелая аура альфы, давившая на всех присутствующих, внезапно столкнулась с чем-то... инородным. В комнату вошел Пак Чимин.
Он выглядел в этом мрачном логове как экзотическая птица, случайно залетевшая в склеп. На нем был мягкий кашемировый свитер цвета слоновой кости, который делал его кожу почти прозрачной. От него веяло чистотой и нежным жасмином — запахом, который никак не вязался с миром крови и предательства.
— Гук-и, — нежно позвал Чимин, игнорируя наставленные на Кана стволы охраны. — Ты обещал, что мы поужинаем вовремя. Еда остывает.
Глаза Чонгука мгновенно изменились. Лед в них не растаял, но подернулся какой-то странной, почти благоговейной дымкой.
— Иди к себе, Чимини. У нас небольшое деловое разногласие, — Чонгук постарался сделать голос мягче, но Кан внизу заскулил, надеясь на милость «ангелоподобного» мужа мафиози.
Чимин подошел ближе, мягко ступая по дорогому ковру. Он остановился рядом с креслом Чонгука и накрыл его татуированную кисть своей маленькой ладонью. Его пальцы были тонкими и изящными, словно он никогда в жизни не держал ничего тяжелее чайной ложки.
— Неужели господин Кан так сильно тебя расстроил? — Чимин посмотрел на пленника с искренним сочувствием в больших медовых глазах. — У него такой бледный вид... Может, стоит дать ему шанс объясниться в более... спокойной обстановке?
Кан поднял на Чимина полные надежды глаза.
— Господин Пак, умоляю, скажите ему! Я всё верну!
Чимин ласково улыбнулся омеге, и эта улыбка была настолько светлой, что Чонгук на мгновение зажмурился.
— Иди, родной, — Чимин погладил Чонгука по плечу. — Я провожу господина Кана до выхода. Намджун-хён как раз хотел обсудить с ним детали... возврата. А ты иди в столовую. Я скоро приду.
Чонгук на секунду замешкался, глядя на своего омегу. Ему всегда хотелось спрятать Чимина от этой грязи, закрыть собой.
— Хорошо, — Чонгук поднялся, бросив на Кана последний предупреждающий взгляд. — Намджун, проследи, чтобы мой муж не видел ничего лишнего.
Когда тяжелые двери за Чонгуком закрылись, атмосфера в комнате не изменилась. Охрана расслабилась, а Кан выдохнул, вытирая пот со лба.
— Спасибо, господин Пак... вы ангел... — пробормотал он.
Чимин всё еще стоял у кресла, рассматривая свои идеально подпиленные ногти. Его улыбка не исчезла, но свет в глазах словно выключили, оставив лишь пустую, черную бездну.
— Вставай, Кан, — произнес он. Голос остался таким же мелодичным, но в нем прорезался тонкий, как лезвие бритвы, металл.
Чимин медленно подошел к столу, взял со стола тяжелое антикварное пресс-папье и повертел его в руках.
— Знаешь, — прошептал он, склонив голову набок, — мой муж очень ценит верность. А я очень ценю его покой. И когда такие черви, как ты, заставляют его хмуриться... у меня начинает болеть голова.
Чимин подошел к Кану вплотную. Запах жасмина стал удушающим. Охрана, во главе с Намджуном, застыла по стойке «смирно», и в их глазах читался не просто страх, а первобытный ужас.
— Намджун-хён, — не оборачиваясь, бросил Чимин. — Уведи его в подвал галереи. Я приду через пять минут. И принеси мой набор... тот, что с тонким сверлением.
Кан открыл рот, чтобы закричать, но Чимин прижал палец к своим губам.
— Тш-ш-ш. Не порть музыку дождя. Чонгук-и думает, что я ем десерт. Не будем его расстраивать, верно?
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.